Глава 18. Пешка

Глава 18
Пешка

Семь, восемь, девять, десять... Сбиваюсь. Начинаю считать заново. Один, два... Но ступени заканчиваются и я злюсь, что ничего не вышло. Не вышло спасти Марка и выбраться отсюда. Я не сумела взять себя в руки и проявить хоть каплю смелости, забыв о грёбаной доброй душе. Ненавижу себя и свою трусость. Понимаю, что моей вины нет, но никогда не прощу себе того, что случилось. Даже эти чертовы ступени и то сосчитать не в силах. Какая от меня может быть польза.
Подвал. Мы очутились там, куда так стремились попасть. Плохо освещённый длинный, узкий коридор, который заканчивается просторным помещением. Сыро и холодно. Плесень на стенах и старой мебели, которая попадается нам по пути. Испытываю брезгливость, которая раньше у меня сильно не особо проявлялась. Коридор словно из фильма ужасов. По левую сторону видна старая железная дверь с надписью "Электрощитовая". Справа - несколько серых деревянных дверей, за которыми может скрываться всё, что угодно. Обшарпанные стены и трубы, которые тянутся по всему потолку. Запах до того мерзкий, что начинает сводить скулы. Знаю, что и к этому быстро привыкну.
Мы медленно идём вперёд, изредка подгоняемые зверьком. Дойдя до конца коридора видим небольшую комнатку, дверь которой заменяет решётка с толстыми прутьями. Сквозь них я не протиснусь, можно не пытаться. Больше похоже на обезьянник, только тесный и без места, где можно было бы присесть. Ни скамьи, ни даже её подобия. Зато в углу виднеется камера. Смотрю на неё без каких-либо эмоций. Плевать, пусть хоть стоят за решёткой с блокнотами и записывают каждый наш вздох. Устраивать шоу я не намерена.
Как я и думала, нас с Марьяной швыряют, словно котят, именно в эту комнату. В клетку. Мы останавливаемся в ней, оглядываясь и морща носы. Нервно сглатываю комок в горле. Наверняка здесь держали Евсея. Издевались и мучали. Не могу думать о другом. Черт, какая же я плохая. Как противно от самой себя. Как бы я хотела сейчас извиниться перед ним за свои слова. Взять Евсея за руки и посмотреть в глаза. Я жалею, что пошла на поводу у своей ненависти и пожелала, чтобы он и дальше оставался здесь. Прости меня. Я не хотела так говорить. Не хотела причинять боль своими словами. Это была не я, а обиженная девочка из прошлого.
Щёлкает ключ в замке. Тяжёлый, будто амбарный. Хватило же ума повесить именно его. Будто бы мы справились даже с самым маленьким.
Марьяна молча садится в угол и запрокидывает голову назад, касаясь волосами грязной стены. Псих, поначалу рассматривает нас, но потом садится на одну из кроватей, тянущихся вдоль стены. Осмотрев рану, оставленную Марьяной, щедро поливает её водой и туго затягивает куском ткани. Без каких-либо эмоций. Меня пугает эта безэмоциональность больше, чем злость или безумие. Большего мне рассмотреть не удаётся. Я думаю лишь о том, где в этом подвале скрывается выход. Нужно вспомнить, что рассказывал нам Глеб. Почему же я не слушала, а понадеялась на то, что мы вместе выберемся отсюда.
Спустя время по подвалу разносится странный звук. Будто открыли старую дверь, петли которой забыли смазать маслом. Шуршание. Вновь скрип. Дверь закрывается. Встаю на ноги слишком быстро, отчего приходится держать равновесие, чтобы не упасть. Хватаюсь руками за холодные прутья решётки и всматриваюсь туда, откуда доносился звук. Псих неспеша скрывается из виду, но через несколько минут возвращается, держа в руке буханку хлеба. Даже отсюда я ощущаю этот тёплый аромат. Будто только что эту буханку достали из печи. Сглатываю подступившие слюни и вновь с жадностью вдыхаю этот аромат. Почему им дают еду? Не совсем честная игра.
Марьяна тихо посапывает в углу. Она отключилась почти сразу, как мы оказались в этой клетке. Не выдержала случившегося и отдалась во власть сна. Не трогаю её, понимая, что всё, что сейчас скажу, она моментально забудет. Я лишь накрыла подругу курткой, так как свою она оставила в комнате с матрасами.
