Глава 23. Вкус эскимо

Глава 23
Вкус эскимо

Я не находила себе места, уныло смотря в потолок. Дни были похожи один на другой. Подъем, анализы, завтрак, врачи, различные процедуры, обед, тихий час и ленивые вечера. Изредка приходили Василиса с Мишей. Следователь, узнав всё, что было необходимо, оставил свой номер. Не знаю, смогу ли позвонить ему и рассказать что-то новое. Нервы ни к чёрту. Да и прощание с Марком вышло куда более эмоциональнее, чем мы ожидали. Ещё и журналисты лезли с ненужными вопросами. Черт, как же я была зла. Неужели нельзя было выбрать другое время, чтобы спросить нас об игре?
Марьяна, пообщавшись с семьёй нашего друга, ещё больше замкнулась в себе. Под подушкой прятала фотографию Марка. Я это заметила, когда помогала менять ей постельное бельё. Девушка не сказала ни слова, а я не стала наседать. Меня успокаивал тот факт, что подруга по-прежнему тянется ко мне, окончательно не сойдя с ума. Были вечера, когда она выходила из палаты и по долгу смотрела в окно. Аннушка постоянно интересовалась, всё ли в порядке, а Марьяна лишь надевала маску и улыбалась, весело моргая. Похоже, только я одна знала, только мне одной подруга доверяла. И я по глупости дорожила этим, не сообщая специалистам.
За три недели, проведённые в больнице, даже телефон успел надоесть. Вздохнув, с огорчением подумала, что сегодняшнее утро не должно отличаться от вчерашнего. И, все-таки, кое-что меня настораживало.
Потянувшись в кровати, посмотрела на место укола на руке. Сказали, что кровь берут в последний раз. Может, нас наконец-то выпишут? Безумно хочу домой.
После завтрака, когда Марьяну забрала медсестра, я осталась сидеть в палате, просматривая новостную ленту. Глеб, как обычно,  был с отцом. А Евсей... Интересно, чем он сейчас занят и почему так упорно игнорирует меня? Хотя, мы глупо здороваемся, когда сидим на диване. Перебрасываемся знакомыми только нам шуточками и фразами. Но я всё равно чувствую исходящую от парня то ли ненависть, то ли презрение. Или это выдумки и мне просто нужны от него хоть какие-то эмоции. Опять, я опять жду чего-то непонятного. Дайте мне знак, что пора перестать так делать и жить дальше.
Услышав, как дверь палаты открылась, удивлённо отложила телефон в сторону. Быстро пригладила волосы и облизнула губы.
-Решил, что вдвоём скучать гораздо интереснее - произнёс Евсей, присаживаясь на моей кровати. В руках он держал небольшой пакет, в котором то и дело что-то шуршало от малейшего движения. - Слышал, нас хотят выписать со дня на день.
-Это прекрасно - улыбнувшись, я расслабилась и уселась поудобнее.
-Разделишь со мной небольшое угощение? Я долго думал и решил, что хотел бы поговорить. Снова.
Удивлённо смотрю на Евсея, пока он достаёт из пакета два мороженых. Медленно моргаю, стараясь не выдать учащенного сердцебиения. Он принёс эскимо. Как в детстве. Он не забыл. Черт, как дышать. Я опять в ступоре. Нужно сказать хоть слово.
-Люблю мороженое - произношу вслух и тут же замолкаю. Кто-нибудь, научите меня не выдавать глупости при малейшем волнении.
-Эта игра перевернула всё с ног на голову. Думаю, что нужно жить дальше и запрятать наше прошлое глубоко в задницу.
-Это будет не легко, но мы можем попробовать. Наверное, ты был прав ещё в том здании, когда сказал, что мы не чужие люди.
-Прости меня.
