глава 3. Неудачный сюрприз

Дорога до остановки заняла меньше времени, чем обычно. Я шла быстро, почти бежала, стараясь не думать о том, что узнала сегодня. Но мысли лезли в голову, как назойливые мухи, и я никак не могла их отогнать.

Кристиан Винсент. Азазель. Теневой король Ренктона. Человек, который меняет девушек как перчатки. Человек, который ломает кости на ринге и улыбается при этом. Человек, который смотрит на меня так, будто ещё секунда и он убьет меня.

А ведь Лиам говорил, что отморозок просто программист. Что он работает в IT-сфере. Что он обычный парень, который любит бокс в свободное время.

Как же я была наивна.

Я села в автобус и уставилась в окно. За ним проплывали серые дома, голые деревья, редкие прохожие, кутающиеся в шарфы. Город готовился к зиме, но мне казалось, что я уже замёрзла изнутри.

Я достала телефон. На экране горело непрочитанное сообщение от Лиама, которое я проигнорировала утром. Открыла его с замиранием сердца.

«Котёнок, я сегодня буду занят до вечера. Прости, что не смог проводить тебя после пар. Ты не злишься? Целую.
💋»

Я перечитала сообщение дважды. Трижды. Занят. Он всегда был занят в последнее время. То подработка, то учёба, то «встреча со старыми друзьями». И я всегда верила. Всегда кивала и улыбалась, говоря: «Конечно, дорогой, я понимаю».

А ведь Астрид сказала, что Лиам никогда не водит машину и всегда ходит с охраной. Я вспомнила его друзей - высоких, молчаливых парней, которые всегда стояли чуть поодаль и смотрели по сторонам. Я думала, они просто стеснительные. Или что они не любят шумные компании.

Я думала, что знаю своего парня.

Но сегодня я поняла, что не знаю ровным счётом ничего.

Я набрала номер Лиама. Он ответил после второго гудка.

- Элла? Привет, малыш. Что-то случилось?

Его голос был тёплым, как всегда. В нём не было ни капли напряжения, ни тени лжи. Но я уже не была уверена, что могу доверять этому голосу.

- Привет, - сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. - Я подумала, может, прогуляемся сегодня? Погода хорошая, и я соскучилась.

На том конце повисла пауза. Слишком долгая для простого ответа.

- Прости, котёнок, но я сегодня правда занят. У меня встреча с... ну, с ребятами. Мы работаем над одним делом, и я не могу пропустить.

- Каким делом? - спросила я тихо. - Ты никогда не рассказывал мне о своих делах.

Ещё одна пауза. Я слышала, как он выдохнул - то ли устало, то ли раздражённо.

- Это скучно, Элла. Просто работа. Я.. я потом тебе всё объясню, хорошо? Давай завтра встретимся. Я буду весь твой. Обещаю.

- Ладно, - сказала я. - Хорошо. Завтра так завтра. Я люблю тебя.

- И я тебя. До завтра, котёнок. Уже скучаю.

Он отключился первым. Я смотрела на потухший экран и чувствовала, как внутри разрастается пустота. Что-то было не так. Что-то было не так уже давно, просто я отказывалась это замечать.

Телефон ожил. На экране высветилось имя Астрид.

- Я заеду за тобой в девять, - сказала она без приветствия. - Оденься, так, что бы у парней слюни текли. Мы едем развлекаться.

- Куда? - насторожилась я.

- Сюрприз, - в её голосе слышалась загадочная улыбка. - Я позвоню, когда буду у твоего дома.

Она сбросила вызов, оставив меня в недоумении. Развлекаться? В такое время? И почему мне кажется, что её идея развлечений будет связана с чем-то, о чём я пожалею?

Остаток дня прошёл в каком-то тумане. Я пришла домой, перекусила остывшим супом, который мама оставила в холодильнике, и легла на диван, глядя в потолок.

Развлекаться. Что она задумала? Астрид никогда не была предсказуемой. В прошлый раз её «развлечения» закончились тем, что мы убегали от охраны ночного клуба, куда она меня затащила без приглашения. Да, не отрицаю, было весело. Но только до того момента, пока моя мама не вбежала в участок в медицинском халате, чтобы забрать меня пьяную домой. Тогда мне знатно досталось..

Я посмотрела на часы. Время близилось к 8 вечера. Я поднялась в свою комнату и подошла к шкафу. Я распахнула дверцы и выбрала подходящую по описанию Астрид, одежду.

Я нашла какую-то облегающую бедра, черную мини-юбку с небольшим вырезом. Откопала какой-то черный топ корсетного типа. Одела кружевные, черные, капроновые колготки и посмотрела в зеркало.

- Идеально. - Сказала я вслух. - Осталось только накраситься и готово.

