ПЯТАЯ

Я увлечённо и трепетно перерисовывал здание, изображение которого находилось на ноутбуке. Если бы сейчас в комнату зашла мама и увидела тот ужас и хаос, творившийся на столе, она бы точно закатила глаза, обозвала меня свиньей, которая держит все в бардаке, и просто ушла, не проронив ни слова. Железная коробка от карандашей, сами карандаши разных твердостей, которые валялись по всему периметру, стиральные резинки, пережившие многое, пачки от печенья, наполовину опустошенная бутылка воды, а ещё открытые книги по черчению. Творческий беспорядок, а не бардак. Мама у меня женщина чистоплотная, поэтому каждый раз говорит, что если ещё раз увидит эту помойку — сляжет с инфарктом в больницу. Я тоже щепетилен и придирчив к порядку, но только не в случае с искусством. У меня всегда будет хаос на столе, который нисколько не будет мешать, а наоборот направит мысли в нужное русло. Иначе я просто не смогу творить.

Раздавшийся на весь дом дверной звонок оторвал меня от чертежа. Я, по странной привычке, которую, думаю, имеют большинство творческих людей, работающих в графике, положил карандаш за ухо и, резко встав с места при этом уронив набор карандашей на пол, быстрым шагом спустился по лестнице, стараясь не поскользнуться и не упасть, что происходит довольно часто. Открыв входную дверь я увидел, что на крыльце дома, переминаясь с ноги на ногу, стояла Вик. Ее фиолетовые волосы были собраны в два неаккуратных пучка, а в руках находились барабанные палочки, которые девушка умело крутила именно так, как частенько делают искусные барабанщики. Увидев меня, Вик широко улыбнулась, переступила порог, оказываясь внутри, и громко захлопнула дверь.

— Привет! — воскликнула подруга. — Рисуешь или просто постоянно носишь карандаш за ухом? Вы, художники, часто так делаете, да?

— Карандаши — мое все, — усмехнулся я.

— Надо же, передо мной стоит будущее искусства, — с ноткой гордости проговорила Вик.

— А передо мной стоит будущее музыки, — в тон ей ответил я. — Не знал, что ты увлекаешься игрой на барабанах.

— Не то, чтобы увлекаюсь, просто играю, когда скучно, — протянула девушка. — Я зачем пришла-то, — Вик поскребла подбородок, задумчиво смотря на меня. — Мне нужно незаметно пробраться в сад фрау Шнабельштат.

— Зачем? — я оперся о стену плечом, складывая руки на груди, и принялся внимательно слушать подругу.

— Ты знаешь, я кое-что забыла там.

— В саду у старой бабки?

— Даже не спрашивай, — девушка махнула рукой.

— А я здесь причём?

— То замечательное дерево в ее саду мне поможет, но залезть на него я смогу только через твоё окно.

— Не совсем понимаю, как ты собралась это делать, но я определенно заинтересован, — почесав бровь, я отошёл от стены и махнул рукой девушке. — Проходи, только кеды не забудь снять.

Вик быстро сняла свою обувь и, взяв ее в руки, последовала за мной по лестнице. Ранее девушка ни разу не находилась в нашем доме, собственно, как и остальные, потому что гостей мы приглашаем очень редко. Подруга не могла сдержаться: она останавливалась возле каждой нарисованой мною картины, что висели на стенах, рассматривала и одну даже захотела купить, но вовремя опомнилась, ведь по цветовой гамме пейзаж в ее комнату совсем не вписывался. К слову, это была единственная картина, выполненная в данном жанре, потому что писать пейзажи у меня никогда не получалось. Да и в целом работа с цветом — настоящее испытание. И этот пейзаж, который я нарисовал по просьбе матери, был самой ненавистной картиной в доме. Каждый раз, когда мой взгляд останавливается на изображенном домике в лугу, меня передергивает. Кажется, что абсолютно все в этой работе не то: постановка объектов, цветовая палитра, даже эмоции. Но кто бы не пришёл, кто бы не взглянул на этот пейзаж — все восхищаются. Возможно я просто слишком самокритичен, что очень часто подмечает моя мама. Но, думаю, это удел всех творческих людей.

