Глава шестая. План действий

Флориан

Просыпаться под кудахтанье кур миссис Макбей возвращает меня во времена первого курса, когда я жила в общежитии. Это было испытание для моих ушей и нервов, потому что справиться с девушками, которым в шесть утра крайне необходимо навести марафет, я не могла. Очень сомневаюсь, что этим птицам нужно завить свои перья или накрасить ресницы (если они у них вообще есть). Скорее всего неугомонная старушка просто решила в очередной раз поиздеваться надо мной, потому что я не понимаю, как ее питомцы снова оказались именно под моим окном!
Я откинула одеяло в сторону, взяла в руки подушку, приложила ее к лицу и закричала. Так громко, что на этот звук прибежал Габриэль. Но вместо милого ответа на его «что случилось», в него полетел тапок.
— Стучаться не учили?! А если бы я была голая?
Грэхем  увернулся, затем поднял мой тапок и запульнул им в меня.
— Можно подумать есть что-то чего я не видел. Мы купались голышом в детстве. Даже фотка есть. Внизу стоит. Оскар вчера заценил, — ответил парень.
Я взвизгнула, вскочила с кровати и бросилась на него, как кошка, в которую тыкали палкой несколько часов, мешая спать. Габриэль сделал несколько шагов назад и поднял руки в знак поражения, но меня уже было не остановить. Я обошла его, спустилась вниз и вышла на улицу, направляясь к дому миссис Макбей.
— Мадам! — крикнула я, подходя ближе к забору.
Вдруг из окна нашего дома я увидела две торчащие головы. Оскар и Ханна сонно потирали свои глаза. Девушка пару раз зевнула, а затем что-то сказала мне, но все мое внимание было уделено старушке, что шла ко мне с тростью в руках. Если она сейчас захочет меня побить, я буду защищаться!
— Что ты раскричалась?! — сама крикнула она.
— Я подражаю вашим курам! Уберите их с нашего участка, иначе в следующий раз я просто приготовлю из них шашлык!
Женщина ахнула. Мне показалось, что в какой-то момент меня стошнит от того, как старательно она сыграла шоковое состояние после услышанного. Бурча себе под нос какие-то гадости в мой адрес, она зашла а наш участок и попыталась загнать всех животных к себе на участок, но не тут-то было! Трое из них смогли перелететь через забор на другой участок. Наконец-то справедливость восторжествовала! Теперь пусть разбирается с другими соседями, но не с нашего участка.
— Класс! И хватит орать с четырех утра!
— Ну что за девица! Никакого уважения к старшим! Я вообще-то уже старенькая!
— Да видела я, какая вы старенькая! С утра до ночи со своими садовыми гномами танцуете румбу!
Миссис Макбей фыркнула, а затем ушла. Я сделала то же самое. Вернувшись в дом, я застала не менее приятную картину. Все мои друзья спокойно сидели за кухонным столом и завтракали, пока я самостоятельно справляюсь со злом.
— Ну что, показала, кто тут главный? — тихо рассмеявшись, произнесла Ханна.
Я показала ей язык.
— Даже ни одного блинчика не оставили, ну что за…, — пробубнила я. Не успев договорить я увидела один блин в тарелке Габриэля и нагло стащила его. Если он мне не помогает, то пусть сидит голодным!
— Чем сегодня займемся? — спросил он.
— Мы с Ханной хотели поездить по ближайшим городам. Пока что в планах заехать в Оушенсайд и Карлсбад, — ответил Миллер.
— Вау! В Карлсбад есть леголенд. Обязательно сходите туда. Куда мы были маленькими мы потеряли там Габриэля. Точнее мы думали, что потеряли, а он просто спал в одной из машин.
— Почему это так… Похоже на него, — Ханна рассмеялась.
— В Оушенсайд невероятной красоты пляж, — вклинился Габриэль. — Но будьте осторожны, когда будете купаться, а то случайно можете захлебнуть медузу-луну, как Фло.
Я закатила глаза.
— Разве она не опасна? — спросила Кинг.
— Опасна, если проглотить. А так ее щупальца не обладают сильным ядом, — ответила я.
— Мда-а-а. Умеете вы вдохновлять на путешествия, — заключил Оскар.
После завтрака наши друзья сразу уехали. Обещали вернуться ближе к вечеру. Я недолго поговорила с мамой по телефону, а затем к нам пришел Лука. Они с Габриэлем пошли на пляж, оставив меня одну дома. Разболелся живот, поэтому весь день я провела в качестве ленивца. Неплохо, если учесть, что два красавчика скакали вокруг меня, подавая чай и фрукты. Конечно, иногда это сопровождалось под недовольное бурчание Грэхема, но я была уверена, что переживу это.
