Часть 24

Марко

Я лежал, гладил Ванессу по спине, чувствуя её ровное и спокойное дыхание во сне. Она прижалась ко мне, такая тёплая, родная... Мои пальцы скользили по её шёлковым волосам, и в голове всплывали обрывки вчерашнего дня — её стоны, когда я касался её, глаза, когда она смотрела на меня, шёпот, когда говорила, что любит меня.

Смотрел на её безмятежное лицо, и внутри разливалось то странное чувство, которое я боялся называть вслух. Слишком много лет я провёл в темноте, чтобы верить в свет. Но она... она была этим светом. Моим ангелом среди всего этого дерьма.

Ресницы Ванессы затрепетали, она медленно открыла глаза и улыбнулась мне той улыбкой, от которой у меня внутри всё переворачивалось.

— Доброе утро, — сказал я, стараясь, чтобы голос звучал мягко.

— Доброе... — прошептала она, потягиваясь, как кошка.

Я наклонился и поцеловал её, чувствуя, как она тает в моих руках. Моя. Только моя. Я хотел сказать ей это, хотел прошептать те три слова, что жгли мне язык каждую минуту, когда я смотрел на неё.

— Люблю тебя, — выдохнул я, но договорить не успел.

Телефон зазвонил. Этот гребаный звонок разрезал утреннюю тишину, как ножом по живому.

Я мельком глянул на экран. Леонардо. Чёрт.

— Ангелочек, прости, я на секунду, — сказал я, целуя её в висок. — Работа.

Я поднялся с кровати, ощущая, как холодный воздух комнаты касается моей кожи, и вышел на балкон. Стеклянная дверь закрылась за мной с тихим щелчком. Я достал сигарету, щёлкнул зажигалкой и глубоко затянулся, вдыхая горький дым. Пальцы дрожали от злости, что этот звонок украл у меня ещё один момент с ней.

— Да, Лео, это важно? Я занят, — сказал я в трубку, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

Улыбка появилась на лице сама, когда руки Ванессы обвили меня сзади. Она прижалась щекой к моей спине, и я прижал телефон плечом, чтобы освободить руку. Одной рукой держал сигарету, другой притянул её за талию ближе к себе, вдыхая запах её волос.

Но в следующую секунду голос Леонардо разрушил всё.

— Да, это важно, Марко. Склад со стройматериалами для детского центра сгорел. Я сейчас здесь, смотрю на этот пепел... Приезжай.

Я замер. Сигарета застыла у губ. Где-то внутри меня что-то оборвалось.

— Причина? — спросил я, и мой голос стал низким, тягучим, как ртуть.

— Поджог.

Мои пальцы сжались в кулак.

— Узнай, кто, — процедил я сквозь зубы.

— Здесь тебе оставили пометку... — сказал Лео, и я услышал в его голосе ту самую осторожность, которая всегда появлялась, когда он знал что-то, что мне не понравится.

— Я скоро буду, — бросил я и сбросил звонок, убирая телефон в карман.

Повернувшись к Ванессе, я прижал её к себе, чувствуя, как она обнимает меня в ответ.

— Ангелочек, мне надо ехать.

Она подняла на меня свои глаза, и в них читалась тревога.

— Марко, что-то случилось?

Я поцеловал её в лоб, прижимая к себе ещё крепче.

— Любовь моя, я пока сам ничего не понял. Вечером расскажу, — солгал я. Потому что правда была слишком тёмной для её чистоты.

Она улыбнулась, но в этой улыбке я почувствовал неуверенность. Поцеловал её в лоб и побежал переодеваться в костюм.

Через пять минут я уже стоял у двери, отдавая приказы охране.

— Ни на шаг не отходить от этого дома. И от Ванессы, — сказал я, глядя каждому в глаза. — Если с ней что-то случится — я лично сдеру с вас шкуру.

Они кивнули, и я вышел, громко хлопнув дверью.