"Набирайся сил, моя милая. Они тебе ещё пригодятся" - думаю про себя, боясь даже шёпотом разбудить девушку.
Звук открывающегося замка заставляет меня вздрогнуть и нехотя обернуться назад. Псих взглядом указывает мне на выход и я беспрекословно подчиняюсь. Лишь бы не трогали Марьяну. Я вынесу всё за двоих, если потребуется.
Мужчина хватает меня за горло, второй рукой закрывая тяжёлый замок. Неужели он думает, что Марьяна куда-то сбежит? Но мысли тут же переключаются на другое. Боль в шее от грубых пальцев приводит меня в чувства. Мужчина грубым жестом прижимает меня к стене у нашей клетки и улыбается. Страшно, как хищник, поймавший свою жертву. Из его рта я чувствую неприятный запах и стараюсь дышать как можно реже.
-Меня попросили покормить птичку. Не могу обещать, что тебе это понравится, так как плевать я хотел на их приказы. Не в моих интересах заботиться о девчонке, так что, постарайся не сопротивляться - грубый низкий голос пугает меня, заставляя дрожать каждой клеточкой своего тела. Это не к добру. Здесь не может быть чего-то хорошего.
-Я не голодна - процедила я сквозь зубы. Пальцы, сжимавшие моё горло тут же схватили меня за скулы, то влево то в право поворачивая мою голову. Рычу, пытаясь оттолкнуть от себя этого психопата.
-Большие крошки для маленькой птички. Ешь.
Грубым движение мужчина подносит к моему рту большой ломоть хлеба, насильно разжимая мне зубы грязными пальцами. Ощущаю во рту тёплую мякоть, но не чувствую от этого никакого удовольствия. Усиленно жую, то и дело давясь крошками. На глазах выступают слезы и скатываются вниз, отчего хлеб становится мокрым и солёным. С некой одержимостью мужчина заталкивает мне в рот всё больше кусков, приговаривая, что обо мне заботятся. Подавись своей чертовой заботой, больной ублюдок.
Не знаю, сколько прошло времени. Не знаю, сколько мне удалось съесть этого хлеба, но тошнота усиленно даёт о себе знать. Увидев это, псих заводит меня обратно в клетку, швыряя в след остатками хлеба. Быстро подбираю их и кладу в карман куртки, стараясь не разбудить подругу. Кто знает, сколько мы ещё здесь пробудем и дадут ли нам еды. Черт, черт. Мой желудок крутит, будто колесо обозрения. Глубоко дышу, стараясь поймать хоть немного воздуха пересохшими губами. Ужасно хочется пить, но врядли мне доставят такое удовольствие. А если и принесут воду, то заставят захлебнуться в ней. Чья то больная фантазия вышла за все рамки моего понимания.
Вспоминаю слова Евсея, как его кормили едой для птиц. Мысленно ещё раз жалею о сказанных в его адрес словах. Вспоминаю также сказку о девочке Лике. Интересно, как скоро, по их мнению, я усвою урок.
Сажусь на пол около Марьяны и сжимаюсь в комочек, словно маленький птенчик в гнездышке. Вдох-выдох. Что ещё придумает этот голос, который я надеюсь больше никогда не услышать. Вдох-выдох. Главное, продержаться до прихода парней. Они обязательно нас спасут. Глеб не бросит. А Евсей сказал довериться ему. Вдох-выдох. Я доверюсь.
-Тебе было велено дать еды, а не мучить девчонку до полусмерти. Не смей вести себя так, будто ты здесь хозяин. Правила игры должны соблюдаться каждым из вас.
Я думала, что больше не услышу этот мерзкий голос. Что за внеплановое вещание. Вся эта наигранная забота распыляет меня ещё больше. Теперь уже не обида, а злость образовывается комочком в животе. Теперь мной движет только она. Возможно, это к лучшему.
-А не пойти ли вам со своими правилами - псих буквально орёт и взяв новую биту, целиться ей в угол у щитовой. Слышится треск. Никакого голоса больше нет. В какой-то мере я благодарна этому зверьку. Но понимаю, что он больше не подчиняется организатору. Это не хорошо. Совсем не хорошо.
