Глава 6. Шаг за черту

Лили сидела в своей комнате, уткнувшись в ноутбук. Быстрые щелчки клавиш выдавали её раздражение. Ария же выбрала наблюдать за подготовкой к ужину. В столовой суетились слуги, накрывая длинный стол, и каждая мелочь: ровная складка скатерти, блеск бокалов, строгое расположение приборов напоминала ей о том, что сегодня всё должно быть безупречно.

Ужин с семьёй Митч был не просто формальностью: от него зависело слишком многое. Помимо их женихов, приглашения разослали и представителям первой десятки кланов. Никто, конечно, не обещал явиться, но Димитрий похоже надеялся увидеть их за этим столом. Сёстрам позволили пригласить друзей, хотя те согласились скорее из уважения, чем из желания провести вечер в подобном обществе.

Ария украдкой посмотрела на пустующее место рядом с ней и задумалась: "Не слишком ли брат спешит?"

– Ари, помоги сестре подготовиться. Если не будет упрямиться, то в качестве вознаграждения я, так и быть, позволю вам выйти из дома, – голос брата звучал холодно-деловым, – И получше замажьте пятна на коже, смотреть тошно на вас.

"Интересно, по чьей вине эти синяки украшают наши тела?" – Ария прикусила язык, скрыв мысль за бесстрастным выражением лица.

В комнате Лили металась по кругу, словно в клетке.

– Я не выйду отсюда! – её голос дрожал от злости и обиды, – Буду сидеть тут до самой смерти! С места не сдвинете!

Она резко обернулась к Арии, волосы рассыпались по плечам, глаза горели.

– Если ему так нужно, пусть сам и женится! Пусть сам подписывает контракты на свою задницу! – она зло фыркнула, – Почему всегда мы? Почему мы должны решать проблемы семьи?

Ария подошла ближе и присела на край кровати.

– Лили... – её голос был тих, почти убаюкивающий, – Ты знаешь, что кричать бесполезно.

– Бесполезно?! – Лили вскинула руки, – Он бьёт нас, будто мы игрушки! И после этого я должна сидеть за столом, улыбаться и делать вид, что всё прекрасно? Если потащит – я устрою такой цирк, что гости сами сбегут!

– Ох, Лили–Лили, – Ария протянула с преувеличенной усталостью, – Мы только себе усложним ситуацию. Сегодня нет смысла упираться рогами. Ещё не было ни помолвки, ни подписания договора, ни самой свадьбы.

Она закатила глаза и села рядом, нарочито болтая ногой.

– Да и вообще, ну представь: завтра найдут партию получше и скажут нам «спасибо, девочки, свободны!» – Ария хихикнула и ткнула сестру локтем, – В нашем обществе такие союзы разваливаются часто. Так стоит ли из-за этого сейчас подставляться? – она игриво подмигнула.

Лили, с уже менее недовольным выражением лица, скользнула взглядом по сестре и подумала: "Ну конечно, она снова пытается вытянуть меня из этого состояния." Иногда её болтовня раздражала, но сейчас помогала лучше любых уговоров.

И в самом деле, за последний год столько помолвок распалось, что и считать было лень. Их семья даже в тройку лучших не входила. Они занимали шестое место, откатившись вниз после смерти отца, и уже более пяти лет оставались на этой позиции, без малейшего прогресса.

"Тогда с чего бы изменениям случиться именно сейчас?" – Лили чуть пожала плечами, почти смиряясь. Лисы удерживали своё законное второе место, и в каком-то смысле им с Арией даже повезло, что Север был их другом.

В последнее время от него не было ни слуху, ни духу. "Хотя, может, он и смог бы помочь... если бы захотел." Лили слегка смутилась при мысли о его довольно небрежном отношении к ним с сестрой. Впрочем, она честно признавалась себе – это было не личное. Север относился так ко всем.

Будучи единственным любимцем семьи, он никогда не вникал в серьёзные дела и обходил стороной клановые заботы. Он жил, словно весь мир обязан ему служить, наслаждался каждой минутой собственной свободы и даже не задумывался о том, что однажды его могут поставить во главе клана.

"Ну да, а зачем?"  Его отец, Джозеф Рейн, ещё достаточно молод и твёрдо держал власть в руках. К тому же, его отец был из тех мужчин, что умели добиваться своего: едва познакомившись с будущей женой, без колебаний заключил с ней брак по любви – редкость в их мире.

Долгое время у них не было детей. Лишь спустя четыре года брака у Роуз родился долгожданный сын. Из-за нескольких выкидышей она больше не хотела мучить ни себя, ни мужа. Джозеф и не настаивал. С появлением Севера он будто заново ожил: мир сузился до ребенка и женщины, которую он боготворил.

В отличие от сыновей других семей, Север даже не делал вида, что хочет занять место отца. Зато он умел жить красиво. Развлечения были его стихией: шумные вечеринки, быстрые машины, дорогие вина и увлечения, которые менялись чаще, чем календарные дни. И всё же, при всей его разгульности, было удивительно, как он ухитрялся оставаться на плаву в учёбе.

Лёгкое касание к руке выдернуло девушку из мыслей. Леля, работница их дома, быстро и ловко перебирала наряды, перекидывая их с руки на руку. Сестра же была уже готова: лёгкая ткань платья чуть ниже колен мягко переливалась при каждом движении, плечи прикрывала полупрозрачная накидка, а макияж подчёркивал и без того изящные черты лица. Высокая причёска открывала шею и позволяла нескольким кудрявым прядям свободно спадать вниз.

Лили ненавидела свои кудри. В детстве брат любил дёргать их с сестрой за пряди и смеяться над смешными завитками.

Наибольшую радость при их рождении испытал их покойный дед. В отличие от своего сына, он щедро баловал внучек. Дедушка разрешал им заглядывать в важные бумаги, а потом терпеливо выслушивал их рассуждения, кивая так серьёзно, будто говорил со взрослыми. После его смерти девушки будто потеряли часть себя. Атмосфера в доме стала иной: вместо мягкой доброты – сухая строгость, вместо похвалы – всё более открытое недовольство. Наказания становились обычным делом.

Лили особенно остро ощущала эту перемену. День, когда ей запретили отправиться на первую вылазку Димитрия, навсегда остался в памяти. Она тогда устроила бурную сцену, искренне не понимая, почему отец так сурово разделял их роли. Ведь её брат, хоть и был старше на шесть лет, вёл себя ничуть не взрослее младших сестёр.

Их мать почти не участвовала в жизни детей: она день за днём таяла у них на глазах. Лили с трудом могла вспомнить, когда в последний раз мама брала их куда-то, читала сказку на ночь или просто делилась мыслями.

После смерти отца всё изменилось окончательно. Димитрий стал другим человеком: все перепалки с сёстрами, шутки и даже обычные разговоры оборвались в один миг. Будто невидимый замок щёлкнул в его душе, и брат сорвался с цепи. Лили не понимала, откуда в нём взялась эта жгучая злость, но всегда встречала её упрямым сопротивлением. Их стычки не утихали, а наоборот, разгорались, оставляя после себя глухую тяжесть.

Громкий голос Арии снова вывел Лили из потока мыслей. Она нехотя поднялась с кровати и, со вздохом, начала готовиться. "Я уступлю ему, так и быть, но превращаться в безвольную куклу, что послушно изображает счастливую невесту не стану."