Глава 9. Точка невозврата

НЕЯ
Киев, Украина
(Утро четверга)
Три недели пролетели как один длинный, насыщенный день. Или как один вдох, после которого я никак не могла выдохнуть.
Наши отношения перешли в режим «онлайн», но от этого стали только крепче, болезненнее, острее. Мы висели на видеосвязи часами. Я засыпала, глядя в пиксели на экране, где он работал в своем кабинете, хмурясь на документы, а он просыпался под звук моего голоса, когда я варила кофе за тысячи километров от него.
Арчи был идеальным. Терпеливым. Заботливым. Любящим до дрожи.
Я сделала невозможное: перевела салон на полностью удаленное управление, нашла надежного администратора, буквально выгрызла себе свободу. Подготовила Надин и Еву к тому, что их тетя уезжает «строить личную жизнь в Европу». Бабушка, вспоминая галантного «консультанта» Артура, благословила меня, перекрестив на дорожку дрожащей рукой.
Я проснулась с улыбкой.
Посмотрела на календарь. Цифры кричали.
Осталось 6 дней.
Чемоданы уже стояли в углу, наполовину собранные, как немые свидетели моего предательства прошлой жизни. Через шесть дней я сяду в самолет и больше никогда не расстанусь с ним.
Настроение было воздушным, дурманящим. Я включила музыку, пританцовывая, пошла в ванную. Почистила зубы, напевая какую-то попсу, глядя на себя в зеркало. Глаза сияли. Я не узнавала эту девушку. Где холодная хакерша? Где Призрак? Их не было. Была только влюбленная идиотка.
Вернулась в спальню и достала из шкафа свое любимое платье — небесно-голубое, легкое, почти невесомое. Я хотела надеть его сегодня.
— Для него, — прошептала я, проводя рукой по ткани.
Я хотела сделать красивое фото. Свое, настоящее, без фильтров. И отправить ему с подписью: «Готовлюсь быть самой красивой для тебя».
Я взяла телефон.
На экране висело несколько уведомлений.
Одно от Арчи:
«Доброе утро, малышка. У меня сегодня адский день, но я считаю часы до вечера. Мысли о тебе — единственное, что держит меня на плаву. Люблю».
Сердце екнуло. Я перечитала это дважды.
И еще одно уведомление.
WhatsApp. Неизвестный номер.
Вложение: Видеофайл.
Я нахмурилась. WhatsApp я использовала редко, туда писала только бабушка или клиенты. Но номер был немецкий.
— Демид, — хмыкнула я вслух, закатывая глаза. — Опять твои приколы.
В последнее время у нас с хакером появилась традиция — обмениваться кибер-шутками. Он то и дело взламывал мой экран блокировки, ставя туда смешные рожицы, или присылал сообщения типа: «Твой парень сейчас трахнет кого-то из нас, если ты не приедешь, он злой как черт». А я в ответ отправляла ему вирусы-пугалки, от которых его комп начинал орать сиреной.
— Ну что ты там придумал, Шерлок? Очередной мем? — я открыла сообщение, ожидая увидеть прикол.
Палец нажал на Play. Я продолжала улыбаться.
Улыбка исчезла на первой же секунде. Словно её срезали с лица бритвой вместе с кожей.
Тишина комнаты стала оглушительной.
Знакомая гостиная. Квартира Арчи. Тот самый кожаный диван, на котором мы сидели перед его отъездом.
На диване полулежал Арчи.
Рубашка расстегнута, обнажая татуировки на груди. Глаза полузакрыты, голова откинута на спинку, рот приоткрыт. Он выглядел... расслабленным. Пьяным? Одурманенным?
А сверху на нем сидела блондинка.
Я видела только её голую спину, рассыпанные по плечам волосы и стройные ноги, обхватившие его талию. Она двигалась ритмично, выгибаясь, терлась об него пахом.
Мое дыхание остановилось. Сердце пропустило удар, потом еще один.
— Нет... — прошептала я, чувствуя, как к горлу подкатывает ледяной ком. — Это шутка. Это монтаж. Дипфейк. Демид, это не смешно!
Но камера приблизилась. Зум сработал безжалостно. Качество 4К.
Арчи не отталкивал её.
Его большие руки сжимали её ягодицы, сминая кожу, притягивая ближе. Он что-то рычал, зарываясь носом в её волосы, и его бедра двигались навстречу ей. Это были движения животного. Движения любовника.
Я присмотрелась, ища склейку, ища битые пиксели, ища хоть что-то, что скажет мне — это ложь, это код, это графика.
И я нашла доказательство.
Но не то, которое искала.
На его запястье, рядом с дорогими часами, была черная резинка для волос.
Моя резинка.
Дешевая, растянутая резинка, которую он в шутку снял с меня перед отъездом в аэропорту.
«Буду носить как талисман, пока ты не вернешься», — сказал он тогда, целуя мою ладонь.
Это было не старое видео. Это было сейчас.
Пока я собирала чемоданы. Пока я выбирала платье. Пока я мечтала о нашей жизни и убеждала бабушку, что он святой.
