3. Планета
Бортовой компьютер доложил об успешной посадке. Несколько секунд я не верил, что наш полет окончен, но потом на лице расплылась счастливая улыбка.
- Мы сделали это! - воскликнул я и от нахлынувших чувств кинулся обнимать Романа. Тот неуверенно полопал меня по спине, но я старался поддерживать мысль о том, что товарищ слишком драматизирует.
- Поздравляю нас, - поддержал меня Олег, но в его глазах радости я не увидел.
К чему лгать, мы были напуганы. Наверное, только в тот миг мы осознали, где оказались и настолько далеко наш дом. Мы прилетели, ориентируясь, точно кроты, лишь на звук, и теперь неслись вслед за чужим солнцем вокруг центра галактики, чье название включало множество цифр и точек.
Роман промолчал. Он поправил одну из пряжек скафандра, мне кажется, просто из тревожности. Я тоже проверил, герметичны ли застежки: даже если эта планета очень похожа на Землю, наша иммунная система считай что стерильна.
- Готовы? - спросил Олег, оглядывая нас.
Я кивнул. Нервная дрожь стучала где-то в коленях, кровь гремела в ушах. Мне было не то холодно, не то жарко: единственный раз, когда я ощущал такой страх, был лет тридцать назад. Тогда я, еще ученик начальной школы, впервые списывал контрольную по физике.
Олег нажал кнопку на панели управления, и мы прошли к входному отсеку. Обратный отсчет считал секунды до открытия шлюза, и мы втроем завороженно смотрели на стремительно уменьшающиеся числа.
- Если что, нам же хватит топлива долететь домой? - спросил Роман, хотя все мы знали, что топлива у нас с избытком.
Однако Олег молчал дольше, чем требовалось на осмысление ответа. И с каждым мгновением тишины я боялся услышать его все больше и больше.
- Конечно, хватит, - ответил Олег.
Хотя я никогда не замечал за ним лжи, в этот ответ я совсем не поверил. За месяц полета, на всем протяжении которого меня мучили разные мысли, я разучился верить даже себе. А уж ученым, конструкторам и коллегам - тем более. Я, признаюсь, боялся покинуть корабль. Боялся встретить тех, кто посылал нам сигнал.
Через две секунды шлюз открылся. Первое время я жмурился, успев отвыкнуть от яркости солнца, но потом глаза потихоньку привыкли к свету.
Мы сели в какой-то крайне странной пустыне. С той стороны, где светило солнце, в небо поднимались тонкие и, похоже, каменные образования, отчаянно напоминающие гигантские сталагмиты. Они образовывали целый лес, если его можно было так назвать. С противоположной стороны рельеф уходил вниз, ни реки, ни озера на дне неглубокого каньона я не заметил.
- Это песок? - спросил Роман, просыпал между пальцами грунт. - Или пепел. Или пыль какая-то. Непохоже, чтобы эта земля была плодородной.
- Может, мы приземлились в местной пустыне, - предположил Олег.
- Если инопланетяне приземлятся в Сахаре, то будут того-то мнения, - неуместно пошутил я, надеясь, что на Землю никакие инопланетяне не долетят.
И пусть я совсем не разбирался в ботанике и геологии. даже мне было понятно, что с этой планетой что-то не так. Конечно, глупо судить по одной только локации - сам же сказал, что Сахара намного менее пригодна для жизни.
- Но из космоса Сахара видна, - недоуменно продолжил Олег. - Извините, парни, но у меня глаза еще целы. Этот участок поверхности не отличается от основной массы.
- Хочешь сказать, тут вся планета такая же? - вскинул голову Роман.
- Я б не отрицал такую вероятность.
Я еще аз осмотрелся и, не обнаружив даже малейших намеков на жизнь, с надеждой предположил6
- Может, тут вообще никто не живет?
- Но три месяца назад наш спутник в этой части галактики уловил сигнал, - возразил Олег. - Месяц на скачок, три недели на подготовку и еще месяц нашего полета. Может ли цивилизация умереть за три месяца?
Роман скептически покачал головой.
- Может, умерла уже давно, а сигналы поступали автоматически? Спутник вообще фотографировал поверхность планеты, прежде чем вернулся?
- Сомневаюсь. Это был бы слишком дорогой спутник, а на космос и так идет куча средств.
Я обернулся на корабль, мечтая прыгнуть в него и улететь отсюда подальше. Где-то там мои жена и дети гадают, что со мной и как я. А что я? Я только смог поклясться самому себе, что если вернусь домой, то никогда больше не вылечу за пределы Земли. Слишком много лет я очень верил в себя.
- Сколько нам надо тут пробыть, чтобы вернуться? - спросил я.
Олег пожал плечами.
- Сомневаюсь, что больших начальников удовлетворит неудача. Нам надо собрать достаточно свидетельств цивилизации - или ее отсутствия.
Этого вполне следовало ожидать и означало, что нам придется провести здесь не меньше нескольких недель. Может, будет даже хорошо, если за это время нам никто не встретится.
- Посмотрите на запад, - сказал Роман, и хотя мы с Олегом понятия не имели, где тут стороны света, оба повернулись в ту сторону, к которой клонилось солнце.
