Глава 12. Карта исключения

Ставки в шоу на выживание взлетели до максимума, когда руководство официально объявило тему второго теста. Участникам предстояло замахнуться на легендарный, взрывной и безумно сложный трек BTS - «Fire». Песня требовала не просто безупречной техники, а бешеной, первобытной энергетики, поэтому работа закипела в ураганном темпе. Ребята как в высокотехнологичном Айленде, так и в сером, холодном Полигоне активно трудились, стирая кроссовки до дыр и отдавая тренировкам все силы.

В Полигоне главным двигателем прогресса мгновенно стал Джей. С трудом пережив удушающую обиду от вылета, он трансформировал весь свой гнев в стальную, сокрушительную мотивацию. Чонсон открыто предложил себя на роль лидера. Опираясь на недавний горький опыт и учась на примере ошибок Хисына, Джей кардинально изменил подход к руководству: он больше не давил авторитетом и не принимал решения в одиночку. Вместо этого он внимательно выслушивал каждого стажёра, мягко направлял их и создавал атмосферу абсолютного командного доверия. Ребята безоговорочно признали лидирующий авторитет Джея. За его преданность делу и мощную харизму он единогласно получил центральную, самую сильную первую часть в песне. Джей сутками пропадал на линолеуме Полигона - он активно помогал ребятам со сложными движениями, лично обучал отстающих новичков и детально разбирал каждый такт. Чтобы усилить команду, Ники также сделали лидером в хореографии. Этот тандем работал как идеальный, слаженный механизм, и Джей пахал на износ ради одного-единственного обещания, выжженного в его сердце: вернуться к Поле на следующей неделе.

Тем временем под белоснежным куполом Айленда перестановка партий тоже принесла свои плоды. Вернув себе уверенность после прошлого провала, Хисын заслуженно получил триумфальную первую часть, снова заняв позицию центрального вокалиста. Поля, чей боевой тхэквондо-стержень и лидерский дух зажглись с новой силой после ухода Джея, забрала себе яркую третью часть программы. Это был сложнейший, акробатический элемент, требовавший идеального баланса и стопроцентного доверия к команде. Во время кульминации трека, под тяжёлый, взрывной басовый бит, парни-стажёры синхронно смыкали кольцо вокруг Полины, крепко подхватывали её под ноги и на руках высоко поднимали вверх, позволяя ей буквально лететь над сценой в резком, динамичном фризе. Поля взмывала над залом практики, её иссиня-чёрные волосы красивой волной взлетали в воздухе, а кошачий взгляд становился острым и гипнотизирующим.

Появление в Айленде Сону - а точнее, Сони, которая сразу попросила называть её именно так, - перевернуло привычную атмосферу блока. Придя из Полигона после прошлой миссии, эта девчушка в первую же секунду приковала к себе все взгляды. От неё буквально исходили волны лучезарности, детского кокетства и такого обезоруживающего, яркого обаяния, к которому строгие стены куба явно не привыкли.

Сонхун, как и все, заметил этот вихрь энергии. Будучи по натуре холодным, закрытым ледовым принцем, он привык держать дистанцию, но Соня умудрилась пробить его защиту одним своим присутствием. Однако и сам Сонхун моментально привлёк её внимание. С первого же взгляда Соня зацепилась за его благородную осанку, безупречные манеры и эту манящую отстранённость, сразу чётко решив про себя, что она очень не прочь подружиться с этим красивым парнем.

После изнурительного распределения партий на песню «Fire» ребята наконец-то получили долгожданный перерыв и шумно побрели на кухню, чтобы перекусить. Обеденная зона наполнилась стуком посуды и негромкими разговорами. Соня устроилась за стойкой рядом с Джебомом - оба они всё ещё сидели в одинаковых чёрных тренировочных футболках, оставшихся у них со времён выживания на дне Полигона. Сонхун сидел чуть подальше от них, в самом конце длинного глянцевого стола. На нём была свободная белая толстовка, и он неторопливо ел своё блюдо в полном одиночестве, погружённый в собственные мысли.

