Глава 8. Сказки на ночь

Глава 8.

Сказки на ночь

Прохладный ветерок, чудом проникший в наше укрытие, заставил поежиться. Свет от фонаря постепенно становился тусклым. Желудок недовольно урчал. Галеты закончились, а вода стала на вес золота. Каждый глоток мог стать последним.

Прижавшись друг к другу и накрывшись найденным в рюкзаке куском ткани, напоминавшим простынь, мы с ребятами погрузились в сон.

Временное затишье пугало. Достаточно давно не было слышно посторонних голосов или шагов в тяжелых ботинках. Инстинкт самосохранения не позволял выйти и покончить с этим раз и навсегда. Мы прятались, боясь зайти дальше туалетных комнат. Грязь и отсутствие еды вытесняли мысли об уединении с Глебом. Его объятия приносили лишь спокойствие и тепло. Большего я не желала. Глупо растить какие-либо чувства к тому, кого могут забрать в любой момент.

Но все-таки, я дорожила каждым моментом, проведенным с ребятами. Постоянные шуточки Марка не давали заскучать в холодной комнате. Его рыжие волосы потемнели от пыли, но по-прежнему торчали в разные стороны. Веснушки, безумно шедшие парню, дополняли образ весельчака. Мы с ребятами прозвали его «солнышком». Парень не обижался, наоборот, ему льстило внимание к своей персоне.

Откровенные разговоры Марьяны теперь не шокировали, а активно обсуждались нашей небольшой компанией. Разговоры о друзьях, постоянных дискотеках и даже драках с ее стороны мы комментировали, не боясь делать замечания. Девушка принимала их, соглашаясь, какой сукой была в школе. Оглядываясь назад, понимала, что стоило быть мягче со сверстниками. Не всегда, но были моменты, когда она была особенно жестокой.

Глеб не спешил делиться подробностями своей жизни. Видимо, сказка о «золотом» мальчике повлияла на него, заставив на какое-то время погрузиться в прошлое.

Я же рассказала о своей семье. О матери, забывшей своих дочерей. Отце, променявшим нас на бутылку водки. Теплые чувства вызвали слова о дедушке, и конечно, сестре. Я боялась, как бы она не пошла по моим стопам и не забросила учебу. С моей стороны было приложено не мало усилий, чтобы Василиса жила достойно. Она заслужила право на счастье, мой маленький лисенок. Промолчала лишь о школе. Необоснованное чувство стыда не давало поделиться одним из самых непростых периодов в жизни.

Открываю глаза, понимая, что удалось выспаться. Тихонечко потягиваясь, чувствую, как Глеб прижимается, боясь разбудить остальных. Отстраняюсь, убирая его руку с плеча.

-Ты избегаешь меня. Обычно парни так поступают после первой ночи – едва слышно шепчет Глеб. – Считаешь, что ошиблась, переспав со мной?

-Нет. Я этого хотела. И осталась удовлетворена тем, что произошло. Никакой ошибки.

-И все же?

-Не хочу долгих разговоров на эту тему. Сейчас необходимо думать о том, как выбраться. Или хотя бы найти еды.

Глеб замолкает, согласно кивнув в ответ. Неосознанно кладу голову ему на плечо. Он замирает, боясь спугнуть меня.

Я действительно избегала Глеба. Поначалу, думая о том, что парень посчитал меня легкодоступной, я терзала себя. Но понемногу чувство стыда отпустило. Взамен пришло безразличие. Какая разница, о чем думают окружающие? Для кого-то данный поступок мог быть ошибкой. Для меня же это стало некой точкой взросления. Проблемы в подростковом возрасте научили надеяться только на себя. А секс заставил задуматься о том, что действительно я упустила. Любовь к себе и игнорирование неких потребностей. Пусть и таких животных.

Происходящее также заставило взглянуть на мир под другим углом. Почему же я так долго боялась делать то, что захочу? Возможно, чувствовала себя загнанной лошадью, которой все могли управлять. «Лика, не мешай. Лика, слушай меня. Лика, делай так, как удобно другим». Я не осознавала, насколько сильно подвержена влиянию и мнению со стороны окружающих. В стремлении угодить всем и боясь задеть чужие чувства, напрочь забыла о своих. Мечты, желания – все это ушло на задний план, боясь робким шепотом напомнить о себе.

