Часть 3
Ванесса
Я проснулась резко.
Как будто меня выдернули из глубокого омута, в котором я тонула, захлёбываясь собственными страхами. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось, и я распахнула глаза, готовая к тому, что снова увижу его лицо, руки, глаза, в которых не было ни капли сожаления.
Но на своей постели я увидела Марко.
Он сидел на краю кровати, чуть наклонившись вперёд, и смотрел на меня. Его глаза были внимательными, тёмными, серьёзными. В них не было ни осуждения, ни жалости, которая так унижает. Только тихая, настороженная забота. Он ждал, не спал, просто сидел здесь и смотрел на меня, и в этом взгляде было столько силы, что я на мгновение почувствовала себя в безопасности.
Я огляделась. Это была спальня для гостей — та, что находилась в противоположном конце дома. Помнила, как он понял меня на руки, как его руки держали меня, как его дыхание касалось моей шеи. Но всё остальное было размытым, как старая фотография, которую залили водой.
А потом я почувствовала боль.
Она пришла резко, пронзив низ живота тупым, ноющим спазмом. Я застонала, инстинктивно сжимаясь, и легла обратно на подушку, чувствуя, как тело отказывается слушаться. Всё саднило. Каждая мышца ныла, напоминая о том, что случилось. Я зажмурилась, пытаясь отогнать воспоминания, но они не уходили. Они были здесь, со мной, в каждом движении, в каждой боли.
Тогда я заметила, что на мне надета сорочка. Моя любимая, шёлковая, кремового цвета, которую я носила только по особым случаям. Я помнила, что была голая. А теперь сорочка была на мне. Чистая. Сухая. Аккуратно застёгнутая.
Марко.
Он одел меня. Когда я спала. Видел меня обнажённой, но сделал это так осторожно, так бережно, что я не проснулась. Я не знала, что чувствовать. Стыд смешался с благодарностью, и я отвела глаза, чувствуя, как щёки начинают гореть.
— Ты как? — спросил он тихо, и его голос звучал ровно, но я слышала в нём напряжение.
Я хотела ответить. Открыла рот, но из горла вырвался лишь тихий хрип. Не знала. Я правда не знала, как я. Чувствовала только пустоту. Густую, ватную, которая заполнила меня изнутри, не оставляя места для мыслей.
— Я не знаю, — прошептала я, и мой голос прозвучал чужим, будто принадлежал кому-то другому.
А потом я почувствовала это.
Тёплое, липкое, засохшее. На внутренней стороне бедра. Оно всё ещё было там. Его сперма, которую я не смыла. Которая прилипла к коже, напоминая о том, что случилось. Я хотела закричать, вырвать из себя это ощущение. Но я только замерла, чувствуя, как слёзы снова подступают к горлу.
— Отвернитесь, пожалуйста, — попросила я, и мой голос дрожал.
Марко посмотрел на меня. Я видела, как его взгляд скользнул по моему лицу, по моим глазам, по тому, как я сжимала одеяло у груди. Он понял, понял всё без слов.
Он кивнул и поднялся. Не говоря ни слова, он протянул ко мне руки, и я почувствовала, как его ладони касаются моей спины. Он поднял меня на руки — легко, будто я ничего не весила, — и понёс в ванную.
Я прижалась к его груди, чувствуя, как его сердце бьётся ровно и спокойно. Его дыхание было таким же ровным, как и он сам. Я вдыхала запах его одеколона — резкий, мужской, тёплый. И в этом запахе было что-то такое родное, что я на мгновение забыла, где я и что случилось.
Он посадил меня на край ванны, аккуратно, почти бережно. Я чувствовала тепло его рук на своей спине, и от этого тепла внутри что-то дрогнуло. Марко отстранился и указал на аккуратно сложенную стопку вещей на полке.
— Я принёс твои вещи. Они лежат здесь, — сказал он, и голос его был спокойным, как будто он делал это каждый день. Как будто это было нормально. — Позови, если я понадоблюсь. Я буду ждать в комнате.
Он вышел, закрыв за собой дверь.
Я осталась одна.
Я смотрела на дверь, за которой скрылся Марко, и чувствовала, как внутри меня что-то медленно отпускает. Я не была одна. Он был здесь, за дверью, ждал.