Пока Сонхун лениво ковырялся в тарелке, до его слуха донёсся приглушённый диалог Сони и Джебома. Они тихо обсуждали то, как сильно Айленд разделён на невидимые лагеря. Прямо напротив них, за общей частью стола, расположилась Полина, Хисын, статная К и ещё пара ребят - элита Big Hit и старожилы проекта. Джебом негромко заметил, что эта группа выглядит жутко популярно и недосягаемо, в то время как выходцы из Полигона кажутся куда более общительными и простыми.

- Знаешь, а я вообще-то очень стеснительная по натуре, - вдруг кокетливо, с мягкой интонацией протянула Соня, подпирая щёку ладошкой.

Джебом от такой новости едва не подавился рисом и удивлённо уставился на неё:

- Да ладно?! По тебе и не скажешь!

Соня заливисто рассмеялась, по-девичьи мило прикрывая рот рукой и качая головой. Но уступать статус «тихони» ей не хотелось. Прямо сейчас, посреди этого кухонного шума, в её голове созрел дерзкий план: продемонстрировать свою уверенность, а заодно - как бы невзначай, пользуясь случаем, наконец-то обратить на себя внимание Сонхуна.

Она плавно повернула голову в его сторону. Её карие глаза лукаво блеснули. Специально выдержав секундную паузу и слегка, нарочито подрагивающим голоском - ведь это было чистое, кокетливое дурачество - Соня позвала:

- Сонхун...

Услышав своё имя, Сонхун на секунду замер с палочками в руке. Внутри него всё испуганно ёкнуло. Он медленно, чувствуя, как уши мгновенно обдаёт густым смущённым румянцем, повернул к ней голову и вопросительно уставился на девушку, не понимая, чего от него хотят.

Встретившись с его прямым, ошеломлённым взглядом, Соня конкретно смутилась сама. Её напускная смелость улетучилась в ту же секунду. Она быстро-быстро залепетала: «Прости-прости!», пряча вспыхнувшие щёки и звонко смеясь над собственной глупой выходкой. Уже через мгновение они с Джебомом как ни в чём не бывало продолжали болтать о своём, уплетая ужин.

Сонхун так и остался сидеть со спущенными палочками, стеклянным взглядом уставившись в свою тарелку и медленно переваривая эту неловкую ситуацию. Внутри его привычного, холодного ледового королевства в эту минуту происходил самый настоящий тектонический сдвиг. Что это сейчас было? - паническая мысль судорожно металась в его голове. Сердце под белой толстовкой заколотилось в каком-то рваном, сумасшедшем ритме. Сонхун чувствовал дикое, щекочущее замешательство и смущение, которое никак не получалось унять. Эта девчонка из Полигона с её подрагивающим голоском и внезапным смехом умудрилась выбить его из колеи всего за одно мгновение. Он привык, что на шоу все сосредоточены только на баллах и битвах, а Соня... Соня принесла с собой что-то совершенно иное, живое и тёплое. Сонхун незаметно сделал глубокий вдох, пытаясь вернуть лицу привычную маску безразличия, но краем глаза всё равно продолжал коситься на её чёрную футболку в другом конце стола.

Доев свой ужин, Сонхун поднялся из-за стола. Пытаясь сбежать от собственного смущения, он направился к кухонному острову, аккуратно поставил пустую тарелку в раковину и принялся натягивать на руки огромные, плотные, ярко-розовые резиновые перчатки, чтобы помыть за собой посуду. Как раз в это же время Соня тоже закончила с едой. Подхватив свои приборы, она плавно подошла к той же раковине, оказываясь непозволительно близко.

Там уже стоял Тэён, который вовсю мыл стаканы. Заметив старшего, он дружески окликнул его:

- Сонхун?

- А? - Сонхун, у которого из-за присутствия Сони всё ещё слегка шумело в ушах, вопросительно поднял брови, не переставая тереть тарелку губкой.

- Ты близок с Джейком? - непринуждённо поинтересовался Тэён, смывая пену.

- Да, - спокойно кивнул Сонхун. Его голос прозвучал ровно, но он кожей чувствовал, как Соня, стоявшая чуть сбоку в своей чёрной тренировочной футболке, внимательно прислушивается к каждому слову.