Он трахал другую. Не снимая моего «талисмана».
Телефон выпал из рук на кровать.
Внутри меня что-то оборвалось. Не струна — трос, державший мост. Звон в ушах стал невыносимым.
Боль? Нет, это была не боль. Это было уничтожение. Это было, как если бы меня выпотрошили заживо.
Я вспомнила его слова любви. Вспомнила Варшаву. Вспомнила, как он просил меня верить ему. «Верь мне, Призрак».
— Лжец... — выдохнула я в пустоту. — Грязный, подлый лжец.
Он использовал меня. А теперь, когда я далеко, развлекается с какой-то шлюхой в Берлине. Для него это нормально. Он же «Зверь». А я дура.
Ярость затопила меня горячей, лавовой волной. Меня затрясло.
Я схватила телефон. Пальцы дрожали так сильно, что я трижды промахнулась мимо иконки.
Я не хотела выяснять отношения. Я не хотела слушать оправдания. Я хотела убить его. Морально. Раздавить так, как он раздавил меня.
Кому: Арчи
Я печатала, захлебываясь слезами, не видя букв, но зная клавиатуру наизусть.
«Я видела видео. Я видела твою блондинку и мою резинку на твоей руке».
«Больше никогда... Слышишь? НИКОГДА не пиши мне. Не пытайся приехать или найти меня. Иначе я сделаю так, что прятаться придется тебе. Я уничтожу тебя, Штерн. Я тебя ненавижу».
Отправить.
Заблокировать везде. Телефон. Мессенджеры. Почта.
Я упала на пол, сжимая в кулаке край голубого платья. Ткань затрещала и порвалась, но мне было плевать.
Я закричала.
Это был не крик человека — это был вой раненого зверя, который понял, что попал в капкан.
АРЧИ
Берлин
(Предыдущий вечер и утро)
Последняя неделя была адом. Настоящим, гребаным адом без перерыва на обед.
На работе завал, поставки срывались, конкуренты давили, пытаясь отжать территорию. Я спал по три часа в сутки.
Единственным светом была Нея. Я жил от звонка до звонка. Демид и Макар, видя мое состояние, пытались развлекать меня, вытаскивать в люди, но меня тошнило от всех.
— Смотри, — ржал Макар вчера днем, показывая свой телефон, где на заставке вместо фото Мины красовался череп с костями. — Твоя невеста опять развлекается. Взломала меня, потому что я не скинул ей фотку нового байка.
Я улыбался. Впервые за день. Даже на расстоянии она была рядом. Моя маленькая, дерзкая хакерша.
Но вчерашний вечер стал последней каплей.
Позвонила мать. Лейла.
Её номер высветился на экране, и я уже знал, что разговор будет дерьмовым.
— Алло.
— Артур, — её голос был холодным, как всегда. — Я говорила с отцом. Ты позоришь семью этим своим... бизнесом. И этой девкой из Украины.
— Не смей говорить о ней, — прорычал я, сжимая телефон так, что пластик скрипнул.
— Тебе пора вернуться в лоно приличного общества, — продолжала она, игнорируя мой тон. — Дочь партнера отца, Карина, ждет. Она идеальная партия. А ты играешь в любовь с безродной...
— Пошла ты, — я сбросил вызов и швырнул телефон на стол.
Меня трясло от бешенства. Я был на взводе. Мне нужно было выпустить пар, иначе я бы кого-нибудь пристрелил.
— Я в клуб, — бросил я парням, накидывая куртку. — Один. Выпить пару стаканов и домой.
— Арч, может не надо? — Демид поднял голову от ноутбука. — Ты какой-то дерганый. Давай с тобой?
— Нет. Я сказал — один.
Клуб «Pearl». Пафосное место, где собирались сливки общества, которые я презирал.
Я сидел за барной стойкой, в углу, крутя в руках стакан с виски. Музыка долбила по мозгам, но не помогала заглушить голос матери в голове.
— Артур? Неужели ты один?
Я напрягся. Этот приторный голос я узнал бы из тысячи.
Я медленно повернул голову.
Карина. Та самая «идеальная партия». Блондинка, вечно ищущая приключений, с глазами хищницы. Она давно вешалась на меня, но я всегда держал дистанцию, а как появилась Нея — вообще игнорировал её существование.
— Привет, Карина, — сухо ответил я, отворачиваясь обратно к стакану. — Я занят.
— Чем? Грустью? — она хищно улыбнулась, подсаживаясь ближе. Её бедро коснулось моей ноги. — Слышала, у тебя какая-то зазноба в Украине. Бросила тебя? Или ты понял, что она тебе не ровня?
Я резко развернулся к ней. В глазах потемнело.
— Не твое дело. Вали отсюда. Пока я вежливый.
— Ой, какой злой, — она рассмеялась, но не ушла.
Я отвернулся, чтобы позвать бармена и закрыть счет. Я не мог находиться рядом с этой гнилью.
В этот момент Карина, улыбаясь самой невинной улыбкой, достала из сумочки крошечный пузырек. Одно отточенное движение руки над моим стаканом — и прозрачная капля растворилась в виски.