-Не обижаюсь - смеюсь, с удивлением подмечая, как легко становится на душе. Но прошлое всё равно скребется где-то глубоко, напоминая, что не нужно прощать так быстро. Необходимо оставить частичку неприязни, чтобы никогда не забывать, на что способны близкие люди.
-Я чувствую, что ты не отпустила все эти школьные глупости. Но не виню тебя. Прошло слишком мало времени. Нужно будет постараться, да, ягодка. Да и я не смогу по щелчку пальца стать таким, каким был раньше. Пойми и прими это, как бы паршиво не было.
Евсей, аккуратно открыв угощение, протянул мне одно. Я сразу же откусила холодную верхушку, ощутив холод на языке и зубах. Шоколад немного подтаял, но внутри мороженое по-прежнему было прохладным. Парень также откусил от эскимо небольшой кусочек. Я невольно улыбнулась, на миг погружаясь в детство. Это непередаваемое ощущение тепла от холодного мороженого разлилось по всему телу.
-У тебя шоколад на губах - усмехнулся парень и я невольно засмущалась оттого, что испачкалась.
Евсей медленно, даже осторожно, поднёс пальцы к моим губам, вытирая след от мороженого. Заглянув в его глаза, я ощутила, что начинаю дрожать. Этот холодный взгляд рассматривал меня, не собираясь отпускать. Кажется, я забыла, что моё тело может двигаться и лишь неподвижно сидела, наслаждаясь этим моментом.
Неожиданно, пальцы Евсея оказались на моей шее и он притянул меня к себе, грубо поцеловав в губы. Мороженое выпало из моих рук, испачкав одеяло. Глаза закрылись сами по себе. Я лишь ощущала горячие губы, грубый поцелуй и вкус мороженого. Пара слезинок скатились по моим щекам, а сердце, кажется, вовсе перестало биться. Этот поцелуй, такой долгожданный... Черт, сколько я мечтала об этом. Сколько представляла и всё равно не могу поверить, что это происходит сейчас со мной.
Боясь спугнуть этот порыв, я не шевелилась, отдаваясь лишь поцелую. Подалась вперёд, сильнее прижимаясь к парню. Ещё немного, пожалуйста, ещё немного поцелуя. Пусть он будет первым и последним, но я хочу запомнить его. Оставить на губах, как и вкус мороженого. Случилось то, что должно было произойти ещё давно. Как же поздно я это осознала.
Поцелуй прервался также неожиданно, как и начался. Я открыла глаза, когда Евсей приложился лбом к моему виску, тяжело дыша. Он, также как и я, боялся посмотреть в глаза. Заметив, как парень сжал руку в кулак, я немного напряглась, не в силах понять, что только что произошло. Но мне не могло это присниться. Евсей поцеловал меня. И весь тот барьер, что я годами выстраивала и укрепляла, рухнул в считанные секунды. Нет, я не смогу больше его возвести. Что же ты наделал.
Евсей, усмехнувшись, облизнул мороженое и стремительно вышел из палаты, оставив меня одну. Разъяренная и подавленная, я закричала и бросила подушку вслед парню. Кое как убрав с одеяла окончательно расстаявшее эскимо, протерла всё влажной салфеткой. Укрывшись с головой, вставила наушники и включила песню, под которую все мои чувства выходили наружу и я могла вдоволь наплакаться - Марсель - "Предубеждение и гордость".
Меня трясло, слезы лились ручьём, пока я раз за разом слушала один и тот же трек. Для чего был этот поцелуй. Может, Евсей в очередной раз решил помучать меня и нашёл самый болезненный способ? Нет, лучше ножом по лицу. Вновь и вновь. Будет менее болезненно. Я поднесла руку к левой щеке, нащупывая глубокий порез, который уже не пыталась скрыть от друзей. Простынь промокла из-за слез, но я продолжала мучать себя.
Сон не шёл, как бы я не старалась забыться. Спустя десять повторов песни, я выключила её и выглянула из под одеяла. На соседней кровати тихо сидела Марьяна, обхватив колени руками и смотря в стену. Кажется, мы не заметили друг друга, потому что вздрогнули, как только услышали движение.