Она действительно не упустила шанса вмешаться в разговор. Чуть наклонив голову набок, отчего тёмные пряди мягко упали ей на лицо, Соня лукаво спросила:

- Вы уже так сильно сдружились?

Сонхун на секунду отвлёкся от посуды, мимолётно взглянул на неё и с тёплой, искренней улыбкой ответил:

- Джейк - милашка.

Такого ответа Соня явно не ожидала. Внутри неё снова проснулся дух того самого очаровательного, собственнического кокетства. Она упрямо вскинула подбородок, принялась забавно теребить свои пальцы и, кокетливо улыбаясь ему во все тридцать два зуба, уверенно выдала:

- Я милее, чем он!

В воздухе над раковиной мгновенно повисло звенящее, жутко неловкое и одновременно сладкое напряжение. Тэён на заднем плане замер со стаканом, а Сонхун от такой обезоруживающей девичьей дерзости издал тихий, неловкий смешок, продолжая ухмыляться. Соня, осознав, что она только что ляпнула парню, который ей приглянулся, конкретно струсила. Пытаясь хоть как-то справиться с нахлынувшим пунцовым смущением, она выдала тихое: «Прости...» - и принялась лихорадочно, хаотично переставлять свою грязную посуду на глянцевой столешнице, просто меняя тарелки местами, лишь бы занять руки.

- Не-не, - всё так же ухмыляясь, мягко остановил её Сонхун, провожая взглядом её суетливые пальцы.

- Я тоже хочу с тобой подружиться, - вдруг тихо, но отчётливо произнесла Соня. От смущения и неловкости её голос слегка дрогнул, и она поспешно принялась поправлять пряди волос, падающие на лицо, пряча за ними горящие щёки.

Сонхун от такой неожиданной прямоты растерялся окончательно. Он даже замер, переспрашивая, словно не веря собственным ушам:

- Со мной?

- Да, - твёрдо кивнула Соня, заглядывая ему прямо в душу своими карими глазами.

Так и не дав точного, внятного ответа на это смелое девичье заявление, Соня вынуждена была прерваться - в эту же секунду её как раз отвлёк каким-то вопросом про Полигон Тэён. Закончив наконец мыть посуду, Сонхун судорожно стянул с рук розовые перчатки. Чувствуя, что земля уходит у него из-под ног, он поспешно отошёл в сторону, послушно освобождая место у раковины для Сони. Девушка сразу же заняла его, принимаясь мыть свою тарелку, всё ещё увлечённо откликаясь на разговор с Тэёном.

Сонхун медленно отступил вглубь кухни. На его губах блуждала какая-то забвенная, глуповатая и бесконечно нежная улыбка. Парень отошёл в сторону, полностью выпав из реальности и смотря на всё окружающее пространство сквозь себя, словно в тумане. В его голове крутился только её подрагивающий голос и фраза «Я хочу с тобой подружиться».

Кое-как опомнившись и силой заставив своё сердце утихомирить бешеный ритм, Сонхун поправил толстовку и быстрым шагом пошёл обратно к длинному общему столу. Там, укутавшись в безразмерные кофты, всё ещё тихо болтали и смеялись Поля и Хисын. Сонхун опустился на стул рядом с ними, надеясь спрятаться за их привычной, безопасной поддержкой, но его сияющие глаза и румянец на ушах говорили громче любых слов.

Сонхун буквально рухнул на свободный стул рядом с Хисыном, всё ещё пытаясь вернуть лицу привычную маску хладнокровия.

Поля, которая до этого увлечённо обсуждала с Хисыном вокальные переходы в припеве «Fire», моментально замолчала. Её внимательные, острые кошачьи глаза за кулисами длинных ресниц сцепились с лицом друга, безошибочно считывая каждую микроскопическую деталь: эти слишком ярко горящие глаза, растерянную полуулыбку и пунцовый румянец, стремительно заливающий уши ледового принца. Обмануть её интуицию было просто невозможно.