Я подошла к зеркалу и достала из ящика тумбочки косметичку. Я накрасила стрелки и тушь. Нанесла тональный крем спонжем и не пожалела румян. Последний этап- фиксатор для макияжа.
Я расчесала волосы и зафиксировала на голове крабиком. Вот теперь я была готова.

Ровно в девять вечера раздался звонок в дверь.

Я накинула кожаный, бордовый бомбер, взяла сумку и вышла. Астрид стояла на крыльце, закутанная в чёрную кожаную куртку, с сияющими глазами.

- Вау, детка! Да ты ходячий секс!

- хах, спасибо Астрид, ты тоже отлично выглядишь- мои губы расплылись в улыбке.

- Держи, - сказала она, протягивая шлем мне. - Едем на мотоцикле.

- Ну уж нет, ты же знаешь, что я боюсь мотоциклов, - возразила я.

- Сегодня не бойся, я пока ещё трезвый водитель.

Я закатила глаза, но села. Мне ничего не оставалось. Спорить с Астрид себе дороже.

Мы ехали по ночному городу, и ветер бил в лицо, разгоняя остатки сонливости. Астрид вела мотоцикл уверенно, лавируя между редких машин. Мы выехали за центр, миновали спальные районы и остановились у старого промышленного здания, которое я никогда раньше не замечала.

- Мы приехали, - сказала Астрид, заглушив двигатель. - Просто доверься мне.

Я сняла шлем и огляделась. Здание выглядело заброшенным - облупившаяся краска, разбитые окна, ржавая вывеска. Но из дверей доносился приглушённый гул голосов и музыка.

- Что это за место? - спросила я, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее.

- Сама все увидишь - ответила Астрид просто.

Она взяла меня за руку и повела внутрь.

Мы спустились по бетонной лестнице, и гул голосов стал громче. В нос ударил запах пота, табака и металла. Мы вошли в огромный подвал. Неоновый свет ударил мне в глаза. Я прищурилась. Постепенно привыкнув, я увидела барную стойку на которой не стесняясь, зажигали девушки, а парни стоящие рядом, смеялись и пытались дотянуться до их задниц. С виду, обычный ночной клуб. Ничего Особенного. Но пройдя глубже, в соседнюю комнату, я увидела ринг. По началу я не заметила его из за толпы людей которые орали как резанные и кидали деньги в воздух. На нем шел бой и я сразу узнала одного из бойцов.

Кристиан.

Он двигался плавно, как хищник, - без лишних движений, без показухи. Каждый удар - выверенный, жестокий, экономичный. Его противник, здоровый мужик с бычьей шеей, уже шатался, по его лицу текла кровь из рассечённой брови. Кристиан не давал ему опомниться - он бил снова и снова, и каждый удар сопровождался глухим звуком, от которого у меня сжималось сердце.

Толпа вокруг ринга кричала, била себя в грудь, требовала крови. Я смотрела на это и не могла отвести взгляд. Кристиан был страшен в своей ярости - весь в поту, с разбитым костяшками, с дикой, почти звериной улыбкой. На его левом плече чернела татуировка.

Я перевела взгляд и чуть не задохнулась.

В первом ряду, у самых канатов, стоял Лиам. Он держался чуть позади высокого крепкого мужчины в чёрном, который, судя по всему, был охранником. Лиам выглядел напряжённым, его лицо было бледным, а глаза бегали по сторонам. На нём была та же серая толстовка, в которой я видела его утром.

Я замерла, чувствуя, как земля уходит из-под ног.

- Лиам? - выдохнула я.

Астрид обернулась, проследила за моим взглядом, и её лицо вытянулось от удивления.

- Чёрт, - прошептала она. - Я не знала, что он здесь. Правда, Элла. Я просто хотела показать тебе бои, чтобы ты увидела Кристиана в его стихии. Я понятия не имела, что твой парень тоже тут.

Но я уже не слушала. Я видела только его - моего парня, который лгал мне весь этот год.

Лиам поднял голову, и наши взгляды встретились. Его лицо исказилось - удивление, паника, а затем страх. Он попытался шагнуть ко мне, но я уже прорывалась сквозь толпу, расталкивая людей локтями, не замечая их криков и ругательств.

- Лиам! - закричала я, подлетев к нему. - Что ты здесь делаешь?!

Он схватил меня за руку, пытаясь увести в сторону, но я вырвалась.

- Элла, пожалуйста, давай уйдём отсюда, - зашептал он, оглядываясь на ринг, где Кристиан продолжал избивать своего противника. - Здесь не место для разговоров.

- Нет! - я отшатнулась от него, чувствуя, как гнев закипает в груди. - Ты сказал, что у тебя встреча по работе! Так вот что это за работа, Лиам? Ты проводишь вечера здесь?! Пока я сижу дома и жду твоего звонка?!

- Элла, это не то, что ты думаешь...