— Ого, — протянула Вик сразу, как только переступила порог моей комнаты. — Тут настоящий творческий беспорядок.

— Извини сразу за это, я не ожидал твоего прихода, — почесав затылок, я быстро начал убирать пустые пачки из-под печенья, потому что уровень неловкости сейчас превышал все допустимые нормы.

— Я живу с пятью братьями, так что поверь, вижу такое каждый день, — засмеялась девушка, продолжая рассматривать интерьер комнаты.

— У тебя пять братьев? — удивился я.

— Это печенье мое любимое! У тебя осталось ещё? — полностью проигнорировав мой вопрос, Вик схватила пустую пачку.

— Да, на кухне. Принести?

— Если тебе не сложно, — девушка смущенно заправила фиолетовую прядь волос за ухо и присела на кровать, положив ярко розовый рюкзак на колени.

Я лишь усмехнулся и быстрым шагом направился на первый этаж. Взяв две пачки печенья из ящика, где у нас обычно лежат самые разные сладости, двинулся обратно.
Вик уже не сидела на кровати — она внимательно читала книгу, которую мне подарили друзья на пятнадцатилетие. Подписанная всеми участниками группы The Killers книга стояла на самом видном месте, поэтому неудивительно, что подруга заметила ее.

— Твоё печенье, — я протянул обе пачки девушке, которая с радостью взяла обе и сложила их в рюкзак.

— Не знала, что ты любишь The Killers.

— Моя любимая группа.

— Завидую тебе с автографами, конечно, — Вик засмеялась, надевая рюкзак, а заодно и кеды. — Был на их концерте?

— Да, а ты?

— Года четыре назад, когда в Швейцарии жили. Они в Цюрих приезжали, ну мы и решили сходить с семьей.

— Ты жила в Швейцарии? — я удивился, поднимая бровь.

— Ты многого не знаешь, Тони, — девушка открыла окно, пожимая плечами, — о всех нас.

— Это городок полон тайн и загадок, верно?

— Верно.

Вик слегка улыбнулась, а затем лихо начала перекидывать ноги через оконную раму. Она забралась на большое дерево и спрыгнула уже в саду нашей соседки, вновь улыбаясь тому, что все получилось. Я уже неоднократно говорил, что жизнерадостности этой девушки можно только завидовать. Она как будто излучает свет и притягивает только хорошее к себе.

— Куда можно сходить прогуляться? — спросил я.

— К пещерам. Они точно не оставят тебя равнодушным, — сказала Вик и, помахав мне рукой, направилась к дому фрау Шнабельштат.

Кинув взгляд на бардак, что был на столе, и подумав какое-то время о том, а не нужно ли мне сперва закончить работу, я все же пришёл к выводу, что сделаю дела позже, а сейчас, когда есть отличное настроение и неодолимое желание выйти на улицу, ведь погода радует как никогда, прогуляюсь до этих самых неизвестных мне ранее пещер, про которые говорила Вик. Меня все ещё мучал вопрос, зачем девушке понадобилось пробираться через мое окно, если можно было просто постучаться к соседке, ну или на крайний случай перелезть через забор, если была необходимость сохранять режим инкогнито. В окне найти расхаживающую по идеальному газону девушку с яркими волосами я не мог — она, вероятно, либо зашла в дом, либо находилась на заднем дворе.

Судя по ощущениям, а ещё и по тому, как легко оделась сегодня подруга, погода на улице стояла действительно тёплая. Я махнул рукой на весь беспорядок, захлопнул крышку ноутбука и спустился на первый этаж, хватая куртку с крючка. Уже вовсю пахло осенью: опавшими листьями, вчерашним дождем. Солнце светило не ярко, но все равно грело, а лужи, которые утром были больших размеров, практически полностью испарились. Уже скоро должен быть заход солнца, поэтому если пещеры именно такие, какими я их себе представляю, можно будет посмотреть на это красивое явление.

