Глава 8
Шесть месяцев спустя
Толпа аплодирует, когда Дженна кланяется в последний раз, и я присоединяюсь к ним с парой выкриков. Я знаю, что в трясущемся видео, которое я снимаю на выходе на поклон, будет больше моих криков, чем криков публики, поэтому мысленно извиняюсь перед ней, когда заканчиваю запись. Я тороплюсь схватить куртку и сумочку, выбегая из театра к служебному входу. Я заранее изучила, где он находится, и помню, что нужно выйти как можно быстрее, следуя совету, прочитанному в интернете.
Когда я прибываю, там уже собирается небольшая толпа, и мне приходится встать на цыпочки, чтобы заглянуть через головы и убедиться, что никто еще не вышел.
Я сжимаю в руке программку и пролистываю ее. Поскольку Дженна не является частью основного состава, я вынимаю листок с деталями ее замены и убираю его в сумочку для сохранности. Выходят ли дублеры вообще к служебному входу? Полагаю, если они на главных ролях и являются постоянными членами труппы, то да — я чувствую, как мои ладони потеют, пока представляю, как мой грандиозный план рушится и сгорает.
Я листаю телефон в ожидании и нервно пишу в групповой чат с Лесли и Тайлером. Он успокаивает меня, что мой нелепый план, скорее всего, сработает, и просит, чтобы я попросила людей вокруг снять это для него. Лесли соглашается, отправляя гифку с аплодисментами. «Все это настолько нелепо, что у меня будет сердечный приступ, так что я не собираюсь добавлять к этому разговоры с незнакомцами», — пишу я в ответ.
Я вижу, как он присылает кучу раздраженных ругательств, но не успеваю ответить, как радостные возгласы впереди прерывают меня. Я поднимаю взгляд и вижу, как служебная дверь открывается, и известный инди-певец, играющий главную мужскую роль, выходит к толпе обожающих фанатов. За ним следует еще один член труппы — кто-то, кого я узнаю как исполнителя роли лучшего друга. Наконец, под еще несколько приветственных криков появляется Дженна. Я должна была бы удивиться, но не удивляюсь; она довольно популярна в тиктоке, и ее видео привлекают новых поклонников и щедрые спонсорские предложения, которые позволили ей переехать из своей конуры.
Хотя я еще не видела ее новое место вживую, но то, что я видела по фейстайм, выглядит довольно неплохо.
Толпа расступается, когда люди, стоящие в начале очереди, уходят, очарованные и перешептывающиеся. Когда толпа подтягивает меня ближе к дверям, я слышу, как люди передо мной делают комплименты актерам.
— Ты был так хорош, Броди.
— Как ты находишь время репетировать между этим и Quixotic?
— Серьезно, Дженна, ты была просто потрясающей!
Эта последняя фраза должна была быть моей, и мне стоило больших усилий не задеть локтем человека впереди. Я бормочу общее: «Потрясающее шоу!» коллегам Дженны и нервно жду, пока она подойдет ближе. Она уже достаточно близко, я вижу, как она фотографируется с человеком передо мной, и замечаю по ее глазам, что она узнала меня. Она торопливо провожает поклонницу, и я делаю шаг вперед.
— Мне это снится, да? — она моргает, когда я протягиваю ей программку.
— Нет... привет, — говорю я, не придумав ничего лучше. Я смотрю, как она нервно подписывает программку, то и дело поглядывая на меня, то на бумагу.
— Ты была потрясающей, я записала твой поклон. Не знаю, разрешено ли это, — признаюсь я.
Когда Дженна снова смотрит на меня, у нее на глазах слезы.
— О, милая, — говорю я.
Мне хочется протянуть руку и смахнуть ее слезы, но, судя по тому, как ее менеджер сцены косится на меня, это вряд ли пройдет.
— Я напишу тебе позже, — наконец говорит Дженна, и толпа отодвигает меня в сторону.
Я удивлена такой реакцией, но ухожу и направляюсь к пиццерии за доллар, чтобы подождать. Пока я иду, я снова смотрю на программку, которую подписала Дженна. Мне требуется некоторое время, чтобы расшифровать слова, написанные на ярком постере.
МОЕ СЕРДЦЕ. СПАСИБО.
Слегка успокоенная, я доедаю кусок пиццы и начинаю идти обратно к театру, когда мой телефон вибрирует от звонка.
— Где ты? — голос Дженны звучит торопливо.
Я оглядываюсь и отхожу в сторону. Я называю пекарню, рядом с которой стою, и мне сразу же говорят не двигаться, что меня устраивает, так как я уже устала ходить.