Полина хитро прищурилась, наклонив голову вбок, и на её губах появилась та самая мягкая, дразнящая кошачья улыбка. Она отодвинула в сторону свой стакан с водой и принялась усердно допытываться, запуская их тёплый дружеский разговор:

- Пак Сонхун, ты чего завис? На тебе лица нет. Ты там тарелку разбил или привидение увидел?

Хисын тут же с живым любопытством уставился на младшего, явно готовый поддержать весёлый допрос.

- Да нет, ничего я не разбил... - Сонхун попытался уйти от ответа, поспешно пряча лицо в высокий воротник своей белой толстовки и делая вид, что жутко заинтересован покрытием столешници. - Просто вода горячая была.

- Ага, горячая, конечно, - весело фыркнула Поля. - Сонхун, от меня ты такое точно не скроешь, уж поверь. Твои уши сейчас светятся ярче, чем неоновый логотип «I-LAND» над нашей головой. Это из-за Сони, да? Я видела, как она к тебе подошла.

Услышав имя лучезарной новенькой из Полигона, Сонхун окончательно сдался. Он обречённо вздохнул, закрывая лицо ладонями, но сдержать глуповатую, безумно трепетную улыбку у него так и не получилось.

- Она... она сказала, что она милее Джейка, - тихо, почти шёпотом выдавил он, убирая руки от лица и беспомощно переводя взгляд с Полины на Хисына. - А потом посмотрела прямо на меня и говорит: «Я тоже хочу с тобой подружиться». Представляете? Напрямую. У меня аж палочки из рук чуть не вывалились. Я вообще не знал, что отвечать!

Хисын от такой новости тихонько присвистнул, а затем понимающе и очень тепло рассмеялся, хлопая притихшего друга по плечу:

- Ого, наш ледовый принц официально растаял всего от одной фразы! Ну, Чонсон бы на твоём месте уже праздновал победу и бежал покупать ей ответный сок, бро.

- Вот именно! - поддакнула Поля, и её взгляд на секунду стал непривычно мягким и глубоким. Она вспомнила, как сам Джей весной в коридоре BigHit спасал её от грустных мыслей, окружая такой же чистой, обезоруживающей заботой. Ей было безумно приятно видеть, что и Сонхун наконец-то находит своё счастье посреди этого изнуряющего шоу. - Соня потрясающая. Да, она яркая и кокетливая, но в ней столько искренности, Сонхун. Не прячься от неё в свой этот холодный бункер. Ей на шоу тоже тяжело, она из Полигона пришла, ей нужна надёжная опора. А на тебя всегда можно положиться.

Сонхун внимательно выслушал её, и тяжёлое, паническое смущение внутри него медленно улеглось, уступая место какому-то новому, удивительно тёплому покою. Он посмотрел на Полю, затем на Хисына, чувствуя колоссальную благодарность за то, что их экспериментальная четвёрка по-прежнему оставалась его самой безопасной гаванью.

- Спасибо, Поля, - негромко, но очень искренне ответил Сонхун, и его глаза снова загорелись той самой уверенной искрой. - Я постараюсь... ну, не тупить в следующий раз.

- Вот и отлично, - рассмеялась Поля, поднимаясь из-за стола и закидывая на плечо олимпийку. - А теперь, мальчики, пора спать. Завтра Кей собирает всех на первый жёсткий прогон «Fire», и если мы будем сонные, она из нас всю душу вытрясет на хореографии!

Парни дружно закивали, поднимаясь вслед за ней. Неловкая кухонная магия рассеялась, уступая место предвкушению новой тяжёлой битвы, но Сонхун, заходя в свою спальню, упрямо продолжал улыбаться в темноту, точно зная, что этот тест он пройдёт на абсолютном пределе своих возможностей.

Атмосфера внутри стеклянных стен куба окончательно раскалилась до предела, когда началось долгожданное промежуточное оценивание. И в Айленде, и в Полигоне продюсеры - суровый Рейн и требовательный Зико - вместе с хореографами проекта остались глубоко недовольны увиденным, обрушив на трейни шквал жестоких, режущих замечаний. Причиной провала стал коллективный страх: и на верхней, и на нижней базе ребята во время прогона попросту побоялись выполнять сложнейшие акробатические элементы. Они трусливо упростили связки, которые являлись фундаментом командной работы - а ведь именно командный дух и синхронное преодоление трудностей были главной темой и смыслом второго теста.