Ближе к пяти часам парни вернулись домой после очередного купания. На удивление они даже смеялись. Странно видеть их такими, если учесть, что большую часть времени Габриэль метает в Луку странные взгляды, которые мягко намекали на то, что было бы лучше, если бы Луки рядом не было.
— Ромашка, долго валяться будешь? — спросил Габри, прыгая на диван, на котором я лежала.
— Осторожнее! Весишь как кабан! Чуть не раздавил меня! — я врезала ему по лицу подушкой.
— Ты, как всегда, очень любезна, — он лишь рассмеялся.
— Зря не пошла с нами. Вода нереальная, — Лука провел ладонью по мокрым волосам. — Завтра повторим? — он обращался с Грэхему.
— Да, давай с утра. Часов в восемь, — ответил он.
— Да ты не встанешь в это время, — произнесла я.
— Пф, попрошу миссис Макбей, чтобы она вывела своих кур на утреннюю прогулку.
— Сделаешь так – и будешь жить вместе с ними на улице!
Парни рассмеялись. Я дала Грэхему подзатыльник и отправила его приготовить нам чай. Лука в этот момент ушел в ванную комнату, чтобы переодеться. Он вышел, когда три чашки черного чая уже стояли на столике. Я, совершенно не стесняясь, ела наше любимое с Габри печенье, за которое в детстве были готовы друг друга убить. Сейчас брюнет смотрел на крошки на моих губах и ухмылялся. Я закатила глаза.
— Когда будем обсуждать наши свидания? — спросил Лука, входя в комнату.
— Тебе так не терпится приступить к спору? — спросила я.
— Не люблю проигрывать, принцесса, — он улыбнулся.
— Можете хоть с завтрашнего дня начинать меня баловать.
— Сальваторе, ты же понимаешь, что тебе будет в разы сложнее? Я знаю ее с самого детства. Вдоль и поперек. Абсолютно все, — произнес Габриэль.
— От этого становится намного интереснее, — итальянец подмигнул мне.
— Раз уж вы решили играть по-взрослому, то давайте подпишем соглашение.
Я взяла в руки ноутбук, лежащий на столе, а затем в одном из пустых файлов начала писать:
«Соглашение о Споре на Любовь:
Дата: 20 июня 2024 год.
Стороны:
1. Флориан Гарсия, далее именуемая «Лучшая девушка на планете Земля».
2. Габриэль Грэхем, далее именуемый «Легомэн».
3. Лука Сальваторе, далее именуемый «Итальяшка без пиццы».
Предмет соглашения:
Стороны согласны участвовать в споре на любовь, целью которого является завоевание сердца Флориан Гарсии путем организации и проведения свиданий.
Обязанности сторон:
1. Флориан Гарсия (Лучшая девушка на планете Земля) обязуется:
   ⦁ Принять участие в пяти свиданиях, организованных Габриэлем и Лукой.
   ⦁ Оценить каждое свидание по критериям: романтика, интересность, комфорт и общее впечатление.
   ⦁ Предоставить обратную связь после каждого свидания, чтобы организаторы могли улучшить свои подходы.
2. Габриэль Грэхем (Легомэн) обязуется:
   ⦁ Организовать не менее пяти свиданий с Флориан, каждое из которых должно длиться минимум 2 часа.
   ⦁ Каждое свидание должно быть уникальным и включать элементы, которые соответствуют интересам и предпочтениям Флориан.
   ⦁ Обеспечить романтическую атмосферу на каждом свидании, включая выбор места, активности и сюрпризы.
   ⦁ Убедиться, что Флориан чувствует себя комфортно и счастливо во время свиданий.
⦁ Не прибегать в помощи третьих лиц (Ханны Кинг).
3. Лука Сальваторе (Итальяшка без пиццы) обязуется:
   ⦁ Организовать не менее пяти свиданий с Флориан, каждое из которых должно длиться минимум 2 часа.
   ⦁ Внедрить креативные идеи и неожиданные элементы в свидания, чтобы произвести впечатление на Флориан.
   ⦁ Обеспечить, чтобы каждое свидание было запоминающимся и отражало индивидуальность Флориан.
   ⦁ Поддерживать дружескую атмосферу и избегать конфликтов с Габриэлем во время организации свиданий.
⦁ Не прибегать в помощи третьих лиц (Ханны Кинг).