- Не то, что я думаю?! - мой голос сорвался на крик, и несколько человек рядом обернулись. - Ты врёшь мне! Ты врёшь мне всё это время! Я думала, ты учишься, работаешь, а ты тут торчишь с братцем-психопатом и смотришь, как он калечит людей!

Лиам побледнел. Он попытался взять меня за плечи, но я оттолкнула его руки.

- психопат? - прошипел он, в его глазах мелькнула злость. - Крис - мой брат. Он защищает меня. Он защищает нас всех.

- Защищает? - я горько рассмеялась. - От кого? От других таких же монстров? Ты знаешь, что он делает, Лиам? Ты знаешь, что он - тень этого города? Он ворочает деньгами, он ломает кости, он меняет девушек как перчатки! Я читала про него сегодня. Он - криминальный авторитет, а ты - его прихвостень!

- Замолчи, дура! - в голосе Лиама впервые прозвучала сталь. - Ты ничего не знаешь! Ты думаешь, я хочу быть здесь? Ты думаешь, мне нравится смотреть на это? Но если я не буду рядом, если я не буду его тенью, Крис потеряет контроль. Он сорвётся. И тогда пострадают не только незнакомые люди.

Я смотрела на него и не узнавала. Этот злой, напряжённый человек с горящими глазами был так не похож на моего ласкового Лиама, который приносил мне цветы и называл котёнком.

- Так ты его нянька? - выплюнула я. - Ты его прислуга? Ты живёшь под его защитой, как нашкодивший щенок, потому что без него ты никто! Да, Лиам, я поняла! Ты не наследник империи, ты просто младший брат, которого терпят из жалости!

Мой крик перебил даже музыку. Я почувствовала на себе взгляд от которого пошли мурашки по коже. Кристиан. Он смотрел на меня, но мне было плевать.

Лиам вздрогнул, как от пощёчины. В его глазах мелькнула боль, и на мгновение мне стало стыдно за свои слова. Но гнев был сильнее.

- Ты не имеешь права так говорить, - сказал он тихо, но в его голосе звенела угроза. - Ты не знаешь, через что мы прошли. Ты не знаешь, что я делаю для него, чтобы он не превратился в чудовище окончательно.

- А я и не хочу знать! - закричала я. - Я хочу знать только одно: почему ты мне врал?! Почему ты говорил, что любишь меня, что я - твоя радость, что я лучшее, что с тобой случалось? А на самом деле я просто декорация, да? Картинка для прикрытия, чтобы ты чувствовал себя нормальным?

- Нет! - он схватил меня за запястья, и его пальцы впились в кожу. - Ты не декорация! Ты - единственное настоящее, что у меня есть! Но я не могу рассказать тебе правду, потому что если ты узнаешь, кто я на самом деле, ты уйдёшь! И я не переживу этого!

- Тогда не ври мне! - я пыталась вырваться, но он держал крепко. - Отпусти меня!

Вместо ответа Лиам резко притянул меня за плечи и впился в мои губы. Жёстко. Требовательно. Его рот накрыл мой полностью, не оставляя пространства для дыхания, - он целовал так, будто хотел выпить меня до дна.

Никаких рук на затылке, никаких объятий. Только его ладони, сжимающие мои плечи с такой силой, что я чувствовала, как пальцы вдавливаются сквозь ткань, - и его губы.

Они двигались резко, собственнически: он вгрызался в мой рот, кусал нижнюю губу, заставляя меня приоткрыться, и врывался внутрь горячим, настойчивым языком. Его дыхание сбивалось, тяжело и гулко, и я слышала его, потому что он был так близко - слишком близко.

На секунду я растерялась. Я забыла, где мы, забыла о толпе, о ринге, о Кристиане. Только его губы на моих, его дыхание, его руки, которые дрожали.

А потом я услышала крик толпы и глухой удар, от которого содрогнулся пол.

Я оттолкнула Лиама и посмотрела на ринг.

Кристиан стоял над поверженным противником. Тот лежал на полу, не двигаясь, и из его носа хлестала кровь. Но Кристиан не смотрел на него. Его серые глаза были устремлены на нас. На меня.

Он улыбался - той самой звериной улыбкой, от которой у меня мурашки бежали по коже. Но в его взгляде не было насмешки. Там была ярость. Голая, неприкрытая ярость, которую он едва сдерживал. Он смотрел на меня так, как будто я передала его. Так, будто ещё немного и он закатает меня в бетон.

Он поднял руку и вытер кровь с разбитой губы, не сводя с меня глаз. Его противник попытался подняться, и Кристиан, даже не повернув головы, нанёс ему ещё один удар - в лицо, с такой силой, что мужик рухнул как подкошенный.

Толпа взревела.

А я стояла и смотрела в эти серые глаза, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Я только что целовалась со своим парнем, пока его брат избивал человека до полусмерти, глядя на нас.

