Глава 25

Север медленно распахнул глаза. Сквозь пелену он видел чужие силуэты, скользящие вокруг. На запястье – тёплое давление. Повернув голову, он встретился взглядом с отцом.

Джозеф сидел рядом, сгорбившись, пальцы сжимали край простыни. За его плечом стояла Роуз – глаза в слезах, голос срывался от гнева и боли. Она обрушивала упрёки на мужа, будто вся вина за случившееся была на нём.

Север попробовал подняться, но чьи-то сильные руки мягко, но настойчиво прижали его обратно. Повернув голову, он увидел Алессандро. Тот молча следил за каждым движением, взгляд тяжёлый, пронизывающий.

– Не вставай! – поспешно сказал Джозеф, укрывая сына одеялом, – Всё не так страшно. Просто нужно время. Жить будешь, – он попытался улыбнуться, но губы дрогнули.

– Не благодаря тебе, – холодно заметила Роуз, подходя ближе, – Как ты себя чувствуешь? Зачем нужно было...

– Пусть отдыхает, – перебил её Джозеф, бережно обнимая за плечи и отводя в сторону. Но слова сына заставили его остановиться.

– Я выполнил заказ, – голос Севера был хриплым. Он отстранил руку Алессандро и, чуть приподнявшись, продолжил: – К следующему приступлю, как только...

– Забудь, – Джозеф резко оборвал разговор, – Твоё обучение отложим ещё на пару лет.

– Не хочешь, чтобы я вникал в дела клана? – бровь Севера дёрнулась, в голосе звучала усмешка.

– Не сейчас, – устало выдохнул отец и развернулся к двери.

– Как хочешь... – юноша тихо усмехнулся, – Тогда начну брать заказы у других кланов. Мне даже понравилось... Хочу продолжить. В конце концов, какая разница – сейчас или через два года? Что изменится? Обойдёмся без поставок, дай мне что-нибудь другое.

– У тебя учёба, не забыл? – Джозеф резко повернулся к нему, – Никто не даст тебе заказ.

– Ага, ты постараешься? – Север медленно откинулся на подушку и уставился в потолок, – Полно заказчиков на рынке. И совсем не обязательно светить своё имя, – он чуть прищурился. – Кстати, как там Кей?

– Он в порядке. Гораздо лучше тебя, – отец помолчал, разглядывая его. Во взгляде смешались усталость и тревога. Наконец он сдался: – Хорошо. Как придёшь в себя, поговорим. Отдыхай.

Когда родители покинули комнату, Север повернулся на бок. Его взгляд упал на Алессандро – тот, казалось, совсем не изменился. Память о старой обиде дала о себе знать и он поспешил отвернуться, однако мужчина не дал. Тяжёлая ладонь легла на плечо, вынуждая снова встретиться глазами.

– Перестань... – тихо сказал Алессандро, – Не делай меня виноватым.

Он опустился рядом, сильные руки легко прижали тело к себе, забираясь под одеяло.

– Зачем тебе заказы?

– Кому деньги не нужны? – Север скривил губы, – Ты-то сам что здесь делаешь? Где остальные?

– Тебе не хватает? – Алессандро пропустил последний вопрос, – Переезжай ко мне.

– Зачем? – Север всё же повернул голову. Ответа он не дождался: губы мужчины накрыли его.

Прервав его, юноша повторил:

– Зачем?

– Разве ты не перебрался в отель? – Алессандро говорил неторопливо, его рука скользила по обнажённой коже, – У меня не хуже.

Север усмехнулся, перевернувшись. Его нога лениво легла поверх чужого тела.

– Ага, но вроде как я снова помирился с отцом. Могу вернуться домой, – он осыпал шею мужчины короткими поцелуями, шепнув: – Хотя... можем поселиться в отеле вдвоём.

Рука Севера скользнула к одежде Алессандро, медленно стягивая ткань.

– Можем прямо сейчас уехать. Мне не нравятся эти стены.

Алессандро долго не отвечал. Его взгляд скользил по лицу юноши, выражение становилось всё тяжелее. Наконец он закатил глаза и нехотя согласился. Пока мужчина собирал одежду, Север незаметно вытащил из кармана ключи от его дома.

Позже, когда Питер вынес последний чемодан, Север, прищурившись, проводил его взглядом. Рыжие волосы горели в тусклом свете. Глаза от Пита не отрывались, пока дверь не закрылась за ним.

– Ага... – Север постучал пальцами по колену, скрестив ноги, – Теперь ясно, кто тебе проболтался. А ничего, что он тоже там был? Про себя он тоже рассказал?

Улыбка с лица Алессандро исчезла, губы сжались в тонкую линию.

– Какое мне до него дело? – холодно произнёс он.

Посмотрев на экран телефона, Север встал:

– Я сейчас, погоди, – он натянул шубу и уже почти коснулся двери, как сильные руки перехватили его.

Север вынырнул из объятий и добавил:

– Ты девчонок запугал. – бросил он через плечо, – Они внизу. Переговорю и вернусь.

Лили оглядывалась по сторонам, щурясь на каждый блеск люстры в холле, пока Ария устроилась на краешке диванчика, нервно теребя край юбки. Едва знакомая фигура показалась, обе вскочили и шагнули навстречу.

– Даже не начинайте, – Север сразу пресёк поток вопросов и извинений, сунув Лили в ладонь небольшой ключ.

– Это ещё что? – девушка приподняла бровь и повертела ключ перед глазами.

– От дома Алессандро. Я скину адрес. Живите там, пока не определитесь.

– Ты спятил? – Лили ткнула пальцем себе в висок, – Да я и на шаг к его дому не подойду!

– Идея на самом деле неплохая, Моры туда не сунутся, – Ария осторожно взглянула на сестру, – Нам ведь некуда идти... если дом пустой, то...

– Дура! – Лили резко обернулась к ней, – Ты забыла, как он грозился нас сдать?

– Не драматизируй, – Север даже не поднял головы от телефона, – Никому он вас не сдаст. Берите ключ и идите. Не хотите – ночуйте на улице. Ваш выбор.

Лили с каменным лицом протянула ключ обратно, но Ария перехватила её руку, ловко выхватив железку.

– Спасибо! Мы поедем. Адрес только напиши, – она незаметно толкнула сестру локтем, – Лили, ну у тебя есть деньги хотя бы на отель?

– У Севера есть, – та прищурилась, бросив в его сторону взгляд, – Если уж он так хочет нам помочь...

– Забудь, – Север поднял глаза, – Это деньги Алессандро, не мои. И тратиться он будет только на меня, а не на вас. Так что берите, что дают, – он уже отворачивался, явно намереваясь уйти, – Всё, у меня дела.

Сестры направились к выходу, холодный воздух проникал под одежду, отчего кожа стремительно покрывалась мурашками.

Север вцепился пальцами в спину, жадно ловя каждый вздох. Его дыхание сбивалось, горячие слова касались уха, обжигая кожу. Тела сомкнулись так тесно, что казалось, ещё немного и воздух между ними закончится. Алессандро навис, прижимая его к себе, и их движение стало похожим на медленный танец: резкий, требовательный, но всё же наполненный какой-то нежностью.