Срок действия соглашения:
Настоящее соглашение вступает в силу с [20 июня 2024 года] и действует в течение одного месяца, до [20 июля 2024 года].
Критерии оценки:
По окончании срока действия соглашения Флориан должна будет выбрать одного из организаторов, который, по ее мнению, завоевал ее холодное сердце. Решение будет окончательным и не подлежит обжалованию.
Разрешение споров:
Все споры, возникающие в связи с настоящим соглашением, будут разрешаться путем переговоров между сторонами. В случае невозможности достижения соглашения, стороны могут обратиться к третьему лицу (Оскару Миллеру) для разрешения конфликта.
Подписи сторон:
ФЛО.
ГрэхемГ                              
ЛС.Ре».

Пока я писала его, я соблюдала гробовую тишину. Когда текст был готов, быстро распечатала три копии, чтобы одну из них оставить себе, а остальные две отдать Грэхему и Сальваторе. Они читали молча, но, судя по всему, когда дошли до момента их прозвищ, оба подняли глаза.
— Легомэн? — спросил Габри.
— Итальяшка без пиццы? — спросил Лука.
— Первое, что пришло в голову, — я улыбнулась, а затем тихо рассмеялась.
— Кажется, я уже знаю, какое будет наше первое свидание.
Лука запустил пятерню в волосы, а затем оба подписали все три бланка соглашения. Последняя подпись была моя.
— Ну что, кто первый? — Сальваторе поднялся с места, смотря на Габриэля.
— Дам тебе фору, — с довольной улыбкой ответил тот.
— Смотри потом не пожалей.
Смотря на фотки, которые Ханна прислала мне с их с Оскаром поездки в Оушенсайд, я улыбалась. Мысль, что моя подруга счастлива, не просто согревала меня. Она приятно обжигала меня огнем. После всего, что эти двое пережили за свою недолгую жизнь, они заслужили быть счастливыми.
Краем уха я слушала парней, но когда на улице раздался звук колоколов, я подскочила с дивана с восторженными глазами.
— Мороженщик!
Не дожидаясь остальных, я рванула на улицу прямо босиком, о чем вскоре пожалела, ведь палящее солнце Сан-Диего совсем меня не щадило.

Габриэль

Если говорить откровенно, то я переживал. И уже даже успел пожалеть, что вообще согласился на эту авантюру, ведь прекрасно понимал, что, если в конце концов, Фло выберет Луку, то я буду разбит. Даже не просто разбит, а ничтожно подавлен. Думаю, что из-за этого может и пострадать наша с ней дружба, потому что не уверен, что смогу спокойно смотреть на их счастье. Каждый раз, когда я представлял, как они смеются вместе, как Лука, с его беззаботной улыбкой, берет ее за руку и уводит в мир, где нет места для меня, сердце сжималось от боли. Я знал, что это не просто игра, и что в этой игре на чувствах нет победителей.
С другой стороны, я не мог игнорировать тот факт, что Фло заслуживает счастья. Она всегда была рядом, поддерживала меня в трудные времена, и теперь, когда у нее есть возможность выбрать, я не мог позволить себе быть эгоистом. Но как же трудно было смотреть на то, как она улыбается, когда Лука рассказывает очередную шутку, а я стою в стороне, пытаясь скрыть свои эмоции.
Я решил, что должен сделать все возможное, чтобы показать Фло, что я тоже могу быть тем, кто сделает ее счастливой. Я начал планировать свои свидания, продумывая каждую деталь, чтобы они были не просто запоминающимися, а по-настоящему волшебными. Я хотел, чтобы она увидела во мне не просто друга, а человека, который готов бороться за ее сердце.
Пока я завороженного смотрел на то, как Гарсия выбегала на улицу, Лука уже успел сделать несколько шагов в ее сторону.
— Габриэль, ты что-то молчишь, — заметил Лука, обернувшись ко мне с улыбкой. — У тебя есть идеи?
Я вздохнул, собравшись с мыслями.
— Да, у меня есть несколько задумок, — ответил я.
Это был честный ответ. Моим преимуществом действительно было то, что Флориан я знаю с детства. Я знаю, что заставляет ее смеяться до коликов в животе; что заставляет плакать до нервного срыва; знаю, что может ее разозлить. Она всегда казалась неприступной, как холодная крепость, окруженная высокими стенами. Ее уверенность и независимость порой вводили в заблуждение, создавая впечатление, что Фло ни в ком не нуждается. Но я знал, что за этой маской скрывается ранимая душа, которая боится открыться. Я видел, как ее глаза иногда затуманиваются, когда она думает о чем-то, что ее тревожит, и как она старается скрыть свои эмоции за улыбкой, когда на самом деле ей грустно.