Кристиан медленно перевёл взгляд на Лиама. И в этом взгляде было столько презрения, что у меня перехватило дыхание.

Он перелез через канаты и спрыгнул с поля боя на сырой пол. К нему сразу прилипли, как пиявки, мужики, которые ставили ставки на него. Они начали хватать его за руки, плечи и хлопать по спине. Но он не реагировал. Его грудь тяжело вздымалась. Пот стекал рекой в перемешку с кровью. Он крикнул:

- Иди домой, Лиам, - сказал он громко, перекрывая шум толпы. - И приведи в порядок свою девушку. Ей здесь не место.

«Девушку». Значит теперь, я просто «Девушка». Не Белоснежка. А «Девушка». Даже обидно как то.

- Завтра, - сказала я, глядя ему прямо в глаза, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Завтра в одиннадцать утра ты будешь у моего дома. И если опоздаешь хоть на минуту - я больше никогда не захочу тебя видеть. Ты расскажешь мне всё. Всю правду. И тогда я решу, есть ли у нас будущее.

Я развернулась и пошла к выходу, чувствуя спиной два взгляда - один виноватый и умоляющий, другой - холодный, как лёд, и горящий, как огонь.

Астрид догнала меня уже на улице.

- Элла, прости меня, - сказала она, хватая меня за руку. - Я правда не знала. Я думала, он с тобой или дома. Я просто хотела показать тебе бои, чтобы ты перестала бояться этого мира, чтобы ты увидела, что Кристиан - не просто монстр, а человек... ну, или хотя бы чтобы ты знала правду о нём. Я не знала, что Лиам здесь.

- Я верю тебе, - сказала я, чувствуя, как слёзы смешиваются с холодным ночным воздухом. - Но сейчас мне нужно побыть одной. Поехали домой.

Я села на мотоцикл, прижалась лицом к её спине и позволила ветру выдувать из меня всю боль. Позади, в подвальном зале, остался Кристиан Винсент с его ледяными глазами и звериной улыбкой. И я чувствовала на себе его взгляд - даже сквозь бетонные стены, даже сквозь ночную тьму.

Астрид довезла меня до дома. Мы обнялись на прощание, она ещё раз извинилась, пообещала, что больше не будет водить меня в такие места, и уехала. Я осталась одна на крыльце, глядя, как её мотоцикл исчезает за поворотом.

В доме было тихо. Мама уже спала - на кухонном столе лежала записка: «Ужин в холодильнике. Не засиживайся». Я не стала есть. Прошла в свою комнату, скинула бомбер и рухнула на кровать, глядя в потолок.

Телефон завибрировал. Я не хотела смотреть, но он не унимался - снова, и снова, и снова. Лиам. Четырнадцать пропущенных за последние пять минут.

Я взяла трубку, когда он позвонил в пятнадцатый раз.

- Что тебе надо? - мой голос звучал глухо, безжизненно.

- Элла, слава богу, - выдохнул он. Голос у него был хриплый, словно он бежал или плакал. - Ты не представляешь, как я испугался, когда ты ушла. Я думал, ты никогда не ответишь.

- Ты лгал мне, Лиам. Я не хочу сейчас говорить.

- Нет, пожалуйста, - в его голосе послышались слезы. - Я знаю, что я виноват. Я знаю, что должен был сказать тебе правду. Но я не мог, Элла. Ты не понимаешь, какой у меня брат. Если бы он узнал, что я рассказал тебе о делах... он бы меня уничтожил. Не в буквальном смысле, но он бы сделал всё, чтобы я остался один. Он уже делал это раньше.

Я молчала, но он продолжал, и каждое его слово липло к моей душе, как смола.

- Ты видела его сегодня, - сказал Лиам. - Ты видела, как он избивал того человека. Он даже не смотрел на него. Он смотрел на нас. На тебя. Ты думаешь, это случайно? Он ревнует, Элла. Он всегда завидовал мне, когда у меня появлялось что-то хорошее. А ты - ты лучшее, что у меня было. Он хочет отобрать тебя у меня.

- Зачем ему это? - я не хотела верить, но его слова находили отклик в моей боли.

- Потому что он не выносит, когда кто-то счастлив, - голос Лиама дрогнул. - Он живёт в своём тёмном мире, где все ему должны, все его боятся. И когда он видит, что я могу быть счастлив без него, с кем-то, кого он не может контролировать... он звереет. Ты видела его сегодня. Он бил того парня с утроенной силой, глядя на нас. Он хотел напугать меня. Напугать тебя!

- Но зачем ты туда приходишь? - спросила я, чувствуя, как внутри закипает жалость. - Зачем ты подчиняешься ему?