В углу нашей клетки начинает ворочаться Марьяна. То ли скул, то ли плач доносится со стороны девушки. Подползаю к ней и крепко обнимаю. Провожу рукой по волосам, шёпотом сообщая, что я рядом. Марьяна едва заметно кивает, утыкаясь носом мне в щеку. Всхлипывает. Её тело вновь содрогается от воспоминаний о случившемся. Она старается не издавать ни звука, держа кулачки крепко сжатыми, оставляя всю боль внутри себя.
-Когда он нас убьёт? - шёпот Марьяны едва слышен. Слабый голос, совсем не похожий на тот, что я слышала раньше.
-Не смей так говорить. Мы выберемся.
-Зачем? - Марьяны смотрит на меня потухшим взглядом. Её глаза опухли от слез, а пальцы на руках дрожат. - Для чего, Лика? Я не смогу без него. Я останусь здесь, с Марком.
-Марьяна...
-Он обещал, что у нас будет семья, дети... Как он посмел обмануть меня? Как посмел оставить?
Прижимаю девушку сильнее, стараясь заглушить её рыдания. Но сама невольно начинаю плакать. Тихо. Не показывая этого никому. Так мы и сидим вдвоём, обнявшись и не видя от слез ничего вокруг. Не замечаем прошедших минут, потому что давно перестали следить за временем.
Напротив нашей клетки задремал зверёк. Он едва слышно сопел, свернувшись калачиком на полуразвалившейся кровати. Её колёсики, давно подкосившиеся, едва выдерживали вес мужчины, готовые вот-вот сломаться окончательно.
Поцеловав Марьяну в лоб, аккуратно встаю и подхожу к железным прутьям. Щурюсь, пытаясь разглядеть какие-либо признаки того, что выход совсем близко. Ничего. В поле моего зрения нет абсолютно ничего, что могло бы указать на то, что отсюда можно выбраться. Громко выругавшись, с силой бью ладонью по решётке. На пальцах остаётся слой грязи, поэтому спешно вытираю их о лосины.
-Глеб заразил тебя нетерпеливостью? - спрашивает Марьяны, встав рядом со мной.
-Никогда бы не подумала, что скажу это вслух, но я бы многое сейчас отдала за то, чтобы он был рядом. Куда они могли запропоститься...
-До сих веришь, что наших мальчиков не прирезали по пути сюда? Знаешь, когда вы с Евсеем пропали, Глеб словно с цепи сорвался. Это было очень странно, даже немного страшно. Нервы у него, скажу я тебе, ни к чёрту. А потом и он пропал, когда наше укрытие обнаружил дружок Марка. Интересно, где он сейчас. И где парни...Как так получилось, что вы разделились?
-О, я просто дала им возможность побыть наедине друг с другом - фыркаю, чем веселю Марьяну. О том, что Глеб убил безобидного психа, решаю не говорить. Всë-таки я не до конца уверена, что парень поступил неправильно. - Нас застали врасплох на первом этаже. Парни оказались в тупике и я решила переключить внимание на себя.
-И они так просто дали этому случиться? - удивлённо спросила Марьяна, прислонившись спиной к решётке. - Не помогли, а молча наблюдали?
-Если честно, то я спряталась и уснула. Поэтому не могу сказать, что было дальше. До жути нелепая ситуация.
Не выдержав, Марьяна заливисто рассмеялась. Мне было приятно видеть её весёлой, хоть и на миг.
-Ты совсем отрешенная - заглянув подруге в глаза, тихонько решаюсь затронуть тему о Марке. - Я не брошу тебя, знай это. Но, пожалуйста, не отворачивайся от меня и не делай глупостей.
-При первой же возможности всажу нож в этого психопата - спокойно сказала Марьяна.
Вздыхаю, понимая, что ещё не время обсуждать такие вопросы. Но подходящего момента может не быть. По этому лучше сказать всё здесь и сейчас. Смотрю на Марьяну, её спокойный взгляд и плотно сжатые губы. Но спустя время гнев исказил её лицо и девушка со всей силы закричала, пытаясь разбудить нашего зверька. Она дергала тяжёлый замок и пинала решётку, не боясь отбить пальцы.
В ужасе и непонимании вздрагиваю и смотрю на то, как просыпается псих. Свесив ноги, лениво потягивается и резко спрыгивает с кровати. Едва мы успеваем отскочить, как мужчина подходит к клетке, окидывая нас взглядом. В его руке замечаю большой нож, которым он медленно проводит по железным прутьям решётки. Противный звук раздаётся на весь подвал, отчего сводит зубы.