Слова Зико о том, что без этих элементов номер превращается в блёклую кавер-версию, эхом разнеслись по залам. Расстроенные, злые на самих себя и отчаявшиеся ребята после таких жёстких оценок начали тренироваться ещё усерднее. Логика выживания в «I-LAND» не прощала слабости: до финальной съёмки оставались считанные часы, и все понимали, что на кону стоит их будущее.

Наступил день официального выступления на главной сцене. Нервное напряжение в комнате ожидания Полигона можно было буквально резать ножом. В силу вступило самое жестокое правило текущего раунда: если айлендеры наберут рекордно высокие баллы за свой перформанс, Полигон ликвидируют, а все его жители без исключения покинут проект, отправившись домой ни с чем. Джей, сидевший на полу Полигона перед монитором, внутренне паниковал от удушающей мысли уехать из проекта с позором, так и не сдержав своё обещание перед Полей. Страх сковывал лёгкие, но Чонсон упрямо не показывал этого товарищам. Он прятал свою панику за стальной маской хладнокровия, уверенно хлопал Ники и новичков по плечам, подбадривал их и заставлял верить в реванш.

И вот на экране вспыхнул багровый неон - свершилось долгожданное выступление Айленда.

Джей встал, подавшись вперёд и не мигая глядел на экран. Когда трек «Fire» загрохотал из динамиков, Айленд выдал сумасшедшую, первобытную энергетику. Но настоящий взрыв эмоций накрыл Джея на кульминации - во время той самой третьей, акробатической партии.

Когда басы ударили на полную мощность и парни-стажёры Айленда синхронным, мощным кольцом сомкнулись вокруг Полины, подхватив её под ноги, Джей полностью перестал дышать. Сердце в его груди на секунду просто замерло. Он заворожённо, со смесью дикого испуга и безумного, ослепляющего восторга смотрел на то, как Поля бесстрашно взмывает вверх над сценой. В этом высоком прыжке, в её резком фризе и в том, как её иссиня-чёрные волосы взметнулись живой волной, не было ни капли прошлого страха. Её кошачий взгляд горел чистым пламенем. Джей почувствовал, как по его коже лавиной пробежали мурашки, а к горлу подступил ком оглушительной, распирающей гордости. Его маленькая, сильная Поля не испугалась жёстких замечаний Зико. Она рискнула, увлекла за собой команду и сделала этот элемент безупречно. Ему безумно хотелось закричать от восторга прямо на глазах у операторов, ведь эта девчонка прямо сейчас доказывала всему миру, почему она занимает первое место.

Номер Айленда завершился на абсолютном пике безумия. Последний тяжёлый аккорд сокрушительно ударил по ушам, пламя на декорациях взметнулось вверх, и Хисын, стоявший в самом центре финальной позиции, допел роковую строчку «I'll forgive you». Старший хён закончил это грандиозное выступление с невероятным, огненным и отчаянным взглядом, направленным прямо в объектив центральной камеры. В этом его взоре, тяжело дышащем и пронзительном, читался весь тот ад стажировки в Big Hit, через который они прошли, вся боль от потери Джея на прошлой неделе и железная, несокрушимая решимость защитить своё право на мировой дебют. В зале Полигона воцарилась гробовая тишина - Джей медленно опустил руки, стеклянным взглядом смотря на тяжело дышащего Хисына на экране и отчётливо понимая, что Айленд только что показал уровень, переплюнуть который его юниту будет стоить титанических, нечеловеческих усилий.

Тяжёлые металлические створки ворот разъехались, и юнит Полигона ступил на залитую багровым светом сцену. Наступил момент истины. Джей шёл впереди своей команды, и каждый его шаг по чёрному глянцевому настилу отзывался в ушах глухим стуком сердца. Обратного пути не было. Чонсон заставил всю свою панику, всё отчаяние от страха ликвидации Полигона и ту глухую, обжигающую ярость, что копилась в нём с момента вылета, спрессоваться в один монолитный, разрушительный кулак. Он не собирался уезжать домой. Не сейчас.