- Потому что я не могу уйти, - прошептал Лиам. - Он контролирует все деньги. Все связи. Если я ослушаюсь, он оставит меня без гроша, без жилья, без защиты. Ты знаешь, что у меня есть враги из-за его бизнеса? Если он перестанет меня прикрывать, меня просто убьют. Я не хочу, чтобы ты пострадала из-за меня, Элла. Поэтому я молчал. Поэтому я терпел его выходки. Но когда я увидел тебя там, когда я понял, что он может сделать с тобой... я испугался не за себя. За тебя.

- Он не причинит мне вреда, - сказала я, но в голосе не было уверенности.

- Ты не знаешь его, - Лиам всхлипнул. - Он - монстр, Элла. Он разбил мне прошлые отношения. Он приходил к моей бывшей девушке и говорил ей, что я неудачник, что я никогда ничего не добьюсь, что я просто обуза. И она ушла. Он уничтожил мою любовь, потому что хотел, чтобы я был полностью зависим от него. Он не потерпит, чтобы у меня была ты. Он сделает всё, чтобы нас разлучить.

Я сжала телефон так сильно, что побелели костяшки.

- Что ты предлагаешь?

- Ничего не говори ему о нас, - быстро ответил Лиам. - Не показывай, что я тебе что-то рассказал. Веди себя так, будто ты просто ненавидишь его, как и раньше. Если он заподозрит, что я говорю тебе правду, он начнёт действовать. Он изолирует меня полностью, и я больше никогда не смогу тебя увидеть.

- А завтра? - спросила я. - Ты придёшь?

- Да, - голос его стал твёрже. - Я приду. Я расскажу тебе всё, что могу. Но, Элла... прошу тебя, не верь тому, что он говорит. Он будет врать, манипулировать, пытаться выставить меня виноватым. Он умеет это делать - он разбил не одну жизнь своим языком. Просто помни, что я люблю тебя. Я люблю тебя больше всего на свете, и я не хочу тебя потерять.

Я молчала. Внутри меня боролись две Эллы - одна, которая хотела верить этому плачущему, испуганному парню, и другая, которая видела, как он стоял в том клубе, и он не выглядел напуганным. Он выглядел... как у себя дома.

Но первая побеждала.

- Хорошо, - сказала я. - Я буду ждать. И я не скажу ему ни слова. Но, Лиам... если я узнаю, что ты снова солгал мне...

- Я больше никогда не солгу тебе, - перебил он. - Клянусь. Ты - единственное, что у меня есть. Я не могу потерять тебя.

Он ещё долго что-то говорил - о том, как ему страшно, как он хочет сбежать от Кристиана, как он мечтает начать новую жизнь со мной где-нибудь далеко. Я слушала и чувствовала, как моя ненависть к Кристиану растёт, разрастается, заполняет все трещины в моей душе. Этот монстр, который избивает людей, который контролирует брата, который разрушает всё, к чему прикасается.

Когда мы простились, я положила телефон и уставилась в потолок.

Я вспомнила Кристиана на ринге - его звериную улыбку, его холодный взгляд, устремлённый на меня. Вспомнила, как он смотрел на Лиама с презрением. Теперь я знала почему - он ненавидел брата за то, что тот осмелился быть счастливым. Он ненавидел меня за то, что я сделала его брата счастливым.

Я сжала кулаки, чувствуя, как в груди разрастается ледяная решимость.

Никто не тронет Лиама. Никто не разрушит наше будущее. Даже если для этого мне придётся встать против самого Азазеля.

***

Я не спала всю ночь. Слышала как внизу хлопнула дверь. Это мама. Она ушла на ночную смену в больницу.

Я ворочалась, смотрела в потолок, прокручивала в голове каждое слово Лиама. Его голос, дрожащий от страха. Его мольбы. Его признание в том, что Кристиан разрушил его прошлые отношения. Всё это смешивалось в моей голове с образами из клуба - Кристиан, избивающий человека до полусмерти, его серые глаза, устремлённые на меня, его звериная улыбка

Под утро я провалилась в тяжёлый сон, а когда открыла глаза, на часах было уже десять. До встречи с Лиамом оставался час.

Я подошла к зеркалу и ужаснулась своему отражению. Глаза опухли от слёз, под ними залегли тёмные круги, волосы выглядели так, будто я участвовала в боях вместо Кристиана. Я приняла душ, тщательно умылась, нанесла тональный крем, пытаясь скрыть следы бессонницы. Сегодня я должна была выглядеть собранной. Уверенной. Не той разбитой девушкой, что сбежала из клуба.

В 10:45 я уже сидела на кухне с чашкой зелёного чая и смотрела в окно. На улице моросил мелкий, противный дождь - ноябрьский, холодный, пробирающий до костей. Я думала о том, что скажу ему. О том, что хочу услышать. И о том, что боюсь услышать.