— Не будь букой, Арчи, — промурлыкала она, придвигая стакан ко мне. — Давай просто выпьем за дружбу. И я уйду. Обещаю.
Я посмотрел на неё. Потом на стакан. Я хотел, чтобы она исчезла.
Я, не глядя, взял стакан и сделал большой глоток, осушая его до дна.
— За твой уход, — буркнул я.
Эффект наступил не сразу. Минут через десять.
Сначала поплыли стены. Огни клуба превратились в длинные, размазанные полосы. Звуки стали ватными, тягучими, как будто я под водой.
— Артур? Тебе плохо? — голос Карины звучал как сквозь толстую подушку. Эхом.
— Что за... — язык заплетался. Я попытался встать, но ноги не слушались. Тело стало чужим, тяжелым.
— Пойдем, — её руки, цепкие, как клешни, обхватили меня. — Я отвезу тебя домой. Ты просто перебрал.
— Нея... — пробормотал я. — Мне нужно позвонить Нее...
— Тс-с-с, она ждет тебя дома, — шепнула Карина мне на ухо.
Я не помню дорогу. Я был овощем. Мозг отключился, оставив только инстинкты.
Дома она дала мне воды. Я выпил жадно, не зная, что там вторая доза — мощный синтетический афродизиак в смеси с галлюциногеном.
Я сидел на диване. Мир кружился в безумном калейдоскопе. Тело горело. Вены словно наполнили раскаленным свинцом. В паху пульсировало дикое, болезненное возбуждение, требующее выхода.
Мне нужна была она.
— Нея... — шептал я, хватаясь за голову. — Призрак... где ты?
И вдруг реальность дрогнула.
Я увидел её.
Она стояла передо мной. В том самом голубом платье, о котором говорила. Моя Нея. Моя любовь.
Она улыбалась, протягивая ко мне руки.
— Я здесь, Арчи, — её голос звучал в моей голове.
Она села на меня сверху. Я почувствовал её запах. Ваниль и что-то свежее. (На самом деле это были тяжелые, сладкие духи Карины, но мой мозг подменил всё).
— Арчи... — шептала она.
Я застонал, сжимая её бедра. Это было спасение.
— Ты здесь... — я прижал её к себе, зарываясь лицом в волосы. — Не уходи... Я так скучал...
— Я твоя, — шептала галлюцинация.
Я не знал, что трахаю Карину. Я не знал, что она в этот момент поставила телефон на полку, включив запись, чтобы уничтожить меня.
Я был уверен, что занимаюсь любовью с женщиной своей жизни. Я целовал её, шептал слова любви, отдавал ей всего себя.
Это была ловушка. И я в неё попал.
(Утро)
Я проснулся от дикой головной боли. Череп словно раскалывали тупым топором изнутри. Каждый удар сердца отдавался в висках взрывом.
Я был один.
В квартире пахло чужими, тошнотворно сладкими духами.
— Какого хрена... — прохрипел я, пытаясь сесть. Комната качнулась.
Я что, напился до беспамятства? Я?
В дверь позвонили. Настойчиво, громко.
Я кое-как встал, натянул штаны и поплелся открывать.
Это был Демид. С пакетом из аптеки и кофе. Он выглядел обеспокоенным.
— Живой, тусовщик? — хмыкнул он, входя и окидывая меня взглядом. — Ты вчера трубку не брал. Я уж думал, тебя украли или ты сдох где-то в канаве.
— Лучше бы сдох, — прорычал я, принимая стаканчик кофе. Руки дрожали.
Я выпил таблетки, запил горячим кофе. Память была чистым, белым листом.
— Дем, я ничего не помню. Вообще. Я выпил один стакан... и всё. Темнота.
— Странно, — нахмурился хакер. — Ты не похож на того, кто уходит в запой с одного дринка.
Я потер лицо руками.
Нея.
Меня прошиб холодный пот. Я не звонил ей со вчерашнего вечера. Она, наверное, с ума сходит.
— Телефон, — рявкнул я. — Где мой чертов телефон?
Я начал метаться по комнате. Нашел его под диванной подушкой.
Экран загорелся.
«Надо написать Нее. Сказать, что люблю. Что скоро заберу её».
Я открыл WhatsApp.
И замер.
Фото Неи исчезло.
Статус «был в сети» исчез.
Вместо этого висел серый силуэт.
Одно новое сообщение от неё.
Сердце упало куда-то в желудок. Руки похолодели.
Я открыл переписку.
Прочитал первые строки.
«Я видела видео...»
«...мою резинку на твоей руке...»
«...Я тебя ненавижу».
Мир рухнул. Беззвучно и страшно.
— Нет... — прохрипел я, глядя на экран, который расплывался перед глазами. — Нея, нет... Это ошибка...
Но блок стоял намертво. Я нажал на вызов — сброс. Еще раз — сброс.
— Арч, что случилось? — голос Демида звучал встревоженно.
Я поднял на него глаза. В них был чистый ужас.
— Она видела... — прошептал я. — Она видела всё.
Я не понимал, что именно она видела, но я знал одно: я потерял её.