Глава 6.

Неделя прошла спокойно. Слишком спокойно.

Агнес стримила каждый вечер. В девять. Как всегда. С автотюном. С маской. С ровным голосом, который уже почти стал её собственным. Чат привык. Перестал спрашивать про странный звук. Перестал замечать.

Она смеялась. Шутила. Играла. Общалась с подписчиками так, будто ничего не произошло. Будто не было ни сообщения «Несса?», ни ночи, проведённой на полу, ни слёз.

Днём — зал. Танцы. Встречи с блогерами. Коллаборации. Она соглашалась на всё. Лишь бы не оставаться одной. Лишь бы не думать.

В среду они записывали совместный стрим с Лизой. В четверг — с Кирой. В пятницу — с Марком.

Марк смотрел на неё внимательно. Слишком внимательно. Как всегда.

— Ты какая-то другая, — сказал он после эфира, когда они остались вдвоём.

— Устала, — ответила она.

— Дело не в усталости.

Она не ответила. Собрала вещи. Ушла.

Он смотрел ей вслед. Долго. Потом покачал головой и достал телефон.

Ребята.

Они решили лечь на дно. Пока что.

Данила удалил фейковый аккаунт. Перестал писать в чат. Перестал смотреть стримы каждый вечер. Рита сказала: «Мы привлекаем внимание. Если это она — она чувствует. Надо подождать».

Ася не согласилась. Но спорить не стала. Слишком устала. Слишком много слёз.

Кирилл поддерживал её. Как всегда. Держал за руку. Говорил: «Мы найдём. Рано или поздно. Но не так. Не в лоб».

Они вернулись к обычной жизни. Работа. Дом. Ужины. Разговоры ни о чём. Но каждый из них думал об одном и том же. Каждый вечер. Каждую ночь.

Данила перестал спать. Совсем. Лежал рядом с Ритой и смотрел в потолок. Рита делала вид, что спит.

Ася перестала смеяться. Даже с Кириллом. Даже когда он шутил. Она улыбалась — но глаза оставались пустыми.

Но они не были одни. Все эти три года — они держались вместе.

После похорон они не разошлись. Не потерялись. Не забыли друг друга. Наоборот — сблизились так, как не сближаются даже родные. Горе связало их крепче, чем кровь.

Илья был с ними. Всегда. Он не исчез. Не пропал. Не сделал вид, что ничего не было.

Он помогал маме Нессы. Каждую неделю. Продукты, лекарства, поездки к врачу. Он знал, какие таблетки пьёт бабушка. Знал, когда у мамы день рождения. Знал, какой чай она любит.

Данила сначала не понимал. Злился. Говорил: «Ты ей никто. Ты её бросил». Илья молчал. Не спорил. Просто продолжал помогать.

Потом Рита рассказала Даниле правду.

Это была проделка бывшей Ильи. Та самая девушка, с которой он «начал встречаться» после осеннего бала. Она подделала переписки. Сфабриковала скриншоты. Сделала так, чтобы Несса увидела то, чего не было.

Но это было не всё. Бывшая пошла дальше. Она отправила Илье сообщение — якобы от Нессы. Там было написано: «Я тебя бросаю. Не ищи меня. Забудь.»

Илья не поверил. Не мог поверить. Это было не похоже на неё. Слишком холодно. Слишком резко. Он позвонил. Несса не ответила. Он написал. Она не прочитала. Тогда он поехал к ней.

В квартиру.

Дверь была открыта. Он вошёл. Позвал. Тишина. Он прошёл по коридору. Заглянул в комнату — пусто. Потом в кухню — никого. И тогда он увидел свет из-под двери ванной.

Он толкнул дверь.

Она лежала в ванне. Неподвижно. Бледная. Слишком бледная. Вода была холодной. Рядом — на полу — шприц. Пустая упаковка таблеток. И её телефон, экран которого всё ещё светился.

Он закричал. Он не помнил, как оказался рядом. Как тряс её. Как звал. Как проверял пульс. Как набирал скорую.

Он не помнил, как приехала полиция. Как увезли тело. Как он сидел на полу в коридоре и смотрел в стену.

Он помнил только одно: она мертва. И последнее, что она ему сказала — «Забудь».

Он был уверен, что она мертва. Все были уверены. Похороны. Гроб. Земля. Всё было настоящим. Для них.

Он винил себя. Каждый день. Каждую ночь. Каждую секунду.

Он не удалил её фото. Не удалил переписки. Не удалил ничего. Он хранил её. В телефоне. В памяти. В сердце.

В субботу Ася позвонила Даниле.

— Я хочу подключить Илью.

Пауза. Долгая. Но не такая, как раньше. Теперь Данила не злился. Он понимал.

— Думаешь, стоит?

— Он её знал. Лучше всех. Лучше меня. Лучше тебя. Он чувствовал её. Он поймёт.

Данила молчал.

— Он ждёт, — сказала Ася. — Как и мы. Просто по-другому. Он три года живёт с этим. Каждый день. Он нашёл её. Он был там. Он помогает маме. Бабушке. Он не ушёл. Он остался. Он заслуживает знать.

Данила выдохнул.

— Ты права. Позвони ему.

— Я уже написала.

Ася нашла Илью в соцсетях. Он не удалял страницу. Не менял номер. Не исчезал. Он просто жил. Тихо. Обычно. Как будто всё было нормально.

Но это было не так. Она знала. Все знали.

Она написала ему в личку.

«Привет. Это Ася. Мне нужно с тобой поговорить. Это важно. Не про прошлое. Про настоящее.»

Ответ пришёл через час.

«Привет. Что случилось?»

Она смотрела на экран. Долго. Потом написала:

«Я думаю, она жива.»

Илья прочитал сообщение. Перечитал. Потом ещё раз.

Он сидел в своей квартире. Один. Темно. Только свет от телефона. Он не спал уже неделю. Как и все они.

Он думал о ней. Каждый день. Каждую ночь. Каждую секунду. Он не показывал. Никому. Даже Даниле. Даже Асе. Особенно им.

Он помнил её. Всё помнил. Как она смеялась. Как злилась. Как смотрела на него. Как сказала: «Если я тебе безразлична — просто заблокируй меня». И он заблокировал. Потому что не мог видеть, как она страдает. Потому что думал, что так будет лучше. Потому что был трусом.

А потом он нашёл её. В той ванной. Неподвижную. Бледную. И он подумал: «Это я. Я убил её. Своим молчанием. Своим уходом. Своим „забудь".»

Он винил себя. Каждый день. Каждую ночь. Каждую секунду.

А теперь — это сообщение. «Я думаю, она жива».

Он смотрел на экран. Руки тряслись.

Потом написал:

«Где она?»