Глава 1. Нарушенные правила

Красный цвет вообще-то должен был кричать о бунте, но на Юри он выглядел как королевская мантия.

Она стояла у панорамного окна на третьем этаже элитной старшей школы «Шинхва», лениво накручивая на палец ярко-алую прядь. Длинные, идеально прямые волосы контрастировали со строгой тёмно-синей формой, которую Юри умудрялась носить так, словно это был наряд с подиума. Из-за высокого роста и пронзительного, слегка лисьего разреза глаз она всегда смотрела на людей немного сверху вниз. Но парадокс был в том, что люди сами хотели быть к ней ближе. Стоило Юри заговорить, как её окутывающий, мягкий голос заставлял ловить каждое слово. Рядом с ней хотелось греться, даже зная, что этот огонь может сжечь дотла.

— Новенькая перевелась полчаса назад, — Даён, старшая сестра Юри, опёрлась спиной о подоконник, скрестив руки на груди. Как бескомпромиссный лидер их шестёрки, Даён всегда держала руку на пульсе. — Документы чистые, семья средняя. Из тех, кто здесь долго не задерживается. Джиён уже заскучала, предлагает устроить «приём» на большом перерыве. Что думаешь?

Юри едва заметно пожала плечом, не отрывая взгляда от школьного двора.

— Мне безразлично. Пусть Джиён развлекается, если ей так хочется. Главное — скажи парням, чтобы не лезли, пока мы не закончим. Терпеть не могу, когда они путаются под ногами.

Нана, сидевшая на краю подоконника, тихо рассмеялась, бросив быстрый, восхищённый взгляд на Даён. Юри заметила этот взгляд — Нана всегда смотрела на её сестру чуть дольше, чем следовало бы, но сейчас это не имело значения. Рядом зашептались Мин Со и Таын, обсуждая какие-то слухи, но для Юри этот шум превратился в белый холст. Ей было откровенно скучно. Жизнь в «Шинхва» текла по предсказуемому сценарию, где их компания из шести девушек правила безоговорочно. Их не просто боялись — ими восхищались.

Звонок на перерыв пронзил тишину коридора.

— Ладно, я в уборную на первом этаже, — Юри оттолкнулась от стены, поправляя лямку дорогой сумки. — Догоню вас в столовой.

Она спускалась по лестнице не торопясь, наслаждаясь тем, как ученики инстинктивно уступали ей дорогу, прижимаясь к перилам. В воздухе тянулся шлейф её парфюма с нотами дорогого табака и ванили.

Когда Юри повернула к заброшенному крылу первого этажа, где находился старый женский туалет, до её ушей донёсся странный звук. Глухой удар, всхлип и резкий, грубый смех.

Юри нахмурилась. Это был голос Джунхо — лидера местной компашки хулиганов. Что он забыл в женском крыле?

Она толкнула тяжелую деревянную дверь. Из-за влажности и запаха старой побелки здесь всегда было неуютно, но сейчас картина внутри заставила Юри замереть на пороге.

Посреди кафельного пола, прижавшись спиной к грязной раковине, сидела девушка. Её школьный пиджак был порван, коленки разбиты, а тёмные волосы спутались. Перед ней стоял Джунхо, удерживая её за подбородок, пока двое его приятелей со смехом снимали происходящее на телефоны.

— Эй, — голос Юри прозвучал тихо, но в замкнутом пространстве туалета он ударил словно хлыст. — Джунхо. Вы что, страх потеряли?

Парни резко обернулись. Те двое сразу опустили телефоны, испуганно переглянувшись. Джунхо же медленно отпустил лицо девушки и повернулся к Юри. На его лице отразилась целая гамма эмоций — от злости до странного, глуховатого смущения. Он давно и безнадёжно смотрел на Юри, ловя каждый её жест, и сейчас меньше всего хотел выглядеть в её глазах идиотом.

— Юри-я... — Джунхо попытался усмехнуться, шагнуть к ней, но наткнулся на её ледяной, сужающийся взгляд и остановился. — Да мы просто... Джиён сказала, что эту мышь надо проучить. Вот мы и решили помочь.

— Помочь? — Юри сделала два шага вперед. Её высокая фигура буквально заставила парней отступить назад. — У нас есть правила, Джунхо. Сначала новичков берём мы. Вы подключаетесь только тогда, когда я разрешу. Кто дал тебе право нарушать кодекс?

— Юри, ладно тебе, извини, — Джунхо поднял руки вверх, демонстрируя покорность. Один её холодный тон заставил его полностью растерять весь свой пафос. — Мы уходим. Парни, валим.

Он бросил на Юри долгий, извиняющийся взгляд, прежде чем поспешно увести своих друзей из туалета. Дверь за ними захлопнулась.

В помещении воцарилась тишина, нарушаемая только мерным стуком капель из неисправного крана.

Юри вздохнула, раздражённая тем, что её покой нарушили, и повернулась к пострадавшей. Она ожидала увидеть слёзы, истерику, дрожь — обычную реакцию тех, кто попадал под раздачу. Но новенькая сидела неподвижно.

Юри сделала шаг ближе, её туфли негромко цокнули по кафелю. Она изящно опустилась на корточки, так, что её красные пряди коснулись плеч.

— Эй. Ты жива? — спросила Юри, вытаскивая из сумки шелковый платок.

И в этот момент новенькая подняла голову.

Её звали Ын-би. На её бледной щеке наливался синяк, губа была разбита, но в её глазах не было ни капли страха. Абсолютно чёрные, глубокие, как ночной омут, они смотрели на Юри с каким-то странным, почти гипнотическим спокойствием. В этих глазах не было благодарности. В них было что-то другое — тёмное, притягательное и пугающе взрослое. На мгновение Ын-би едва заметно улыбнулась уголками губ, словно всё происходящее шло по её чёткому плану.

Юри замерла. Воздух в груди словно застрял. Она видела сотни испуганных лиц, но этот взгляд... он прошил её насквозь. Внутри Юри, в самом тёмном и одиноком уголке её души, что-то с треском переломилось, уступая место странному, непреодолимому влечению. Она ещё не знала, кто эта девушка, но отчётливо поняла одну вещь.

Мир, который они строили с девочками, больше никогда не будет прежним.

— Как тебя зовут? — тихо, почти шёпотом спросила Юри, протягивая платок к её лицу.

— Ын-би, — прозвучал в ответ мягкий, кристально чистый голос. И эта короткая фраза прозвучала как приговор