Я повернулась к ванне. Включила воду, чувствуя, как пар поднимается к потолку. Сняла сорочку, глядя на своё отражение в зеркале. На моей коже уже начинали проступать синяки. Тёмные, лиловые, отвратительные следы его пальцев на запястьях, на плечах, на бёдрах. Я провела пальцами по одному из них и содрогнулась.
Мне хотелось содрать свою кожу. Смыть всё, что он оставил на мне.
Я шагнула под воду. Тёплая, обжигающая, она обрушилась на меня, смывая слёзы и страх. Стояла под струями, чувствуя, как вода стекает по моему телу, унося с собой грязь. Его прикосновения, запах, присутствие.
Я плакала. Тихо, беззвучно, чувствуя, как слёзы смешиваются с водой. Я тёрла кожу мочалкой, пока она не начала краснеть. Хотела стереть всё. Каждое воспоминание, след.
Не знаю, сколько я стояла под водой. Время перестало существовать. Просто стояла, глядя в одну точку, чувствуя, как вода остывает и становится прохладной.
Я выключила воду и вышла из душа.
Ноги дрожали. Каждый шаг давался с трудом, будто училась ходить заново. Я закуталась в полотенце, чувствуя, как оно впитывает влагу с моей кожи. Посмотрела на вещи, которые принёс Марко. Моя домашняя одежда. Шорты и футболка. Я надела костюм, чувствуя, как тонкая ткань касается моей кожи, и как это прикосновение почему-то не вызывает отвращения.
Я вышла из ванной на дрожащих ногах.
И оказалась в его руках за секунду.
Марко появился передо мной, как будто ждал этого момента. Его руки легко подхватили меня, и я почувствовала, как он прижимает меня к себе, поддерживая, не давая упасть.
— Несса, — сказал он тихо, и его голос прозвучал где-то над моим ухом. — Тебе нужно выпить таблетку.
Я замерла. В его голосе было что-то такое, что заставило меня поднять голову и посмотреть ему в глаза. Что-то важное. Что-то, что я должна была понять.
— Таблетку? — переспросила я, и голос мой дрогнул. — От чего?
Марко посмотрел на меня. Его глаза были серьёзными, тёмными, глубокими. В них не было ни тени сомнения, ни капли стеснения. Только спокойная, твёрдая решимость.
Он медленно выдохнул, и я видела, как его челюсти напряглись.
— От беременности, — сказал он, и это слово прозвучало в тишине комнаты как приговор.
Я замерла.
Я не думала об этом. Когда всё случилось, я думала только о боли. О страхе. О том, как я ненавижу его. Но я не думала о последствиях. О том, что он мог оставить внутри меня что-то, что изменит мою жизнь навсегда.
Я смотрела на Марко, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам. Он не отводил взгляда, смотрел на меня с той же серьёзностью, что и всегда, но в его глазах я видела боль. Он боялся, боялся за меня.
— Я не хочу, — прошептала я, и голос сорвался. — Я не хочу этого, чтобы он оставил что-то во мне.
— Я знаю, — ответил он мягко. — Поэтому я заказал её. Экстренную. Её нужно выпить как можно скорее. Пока не поздно.
Я смотрела на него, и в его словах было столько заботы, что я почувствовала, как внутри меня что-то дрогнуло. Он думал об этом, когда я спала, заказал её, пока я была без сознания, сделал всё, чтобы защитить меня даже от того, о чём я боялась думать.
Я взяла таблетку из его рук, чувствуя, как она дрожит в моих пальцах. Марко протянул мне стакан с водой, и я запила её, чувствуя горький привкус на языке. Она медленно спускалась по горлу, и я чувствовала, как вместе с ней уходит часть страха.
— Спасибо, — прошептала я, и голос сорвался.
Марко ничего не сказал. Он просто уложил меня на кровать, аккуратно, почти бережно, подложив под голову подушку. Я чувствовала, как его руки касаются моих плеч, как поправляет одеяло, укутывая меня. А затем его рука легла на мою голову.
