Глава 1. Незабытое прошлое

Три года назад

Вдох-выдох. Я медленно иду по коридору, теребя край короткой черной юбки. Выпускной в одиннадцатом классе. Волнительно? Нет. Лишь предвкушаю радость оттого, что больше не вернусь в школу, не увижу лица одноклассников. Скорее бы прошла официальная часть и я смогла уйти на работу.

В музыкальном зале собрали два класса выпускников. Торжественная речь учителей, директора. Родители одноклассников громко аплодируют. Хотелось бы, чтобы мама с папой пришли меня поддержать. Но отец не вылезает из очередного запоя. А о матери стараюсь не думать. Вижу, как вперед проходит светловолосая девочка и улыбается мне. Сестренка... Мой маленький хвостик, который всегда следует за мной по пятам.

-В добрый путь! – директор заканчивает свою речь и улыбается. «Актер, у которого нет оскара» - закатывая глаза, думаю я по дороге в кабинет. Все прекрасно знают, как долгие годы ему было плевать на учеников и их проблемы. Бросая фразу «разбирайтесь сами со своим выродками» нашему классному руководителю, он запирался в кабинете.

Последний классный час. Наша учительница Мария Семеновна раздает альбомы выпускников. Только недавно я узнала, что за мой памятный подарок заплатила именно она. А у меня нет денег, чтобы купить ей хотя бы шоколадку.

-Спасибо вам - получая свой альбом, с благодарностью смотрю на Марию Семеновну и быстро выхожу из класса, ни с кем не попрощавшись.

К черту школу. Всех их.

Сестренка ждет меня на вахте.

-Лика, ты сегодня такая красивая! – с восхищением щебечет Василиса. Какой же тоненький у нее голосок, будто цыпленок рядом со мной. Хотя ей уже четырнадцать – А где Евсей? Опять изображает недотрогу? Друзья так не поступают.

- Лисенок – ласково глажу сестру по волосам – Сколько раз говорить, Евсей не мой друг. Одноклассник, не более.

-Но вы раньше всегда вместе ходили. Даже сидели за одной партой. Он, что, тоже?

-Это было в четвертом классе – терпеливо отвечаю, проигнорировав последний вопрос. – Евсей вырос. И я выросла. У нас появились новые друзья.

-Ага. Ты сидишь дома или работаешь. Какие у тебя могут быть друзья? – Василиса смеется и убегает вперед, завидев подружек на крыльце школы. Я улыбаюсь и вспоминаю, что оставила в классе маленький брелок в виде пушистого комочка. Думая, стоит ли возвращаться за ним, делаю шаг назад и натыкаюсь на кого-то. Нет-нет-нет. Пожалуйста, пусть это будет учитель.

-Хочешь меня раздавить? Смотри, куда шагаешь – слышу грубый хриплый голос и боюсь обернуться. Евсей. Конечно, кого судьба могла послать мне напоследок. – С твоим ростом только грибы в лесу собирать. Чего молчишь?

Как же меня трясет при виде одноклассника.

-Я не молчу – робко отвечаю, смотря в его светло-голубые глаза. Хочу уйти, но он с силой сдавил мою руку и приблизил к себе. Сколько ненависти в его глазах. Откуда она? Что я сделала?

-На выпускной пришла, а до этого в школе не появлялась. Могла бы и дальше шататься по району, как твой папаша – Евсей сильнее сжал мою руку. Синяк точно останется. Не издаю ни звука. Трусости мне не занимать.

-Отпусти меня – слышу свой тихий голос. Усмехается. Почему он всегда усмехается? – Я не хочу тебя больше видеть.

-Чего? – удивленно спрашивает парень.

Смотрю на бывшего друга, вспоминая все его издевательства. Как из такого милого мальчика вырос тот, кого я теперь больше всех боюсь? Ненависть потихоньку накрывает меня, болезненно отдавая комком в животе. Вспоминаю, как совсем недавно стояла у доски, отвечая на вопрос. В классе как обычно было шумно. Педагог не справлялся учениками и терпеливо ждал окончания урока. Я, отвернувшись, записывала ответ на доске. Внезапно почувствовала, как что-то прилетело в голову. Ручка. Евсей веселился и решил, что я подходящая мишень. Было больно, но я, не подав вида, прошла к своему месту и тихонько села, боясь сказать что-то в ответ.

Как же мне было обидно. Почему я всегда молчала? Хватит. Терять нечего.

-Я. Ничего. Плохого. Тебе. Не. Сделала. – сквозь зубы процедила я. - А ты ведешь себя так, будто это я на тебя ведро дерьма вылила. Хватит надо мной издеваться. Если хочешь быть и дальше крутым в глазах одноклассников, то я тебя огорчу. Твое время прошло. Мы окончили школу – гневно шиплю, сдерживая слезы. – Что с тобой стало? Мы раньше дружили, мы всегда хорошо общались, а после седьмого класса все пошло по... по-плохому все пошло. Ненавижу тебя. Пусти.