Я помнил моменты, когда Гарсия, казалось, была на грани слез, но сдерживала себя, чтобы не показать слабость. В такие моменты я чувствовал, как ее внутренний мир полон противоречий. Она могла смеяться и шутить, но в глубине души ее терзали сомнения и страхи. Я наблюдал, как она прячет свои переживания, как старается быть сильной, даже когда это было трудно. Каждый ее жест, каждое движение, каждое выражение лица говорили о том, что она не так проста, как кажется. Я замечал, как она замирает, когда кто-то говорит что-то обидное, и как ее взгляд становится холодным, когда она пытается защитить себя от боли. Но в те редкие моменты, когда Флориан расслаблялась, когда ее настоящая сущность выходила на поверхность, я видел, как она светится, как ее глаза наполняются теплом и светом.
Я знал, что она ценит искренность и доброту, и именно это я хотел показать ей. Я хотел, чтобы Фло наконец поняла, что за ее крепкими стенами есть кто-то, кто готов поддержать ее, кто видит ее настоящую, уязвимую сторону. Я мечтал о том, чтобы создать для нее пространство, где она могла бы быть собой, где ее не осудят и не предадут. Каждый раз, когда я думал о том, как завоевать ее сердце, я вспоминал все эти моменты. Я понимал, что для нее важны не только большие жесты, но и внимание к деталям. Я хотел, чтобы она почувствовала, что я вижу ее настоящую, что я ценю каждую ее эмоцию и каждую улыбку. Я знал, что это будет непросто, но я был готов вложить в это все свои силы.
Мы с Лукой вышли из дома. По дороге я захватил тапки Гарсии. Когда мы уже были на достаточно близком расстоянии друг от друга, я окликнул ее.
— Эй, лови! — сначала кинул в ее сторону один тапок. Затем второй. Она спряталась за пальмой.
— Совсем что ли?! Чуть в мороженое не попал! Сэр, — она обратилась к мужчине, у которого мы покупаем мороженое уже на протяжении десяти лет. — Он не заслужил ни капли! Ему не давать!
Мужчина рассмеялся, пожал плечами и уехал дальше в сторону пляжа. Однако мне это совсем не помешало попробовать сладкий десерт на вкус. Подойдя к Гарсии я наклонился и нагло лизнул капельку шоколадного мороженого, стекающего по вафельному рожку.
— Эй! Это мое! — завопила она.
— Советую выкинуть. Там яд, — произнес Лука.
Они вдвоем засмеялись.

Остаток вечера мы провели на пляже. Лежали на лежаках, пили коктейли и ели фрукты. Делились историями из детства, а Лука рассказывал подробности их знакомства с Оскаром. Глядя на них обоих, я бы никогда в жизни не подумал, что когда-то они с Миллером продавали запрещенные вещества.
Сан-Диего погружался в тишину заката, когда солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового. Легкий морской бриз приносил с собой свежесть, а звук волн, накатывающихся на берег, создавал успокаивающую мелодию. Песок под нашими ногами был теплым, а вечерняя прохлада постепенно окутывала нас, создавая атмосферу уюта и расслабления. Лука, с его характерной энергией, жестикулировал, рассказывая очередную историю. Его руки двигались в такт словам, а на лице играла широкая улыбка. Он был в своей стихии, и это было заметно. Флориан, лежа рядом, смотрела на него с легкой усмешкой, ее губы слегка приподнимались, но в глазах читалась тень задумчивости. Она иногда отвлекалась, глядя на море, как будто искала в его бескрайности ответы на свои вопросы. Когда Лука смеялся, Флориан не могла удержаться от улыбки, но ее смех был тихим, почти сдержанным. Я замечал, как она иногда наклоняет голову, прислушиваясь к его словам, а затем, словно вспомнив о чем-то важном, отворачивается, чтобы скрыть свои мысли. Ее длинные волосы развевались на ветру, и в этот момент она казалась особенно хрупкой, как будто могла раствориться в воздухе.
«О чем же ты думаешь?» – думал я, глядя на девушку.
Ближе в девяти вечера вернулись Ханна и Оскар. Сразу, как они переступили порог дома, Кинг с объятиями бросилась на Гарсию.
— У меня просто потрясные новости! — произнесла она. — Мы остаемся тут до конца лета!
Да начнется веселье.