Дорога к складу была отвратительной. Чёрный дым поднимался к небу, застилая горизонт, и запах гари проникал даже сквозь закрытые окна машины. Я сжимал руль так, что костяшки побелели. Внутри была ярость.

Когда я подъехал к объекту, Лео уже ждал меня у ворот. Его лицо было мрачным, в глазах — сталь.

Склад представлял собой жалкое зрелище. Когда-то высокое здание теперь превратилось в груду обгоревших балок и чёрного пепла. Пожарные ещё тушили остатки огня, и вода смешивалась с сажей, создавая грязное месиво под ногами. Воздух был горячим и вонял горелым пластиком и деревом. Всё, над чем мы работали последние месяцы, сгорело дотла. Всё, во что я вложил деньги и время, превратилось в пепел.

Я подошёл ближе, рассматривая обугленные стены. Где-то внутри меня закипала злость, как магма перед извержением.

— Лео, показывай, что там, — сказал я, и мой голос прозвучал глухо.

Он кивнул и повёл меня к задней стене, которая чудом уцелела. На ней, криво, но уверенно, было написано чёрной краской:

"Она будет моей"

Я смотрел на эти слова, и всё внутри меня сжималось. Моя челюсть напряглась, желваки заходили, и я чувствовал, как дрожит каждая мышца в моём теле.

— Сука... — прошипел я, сжимая кулаки. — Лука.

— Мы пытаемся установить, — сказал Лео. — Но на камерах никого нет. Отключили за час до поджога.

— Твою мать! — рявкнул я, ударив кулаком по обгоревшей стене. Боль пронзила руку, но я не обратил на неё внимания.

Я повернулся к Лео, чувствуя, как кровь кипит в жилах.

— Слушай сюда, — сказал я, понижая голос до ледяного шёпота. — Узнай, кто это сделал из его людей. Переверни весь город, но найди мне эту тварь. И позвони — договорись о новой поставке стройматериалов. Запасной адрес. Там, где никто не знает. Я их лично встречу. Пусть об этом знают только близнецы и больше ни-ко-го. — Я выделил каждое слово. — Если информация уйдёт дальше — лично убью каждого, кто в курсе. ВСЕХ.

Леонардо кивнул, не сводя с меня глаз.

— Сделаю, Марко.

Я повернулся и снова посмотрел на стену. Она будет моей. Эти слова выжгли у меня в мозгу. Лукина грёбанная одержимость моей женщиной.

В этот момент телефон в моём кармане завибрировал. Я достал его, глядя на неизвестный номер.

Злость захлестнула меня с новой силой, но я ответил.

— Алло, — сказал я, стараясь держать голос ровным.

Голос в трубке был низким, с той издевательской интонацией, которую я ни с чем не спутал.

— Привет, Марко. Как тебе шоу? Понравилось? А мой рисунок? Ммм?

Я замер. Лука. Я узнал его голос сразу — этот мерзкий, скользкий голосок, от которого у меня кровь стыла в жилах. Тот, кто несколько месяцев назад перешёл черту. Тот, кто не знал границ. Тот, кто дважды уже сломал мою женщину.

— И тебе не спится, Лука, — сказал я, и голос мой стал вязким, как смола. — Решил напомнить о себе? Или совесть замучила?

— О, Марко, какая совесть? — засмеялся он в трубку. — Просто решил освежить твою память. Помнишь, как я тогда к ней прикасался? Как она дрожала подо мной?

Кровь закипела у меня в жилах. Я сжал телефон так, что экран треснул под пальцами.

— Ты труп, — сказал я, и каждое слово было пропитано ядом. — Ты уже мёртв, просто ещё не знаешь об этом.

— Осторожнее, Марко, — прошептал он. — Я ведь знаю, где она спит. Знаю, как пахнут её волосы. Помню, как её кожа холодела, когда я...

— Заткнись! — рявкнул я, чувствуя, как всё внутри меня превращается в ледяную ярость. — Ты коснулся её. Два раза. И за это сдеру с тебя шкуру по кускам. Я буду резать тебя так долго, что ты будешь молить о смерти ещё до того, как доберусь до твоего позвоночника.