-Ты опять зарылась в норку - отстранённо сказала Марьяна, то и дело посматривая на дверь. Возле её ног лежал небольшой рюкзак, из которого торчал край полотенца.
-Я же мазохист, не забывай этого - шмыгнув носом, ответила подруге. Меня напугало её состояние. Марьяна вновь притихла и не отпускала никаких пошлых шуточек в мою сторону. Хотя могла бы, учитывая тот факт, что Глеб заходил с утра и щекотал меня, пока я старалась не показаться в одной футболке. Одного такого представления уже было достаточно. Позже мы с ним долго лежали, болтая обо всём и ни о чем одновременно, пока Аннушка вновь не прогнала парня.
-Марк был красивым, когда его хоронили - внезапно сказала девушка, перебравшись ко мне под одеяло. - Черт, сниться мне каждую ночь. Даже сейчас не отстаёт. А я и не против. Но это немного жутко. Хочу постоянно быть во сне, с ним.
-Ты рассказывала об этом нашему психологу?
-Никому. Я никому из них ничего не скажу. И пообещай, что ты тоже - девушка неожиданно взяла меня за руки и поцеловала их. - Кого ты выбрала?
-Что, прости? - ошарашенно спросила я, широко раскрыв глаза. Неожиданные и странные вопросы Марьяны до сих пор вводили меня в некий ступор. Подруга могла вклинить вопрос между делом, запутывая меня раз за разом.
-Глеб или Евсей? Ты уже выбрала, с кем из них будешь?
-Ты задаешь ужасно глупый вопрос - засмеялась я, кусая губы. - Передо мной не стоит выбор, Марьяна. Глеб не нужен мне. Я не собираюсь обманывать его и использовать как-либо. А Евсей... Он ничего мне не говорил. Я даже не знаю, как он ко мне относиться. Нужна ли я ему. Перестал ли ненавидеть. Он только р делает, что издевается и запутывает меня. Нет ничего конкретного. А о любви тем более не стоит говорить. Иначе он бы давно как-то намекнул. Или сказал прямо. Как Глеб. Знаешь, он стал ужасно нелепым. Я даже стала побаиваться его чувств.
Неожиданно Марьяна выхватила мой телефон и включила на всю громкость песню All the Right Moves – OneRepublic. Стащив меня с кровати, увлекла за собой в нелепом, но безумном танце, прыгая по всей палате и громко выкрикивая строки из песни.
-"All the right friends in all the right places. So yeah, we're goin' down'" - пели мы с подругой, взявшись за руки и кружась на месте.
Я любила такую Марьяну. Безумную, в любой миг готовую совершить весёлый поступок. Но почему же сейчас, когда мы так счастливы, она плакала?
Повторяя строчки из припева, мы на миг отпустили всю боль, все заботы и вопросы, которые нас волновали. Мы стали обычными девушками, которым хочется веселиться и просто жить. Жить, не думая, что же будет дальше.
Когда песня закончилась, Марьяна вновь увлекла меня на кровать и крепко прижалась. Я обняла её в ответ, перебирая чёрные волосы.
-Обещай, что то, что я тебе сейчас скажу, останется между нами? - прошептала подруга, словно боясь, что её кто-то услышит.
Я лишь кивнула в ответ.
-Мне кажется, что от меня это скрывали. Что от нас всех здесь что-то скрывают, Лика - безумно шептала Марьяна, вновь озираясь на дверь палаты. - Лика, я беременна. Понимаешь? Мне страшно, я думаю, меня могут убить. Но я буду вести себя как дурочка, чтобы они ничего не заподозрили.