Я пошёл в сторону леса, который располагался достаточно недалеко от дома. Именно в глубине него находятся пещеры, хотя я все равно понятия не имею, в каком направлении нужно двигаться. Вся атмосфера города вызывала отнюдь не положительные эмоции, но даже несмотря на то, каким мрачным был Винден, у него присутствовала какая-то характерная черта, которая заставляла всех жителей оставаться здесь на долгое время. За сетчатым ограждением можно было заметить работающую атомную электростанцию, которая располагалась прямо посреди леса. Как зайти на территорию — не известно. Но мне это и не нужно было, ведь пещеры находились на другой стороне.

— Ого, — только смог сказать я, увидев место.

Пришлось включить фонарик на телефоне и медленно пробираться вглубь, стараясь не наступить на небольшие лужи, что образовались после дождя. Пещера была достаточно широкая, а стены ее неприятно влажные. Царящую тишину нарушало только капание воды сверху, которое, ко всему прочему, стало ещё и виной моей не сильно, но все же промокшей куртки. С первого взгляда и не скажешь, что эта пещера — всего лишь короткий путь к озеру. Я вообще не знал о существовании столько прекрасного и столь красивого места в городе. Наверно, это именно то, о чем говорила Вик. Пейзаж, что развернулся здесь, действительно мало кого мог оставить равнодушным.

Возле большого дерева, что находилось прямо возле воды, сидел юноша, держа камеру в руках и направляя ее на закат, который виден был просто прекрасно. Парень старался найти идеальный ракурс, принимая разные позы и двигая камеру во всех возможных направлениях. Издалека было сложно сказать, кто именно это был, поэтому я медленно подошёл к берегу, присаживаясь рядом. Светловолосый юноша в лице Кейси сразу повернул голову в мою сторону. Он не проронил ни слова прежде чем отвернуться и продолжать делать фотографии заходящего солнца и неба, которое было окрашено в самые разные цвета: от розового до желтого.

— Привет, — все же произнёс я, продолжая смотреть на профиль парня.

— Привет, — ответил Кейси.

Он сделал последнюю фотографию, некоторое время после досконально изучал ее, смотря в экран фотоаппарата, потом достал специальную сумку, взял из неё крышку, закрывая объектив, и убрал камеру в сумку. Парень встал с места, огляделся вокруг и уже хотел было покинуть место, но я все же решил остановить его.

— Уже все? — спросил я, вскидывая бровь.

— Ты нарушил мой покой, — безэмоционально ответил Кейси.

— Извини, — мне резко стало некомфортно от того, что своим присутствием я заставил парня уйти.

— Извинения приняты, — он махнул рукой и быстрым шагом двинулся прочь от озера.

— Не хочешь побыть со мной какое-то время? — крикнул я уже почти ушедшему парню.

— Какое?

— Недолгое.

Кейси поправил сумку для фотоаппарата, что висела на его плече, и медленно пошёл в мою сторону. Он еле переставлял ноги, поэтому я подумал, что сделано это было специально. Улыбка невольно появилась на моем лице, но вот Кейси двигался все с таким же серьезным видом, не разрывая зрительного контакта со мной. Он встал возле берега озёра, повернулся корпусом в мою сторону, нахмурился. То ли думал, что делать дальше, то ли просто наслаждался тишиной. Но в конечном итоге все же скромно присел рядом, демонстративно поставил сумку между нами и направил свой взгляд прямо на меня. Холодный взгляд голубых глаз. Я покосился на озеро с приятной голубой водой, потом вновь на миндалевидные глаза собеседника и понял, что это не тот оттенок. Глаза Кейси были действительно слово два глубоких океана: ты смотришь на них и тонешь; впадаешь в неизвестность.

— Любишь фотографировать, значит, — сказал я, кидая мимолетный взгляд на стоящую между нами сумку с камерой. — Давно занимаешь этим?

— Любишь много говорить, значит, — в тон мне ответил блондин. — Давно практикуешь свою любознательность?

— Это плохо? — в замешательстве поинтересовался я.

— Иногда это неимоверно раздражает, особенно когда суют нос не в свое дело, — пояснил парень.

— Зато у меня много знакомых благодаря этому, — я кинул взгляд на гладь воды. — И я не сую нос не в своё дело.

— А друзей у тебя много? — юноша наклонил голову вбок, ожидая ответа.