Там, на фоне поднимающихся к небу сталагмитов, я различил только небольшие черные точки, которые сновали между каменными колоннами. Солнце слепило глаза, и я прикрыл из рукой, но это не помогло.
Тем временем точки двигались по наплавлению из леса к нам. Они описывали широкие дуги, словно не могли бежать прямо, и их было несколько: я насчитал шесть.
- Быстро на корабль, - скомандовал Олег, но Роман уже бросился к закрытому шлюзу, не дожидаясь его команды.
- Закрыто! - крикнул он, и я ясно услышал в его голосе несвойственную ему панику.
Олег стукнул по двери, словно не поверил в слова Романа.
- Кто закрыл?
- Сама закрылась. - я обернулся в сторону бегущих точек, которые уже значительно увеличились в размерах. - Система так работает.
- А как открыть?
- Ты же капитан, почему не знаешь? - рявкнул Роман.
Хотя климат-контроль под скафандром работал исправно, прозрачный шлем все равно начал запотевать. Я почувствовал, как намокли ладони под перчатками, и теперь испытывал раздражение от того, что не мог их вытереть.
Я успокаивал себя тем, что на этой планете так же опасно, как и в открытом космосе. А в космосе я был уже множество раз, так что не должен бояться каких-то незнакомых тварей.
Пока я смотрел на приближающихся чудовищ - а я теперь не сомневался, что это были именно чудовища - позади едва слышно прошелестел отъезжающий в сторону шлюз.
- Дима! - позвал меня Олег, и я словно очнулся ото сна.
Развернувшись, я тремя прыжками преодолел разделяющее нас расстояние и прыгнул в корабль. Роман закрыл корабль, и теперь мы только в иллюминатор могли видеть тварей, которые вышли к нам из каменного леса.
Они были размером с крупного волка, а их тощие тела покрывала шерсть. Пожалуй, на этом их сходство с волкам заканчивалось.
Твари передвигались на шести конечностях, словно жуки. Их взлохмаченная темно-серая шесть торчала в разные стороны грязными паклями. Мордами они были похожи на помесь больдога и моржа: приплюснутый лицевой отдел черепа уходил вниз и вверх массивными клыками. Других зубов я у них не обнаружил, хотя, заглядывая в пасть к некоторым, видел единичные.
Твари разевали рты и, вероятно, издавали какие-то звуки. Мы были отделены от них прочным стеклом иллюминатора, потому не боялись их. Но я понимал, что однажды нам все равно придется выйти наружу, и мог только надеяться, что твари вскоре уйдут восвояси.
Наконец Олег прерывисто вздохнул и повернулся к нам.
- Так, давайте решать, что делать.
- Надо прогнать их как-то, - задумчиво произнес Роман. - И решить, чего они боятся.
- У нас нет оружия? - спросил я Олега, проклиная себя за то, что не осведомился об этом на Земле.
- В хозяйственном отсеке.
Мы направились туда, и на бесчисленных полках все-таки нашли несколько автоматов. Роман проверил магазины и взял несколько упаковок патронов про запас.
Когда мы вернулись, Олег все так же напряженно следил за тварями. Он смотрел в иллюминатор, сдвинув брови и о чем-то старательно думая.
- У нас есть оружие, - сказал я, но облегчения от этого факта не почувствовал.
Мы все понимали: более серьезные проблемы не заставят себя ждать. Небольшая стая инопланетных волков - ничто по сравнению с тем, что наверняка прячет эта планета.
- Пока вы ходили, я провел анализ атмосферы. Она практически полностью идентична нашей - не поверите, разнятся буквально сотые доли процентов. И уровень радиации повышен, но совсем не критично.
Роман заинтересованно кивнул.
- Ты взял пробы воздуха на микроорганизмы?
- Да. Результаты ПЦР будут через несколько часов. Но неизвестные микроорганизмы придется выделять вручную, на это могут уйти недели. Еще я запрограммировал лабораторию так, чтобы результаты автоматически отправлялись на спутник.
Я только крепче сжал автомат. Мы трое прекрасно знали, зачем нужна была автоматическая программа: просто Олег не очень-то верил, что мы выживем и отправим результаты сами. И хотя я старался верить в лучшее, умом понимал, что вероятность нашей гибели повышается с каждой минутой пребывания на этой планете.
Не надо было вызываться на полет. Глупая детская мечта обречет меня на смерть, и ради чего?
Но я не мог себе позволить упасть в апатию. Если перестанем сопротивляться, то точно погибнем.
- Эти волки ушли? - спросил я, чтобы хоть чем-то занять мозг.
- Почти сразу после вас, как почувствовали.
- Тогда предлагаю выйти и пострелять их на улице.
Роман неохотно согласился, и мы второй раз открыли шлюз. Осмотревшись, Олег первым вышел из корабля.
Он отошел на несколько метров от входа и внимательно изучил монотонный пейзаж.
- Мне кажется, они ушли, - сказал он немного погодя. - Во всяком случае, тут их точно не видать.
Я выглянул из корабля. Волков действительно в округе не было, но они не могли так быстро уйти далеко. Может, спрятались где?