Мама ушла на работу около двух ночи. Она работала медсестрой в городской больнице в реанимационном отделении - смены у неё были сумасшедшие: то ночные, то дневные, и часто она возвращалась домой, когда я уже спала, а уходила, когда я ещё не просыпалась. На столе, как обычно, лежала записка: «Элла, у меня ночная смена, вернусь завтра к обеду. Ужин в холодильнике, не забудь поесть. Люблю тебя. Мама».

Я улыбнулась, читая эти строчки. Мама не знала, что я почти не прикасалась к еде последние два дня. Не знала, что её дочь устроила скандал в подпольном клубе, что её мир рушится, а она сама стоит на краю пропасти. И, наверное, так было лучше - я не хотела её тревожить. Она и так каждую ночь видела чужие смерти и чужую боль на работе, чтобы ещё и мои проблемы тащить домой.

Ровно в 11 раздался звонок в дверь.

Лиам стоял на пороге, мокрый, бледный, с красными глазами - он явно не спал этой ночью. Под его глазами залегли такие же тени, как у меня. Он смотрел на меня с мольбой, и в этом взгляде было столько боли, что у меня сжалось сердце.

- Привет, - сказал он хрипло.

- Проходи.

Он шагнул внутрь, снял мокрую куртку и повесил её на крючок. Я заметила, что он дрожит - то ли от холода, то ли от нервов.

- Мама на работе, в больнице, - сказала я, проходя на кухню. - У неё ночная смена, так что мы можем поговорить без свидетелей.

Лиам сел за стол, сжав пальцы в замок. Я села напротив и стала ждать. Он молчал долго - так долго, что я начала терять терпение.

- Ты обещал правду, - напомнила я.

Он поднял на меня глаза, и в них блеснули слёзы.

- Я не знаю, с чего начать, - его голос дрогнул. - Всё так сложно. Ты даже не представляешь, Элла...

- Тогда начни сначала. С детства.

Лиам выдохнул, провёл рукой по лицу и заговорил. Он рассказывал медленно, тяжело, будто вытаскивая из себя каждое слово.

- Отец был тираном. Настоящим монстром. Он бил нас, когда мы ошибались. Криса - особенно. Потому что Крис был старшим, наследником. Отец требовал от него совершенства. В школе, в спорте, в поведении. Если Крис получал четвёрку вместо пятёрки - отец выбивал из него дурь ремнём. Или хуже. Я помню, как однажды Крис разбил вазу в гостиной. Отец так ударил его по лицу, что у него треснула губа, и кровь текла по подбородку. Мне было пять. Я спрятался под столом и плакал. А Крис... он просто встал и сказал: «Это всё на что ты способен?»

— А потом, — продолжил Лиам, — когда Крису стало плевать на отца, когда он начал бунтовать, отец переключился на меня. Он хотел сделать из меня то же идеальное чудовище, которым был Крис. Но я был слабее. Я не мог выдерживать его удары. Я ломался. И тогда Крис... он начал защищать меня. Он отводил на себя удары. Он говорил отцу, что это он виноват, что это он меня подбил на шалости. Он брал на себя наказание.

— Значит, он тебя защищал, — осторожно сказала я.

— Да, — Лиам кивнул. — Защищал. И я был ему благодарен. Я любил его. Но когда мы выросли, он изменился. Он ушёл в этот подпольный мир, и я думал, что он просто хочет денег, власти. А потом я понял... он хочет контроля. Он хочет контролировать меня. Всех. У него мания величия, Элла.

Я слушала, чувствуя, как внутри всё сжимается. В голове мелькнула картинка - маленький мальчик с разбитым лицом, стоящий перед огромным мужчиной.

18 лет назад

В кабинете отца пахло кожей и сигарами. Маленький Крис стоял перед массивным дубовым столом, за которым восседал его отец. На столе лежал школьный дневник - открытый на странице с четвёркой по математике.

- Ты позоришь мою фамилию, - сказал отец, не повышая голоса. Его тон был ледяным, спокойным, отчего становилось ещё страшнее. - Ты - мой старший сын. Наследник. А ты приносишь мне четвёрки.

- Папа, я пытался, - тихо сказал Крис. - Я занимался, я...

- Ты занимался недостаточно, - перебил отец, вставая из-за стола. Он обошёл его и остановился прямо перед Крисом, нависая над ним. - Твоя мать была дурой. Она не могла родить мне достойного сына. Только слабого, никчёмного мальчишку, который не способен даже на пятёрку.

Крис смотрел в пол, сжимая кулаки. Он знал, что будет дальше.

- Посмотри на меня, - приказал отец.

Крис поднял глаза. Отец смотрел на него с таким презрением, что у мальчика внутри всё сжалось.

-Папа, я не хотел

- Заткнись, - оборвал его отец.