-Ты безумная, Марьяна - боясь сказать что-то лишнее, отвечаю подруге, смотря на неё таким же безумным взглядом. - Это... Это же чудо, моя милая. У тебя будет ребёнок от Марка, понимаешь? Частичка его. Ты должна быть рада. Это конечно неожиданно. Но значит, так нужно. Чего ты боишься?
-Они убьют меня, Лика - заревела девушка. - Пожалуйста, обещай, что не станешь никому верить. Аннушка, Владимир Алексеевич. Они все заодно.  Я давно не пью их лекарства, только ни слова, пожалуйста. Я уеду и спрячусь. Ты только найди меня. Черт, я не могу мыслить, не могу сказать, что думаю. Потому что знаю совсем немного. Я уеду, да, уеду. Я буду там, где Марк.
-Ты безумна... Мы в больнице, а тебе стало хуже. Тебе стоило обратиться к специалисту. Мы в безопасности.
-Кто тебе сказал? Глеб? Пожалуйста, он...
Дверь палаты распахнулась и к нам зашла незнакомая девушка, потянув к Марьяне руки.
-Марьяна, ты убежала и даже не дослушала врача. Мы обеспокоены, нужно готовиться к выписке.
-Я выхожу. Зашла попрощаться с Ликой и разревелась как обычно. И чуть не забыла забрать телефон. Наконец-то, поеду домой, к родителям. Безумно соскучилась за ними - неожиданно улыбнулась Марьяна и порывисто меня обняла. Что за ересь она несёт. Какая любовь к родителям. Они даже не навещали её.
-Не доверяй Глебу - услышала я едва слышный голос подруги. Кажется, второй раз слышу эту фразу.
Так же весело, Марьяна быстро собрала рюкзак и вышла из палаты, помахав мне на прощание.
-Куда она идёт? - обеспокоенно спросила я, остановив медсестру.
-О, не волнуйся. Марьяну выписали. За ней приехал парень и они уезжают домой.
Я улыбнулась медсестре и лишь вслух пожаловалась о том, что меня наверное не скоро выпишут. Девушка посмеялась и сказала, что позже ко мне зайдёт врач.
Когда дверь закрылась, я прижалась к стене и зажала рот ладонью, боясь не сдержать крик. Марьяну не мог забрать парень. Он погиб. Марк мёртв. А другого быть не может.
Выглянув в окно, увидела машину белоснежного цвета, возле которой стоял рыжий парень и помогал Марьяне забраться на заднее сиденье. Но это был не Марк. На сиденье водителя уже кто-то был, так как незнакомый парень сел рядом с Марьяной. Нужно написать подруге. В голове не укладывается, что происходит.
Стараясь сохранять спокойствие, я подняла с пола подушку и зачем-то заправила кровать. Немного поразмыслив, взяла в руки телефон. Стоит ли написать Евсею. Или все-таки нужно поговорить с Глебом? Этот разговор с Марьяной не выходит у меня из головы. Нужно мыслить трезво. Но что я могу сделать? То, что говорила подруга, звучит как полное безумие. Но всё же я написала ей, понимая, что могу не дождаться ответа.
Прошло несколько часов прежде, чем ко мне все-таки кто-то зашёл.
-После обеда необходимо было выпить лекарство. Ты забыла, Лика. Не стоит пренебрегать своим здоровьем - прощебетала Аннушка, протягивая знакомую таблетку.
-Я расстроилась, что меня ещё не выписали - соврала я, сжимая в руках лекарство. - Мне сказали, что Марьяну забрал парень. Это ведь невозможно.
-Новенькая медсестра немного напутала - рассмеялась Аннушка. - За твоей подругой приехали родители и старший брат. Понимаю, как неприятно было слышать такое, учитывая, что парень мёртв.
Как же сухо и грубо прозвучала эта фраза. Я поежилась, натянув в ответ улыбку.
-Выпей таблетку, иначе голова вновь заболит - уже немного строго произнесла Аннушка, выходя из палаты. - Тебе нужно поспать. Кстати, где упаковка из под кефира. Надеюсь, ты его выпила? Помнишь, витамины сейчас крайне необходимы.