Он гладил меня по волосам. Медленно, ритмично, успокаивающе. Его пальцы перебирали мои влажные пряди, распутывая их, приглаживая, возвращая им порядок, который исчез вместе с моим миром. Я чувствовала его ладонь на своей голове — большую, тёплую, тяжёлую. Она лежала так естественно, будто всегда должна была быть здесь. Будто он всегда должен был быть здесь.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его прикосновения успокаивают мою дрожь. Боль всё ещё пульсировала внутри, но теперь она казалась далёкой, приглушённой. Я слышала его дыхание — ровное, спокойное. Чувствовала его присутствие рядом.
— Ты хочешь, чтобы я позвонил твоему отцу? — спросил он тихо, и его голос прозвучал где-то над моим ухом.
Я замерла.
Отец. Мама. Они были там, на отдыхе, далеко от этого кошмара. Думали, что я в безопасности, что я просто отдыхаю, что счастлива. А я лежала здесь, разбитая, грязная, сломленная, и не знала, как сказать им правду.
— Нет, — прошептала я, и голос мой дрожал. — Не хочу, чтобы кто-то знал.
Сказала это тихо, но в моих словах было столько боли, столько отчаяния, что Марко замер. Я чувствовала, как его рука на мгновение остановилась, а затем снова начала гладить меня по волосам.
— Ванесса, — сказал он мягко, и в его голосе звучала та самая сталь, которую я так боялась раньше. Но сейчас она звучала по-другому. Как защита. — Ты не должна проходить через это одна. Я здесь. Но твои родители...
— Нет, — повторила я, и в голосе появилась твёрдость, которой я не ожидала от себя. — Я не хочу, чтобы они знали. Они будут смотреть на меня по-другому, будут жалеть меня. Правда, не вынесу этого. Пожалуйста.
Я повернула голову и посмотрела ему в глаза. Видела, как его челюсти напряглись, как в его взгляде промелькнула боль. Он не хотел соглашаться, но видел мои глаза, видел мою мольбу.
— Хорошо, — сказал он наконец, и его голос был тихим, но твёрдым. — Не скажу им. Пока. Но если ты передумаешь — я сделаю это. Я буду рядом.
Я кивнула, чувствуя, как слёзы снова подступают к глазам.
— Спасибо, — прошептала я.
Марко ничего не сказал. Он просто продолжал гладить меня по волосам, и я чувствовала, как его пальцы скользят по моей голове, успокаивая, убаюкивая, давая мне понять, что я в безопасности. Что не одна. Что он здесь.
— Я не хочу больше никого видеть, — сказала я тихо, чувствуя, как слова вырываются сами собой. — Я не хочу выходить из этой комнаты, хочу просто исчезнуть. Чтобы никто не знал, не смотрел на меня.
Марко молчал. Я чувствовала, как он слушает меня, как он
впитывает каждое моё слово. Его рука всё ещё гладила мои волосы, и это прикосновение было единственным, что удерживало меня от полного разрушения.
— Ты не должна хотеть никого видеть, — сказал он наконец. — Я никого не пущу в этот дом. Скажу всем, что ты уехала с родителями. Что тебя нет в городе. Никто не узнает.
Я подняла на него глаза.
— А ты? — спросила я. — Ты останешься?
Марко посмотрел на меня, и в его взгляде я увидела что-то, чего не видела раньше. Тепло. Заботу. Обещание.
— Я останусь, — сказал он. — Я буду здесь столько, сколько нужно. Не оставлю тебя одну.
Я прижалась к нему, чувствуя, как его рука обвивает мои плечи, притягивая ближе. Закрыла глаза, вдыхая запах его одеколона. Родной, спокойный, мужской. Безопасный.
Впервые за всё это время я чувствовала, что могу дышать.
— Спи, — сказал он тихо, и его голос прозвучал как колыбельная. — Я буду здесь, никуда не уйду.
Я закрыла глаза, чувствуя, как его рука продолжает гладить меня по волосам.
————————————————————
Дорогие читатели!
Как вам глава? Понравилась?
Пожалуйста, расскажите мне ваши эмоции, что вы чувствовали, когда читали. Мне очень важно знать ваше мнение. Я переживаю, честно.
Я буду ждать одну звёздочку и один отзыв. Как только увижу — сразу выложу следующую главу.
Простите, пожалуйста, что прошу. Мне действительно очень-очень важно знать, что вам нравится, что я пишу не зря. Чтобы я не накручивала себя, что никому не интересно, кроме меня.
Спасибо, что вы со мной ❤️
---
Жду ваши звёздочки и отзывы!