Он медленно снял с пояса ремень. Кожаный, тяжёлый, с металлической пряжкой. Крис смотрел на него и знал, что будет дальше. Он уже видел этот ремень много раз.

- Сколько раз я говорил тебе, что за каждым проступком следует наказание? - спросил отец, подходя ближе. - Сколько раз я предупреждал тебя?

- Папа, прости, я больше не буду...

- Ты не будешь, - согласился отец. - Потому что после этого ты запомнишь навсегда.

Он замахнулся. Ремень со свистом рассек воздух и обрушился на спину Криса. Мальчик упал на колени, но не закричал.

- Встань, - приказал отец.

Крис встал. Его глаза были стеклянными. Ещё немного и он заплакал бы.

- Папа ...папа не надо.. пожалуйста!

На спине уже проступала красная полоса, но он не прикасался к ней.

Отец ударил снова. И снова. И снова. Он бил его по спине, по ногам, по рукам, когда Крис пытался закрыться. Каждый удар оставлял на коже мальчика кровавый след. Крис упал на пол, и отец ударил его по лицу, рассекая бровь. Кровь потекла по щеке, смешиваясь со слезами, которые Крис не позволял себе пролить. Не при нем. Никогда.

- Почему ты не плачешь? - прошипел отец, наклоняясь над ним. - Нормальные дети плачут. Ты что, не чувствуешь боли?

- Чувствую, - прошептал Крис. - Но я не буду плакать. Ты не заставишь меня плакать.

Отец усмехнулся и ударил его ещё раз - по животу, так сильно, что Крис согнулся пополам и закашлялся.

- Ты думаешь, что сильный? - сказал отец. - Ты просто глупый мальчишка, который не понимает своего места. Я сделаю из тебя человека, Кристиан. Я выбью из тебя эту слабость. Даже если мне придётся сломать тебя.

- Ты - ничтожество, - сказал отец, занося ремень для последнего удара. - Ты никогда не будешь достоин носить мою фамилию. Ты - ошибка, которую я пытаюсь исправить. И если ты не исправишься, я просто выброшу тебя.

- Я... никогда... не буду... как ты.

Отец наклонился к нему и прошептал в самое ухо:

- Ты уже как я, Кристиан. Ты просто ещё не понял этого.

Удар обрушился на голову Криса. Мальчик потерял сознание. А когда проснулся, отец уже ушел.

В тот день он понял, что мир не справедлив. Что доброта - это слабость. Что только боль делает тебя сильнее. И что он никогда, никогда не будет плакать.

***

- Элла? Ты слушаешь?

- Да, - выдавила я. - Продолжай.

- Крис всегда был сильным, - продолжал Лиам. - Я не понимал, как он может столько терпеть. Но я думал, что это просто характер. А потом, когда он вырос... он перестал защищать меня. Он стал холодным, жестоким. Он начал контролировать меня. Отец его сломал, Элла. Он превратил его в такое же чудовище.

Я сидела и смотрела на него, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Я ненавидела Кристиана, но его история... его детство... меняла всё.

- Но он не должен был становиться монстром, - сказала я. - Ты говорил, что он защищал тебя. Что он был добрым.

- Был, - Лиам кивнул, и его голос дрогнул. - Пока не понял, что доброта - это слабость. Отец выбил из него всё человеческое. И теперь он мстит мне за то, что я был слабым. За то, что он защищал меня, а я не смог защитить его.

— Но почему он стал таким..он ведь противостоял отцу..это не правильно..он сам решил брать на себя удар.

— Потому что он решил, что не может доверять никому, — голос Лиама стал тише. — Наша мать умерла, когда ему было шесть. Отец ненавидел её, потому что она родила ему «слабака», как он говорил. На самом деле я не знаю, что произошло — Крис никогда не рассказывает. Но говорят, что она наложила на себя руки. А отцу было плевать. Он женился на другой через полгода. На моей матери.

— Твоя мать...

— Сбежала, — сказал Лиам с горечью. — Когда мне было четыре. Она не выдержала. Оставила меня здесь. С отцом и Крисом. Я вырос без неё, без материнской любви. И Крис стал мне отцом, братом, всем. Но он требовал, чтобы я слушался его. Всегда. Он не мог позволить мне сделать шаг без его одобрения. И когда я попытался уйти, построить свою жизнь... он начал разрушать её.

— Твоя бывшая девушка...

— Да. Её звали Лора. Я любил её. Она была моим первым настоящим чувством. Я хотел уехать с ней в другой город, начать новую жизнь. Крис узнал об этом. Мы встречались почти год. Крис сказал ей, что я наркоман,что я неудачник, что я в долгах, что я украл у него деньги. Это была ложь, Элла. Чистая ложь. И она поверила. Она ушла, даже не спросив меня. Я пытался оправдаться, но она сказала: «Твой брат показал мне доказательства». Какие доказательства? Он подделал их! Он умеет подделывать что угодно! Он программист, чёрт возьми! Он может создать документы, которые выглядели так, будто я брал кредиты, которые не брал!