Пока парень удивленно смотрит на меня, вырываю свою руку и выбегаю из школы. Ищу глазами сестру и спокойно иду ей на встречу, пока сердце стучит, будто отбойный молоток. Спустя столько времени я высказала ему малую часть того, что накопилось внутри меня. Удивительно, откуда у меня столько смелости. А могла и получить за это.

-Нам пора – говорю сестре, пока та недовольно хмурится. – Ну что? Что за взгляд?

-Я погуляю с девочками? – Василиса делает грустные глаза. Всегда срабатывает на мне.

-Конечно, все-равно я убегаю на работу – улыбаюсь и тихонько вкладываю ей в ладошку двести рублей. Сестра довольно чмокает меня в щеку и уходит с компанией друзей.

Провожая их взглядом, я с улыбкой думаю, как ей повезло оказаться в нужном классе, где тебя ценят, а слово «буллинг» под запретом.

Мне повезло меньше. После седьмого класса я уехала в летний лагерь, где провела лучшие три недели за последнее время. По возвращению в школу меня ждало неприятное открытие. Немногочисленные подружки, образовав свою группу, вспоминали меня лишь тогда, когда нужно было списать домашнее задание. Все чаще стали слышны насмешки в мой адрес от них. Мальчики дружно присоединились и спустя полгода я стала изгоем в классе. Были и те, кто по-прежнему хорошо со мной общался, не понимая их подростковые игры. Нет, меня не били. Но моральное давление было настолько сильным, что школу стала прогуливать все чаще.

Тычки в спину, исписанные неприятными словами тетради и выброшенные вещи на пол стали для меня привычным делом.

Самым неприятным стало то, что мой друг, мой Евсей, присоединился к ним. Непонимание, обида, злость стали копиться во мне, образовывая огромный ком недоверия ко всему окружающему миру. Защитить меня было некому, так как отец пристрастился к алкоголю, поэтому этим бесстыдно пользовались одноклассники. Только лишь Мария Семеновна, мой классный руководитель стыдила их и поддерживала меня. Я ей благодарна, хоть и ей могли сыпаться в спину оскорбления, порой переходящие в маты. Да, наш класс был не из лучших. Именно про таких и говорят «вы самый ужасный выпуск за все годы нашей школы». Почему-то этим мои одноклассники гордились.

Погруженная в свои мысли я оступилась. Кто-то, толкнув меня в плечо, быстро пронесся мимо, на ходу выкидывая сигарету. Обернувшись и посмотрев на меня, молча продолжил путь. Я всегда узнаю эти глаза. Евсей.

Смотрю ему вслед и понимаю, что все-равно буду скучать. Наверное, я ненормальная, раз до сих пор не смогла отпустить свои чувства к Евсею. Таких, кажется, называют мазохистами.

Войдя в квартиру, слышу, как мяукает кот.

-Марсик, ты голодный? – ласково спрашиваю рыжего питомца. Тот, еще раз жалобно мяукнув, направляется к миске с водой, в которой плавает таракан.

Медленно дышу и стараясь не нервничать, иду наводить порядок на кухне, пока крошки хлеба окончательно не привлекли к себе внимание оставшихся тараканов в доме. После, заглянув в единственную комнату вижу, как отец спит на диване. Пахнет перегаром и чем-то не свежим. Открываю окно, впуская прохладный майский ветерок. Укрываю пледом папу и убираю с подоконника окурки. Как он еще не спалил квартиру?

Отец не всегда был алкоголиком. После ухода мамы из семьи, он, забыв про нас, стал околачиваться по району в компании некогда знакомых. Пристрастился к бутылке и начал потихоньку спиваться. За невыход на работу его попросили уволиться по собственному желанию. Работа была последним, что удерживало отца от полного погружения в свой мир. После этого мы с сестрой оказались нужны только дедушке и друг другу.

Я, понимая всю серьезность ситуации, начала искать подработку. Бралась за все, что могли предложить подростку. Продажа сим-карт и косметики сомнительных фирм, раздача листовок и многое другое. Из-за унижений в классе прогулы стали настолько частыми, что меня хотели исключить из школы. Но, пожалели. Так как свое отсутствие я комментировала тем, что в семье не простая ситуация. На самом деле я была рада не появляться в школе. Хорошо, что она осталась позади.

Быстро скинув юбку и белую блузку, переодеваюсь в спортивный костюм. Схватив со стола сумку, перекидываю ее через плечо и убегаю на работу.

Другой район. Другая жизнь. Спокойно иду по дороге, раздавая листовки. Большинство адекватно реагирует и берет, спешно запихивая листок в сумки. Есть и те, кто, закатив глаза с важным видом проходит мимо. Я привыкла не обращать внимания. Работа есть и это главное.

Спустя три часа, когда рабочая смена подошла к концу, забегаю в кофейню.

-Девушка, вам что-то подсказать? – с улыбкой спрашивает Миша. Владелец кофейни и бариста в одном лице. Не совсем успешный, но зато молодой бизнесмен, всегда шучу я.

-Да, где еще подзаработать – уставшая, закрываю за собой дверь и сажусь в кресло.