Через восемь мучительных минут я вижу, как ко мне летит ее бело-розовый берет. Когда она подходит ближе, я распахиваю руки, и она бросается в них.
— Привет, — ее голос приглушен, потому что она уткнулась лицом в мое плечо.
— Привет, — я сжимаю ее покрепче.
— Извини за то, что было раньше. Я была так ошеломлена, увидев тебя. Как ты так быстро добралась?
— Ну, работа в ИТ имеет свои преимущества, — отвечаю я.
— Спасибо, спасибо, — говорит Дженна между быстрыми поцелуями.
На последнем поцелуе я углубляю его, показывая ей, как сильно я скучала.
— Пожалуйста, скажи, что завтра ты свободна, — говорю я, когда мы наконец отрываемся друг от друга, под свист нескольких прохожих.
Дженна кивает и хватает меня за руку, таща к дороге. Она ловит такси (неужели это движение всегда было таким сексуальным?), и я с изумлением наблюдаю, как она называет водителю адрес.
— Вау, всего несколько месяцев здесь, а ты уже полностью вписалась.
Мы быстро поднимаемся на лифте в ее новую квартиру.
Я замечаю цветы, которые заказала с доставкой и которые ждали у ее двери, и мое сердцебиение учащается, когда я вспоминаю последнюю часть сюрприза.
Дженна ахает, заметив их, и поднимает букет, чтобы понюхать.
— Ого, интересно, от кого они? — спрашивает она тоном, который говорит, что она точно знает, от кого они.
— Давай зайдем внутрь и найдем вазу, чтобы поставить их, — предлагаю я.
Она смеется и отпирает дверь. Она кладет цветы на стойку слева от входа, а я не торопясь снимаю обувь и куртку. Карман моих брюк остается плотно закрытым, и я вздыхаю с облегчением.
Дженна возвращается, чтобы убрать свою куртку, а я иду обратно к цветам, роясь в шкафах в поисках ножниц, чтобы открыть упаковку.
Я беру конверт, прикрепленный спереди, и аккуратно откладываю его в сторону.
Дженна возвращается на кухню, и я замираю, впервые за несколько месяцев как следует любуясь ею.
— Вау, я так скучала по тебе, — шепчу я, временно забыв о своем плане.
— Я тоже по тебе скучала, — говорит она, прижимая меня к стойке.
Страстный поцелуй перерастает в хватание за штаны, и это выводит меня из оцепенения.
— Подожди, — говорю я, когда она тянется к пуговице на моих штанах. — Прочитай это сначала, — я тянусь мимо нее, чтобы взять конверт, который отложила раньше.
— Это может подождать, давай сначала закончим наверстывать упущенное.
— Это важно для меня, — смеюсь я, когда ее поцелуи в шею начинают щекотать.
— Ладно, ладно, — она отстраняется и делает шаг назад. Схватив конверт из моих рук, она разрывает его. — «Малыш, я так тобой горжусь», — начинает она читать вслух. — «Надеюсь, ты не против, что я нарушаю твой день» — нисколько, — прерывает она саму себя. — «Пожалуйста, приезжай ко мне, когда захочешь», — она подчеркивает свое заявление поцелуем.
— Я с радостью, продолжай читать.
— Командирша, — дразнит она, но возвращается к чтению. Остальное она не читает вслух, но останавливается, дойдя до конца. Эти несколько секунд, пока она отвлеклась, позволили мне наконец достать кольцо из кармана.
— Это немного, но я надеюсь, это покажет, как серьезна я насчет нас, — говорю я, открывая бархатную коробочку.
Я бы встала на колено, но на этой кухне тесно (в конце концов, это Нью-Йорк), и я благодарна, что могу видеть ее реакцию вблизи.
Дженна медленно моргает, глядя то на записку, то на меня.
— Это происходит на самом деле, в смысле, реально?
— Да... так какой будет твой ответ?
— Конечно, я выйду за тебя! — она заключает меня в объятия, и я осыпаю ее шею, щеку, губы поцелуями. — У меня нет слов. Я не думала, что мой день так повернется, — продолжает она, отвечая на мои поцелуи своими, и я с радостью прерываю улыбку.
— О боже, теперь я могу наконец расслабиться. Клянусь, я вся вспотела от нервов, — признаюсь я.
— Ну, теперь, когда ты здесь, ты можешь расслабиться. Хочешь экскурсию? Может, начнем со спальни?
Дженна хватает меня за руку и тащит вглубь квартиры.
— Конечно, давай начнем с нее.
— Отлично, потому что у меня много планов на нас. После того, что я с тобой сделаю, ты захочешь на бис.
— Не могу дождаться.