Лука засмеялся — этот смех резал мне слух.

— Я скучал по тебе, Марко. По твоей злости. Она такая... питательная. Знаешь, так и не забыл тот вечер. Как она кричала. Как умоляла. Как её руки...

— Ещё одно слово — и я найду тебя быстрее, чем ты успеешь сделать вдох, — перебил я, и мой голос упал до шёпота. — Я не буду спрашивать. Просто вырву твой язык, скормлю его собакам и заставлю тебя смотреть на это.

В трубке повисла тишина. А потом Лука ответил:

— Давай, Марко. Ищи. Я ведь тоже ищу. И когда найду — сделаю с ней то же самое, что и в прошлый раз. Только теперь ты будешь знать. Будешь слышать каждый крик.

Мои пальцы дрожали. Я смотрел на дым, который всё ещё поднимался над пепелищем, и внутри меня рождалось что-то тёмное, первобытное.

— Выходи, — сказал я, и в моём голосе не осталось ни капли человеческого. — Выходи, и я убью тебя быстро. Обещаю.

— Нет, Марко, — ответил он, и я услышал улыбку в его голосе. — Мы ещё встретимся. Когда ты будешь смотреть на её кровь. На моих руках.

— Доживай свои последние счастливые дни, — сказал я и эти слова вышли из самых глубин моей души. — А потом, ты будешь смотреть, как она живёт счастливо, пока черви будут пожирать твои глаза.

— Удачи, Марко, — прошептал он и сбросил вызов.

Я убрал телефон, чувствуя, как в моих руках пульсирует кровь.

— Мразь... — выдохнул я. — Гнилая мразь.

Я повернулся к Лео. Во рту пересохло.

— Ты слышал, да?

Лео кивнул, его лицо было бледным.

— Марко, если это он...

— Это он, — перебил я, глядя на пепел. — Я узнал его по голосу. Тот ублюдок, что перешёл черту несколько месяцев назад. Тот, что покусился на...

Я не договорил. Не мог произнести это вслух.

— Я хочу знать, где он прячется, — сказал я, глядя на Лео в упор. — Мне нужно его местоположение. Используй всё. Всех информаторов. Всех сук, что работают на дно. Я хочу знать, где он спит, что ест, с кем трахается. Всё.

— Сделаю, — ответил Лео, уже доставая телефон.

— И ещё, — я схватил его за плечо, притягивая к себе. — Это не просто поджог. Это сообщение. Он хочет, чтобы я знал — он здесь. Рядом. Лука думает, что может забрать то, что принадлежит мне.

Я разжал пальцы и выпрямился.

— Пусть думает. Пусть верит в эту сказку. Но он не знает одного...

Я посмотрел в сторону города, где в окне моего дома горел свет. Где ждала меня она.

— Я убью его раньше, чем он успеет снова прикоснуться к ней. И это будет не быстро. Это будет долго и больно. Я хочу, чтобы последнее, что эта гнида увидит, — это были мои глаза. И осознание того, что он проиграл.

————————————————————
Вот такая получилась глава)

Понравилась? Честно говоря, она далась мне непросто — столько эмоций, столько тьмы и напряжения. Мне кажется, Марко в этой главе показал себя с двух сторон: нежного, любящего и безжалостного, готового на всё ради своей женщины. А Лука наконец-то перестал быть просто тенью — он заявил о себе громко и мерзко.

Как вам его угрозы? Чувствуется ли его опасность? А Марко — чувствуется ли его одержимость и готовность уничтожить любого, кто встанет на его пути?

И ещё у меня для вас новость ❤️

Я создала Telegram-канал!

Там я буду:

· анонсировать новые главы,
· общаться с вами,
· отвечать на вопросы,

Буду очень рада видеть вас там ❤️

👉 Ссылка на канал: https://t.me/ariawriter

Спасибо, что вы со мной. Спасибо, что читаете ❤️

Буду ждать ваши звёздочки и комментарии!