-Я помню - всё так же улыбаясь, достаю из тумбочки пустую упаковку и протягиваю медсестре. Вот уже который вечер я без зазрения совести вышивала напиток в унитаз. Но то было лишь наше с Марьяной негодование от не любви к кефиру.
Оставшись одна, я смотрю на таблетку, которую кручу в руке и неожиданно для себя срываюсь с места и выбрасываю её в унитаз. Смыв, провожаю её взглядом и ложусь в постель, притворяясь, что уснула. Каждый тихий час мы спали, уставшие, словно после тяжелого рабочего дня. Сейчас же сон не приходит ко мне, как бы я не старалась.
Услышав, как дверь палаты открылась и вновь закрылась, я сжимаю губы и встаю на холодный пол. Мысли, безумные мысли вертятся в голове, лишая возможности адекватно мыслить. Подкрадываюсь к двери и тихонько открываю её, осторожно выглянув в коридор. Улыбаюсь, собираясь выйти, но тут же останавливаю себя. Прямо передо мной стоит Глеб, повернувшись спиной. Рядом с ним Аннушка. Замечаю ещё одного человека и в панике ныряю обратно в палату, прикрыв за собой дверь. Ложусь в кровать и закрываю глаза, натянув одеяло до носа. Дотрагиваюсь до щеки и одергиваю руку.
В коридоре действительно стояли Аннушка с Глебом. Они разговаривали, так спокойно и непринуждённо. Ужас и страх, который я вновь испытала, вернулся. Рядом с парнем стоял псих. Тот псих, который оставил шрам на моём лице. Тот псих, который издевался надо мной в лесу. Черт, что здесь происходит. Какого чёрта он стоит в больнице, в костюме и с очками в руках. Почему я увидела это.
Вздрогнув, стараюсь дышать как можно тише, услышав, как в палату кто-то вошёл. Чувствую, как прогнулся матрас под тяжёлым весом. Человек сел на мою кровать и начал гладить больную щеку. Решаю подыграть и открыв глаза, сонно произношу имя Глеба. Но тут же кричу, громко и пронзительно. На меня смотрит зверёк, щурясь и улыбаясь.
Ныряю под одеяло и в истерике бью ногами по матрасу. Зверёк срывается с места и убегает. В это же время в палату вбегает человек и начинает гладить меня сквозь одеяло.
-Лика, Лика - слышу голос Глеба и в ужасе замолкаю, боясь его действий. Марьяна сказала, не доверять ему. Как мне быть. Как можно не доверять Глебу.
-Он был здесь - шепчу, зарываясь в объятия парня. - Тот псих, он был в моей палате. Я видела его, видела. Он трогал мою рану. Он вернулся за нами.
-Глупенькая - неожиданно произносит Глеб, целуя меня в лоб. - Тебе приснился кошмар. Здесь никого не было. Это был сон. Понимаешь? Отец бы не допустил, чтобы в наше крыло проник посторонний. Ты мне веришь?
-Верю - дрожа, произношу я. Но все-таки скрешиваю пальцы за спиной Глеба. Нет. Это не было сном. Потому что я не уснула. Я не приняла таблетку, как это было каждый тихий час. И почему же не спал Глеб. - Скажи, что я в безопасности. Скажи это, Глеб. Я должна поверить в это.
-Я всегда буду защищать тебя, принцесса - серьёзно говорит парень, обхватив ладонями моё лицо. - Мы теперь всегда будем вместе. И не один псих не посмеет тебя тронуть.
Кивнув, отпускаю Глеба, вымученно улыбаясь и уверяя, что постараюсь вновь заснуть. Когда парень уходит, беру телефон и открываю диалог с Евсеем, в спешке печатая сообщение. Пожалуйста, прости меня. Я вновь доверюсь тебе. Только не отталкивай меня.