Раньше секс был темой, от которой мои щеки пылали. Все мечты о светловолосом принце на розовых облаках разбились, когда я почувствовала, что могу умереть. Умереть, не испытав нечто большее, чем боязнь быть неправильно понятой. Сейчас я хочу говорить, хочу, чтобы меня слушали. И плевать, если осудят. Плевать, если это будут не правильные слова.

Слишком часто мысли были заняты парнем, который сломал меня. Это больная любовь, не стоящая того, чтобы тратить на нее свое время. Пора оставить Евсея в том прошлом, которое он для меня создал. Хорошие воспоминания будут греть душу. А плохие... Плохие можно стереть.

Неприятный звук заставляет проснуться Марка с Марьяной. Что-то пищит совсем близко. И кажется, в нашем укрытии.

-Что за фокусы – скалится Марьяна, оглядываясь по сторонам.

-Твою... Посмотрите на верх – Марк рычит, подскакивая с места.

Поднимаю голову и смотрю в потолок. В углу виднеется небольшая красная точка. Изредка мигает, заставляя нас мыслить в ускоренном темпе.

-Марк, это камера. Они следили за нами. Все это время они видели, что здесь происходит – нервный голос Марьяны вырывает меня из мыслей. – Гребаные извращенцы следили, как мы трахаемся! Вам понравилось? Мы можем повторить!

Марк прижимает девушку к себе, пока та нервно смеется.

-Малыш, забей. Они хотели шоу, пусть получают. С удовольствием навалю кучку дерьма, пока они обедают, следя за нами.

Успокаивая подругу, задумчиво смотрю на Глеба. Не понимая его взгляд, пожимаю плечами. Что он вечно от меня хочет? Я не умею читать мысли.

-Наверняка камеры раскиданы по всему зданию – произносит Глеб, по-прежнему буравя меня взглядом.

Холодок пробегает по телу, оставляя за собой мурашки. Мое дыхание учащается, пока в голове крутится одна единственная мысль. Медленно дышу, пытаясь успокоить бьющееся сердце. Они могли видеть наш секс с Глебом. Проклятье. Лучше бы меня утопили тогда в ванной.

-Если они хотели подавить нас, то допустили ошибку. Может, пора выйти из укрытия и надрать пару задниц? – усмехается Марк.

-Думай, солнышко. Пара психов только и ждут, когда мы покажемся – отвечает Марьяна. – Хотя, мне осточертело сидеть на холодных куртках и думать о том, где найти кусок хлеба. Предлагаю выбраться и попытать счастье. Сейчас я вам станцую тверк, извращенцы. Уткнитесь в мониторы и радуйтесь, что я нахожусь далеко от вас.

Звонкий голос Марьяны раздается на все помещение. Решительно выйдя из укрытия, девушка быстрым шагом направляется дальше, по коридору. Марк бежит следом, пока мы с Глебом плетемся позади.

-Возможно, мы сегодня погибнем – обращаюсь к Глебу безэмоциональным голосом.

-Если будет опасно, держись в стороне. И постарайся отвлекать Марьяну. Эта девочка заставляет напрягаться. Мало ли что придет в ее темненькую голову. Нож при тебе?

-Без него не засыпаю – усмехаюсь, приподняв край топа. – Вряд ли смогу им воспользоваться. Но, так немного спокойнее.

Впереди маячат фигуры друзей. Где же психи, нас слышно за версту.

Спотыкаюсь, когда Глеб хватает меня за руку и дергает на себя. Марьяна и Марк скрылись в ближайшем помещении. Замечаю фигуру, вышедшую из-за угла. Следом еще две. Страх начал подступать, пряча за собой долю отваги, которая недавно обуяла нас. Почему нельзя вжаться в стену и утонуть в ней?

-А вот и пташки. Как нам и обещали.

Глеб заслоняет меня собой, пока я дрожу от страха. Черт, почему я такая трусиха. Их слишком много. Нам не справиться. Куда мы только сунулись, компания глупых детей.

-Эй, парни. Нечестно нападать толпой.

Марк. Куда же ты полез, сиди и охраняй Марьяну. Злоба на парня заставляет думать быстрее. Как помочь, куда скрыться. Не хочу убивать. Я не умею, не смогу.

То, что произошло дальше, заставляет меня кричать во весь голос. Марка скручивают, приставляя нож к горлу, пока Глеб пытается отбиться от двух других нападавших. Марьяна, словно бешеная пантера, вклинивается в драку, пытаясь переключить внимание на себя. Мой взгляд бегает из стороны в сторону, пытаясь понять, на ком остановиться. Кому больше нужна помощь.

-Лика, беги – кричит Глеб, но я игнорирую его приказ.