— Я не считаю, что нужно иметь большое количество друзей. Это может быть один человек на всю жизнь, но зато он абсолютно всегда будет рядом. И в горе, и в радости... Он поддержит твои идеи, поможет в трудную минуту, а может и спасёт, если ты будешь на грани смерти.

— У тебя есть такой?

— Был, — тихо ответил я, — но он погиб.

— Соболезную.

— Это было больше пяти лети назад, не беспокойся.

— Да я и не беспокоюсь об этом, — Кейси усмехнулся и отвёл взгляд в противоположную сторону. — Ты акклиматизировался уже или хочешь вернуться в Берлин?

— Думаю, акклиматизировался, но в столицу все же тянет, — я оперся локтями о землю, запрокидывая голову назад. — Ты сам отсюда?

— Нет, мы переехали сюда пять лет назад из Берлина.

— Винден затянул вас?

— Можно и так сказать, — Кейси тяжело вздохнул и, кинув в озеро небольшой камень, что был найден возле моей ноги, неожиданно поднялся с места.

— Снова покидаешь меня?

— Всего лишь хочу намочить руки.

Парень направился к берегу, присаживаясь на корточки прямо возле воды. Он кинул мимолетный взгляд в мою сторону, потом коснулся воды и запрокинул голову назад. Просидев в таком положение какое-то время, Кейси вернулся, брезгая водой прямо мне в лицо. Даже сейчас ни одна мышца на его лице не дрогнула: он просто спокойно присел рядом, руками опираясь о колени, и направил взгляд на почти ушедший закат, пока я вытирал попавшие в глаза брызги.

— Это было не обязательно делать, — уточнил я.

— Это весело, — он пожал плечами, сжимая губы и переводя взгляд на меня. — Вик говорила, что ты рисуешь.

— Верно.

— Давно?

— Давно.

— А ещё что любишь?

— А ты?

— Языки, — Кейси отвернулся, а я поднялся с локтей, садясь в такую же позу, что и собеседник. — Собираюсь на переводчика идти.

— Я на архитектора.

— Это интересно, наверное.

— Да, очень, — я кивнул, соглашаясь. — У меня с языками не все так здорово, как у тебя, но английский я знаю отлично. Хочу уехать в Америку после школы, но Берлин все же останется запасным вариантом.

— В Нью-Йорк?

— Сан-Диего.

— Ты уже не первый, кто говорит, что собирается в штаты, — парень ухмыльнулся.

— А ещё кто?

— Я.

— В Нью-Йорк? — с усмешкой повторил вышесказанную фразу Кейси я.

— В Сан-Диего, — передразнил он.

— А если без шуток?

— Если без шуток, то я рассматривал этот вариант, но не пришёл к какому-то определенному выводу, — сказал парень, а потом резко повернул голову в противоположную сторону, нахмурился, но через пару секунд в недоумении повернулся обратно.

— Что-то случалось? — обеспокоено уточнил я.

— Не бери в голову, — парень махнул рукой и также резко поднялся на ноги, хватая сумку. — Недолгое время прошло, Тони, у меня много дел.

— Спасибо, что остался со мной.

Я протянул руку вверх, смотря на парня со вскинутыми вверх бровями. Он долго думал, переводя взгляд с моих глаз на руку, но потом все же пожал ее. Крепко, настойчиво, не разрывая зрительного контакта. Длительное время Кейси просто держал меня за руку своей холодной рукой, а потом резко потянул на себя, заставляя меня подняться на ноги.

— Не благодари, — он отпустил меня, взял сумку и двинулся к пещере.

На этот раз я не стал останавливать его. Я стоял какое-то время, смотря на свою руку, которая ещё пару минут назад крепко держала ледяную ладонь светловолосого парня с ярко-голубыми глазами. Он таинственный, загадочный. Притягивает всю внимание на себя, потому что не раскрывает карты. Не особо общительный, поэтому не хочется сразу отпускать его — хочется узнавать больше. Специально тянет время, а потом резко уходит, ничего не объясняя. Нет, он не может быть таким, каким его описал Вайлер. Это маска. Я уверен, что это маска, и что на самом деле Кейси не такой. Если найти к нему определенный подход, то он раскрепоститься. И этого мне хотелось сейчас больше всего.