В главном зале Айленда воцарилась мертвенная тишина. Ребята, уставшие, но окрылённые своим успехом, плотным полукругом замерли перед гигантским плазменным экраном, неотрывно вглядываясь в картинку трансляции.

Стоило первым, культовым электронным аккордам песни «Fire» сокрушительно ударить из колонок, как Джей в центре сцены Полигона буквально взорвался. Это был не просто танец - это была яростная, первобытная битва за выживание. Его движения в первой центральной партии отличались такой безумной, пугающей мощью и абсолютной, непоколебимой уверенностью, что у продюсеров в судейских креслах невольно выпрямились спины. Джей трансформировал весь свой гнев в чистую, гипнотизирующую харизму, подчиняя себе каждый метр сцены.

Полина смотрела на экран, не моргая и практически перестав дышать. Её огромные кошачьи глаза лихорадочно блестели в фиолетовых сумерках неона. Поля чувствовала, как внутри неё лавиной нарастает дикое, оглушительное волнение, смешанное с безумной, горячей гордостью за своего соулмейта.

Поля видела каждую деталь его перформанса. Она ловила его резкие, стальные фиксации рук, этот хищный, пронзительный взгляд тёмных глаз, направленный прямо в объектив, и ту сумасшедшую, отчаянную энергетику, с которой он вёл за собой остальных стажёров. Полина неосознанно подалась вперёд, крепко, до белизны костяшек сжимая пальцами подлокотники стула, а её губы тронула слабая, но бесконечно преданная улыбка. «Ты вернёшься, Чонсон, - упрямо стучало в её голове под грохот басов. - Ты обязательно вернёшься ко мне на этой неделе». Она кожей чувствовала его силу и знала: этот парень только что выдал номер своей жизни, и Полигон сегодня точно не будет ликвидирован.

Гнетущая тишина главного зала, замершего в фиолетовом неоновом полумраке, прервалась резким цифровым сигналом. На гигантском плазменном экране одна за другой поползли перевёрнутые карточки с фотографиями участников.

- Сейчас мы покажем топ-6 участников, набравших самые высокие баллы от продюсеров, - бесстрастно объявил невидимый ведущий.

Табло моргнуло, открывая первую позицию. На шестом месте с отличным результатом оказалась EJ - высокая, статная девушка с мягкой, но уверенной улыбкой. Пятое место заслуженно заняла лучезарная Соня, чьё обаяние растопило сердца судей. На четвёртом зажглось имя Таки. Тройку лидеров открыл Сонхун, чей безупречный ледовый синхрон заставил всю команду выдохнуть от облегчения. На втором месте гордо расположился Хисын, доказав, что его десятая партия в прошлом была шедевром. А абсолютное первое место с рекордными 88 баллами заняла К.

Девушка-лидер упрямо вскинула подбородок, принимая заслуженные поздравления. Но система «I-LAND» никогда не давала расслабиться. Экран окрасился в тревожные багровые тона, и голос ведущего объявил новое, суровое условие:

- Участник, занявший первое место, получает уникальное право использовать «карточку исключения». К может выбрать любого из выбывших участников и спасти его от спуска в Полигон. В таком случае вместо спасённого базу покинет следующий за ним человек в общем рейтинге.

В зале повисло звенящее, удушающее напряжение. Пришло время назвать тех, кто набрал наименьшее количество баллов. Табло начало безжалостно переворачивать карточки. Первые имена заставили айлендеров глухо ахнуть, а когда на экране вспыхнула позиция Сони, Сонхун заметно побледнел, крепко сжав кулаки. Но самый страшный, сокрушительный удар система приберегла на финал.

Экран мигнул, и на последней карточке выбывающих появилось фото Полины.