-Стоять – хриплый голос одного из психов звучит рядом с Марьяной. Держа ее волосы в одной руке, мужчина размахивает ножом. Девушка рычит, не теряя надежды вырваться. Марк, боясь пошевелиться, просит успокоиться подругу. Глеб, прижавший другого нападавшего к полу ногой, думает, как действовать дальше. Одна я, трусиха. Жалкая. Как мне тошно от себя.

-Знаете, в больнице нет девушек, а я так скучаю по ним – шепчет псих на ухо Марьяне. -Девочка, хочешь спасти своих друзей?

-Пошел к черту – рычит Марьяна.

Нездоровый стон исходит от нападавшего, все еще державшего девушку за волосы. Внезапно он толкает ее, отчего та теряет равновесие и падает на пол. Мужчина хватает Марьяну за ноги, стягивая ботинки вместе со штанами, отчего девушка остается только в футболке и нижнем белье.

Насев сверху, псих грязными руками водит по телу девушки, пока та пытается вырваться, хватая за волосы и царапая лицо грузному мужчине. Звук расстёгивающейся ширинки и крики Марьяны режут слух.

Глеб, стоявший до этого смирно, резким движением вынимает нож. Всаживая холодное лезвие в область сердца нападавшего, которого удалось обездвижить, парень бросается на помощь к Марьяне.

-Я убью ее – визжит псих, сидя на девушке. – В сторону.

Пока внимание приковано к действиям Глеба, я не спеша подбираюсь к Марку. Тот, замечая мое движение, начинает заговаривать своего нападавшего.

-Эй, друг. Я же один из вас. Неужели, ты забыл меня? – спрашивает парень.

-Ты меня обманул.

-Нет же. Это они тебе соврали. Я тоже ловлю птичек. Но притворяюсь. Давай же, помоги мне. Нужно держаться вместе.

-Нам сказали, нельзя трогать девочек. Он не слушается.

-Да, верно. Нарушение правил, ты правильно мыслишь. Давай накажем его? А награду получишь ты – Марк мурлычет, словно хитрый кот.

-Ты нарушил правила. Нельзя трогать птичек – тонким голосом произносит псих, косясь на другого «зверька».

Я, в свою очередь, аккуратно вынимаю нож из его рук. Боясь спугнуть, натягиваю безумную улыбку, поддакивая Марку. Трясущимися руками прячу лезвие за спину.

Обманутый «друг» Марка спешно идет в сторону Марьяны, пытаясь освободить девушку. Между охотниками за птичками завязывается словесная перепалка, перерастая в драку.

Марьяна лежит на полу, боясь сдвинуться с места. Руки сжаты в кулачки, до боли впиваясь ногтями в кожу. Глеб отводит меня в сторону, пока Марк пытается помочь девушке справиться с волнением. Подхватывая вещи, берет Марьяну за руку, и мы компанией скрываемся за ближайшим поворотом. Скорее, пока они не опомнились.

Не зная, куда бежать, пытаемся скрыться подальше от злосчастного места. Повороты петляют, запутывая нас еще больше. Впереди просторное помещение, в углу которого замечаем покосившуюся стойку регистрации. За такой же я пряталась в свой первый день. Ныряя за нее, садимся, пытаясь перевести дыхание.

Марьяна, бежавшая до этого в одном нижнем бельем, спешно натягивает футболку и штаны. Ее дрожь переходит нам, отдавая по всему телу. Слезы бесшумно стекают по щекам. Беру ее за руку, дав понять, что никогда не отпущу.

-Я убью его – шепчет Марк и выбегает из-за стойки, повергая нас в шок. Матернувшись, Глеб следует за другом, приказав нам оставаться на месте. Киваю, крепче обняв свою подругу.

Марьяна смотрит в одну точку, не замечая, что ее парень только что отправился на верную смерть. Так не должно быть. Мы не в кино, черт возьми.

-Милая, все позади. Он накажет этого ублюдка и принесет его голову – пытаясь приободрить подругу, понимаю, что несу откровенную чушь.

Проходит достаточно долго времени, но парни так и не приходят. Гоню прочь плохие мысли, проверяя, не забыла ли взять второй нож. Нащупываю холодное лезвие за резинкой лосин. Отлично. И что же мне с этим делать.

-Сказки на ночь, бесстрашные пташки.

Голос из динамика доносится слабо, но все-таки его слышно. На ночь? Что ж, будет теперь на что ориентироваться, если это не ложь.