Он заплакал, закрывая лицо руками. Я не выдержала - обошла стол и обняла его. Он дрожал в моих руках.

Лиам вздохнул и уставился в стол. Его пальцы дрожали, когда он крутил кружку с чаем, которую я поставила перед ним. Он не пил, просто смотрел на пар, поднимающийся над поверхностью.

— Это началось, когда мне было двенадцать, — начал он. — Наш отец умер. Крису было восемнадцать, и он унаследовал всё — бизнес, деньги, власть. А я не получил ничего.

Он кивнул на себя, и в его голосе послышалась горечь.

— Крис сразу стал главой семьи. Он решил, что я слишком слаб, чтобы быть частью бизнеса. Он говорил, что защищает меня, что это слишком опасно. Но правда была в том, что он не хотел делить власть. Он хотел быть единственным.

— Но он же твой брат, — тихо сказала я. — Он растил тебя.

— Растил, — усмехнулся Лиам, но в улыбке не было веселья. — Он растил меня так, чтобы я никогда не смог уйти от него. Он сделал меня зависимым. Он контролирует мои деньги, мои связи, мою жизнь. Он говорит, что это для моей безопасности. Но на самом деле это для его контроля.

Он поднял на меня глаза, и я увидела в них настоящую боль.
Я смотрела на него, и в груди разрасталась злость. Злость на этого холодного, бездушного ублюдка, который разрушает жизнь собственного брата.

***
Отец снова вызвал его в кабинет. Крис стоял перед ним, не поднимая глаз. Он знал, что его снова будут бить. Это была рутина. Каждый день, каждый месяц, каждый год.

- Подойди, - сказал отец.

Крис шагнул ближе.

- Ты знаешь, почему я тебя позвал? - спросил отец.

- Потому что я опоздал на обед, - ответил Крис.

- Нет, - отец покачал головой и подошёл к нему вплотную. - Я позвал тебя, потому что хочу, чтобы ты понял одну вещь.

Он взял Криса за плечи и посмотрел ему в глаза.

- Ты никогда не сможешь быть как я, - сказал он. - Ты никогда не будешь достойным наследником. Ты слаб. Ты никчёмный. Ты - ошибка, которую я пытаюсь исправить. Но я не уверен, что это возможно. Поэтому я буду ломать тебя вплоть до того, что ты будешь помнить каждую мелочь. И если будешь противиться..

Крис смотрел на отца. В его глазах больше не было слёз. Он научился не плакать.

- Ты ошибаешься, - сказал он спокойно.

Отец удивлённо поднял бровь.

- Что ты сказал?

- Ты ошибаешься, - повторил Крис, глядя отцу прямо в глаза. - Я стану сильнее тебя. Я стану таким, что ты будешь бояться меня. Я стану тем, кого ты боишься.

Отец рассмеялся, но в его смехе не было веселья.

- Ты? - сказал он. - Ты, маленький трус, который не способен даже сдачи дать? Ты - никто. Ты никогда не станешь мной.

Крис покачал головой.

- Я не хочу быть тобой. Я хочу быть лучше тебя. Я хочу быть тем, кто сломает тебя.

Отец замер. В его глазах мелькнуло что-то странное - не гнев, не удивление, а что-то похожее на страх. На мгновение ему показалось, что он видит перед собой не своего сына, а чужого человека.

- Ты не посмеешь, - сказал он.

- Посмотрим, - ответил Крис.

Отец ударил его в этот раз сильнее, чем когда-либо. Но Крис даже не вскрикнул. Он упал, поднялся и посмотрел на отца.

- Ещё, - сказал он.

В этом взгляде была такая ненависть, что отец отступил на шаг.

- Убирайся, - сказал он. - Убирайся, пока я не убил тебя.

Крис вышел из кабинета, не обернувшись. И в тот момент он понял, что больше никогда не будет жертвой.

Он станет чудовищем. Потому что только чудовище может победить чудовище.

***

- Я не хочу потерять тебя, - прошептал он. - Ты - единственная, кто видит меня настоящего. Без масок. Если он разрушит нас...

- Он не разрушит, - сказала я твёрдо. - Я не такая, как Лора. Я не поверю ему.

Лиам поднял на меня мокрые глаза.

- Но он будет пытаться. Он будет настраивать тебя против меня. Он будет говорить, что я лгу, что я манипулирую тобой. Это его метод, Элла. Он всегда выставляет меня виноватым. Пожалуйста... не дай ему промыть тебе мозги.

- Не дам, - пообещала я, сама не зная, насколько легко это говорить сейчас - и насколько тяжело будет сдержать обещание...