Глава 6: «Элай присоединился к чату»

В гостиной горел камин, но никого не было, когда мы проходили мимо. Возникло желание посидеть напротив него, на мягком белом ковре, наслаждаясь одиночеством в таком огромном и практически пустом месте. В последнее время я часто задумывался об одиночестве. Мне словно было необходимо остаться одному, но в то же время я боялся этого. Мое сознание - мое спасение и моя тюрьма. Я начал задумываться над тем, что у меня могла быть депрессия из-за последних событий.

Следующая за гостиной комната была столовой. В ней был только большой бежевый стол и несколько стульев. Стол уже был накрыт на семерых, но, похоже, мы пришли первыми.

Я задумался, вспоминая уроки математики. Я, Коул и Артур - нас трое. Отец, Уинтер и Эд - еще трое, то есть нас шестеро. А кто... седьмой?

— Элай, ты уже здесь.

Я повернулся двери, и заметил идущего к нам навстречу отца. Он подошел ближе и крепко обнял меня. Поначалу я растерялся и не знал, как отреагировать, но все-таки обнял его в ответ.

Было бы неправдой сказать, что я не любил отца. Но за последние пять лет мы значительно отдалились друг от друга. Поэтому я чувствовал себя неловко рядом с ним и не знал, что следует сказать или как себя повести.

— Коул, Артур, – он кивнул им, приветствуя. – Можете уже садиться, остальные скоро подойдут.

Я сел между Артуром и дядей, неловко поглядывая на отца и дверь в ожидании. Было странно волнительно, но вместе с тем я просто хотел есть и не мог дождаться, когда придут оставшиеся люди. Вскоре появился Эд в компании какого-то омеги. Эдвард сел рядом с отцом, когда как этот омега прямо напротив меня.

Мы встретились взглядами. Он изучал меня. Омега выглядел младше нас с Эдом, у него были пышные кудрявые рыжие волосы и цепкие карие глаза: он всем своим видом пытался показать, что я ему абсолютно безразличен. На его пухлых из-за возраста щеках красовались веснушки.

Вскоре появился и новый муж моего отца. Хотя можно ли его еще называть новым? Прошло ведь уже пять лет.

— Ох, я немного опоздал, – с легкой улыбкой произнес Уинтер, садясь рядом с омегой и сразу же обращаясь ко мне. – Приятно познакомиться, Элай. Я Уинтер, а это мой сын Райли.

Я задумался, наблюдая за ним. Неужели..? То есть у Эда всё это время был младший брат?! Почему я не знал об этом?

Я молча кивнул ему, скрывая свою растерянность. Сейчас я мог заметить сходство в их чертах лица. Уинтер был моложе моего отца, у него были средней длины темно-рыжие прямые волосы, приятная и мягкая улыбка на лице и внимательные изумрудные глаза.

Весь ужин я практически молчал, коротко отвечая на вопросы Уинтера. Райли рядом с ним все время проводил в телефоне, иногда прерываясь на Эдварда, спрашивая о том или ином блюде и прося его что-нибудь подать. В основном общались взрослые. Коул иногда хватал меня за руку под столом, поддерживая. Пусть я и не чувствовал себя плохо из-за окружающих или их разговоров, мне всё равно было приятно ощущать его поддержку. Сейчас мне действительно стало грустно из-за переезда. Коул - моя семья. Правильным ли было то, что я так легко согласился жить с отцом? Честно, я даже не знаю.

— Звони мне почаще, на забывай правильно питаться и не пропускай приемы пищи, – торопливо произнес Коул, а я послушно кивал в ответ. Артур уже попрощался со мной, ушел первым и ждал в машине дядю. Его слов звучали забавными, ведь обычно я всегда готовил дома и заставлял Коула есть, а не сбегать на работу или в больницу. Коул замолчал на мгновение и неожиданно притянул меня в свои объятия. Я тяжело вздохнул, обнимая его.

— Я приеду на Рождество. Всего неделя осталась.

— Мы с Артуром устроим грандиозный праздник для тебя, я обещаю, – он улыбнулся мне напоследок.

Я не знал, чем заняться, когда остался один в огромной, но пустой комнате. Сначала я из окна наблюдал за тем, как плавно исчезала за домами машина Артура, как медленно падал снег. Потом мне надоело. Я думал, прошло много времени, но на деле всего лишь пятнадцать минут. Забавно, и что мне делать? Я совершенно не хотел спать, а выходить куда-то из комнаты - тем более.

Я решил прочитать одну из книг, которая после покупки так и не была открыта. И почему же я ее всё время откладывал? Ах, да, я всегда был чем-то занят. Поэтому сейчас я чувствовал себя так странно. Мне хотелось чем-то заняться. Начать уборку или что-нибудь приготовить, аж руки чесались, но я сдерживал себя. Элай, это будет очень странно, тебе следует успокоиться.

Я лег на кровать и открыл книгу, однако, как только я прочитал всего одно слово, в дверь постучали и, не дожидаясь ответа, гость вошел. Я сел на кровати, наблюдая за тем, как бесцеремонно ко мне подошел Райли.

— Дай свой телефон.

— Что? – я удивленно посмотрел на его протянутую руку. Его недлинные пальцы были слишком худыми, но очень аккуратными. – Зачем тебе?

Он тяжело вздохнул, мельком осматривая комнату.

— Тебе Алан не говорил?

Я замотал головой.

— Меня папа попросил добавить тебя в общую беседу, там только родители, я, Эд и Рик, дворецкий. Можешь дать свой телефон?

Я встал с места и направился к столу, где он как раз и лежал, и протянул Райли. Он скривил лицо от вида телефона.

— Ты серьезно? Ох, я скажу папе, что тебе срочно надо в магазин, – он быстро включил его и начал часто тыкать пальцем по экрану. Вообще до двенадцати лет я справлялся с обычным кнопочным телефоном, но папа настоял, что мне нужно его сменить, все-таки мои ровесники все поголовно ходят с сенсорными. Я вернулся обратно на кровать, отсюда наблюдая за действиями омеги. – Там редко что-то пишут. В основном родители предупреждают о всяких мероприятиях, где нам обязательно нужно присутствовать. Рик сообщает, когда готова еда. Кстати, у нас всегда совместные ужины, на них присутствовать обязательно, потому что иногда родители забывают писать и говорят на ужине. И поэтому нужно быть всегда внимательным.

Да, я заметил, как Райли внимательно слушал родителей со своим телефоном.

— Обычно родители чем-то заняты, так что эта беседа будет полезной, если вдруг что, – он вернул мне телефон. Я посмотрел на экран. Было открыто какое-то приложение, и в конце написано несколько слов.

«Элай присоединился к чату».

У меня пронеслась странная мысль, что будто бы таким способом меня официально приняли в семью.