-Прежде, хочу принести извинения Марьяне. Мои зверьки не должны были домогаться вас. Наказание приведено в действие. Таковы правила. А теперь, приготовьтесь слушать.

Девочка-пантера. Дикая, неукротимая. Тебя ведь так называют, верно? Сегодня ты почувствовала, какого это, быть жертвой. Жалкой, униженной. Сломанной. В твоих глазах застыла беспомощность. Непривычно?

Девочка Марьяна была зачинщиком любой драки в школе, где училась вплоть до выпускного. Насмехаясь над слабыми одноклассниками, показывала свою власть. Власть, которой не обладала в семье, являясь младшей среди многочисленных братьев и сестер. Девочка, с чьим мнением не считались родители, зарываясь в работу. Девочка, о существовании которой вспоминали, когда походы к директору становились частыми, а жалобы родителей не переставали поступать.

Всю злобу она несла в школу, боясь стать жертвой буллинга. Добивалась внимания одним известным ей способом. Она знала, что если ты проявишь малейшую слабость, то тебя затравят и вышвырнут, как беззащитного котенка. Сильная среди одноклассников, но слабая среди родных.

У тебя было достаточно времени обдумать свое поведение. И если Глебу я посоветовал ценить то, что имеется, то к тебе другая просьба. Просьба, которую я называю приказом.

Сегодня, тебя жестоко проучили, девочка. Переосмысли случившееся и научись добиваться внимания иным путем. Иначе так и останешься одинокой и никому не нужной.

Сладких снов, птички. Сегодня парни порадуют вас.

Голос затихает, приводя нас в чувства. Смотрю на Марьяну, боясь отвлечь ее от мыслей.

-Я кусок дерьма, да? – усмехается подруга. – Возможно, не зря меня засунули в это место и пытают, словно подопытную крысу. Я заслужила все, что происходит.

-Тот, кто рассказывает сказки, намного безумнее тебя. В школе я бы обходила тебя стороной. Но здесь ты не похожа на жестокую девочку. Я рада, что познакомилась с тобой. Ты смелая, этого не отнять. Безумная, что тоже привлекает. Видимо, с нас сорвали маски и показали, какие мы есть на самом деле. И кстати. Ты вовсе не ненужная. Даже думать об этом не смей.

-Там, за стенами здания, ты такой же ангелочек?

-Нет – улыбаюсь, заглядываю в глаза подруге. – Я трусиха.

-А мне так не показалось – доносится голос Марка.

Мы с Марьяной подскакиваем, понимая, что разговаривали слишком громко. Нас ведь могли обнаружить в любой момент. Нашли время поговорить за жизнь.

Улыбаюсь. Не хочу знать, что произошло за то, время пока мы с Марьяной слушали сказку, но я рада, что парни живы.

Держась рядом, крадемся к нашему укрытию. Устроившись на полу, начинаем изучать находки парней.

-Это хлеб – не сдерживая радости, обнимаю Марка. – Как вам удалось?

-Марк нашел себе дружка – смеется Глеб, разламывая черствую буханку на четыре части. – Преданный, словно пес. Поделился едой. Надеюсь, не увязался следом.

-Вряд ли. У него есть, с кем поболтать – отвечает Марк. – В подвале, куда мы так и не спустились, кстати, засела компания психов. Точное количество не знаю. Но, не это главное. Важно, что они поймали еще одного игрока. И издеваются над ним, как могут. Не завидую бедняге.

Прожевав кусок хлеба, обдумываю полученную информацию. Как же мы могли забыть.

-Глеб, помнишь, когда мы прятались в кладовке, то слышали разговор о птичке в клетке? – задаю вопрос парню, мысленно покраснев о всех местах. Щеки начинают пылать. Успокойся, Лика. Ты должна вести себя адекватно.

-Что ж, не повезло – пожимает плечами Глеб, делая глоток воды.

Закатываю глаза, переводя взгляд на Марьяну. Она, не притронувшись к еде, прижимается к Марку. Взгляд опущен, а пальцы царапают колени. Парень осторожно целует ее в лоб, смахивая с лица выбившиеся пряди волос.

Какой бы жестокой ни была Марьяна в прошлом, она не заслужила такой грязи. Свои ошибки и проступки нужно прежде всего обдумывать и потом уже исправлять. А не страдать от рук психопатов.

-Вдруг, это девушка и они успели что-то с ней сделать? – неожиданно подает голос Марьяна. – Я не могу сидеть на месте, зная, что может произойти. Или уже произошло. Мы должны помочь.