-Вам стало скучно? - произносит мужчина, спрятав нож обратно в карман штанов.
-Думал, что будешь спать, пока мы мерзнем в этой клетке? - спокойным и ровным голосом спрашивает Марьяна. Подношу ладонь к лицу и мотаю головой думая, что за чушь несёт моя подруга.
-Хочешь, раскрою тебе маленькую тайну? - неожиданно спрашивает зверёк. Убираю ладонь от лица и жадно вслушиваюсь в диалог. Просто так болтать он явно не будет.
-Удиви меня - Марьяна оскалилась, высоко приподняв густые брови, на миг став привычной для меня девочкой-пантерой.
Мужчина быстрым шагом удаляется, оставив нас в недоумении. Спустя время мы слышим тяжёлый звук открывающейся двери. Лёгкий поток свежего воздуха доходит до нас, заставляя жадно вдыхать его. Этот запах, словно после дождя, прошедшего в лесу. Вокруг также тихо, что наталкивает на скверные мысли. Нас увезли и заперли далеко от города. Но всё равно я ощущаю вкус свободы, несмотря на то, что сижу в подвале. Выход. Я знаю, что это ОН. Зачем же этот зверёк показал нам путь, ведущий на свободу?
Находясь на расстоянии я понимаю, что мужчина приложил немало усилий, чтобы открыть дверь. Вернувшись обратно, псих с ухмылкой посмотрел мне в глаза и рассмеялся. Раскатисто и страшно, заставляя нас поежиться.
-Выход, птички - издевательски произнёс мужчина. - Совсем рядом. Стоит только выйти из клетки и вы на свободе.
-Что тебе нужно? - тихо произносит Марьяна. - Что ты хочешь взамен на то, чтобы Лика вышла отсюда живой и невредимой? Деньги? Секс?
В ужасе смотрю на подругу и взяв её за плечи, слегка трясу.
-О стену сильно ударилась? - рычу на неё, не пытаясь совладать со своими эмоциями. - Хватит разговаривать с ЭТИМ. Он издевается над нами и не собирается отпускать. Чтобы ты не предложила, ему будет плевать.
-А ты не глупая, девочка - рассеяно проговорил псих, вновь располагаясь на кровати. - Может, поэтому тебя и выбрали.
-Можешь дальше спать, мы тебя больше не потревожим.
-Ты его любимица...
Отпускаю Марьяну и недоверчиво смотрю на уставшего мужчину. Его глаз опух и заплыл ещё сильнее, проявляя гематому фиолетового цвета. Кровоподтёки расползлись, словно маленькие тонкие змейки.
-Не понимаю, о чем ты.
-Хочешь сказать, что не в курсе, кто замолвил за тебя словечко? Забавно, а ты оказывается не королева, а такая же пешка, как все мы. Это не простая игра, Лика - засмеялся псих, слегка подкидывая в воздухе нож. - Сюда не просто попасть. Нужно быть кем-то большим, чем бывшей школьницей с трудным детством.
-Браво, зверёк - наигранно апплодирует Марьяна. - Никогда в своей жизни я не слышала ничего более глупого. А что ты ещё придумаешь, чтобы мы окончательно убедились, что ты грёбанный психопат?
-Ты нас не отпустишь, верно? - перебивая подругу, задаю вопрос.
-Смотрите и знайте, насколько близко вы к тому, чтобы оказаться на свободе - издевательским шёпотом произнёс мужчина, указывая грязным пальцем в сторону. - Ну же, прочувствуйте этот момент вместе со мной. Так близко и так далеко.
Марьяна плюет в сторону зверька, который вновь оказался у нашей клетки, попадая ему точно в лицо. Тот, в свою очередь, вытирает плевок и заливается смехом.
-Как только ваши мальчики спустятся в подвал, я убью их.
Эта фраза зверька, брошенная абсолютно отрешенным голосом, заставляет меня ощутить холодный ужас. Смотрю на мужчину, который неспешно удаляется в сторону выхода. Дверь по-прежнему открыта, я чувствую это каждой клеточкой своего тела. Свежий воздух также доносится до нас. Отхожу к стене, ближе к подруге, вновь садясь на пол. Вдох-выдох, Лика. Нужно что-то придумать.