Глава 12

За окном бушевала буря, молния била где-то вдалеке, а гром гудел как кузнечная фабрика. Листья деревьев летали по улицам и били редких прохожих по лицам. В домах людей давно погас свет, изредка можно было видеть включающийся автоматический фонарь, реагирующий на движение. В новостях не следующий день сказали, что в ночь с 22 на 23 сентября была самая сильная буря за всю историю города. В шуме дождя прятались кошки и собаки, пытающиеся найти укрытие где-нибудь в коробках, под газетами или под кепками магазинов. Новости сообщили, что в ночь с 22 на 23 были убиты две кошки. Одну из них ударило молнией, а вторая вследствие этого удара от испуга упала в обрыв.

Что делал Пит после монолога с Алисой? Да черт его знает. Он тихо вышел и ушел, Алиса надеялась, что там его убьет молния, как этих двух кошек.

Уснула она под утро, как раз когда проснулась Грейси для того, чтобы разбудить свою младшую дочь в школу. Зайдя в комнату, она увидела перекосившееся бледное лицо Алисы и поняла, что она, наверное, заболела. И, закрыв за собой дверь, вышла из комнаты, оставив Алису, спящей в своей теплой постели.

Грейси спустилась на кухню, чтобы заварить свой обыденный утренний кофе. На кухне за столом уже сидела Дельфиния, поджав ноги под себя. Она обнимала кистями рук большую кружку вчерашнего кофе, который она не допила за ужином, и пустыми глазами смотрела на цветок, стоящий на столе. Цветок был в глиняном горшочке и уже несколько лет пытался вырасти хотя бы на пару сантиметров, он тянулся и тянулся. И завял. Да, этим утром он завял. Зрелище весьма прескорбное.

- Боже, что с нашим цветком? – Грейси любила его и в испуге подбежала к столу, взяла горшочек в руки и внимательно осмотрела его. – Я же поливала его вот вчера. Когда он успел завять?

Грейси приложила холодную руку к своему теплому лбу и, закрыв глаза, выдохнула. Не умываясь, она пошла в кладовку, взяла пакет чернозема, удобрения и пулевизатор с водой. К слову, в кладовке, куда пошла Грейси, была всякая требуха. Если вам что-то понадобится в доме этой семьи, то вы смело можете отправиться в кладовку, и там вы обязательно найдете все, что нужно. На полу стояли наложенные друг на друга чистые, но немного запыленные, горшки для растений, на тумбочке - коробочки, в отсеках которых были резинки для волос, старые непонятные ключи, карандаши и тому подобное. В самой тумбе лежали чистящие средства для уборки, пакеты с землей, старые тетради девочек с прошлых классов.

Женщина выкопала ложечкой из земли цветок и положила его на пакет, промыла горшок от земли и насыпала туда новую свежую землю, добавила удобрения и посадила растение. Цветок не ожил ни через день, ни через два, и даже спустя неделю он все еще стоял засохший.

Дельфиния продолжала сидеть, поджав ноги, и смотреть куда-то в себя. Вчерашняя кружка с холодным кофе висела у нее в руках, потому что пальцы девочки озябли и приобрели синеватый оттенок. Казалось, перед Грейси сидит не ее веселая и доброжелательная дочь, а труп, который осталось только поместить в баночку с формалином и отнести на урок биологии для изучения анатомии.

Дельфиния понимала, ЧТО с ней произошло, но она не могла понять, кто с ней сделал подобное в родном доме. В мыслях у нее крутились разные лица, которые она, возможно, даже и не видела никогда. Они тихо входили в дом, закрывали дверь, поднимались на второй этаж, заходили к ней в комнату и делали свои дела. «Но это же бред собачий!» - твердила себе Дельфиния. «Даже безумный бродяга не станет так рисковать! Да и тем более, откуда незнакомец мог знать, что именно я в этой комнате буду, а не какой-нибудь старый дед?! Значит, это сделал тот, кто знал наш дом, знал нашу семью.» - так девочка рассуждала только через две или три недели после случившегося, потому что первые три дня она пролежала в кровати, пялясь на узорчатые обои в комнате. Грейси тогда подумала, что ее дочки подхватили какой-нибудь грипп в школе, поэтому оставила их дома.

Дельфиния пыталась рассуждать здраво и находить мысленные ниточки, которые могли бы привести ее к правильному ответу. Верить в то, что это сделал ее отец, она отказывалась, хотя не будем отрицать – и такая мысль посетила ее голову. «Бывший? Дядя Роут? Боже, да, что за бред!»

Однажды она задумалась, наверное, на час или на полтора. Несколько раз к ним в гости заезжала сестра Грейси со своим мужем и пятилетним сыном. Сестру звали Нимена, она вечно выряжалась как на праздник, и на голове у нее была огромная гулька, повязанная вокруг красной ленточкой. Честно говоря, эта красная ленточка на голове, которая виднелась издалека, напоминала всем о диснеевских принцессах. Муж Нимены сидел рядом с Дельфинией за столом, когда они двумя семьями ужинали, говорил девочке о том, какая она красивая. Его щеки багровели, нос сжимался, и появлялась улыбка на лице. Дельфиния всегда отвечала на этот комплимент благодарностью и улыбалась в ответ. Но будем честны: муж Нимены никогда не хотел ничего плохого делать с Дельфинией, он считал ее очень красивой девушкой и всегда хотел говорить о ее красоте. Иногда он думал о том, что если бы он был на тридцать лет моложе, то вполне бы мог и поухаживать за ней, но сейчас он женат, у него есть дочь и любимая жена. И несмотря на этот ужасный бантик на голове, он любил ее. Но Дельфиния после случившегося уже не видела этой милой улыбки, в ее голове крутился образ злого дядьки, который, как говорится, и коня зарежет, и горящую избу зальет бензином.

После долгого размышления Дельфиния поняла: ее дядя совсем поехал головой, пришел в их дом ночью, усыпил ее и сделал это. «Боже, да насколько же у человека должна съехать крыша, чтобы сделать такое, а еще и в чужом доме?!». Когда девочка пришла к этой мысли, ее сердце, наконец, стало стучать на одну тысячную долю медленнее. Но все еще она была сама не своя.