В зале мгновенно воцарился самый настоящий, ледяной шок. Все участники до единого замерли, ошарашенно переводя взгляд с плазмы на застывшую Полю. Никто не мог поверить своим глазам: обладательница первого места в прошлом тесте, боец со стальным тхэквондо-стержнем, сегодня оказалась на самом дне. Полина сидела неподвижно, заперев лицо за своей ледяной маской, но внутри её сердце испуганно пропустило удар. Манипуляции Лёши, кричавшего, что её вышвырнут в первые недели, снова ядовитым эхом промелькнули в мыслях. Хисын и Сонхун рядом с ней едва сдерживали панику - их экспериментальная четвёрка Big Hit рисковала потерять уже второго соулмейта за две недели.

На зрелом, строгом лице К отразилась тяжёлая внутренняя борьба. Многие участники были уверены, что она не использует карточку. Зал замер, операторы в операторской затаили дыхание. Ведущий спросил у девушки:

- Первое место, К, используешь ли ты карточку исключения?

К сделала глубокий вдох, уверенно расправила плечи и громко, на весь зал объявила своё решение.

- Я... использую карточку.

- Для кого ты используешь карточку исключения? - продолжал ледяной голос ведущего.

Девушка чувствовала ком в горле, слова с трудом произносились от напряжения и большой ответственности за чужие судьбы:

- Тот, для кого я использую карточку.... Полли Каз.

- Полли Каз остаётся в «I-LAND», - утвердил голос ведущего.

Оглушительный выдох облегчения пронёсся по трибунам. Поля закрыла глаза, чувствуя, как удушающая тяжесть паники мгновенно спадает с её плеч, уступая место горячей благодарности. К спасла её от Полигона, сохранив её место на вершине. Но радоваться было рано - ведь по суровым правилам куба, её спасение означало, что прямо сейчас на её место встанет следующий участник, чья судьба будет разрушена в одно мгновение.

Багровые неоновые линии на экране запульсировали, словно отсчитывая последние секунды перед неизбежной катастрофой. В зале повисла такая звенящая, мертвенная тишина, что было слышно, как тяжело и прерывисто дышат оцепеневшие айлендеры. Полина застыла, крепко сцепив пальцы. Удушающий груз паники отступил, но на его место мгновенно пришло новое, давящее предчувствие беды. Спасение в «I-LAND» никогда не бывало бесплатным. У каждого милосердного жеста системы была своя, невероятно жестокая цена.

- Следующий участник по рейтингу покидает проект и отправляется в Полигон, - бесстрастно разнёсся над трибунами металлический голос ведущего.

С тихим цифровым щелчком финальная карточка перевернулась, и на ней крупным планом появилось лицо улыбающегося мальчика.

- Таки.

Зал буквально ахнул в один голос. Полина резко вскинула голову, и её огромные кошачьи глаза округлились от подкатившего к горлу ужаса. Таки. Маленький, непосредственный Таки, который для К был не просто лучшим другом на шоу, а буквально младшим братиком, о котором она заботилась с самого первого дня в агентстве. К, стоявшая у своей трибуны, в ту же секунду словно лишилась сил. Её статная, гордая фигура лидера надломилась. Осознание того, что её собственное благородное решение спасти Полю только что своими руками отправило на дно её самого любимого человека, ударило по ней с сокрушительной, безжалостной силой.

К просто рухнула обратно на сиденье, закрыла лицо руками и зарыдала - навзрыд, громко, захлёбываясь от разрывающей изнутри боли и беспомощности. Вся её ледяная маска строгой старшей девушки-лидера рассыпалась в прах. Её плечи судорожно вздрагивали, а сквозь пальцы крупными каплями текли слёзы. В зале началась новая, удушающая волна слёз. Таки, растерянно улыбаясь своей детской улыбкой, подошёл к ней, пытаясь обнять и успокоить свою названую старшую сестру, но от этого К разрыдалась ещё сильнее, содрогаясь от ментального шока.