- Наверное, - с сомнением протянул Роман и вышел следом за Олегом.
На его плече висел внушительного вида рюкзак. Взяв второй, я присоединился к ним, и втроем мы медленно направились в сторону, противоположную от каменного леса. И хотя тревога постоянно скручивала голову, тяжелеющее в руке оружие придавало мне некоторую уверенность.
- С этой планетой что-то не так, - вдруг заговорил Олег, когда наш корабль цветом почти смешался с потрепанной серой землей. - Я рассмотрел этих тварей. И хотя кажется, что это обычные волки, это не совсем так. Они все... Разные. У кого-то пять лап. У кого-то один или три глаза. У одного я даже заметил две головы.
- Радиация? - уточнил Роман.
- Может быть. Но мне всегда казалось, что от такого излучения животные погибают, а не плодят себе подобных.
- Волки выносливые, - заметил я. - В Чернобыле выживали наравне с крысами и тараканами.
Конечно, я пытался успокоить в первую очередь самого себя. Товарищи перестали разговаривать и теперь только осматривались, словно загнанные звери. Искали ли убежище?
Мне всегда казались странными люди, которые боялись космической бесконечности. Или которые не могли ее постичь. С тех пор, как начал осознавать себя, я стремился в небо. Что это было? Судьба? Или место, где я найду свою смерть? Всю серьезность своих намерений я в полной мере осознал только сейчас, ступая по мягкому грунту чужой планеты.
Мы стремились в небо, желая стать первооткрывателями, героями и исключительными личностями. В нас горела жажда новизны, которая с течением времени вроде бы должна разгораться ярче, но у большинства лишь затухает.
Но я никогда не думал, кем буду для жителей тех планет, куда ступит моя нога. Я не боялся неизведанности, напротив, к ней стремился. Мой первородный ужас перед неизвестным тлел где-то внутри, но только теперь в этот угасающий костер дохнул свежий весенний ветер.
И теперь, оказавшись на этой безымянной планете, я вдруг ясно осознал свою уязвимость. Моя жизнь зависела от тонкой ткани скафандра, а до этого - от жестяной банки, куда добровольно зашел.
- Вернулись, - на удивление спокойно сказал Роман.
Именно благодаря этой его черте я был рад работать с ним: все страшные новости он сообщал так спокойно, как будто ничего не произошло. В этот раз спокойный тон не сработал.
Я обернулся. Волков в этот раз было больше почти вдвое, и, вспомнив слова Олега, я постарался сосредоточиться на их внешности.
Вот крайний волк поджимает лишнюю лапу к животу. Вот из второй пасти, отвернутой в сторону, стекает капелька слюны. Вот волк скалится, жмуря четыре своих глаза.
- Стреляем? - уточнил Роман, и Олег вместо ответа пустил очередь в стаю зверей.
От громкого звука я наполовину оглох, в потом в левом ухе начало звенеть. Я тоже начал стрелять: без разбора, без техники и системы. Но мы видели, что пули со значительным трудом попадают в тела волков. Многие, напротив, начали только звереть, потому бросились нам навстречу, ощетинившись и подобрались.
До корабля было далеко, и добежать мы бы не успели. Оставался единственный вариант - отстреливаться до тех пор, пока хватает патронов.
Я нажал на курок ещё раз и ещё - магазин был пуст. Выругавшись себе под нос, я подрагивающими руками сменил его. Тридцать патронов унесли жизни только двух тварей, а оставшиеся в живых пятеро находились уже метрах в пятидесяти от нас.
Патроны закончились и у Романа, и у Олега. От смерти меня отделяло всего несколько десятков метров и пара минут, и впервые за всю жизнь мне стало по-настоящему страшно. Я почему-то всегда думал, что смерть - это то, что никогда не произойдет со мной. Что она где-то и далеко, и совсем рядом, но будет обходить меня целую вечность.
Но парализующий ужас, который охватил все мое сознание, выпихнул из головы все возможные мысли. Там поселилась только бесконечная пустота, пропекаемая вспышками ужаса, похожими на одновременное рождение миллионов сверхновых звезд.
Я даже не до конца осознал происходящее, когда откуда-то сбоку раздался шквал выстрелов. Волки упали к нашим ногам, совершенно бездыханные. Только кровь едва поблескивала на их потемневших шкурах.
Я обернулся в ту сторону, откуда раздались выстрелы. Там находился небольшой отряд местных жителей, которые держали наготове оружие и опасливо смотрели на нас. Их лица были закрыты плотными черными платками, и можно было различить только глаза - у кого-то светлые, у кого-то темные, но в целом очень похожие на человеческие. Сколько бы я ни вглядывался, разницы не заметил.
Местные все-таки подошли к нам ближе. Краем глаза я заметил, что Олег осторожно положил автомат на землю, и Роман сделал так же - я тоже хотел осторожно положить оружие, но оно выпало из рук и стукнулось об землю.
Тем временем незнакомцы переглянулись и, что-то обсудив, повернулись к нам. Один из них, вероятно, лидер группы, рукой поманил нас за собой, и нам ничего не оставалось, кроме как подчиниться.