Глава 10 - Ночной обход

⁠Караг долго не мог уснуть.
Слова Лидии не выходили из головы.
"Ты пришёл сюда совсем по другой причине."
Она не могла знать о родителях.
Или...
могла?
Он перевернулся на другой бок.
За окном моросил дождь, тихо стуча по карнизу.
В коридоре давно стихли шаги.
Театр уснул.
По крайней мере, так должно было быть.
Караг бросил взгляд на часы.
00:17.
Именно это время он видел в расписании в первый день.
«Закрытая сессия - 00:15.»
Странное совпадение.
Он ещё несколько минут лежал неподвижно.
Потом резко сел.
- К чёрту...
Натянув толстовку, Караг бесшумно вышел из комнаты.
Ночной театр оказался совершенно другим.
Днём он казался тёплым и почти уютным.
Теперь же длинные коридоры освещали лишь редкие настенные лампы.
От деревянного пола тянуло прохладой.
Каждый шаг отдавался слишком громким эхом.
Караг медленно двигался в сторону главной сцены.
Пусто.
Ни голосов.
Ни музыки.
Только негромкое гудение вентиляции.
Он уже почти дошёл до поворота, когда услышал шаги.
Инстинкт сработал мгновенно.
Караг юркнул за тяжёлую бархатную штору.
По коридору кто-то шёл.
Неторопливо.
Размеренно.
Через несколько секунд в свете лампы появился Эрик.
Наставник был один.
В руках он держал небольшую связку ключей.
Не оглядываясь, Эрик прошёл мимо сцены и свернул к той самой технической двери.
Караг задержал дыхание.
Ключ повернулся в замке.
Дверь открылась.
Изнутри ударил холодный воздух.
Эрик исчез за ней.
Замок снова тихо щёлкнул.
Тишина.
Караг подождал ещё минуту.
Только потом осторожно подошёл ближе.
Дверь оказалась заперта.
Он коснулся ручки.
Холодная.
Будто за ней было неотапливаемое помещение.
Или...
что-то гораздо глубже.
- Я так и знал.
Караг резко обернулся.
В нескольких шагах стоял Джеффри.
Скрестив руки на груди, он смотрел на него с выражением, в котором смешались усталость и лёгкое раздражение.
- Ты преследуешь меня?
- Не льсти себе.
- Тогда что ты здесь делаешь?
- То же, что и ты.
Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.
Потом Караг тихо спросил:
- Ты давно знаешь про эту дверь?
Джеффри ответил не сразу.
- Видел её.
- И?
- И ни разу не смог открыть.
Караг удивлённо поднял брови.
- Пытался?
- Конечно.
- Один?
Волк усмехнулся.
- Вот видишь. Не только ты любишь искать неприятности.
Караг невольно улыбнулся.
Совсем немного.
- Значит, всё-таки любопытный.
- Не распространяйся.
Они медленно отошли от двери.
Джеффри первым нарушил тишину.
- Есть теория.
- Какая?
- Нас проверяют.
- Это я уже понял.
- Нет.
Не просто проверяют.
Он остановился.
- Замечал, что почти всё происходит тогда, когда рядом оказываемся мы?
Караг задумался.
Лестница.
Срыв Тима.
Записка.
Лабиринт.
Даже сегодняшнее расписание.
Везде...
рядом был Джеффри.
- Думаешь, совпадение?
- Думаю, слишком много совпадений.
Они снова пошли вперёд.
- Тогда почему именно мы? - спросил Караг.
Джеффри пожал плечами.
- Если бы знал - уже давно ушёл бы.
Караг посмотрел на него.
Что-то в этой фразе зацепило.
- Ты хочешь уйти?
Волк едва заметно замедлил шаг.
- Иногда.
- Но не уходишь.
- Нет.
- Почему?
Джеффри долго молчал.
Настолько долго, что Караг уже решил не ждать ответа.
- Потому что ещё не закончил.
Ответ прозвучал тихо.
И Караг понял.
Это правда.
Но далеко не вся.
Когда они уже почти дошли до жилого крыла, впереди мелькнула тень.
Кто-то быстро свернул за угол.
Оба одновременно остановились.
- Видел? - шёпотом спросил Караг.
Джеффри коротко кивнул.
Они осторожно подошли ближе.
Пусто.
Только небольшая тележка с театральным реквизитом.
И лист бумаги на полу.
Караг поднял его.
Это оказался фрагмент старой программы спектакля.
На обороте карандашом была выведена короткая фраза:
«Не все зрители сидят в зале.»
Внизу уже знакомо пересекались четыре тонкие линии.
Караг сжал лист в руке.
- Снова...
Джеффри медленно выдохнул.
- Нет.
На этот раз...
Он внимательно осмотрел коридор.
- Это оставили совсем недавно.
Караг поднял голову.
- Для нас?
- Или...
Волк перевёл взгляд куда-то за плечо Карага.
- Для того, кто сейчас наблюдает за тем, как мы её нашли.
По спине пробежал холодок.
Караг резко обернулся.
Коридор был пуст.
Но ощущение чужого взгляда...
никуда не исчезло.
И впервые за всё время, проведённое в театре, он поймал себя на мысли, что больше не хочет расследовать всё в одиночку.
Не потому, что боялся.
А потому, что рядом уже был тот, кто видел те же странности.
И, похоже, задавал себе те же самые вопросы.