Полина сидела посреди этого заплаканного хаоса, словно приросшая к линолеуму, и внутри неё в эту минуту разрастался острый, леденящий укол жгучей вины за своё спасение. Ей было невыносимо, до судорог в груди больно смотреть на разбитую, плачущую навзрыд К. Тяжёлая мысль удушающей петлей затягивалась на шее: «Это из-за меня. Если бы я не завалила третью часть, если бы я не получила низкий балл... К не пришлось бы выбирать. Таки остался бы здесь». Вся броня Полины окончательно дала трещину. Контраст с фальшивым прошлым на районе снова больно ударил по мыслям: Лёша обвинял её в эгоизме незаслуженно, а здесь её личная слабость на сцене стоила чужой мечты. Поля низко опустила голову, пряча глаза за занавесом чёрных шёлковых волос, пахнущих пионами. Хисын и Сонхун крепко прижались к ней с двух сторон, безмолвно пытаясь защитить её от этого пожирающего чувства вины.

Наступил финальный, самый долгожданный момент второго теста - оглашение имён тех счастливчиков из Полигона, кто своим упорным трудом заслужил право подняться на вершину.

Полина сидела на стуле, нервно сплетая пальцы. Нахлынувшее ранее чувство вины перед К на секунду отступило, уступая место бешеному, лихорадочному волнению. Кошачье сердце Поли билось где-то в районе горла. Она упрямо гипнотизировала взглядом закрытый шлюз, мысленно повторяя лишь одно имя.

Внезапно под потолком зала раздался знакомый цифровой сигнал, и бесстрастный голос ведущего разнёсся над притихшей ареной:

- Сейчас будут объявлены участники Полигона, набравшие высшие баллы по результатам теста «Fire» и допущенные в «I-LAND».

С тяжёлым, глухим гидравлическим щелчком массивные ворота-яйцо медленно поползли в сторону. Стоило ярким лучам света из открывающегося шлюза ворваться в фиолетовый полумрак главного зала, как в проёме показались фигуры прибывших участников. И прежде чем створки распахнулись до самого конца, на весь комплекс, перекрывая гул механизмов, раздался оглушительный, победный и до безумия знакомый вопль.

Джей, стоявший на самом пороге, прямо с высоты ступеней во весь голос воскликнул:

- Я вернулся!

Вся его былая «обида, гнев и стыд» испарились без остатка, уступая место чистому, триумфальному азарту. Услышав этот хриплый, родной голос, Полина словно очнулась от двухнедельного лихорадочного сна. Её ледяная маска отстранённости разлетелась на тысячи мелких осколков.

Она сорвалась с места и пулей побежала вперёд по полированному настилу, семеня ногами в своём фирменном, невероятно милом кошачьем беге. Джей, заметив её летящую навстречу фигуру в сценическом наряде, мгновенно потерял всю свою напускную рэперскую крутизну. Он буквально рванул вниз по ступеням, преодолевая по несколько штук за раз. Они двигались навстречу друг другу так стремительно, словно весь остальной мир вокруг них в одну секунду перестал существовать.

Они столкнулись прямо по центру неоновой арены. Джей с разбегу мёртвой хваткой сгрёб её в охапку, отрывая от пола, а Поля отчаянно, изо всех сил обвила руками его шею, утыкаясь носом в воротник его чёрной футболки.

В это же мгновение у обоих лавиной хлынули слёзы из глаз. Это не были те горькие, удушливые слёзы разочарования, что душили Полю в пабе после измены Лёши. Это были чистые, горячие слёзы абсолютного, оглушительного счастья и безграничного облегчения. Джей судорожно прижимал её к себе, зарываясь пальцами в её шёлковые чёрные волосы, пахнущие нежными пионами, а Поля лишь сильнее сжимала ткань на его спине, содрогаясь от беззвучных рыданий. Он сдержал обещание. Он вернулся на следующей неделе. Контраст с прошлым выжег её мысли дотла: Лёша всегда бросал её одну со своей ревностью, а Джей перевернул ад Полигона, чтобы просто снова обнять её. В этом сумасшедшем, мокром от слёз объятии посреди холодного стекла и металла их нерушимая связь завязалась в такой крепкий узел, разрубить который больше не под силу ни одному манипулятору в мире.

***

Прим.: в этой истории некоторые участники представлены в виде девушек, но с сохранением их реальных характеров и повадок.

К - Кей (женская версия, псевдоним оставлен прежним)

Даниэлла - Даниэль

Соня - Сону (Сону - её сценическое имя)

EJ - Ыйджу (женская версия)