-Лик, всех денег не заработаешь, а отдыхать нужно – Миша протягивает мне латте и снимает фартук. – Как только выйдем на новый уровень, обещаю, что повышу тебя.

-Я запомнила – смеюсь и пью горячий напиток. – Кстати, я сегодня выпускница. Можешь меня поздравить.

Миша потирает ладошки, недолго думает и достает из холодильника коробку с пончиками

-Поздравляю лучшую выпускницу с таким важным днем – улыбается парень и вручает небольшой подарок. – Пусть твоя жизнь будет такой же сладкой, как этот дессерт.

Поблагодарив Мишу за подарок, предвкушаю, как вечером с сестрой им полакомимся. Желудок тихонько заурчал. Последнюю неделю мы с Василисой питались макаронами и растягивали банку зеленого горошка. Вкусно, но пусто. Пару килограмм наверняка скинули.

Получив расчет за месяц, иду в магазин и покупаю стандартный набор продуктов. «Любимые» макароны, дешевую курицу, чай, хлеб и молоко. Также не забываю про корм кошке. Думаю, что вечером необходимо будет оплатить пару квитанций, пока нам вновь не отключили электричество.

Зайдя в квартиру, ощущаю прохладу. Отца нет, окно нараспашку. Надеюсь, Марсик не замерз. Убрав продукты в холодильник и торжественно водрузив дессерт на стол, начинаю беспокоиться, что Василисы все еще нет дома.

-Надеюсь, не отца ищет – вслух говорю я и вздрагиваю от стука в дверь.

-Прости, что задержалась – сестра буквально вваливается в прихожую и глупо улыбается. Меня начинает бить нервная дрожь. Не моргая, смотрю на своего лисенка и думаю, когда она успела повзрослеть. И кто черт возьми ей купил алкоголь?!

-Ты пила?

-Немного – Василиса садится на табуретку и смотрит на меня глазами, полными раскаяния. – Лик, я хотела попробовать и...

-Тебе отца мало?! – не дав ей договорить моментально взрываюсь я. – Хочешь, чтобы потом тебя искали под всеми кустам, как его? Мне не нужно этого дерьма в доме! Ты хоть понимаешь, как мне тяжело? Я не вывожу!

-Лик, не надо. Пожалуйста – шепчет сестра и крепко обнимает меня. – Этого больше не повторится. Прости. Прости меня...

Не хочу ругаться. Но алкоголь для меня - запретная тема и то, что Василиса выпила, вывело меня из себя. Спокойно, Лика. Вдох-выдох.

-Я устала, лисенок – шмыгаю носом и вытираю слезы. – Давай ужинать?

Василиса улыбается и наливает чай. Рассказывая о том, как прошел ее вечер, упоминает имя, от которого я перестаю быть спокойной.

-И Евсей так спокойно сидел, как будто все в порядке. А этот парень ... ой – Василиса с опаской смотрит на меня и замолкает.

-Не общайся с ним – быстро убираю со стола, с тревогой посмотрев на сестру. – Он может обидеть тебя.

-Я понимаю и не доверяю ему. Мы пересеклись, когда я гуляла с его сестрой и поддержала разговор, не более.

Позже, когда Василиса уснула, а отец так и не вернулся домой, я начинаю высматривать его в окно. Как же хочется вылезти из этого дерьма. Совсем скоро мы с сестрой переедем к дедушке. Перестанем беспокоится, что в квартире будут ошиваться папины друзья. Забудем о тараканах и пустом холодильнике. Начнется новая жизнь. Поскорей бы.

Настоящее время

Дом-работа-дом. В очередной раз мысли заняты тем, что приготовить себе на ужин. А нужно ли вообще готовить? Для кого, если сестра пропадает на учебе, а дедушка наверняка спит?

Уже довольно поздно. Автобусы ходят редко, поэтому решаюсь идти пешком. Прогулка перед сном не помешает. Достаю наушники и включаю песню Сергея Лазарева «Сдавайся». Слушая его проникновенный голос, начинаю тихонько подпевать:

-Сдавайся, в твоей войне ничья... - решаюсь петь громче, так как вокруг никого нет. Ветер выбивает прядь русых волос из-под капюшона. Конец мая, немного прохладно, поэтому застегиваю ветровку. Начинает моросить дождь, ускоряю шаг. И где были мои мысли, когда я решила пропустить автобус? Сколько раз себе говорила, что сначала нужно думать, а потом действовать.

Визг тормозов. Хочу обернуться на звук и понимаю, что чьи-то сильные руки, схватив меня, зажали рот. Наушники бесшумно упали на асфальт, доигрывая трек. Сердце бешено начинает стучать, меня бьет дрожь. Мычу сквозь ладони и чувствую укол в шею. Вот дерьмо. Что с этой жизнью не так? Сколько меня еще будут испытывать? Неужели я так неугодна этому миру? Все еще отбрыкиваюсь от неизвестного, но тело начинает расслабляться, а силы покидают. Слезы льются из глаз, даже когда они закрываются. Последнее, что я помню, как меня бережно кладут на сиденье и звук закрывающейся двери. Сдавайся, Лика.