Граница между сном и явью

Приняв мои объятия со спины и услышав загадочные слова про поместье, ты на мгновение опешил от неожиданности и не знал, как реагировать. Лишь растерянно кивнув, ты мягко предложил:
— Пойдём, нужно перекусить.
Взяв меня за руку, ты потянул меня в сторону кухни. Всё ещё не найдя слов от удивления, ты шёл впереди, пока я с любопытством оглядывала тёмные коридоры. Дойдя до кухни, ты первым делом поставил медный чан с водой в камин и подкинул дров, чтобы пламя разгорелось сильнее. Я подошла ближе и протянула руки к огню, пытаясь согреться.
Ты изредка поглядывал на меня. В простом одеянии служанки я выглядела невероятно непривычно и уязвимо. Подловив твой пристальный взгляд, я снова тепло улыбнулась, отчего ты слегка заробел и смущённо отвёл глаза.
В чане забулькала вода. Достав тарелку с остатками пирога и налив в чашку с ароматными травами кипяток, ты предложил мне сесть за стол. Я, шутливо войдя в роль служанки, сделала послушный поклон и опустилась на стул напротив.
Сначала я скромно откусывала по маленькому кусочку, но вскоре голод взял своё — и ты с забавлением наблюдал, как я быстро и аппетитно уплетаю пирог за обе щёки.
— Это так фкуфно... мм... не мофу офтанофитьфя... — пробормотала я с набитым ртом.
— Лучше не говори с набитым ртом, — мягко усмехнулся ты.
Наши взгляды пересеклись. Залившись краской, я смущённо опустила голову и, отпив горячего травяного чая, продолжала потупливать взгляд в стол. Мне было неловко за свою несдержанность. Аккуратно вытерев крошки с лица и докушав, я подняла глаза и заметила, что ты сидишь напротив, еле сдерживая сон и буквально засыпая на ходу.
Я тихонько тронула тебя за плечо. Ты резко вздрогнул, подхватился и инстинктивно вскинул руку к поясу, пытаясь найти меч.
— Прости... — прошептала я.
Ты растерянно посмотрел на меня мутными от усталости глазами. В твоей голове всё перепуталось, и тебе показалось, что всё происходящее — лишь полузабытое наваждение.
— Ну докатился... уже и во снах её вижу, — пробормотал ты себе под нос, с трудом фокусируя взгляд. — Какая же она красивая... Ей так идёт эта форма служанки.
Я на секунду растерялась, но тут же решила воспользоваться твоим заблуждением:
— Позвольте вас проводить в ваши покои, молодой господин?
Ты послушно поднялся и последовал за мной. Мы поднялись по деревянной лестнице на второй этаж. Дверь в твою спальню оказалась приоткрыта.
— Позволите снять с вас рубаху? — спокойно спросила я, подойдя ближе.
— Конечно... во сне я могу позволить тебе всё что угодно, — тихо отозвался ты.
В моей голове промелькнула озорная мысль: «Ну раз он думает, что это сон, устроим ему незабываемый сон!»
Немного волнуясь, я аккуратно, не спеша стала расстёгивать пуговицу за пуговицей на твоей рубашке. Мои пальцы слегка подрагивали.
— Какой-то слишком реалистичный сон получается... — продолжал бормотать ты, ощущая мои прикосновения. — Я прямо чувствую твоё огромное желание... Оно заполняет тебя целиком и почти физически стекает с губ по шее, на грудь, по рукам...
Я напряглась, пытаясь судорожно скрыть смущение, буквально ловя пальцами эти невидимые капли, лишь бы ты ничего не разгадал. Но ты продолжал смотреть на меня таким пронзительным взглядом, что мои глаза метались, отчаянно ища хоть какой-то островок спасения, хоть что-то, что помогло бы отвлечься. Но было уже слишком поздно. Я не выдержала и прикрыла твои глаза своей ладонью:
— Дыру же прожигаете... Вы всегда были так многословны?
Скинув расстёгнутую рубаху, я с любопытством оценила тебя: «Ну, он всегда был худоват. Чего ты ожидала?»
— У неё явно любимое дело — прятать глаза, — произнёс ты с лёгкой хрипотой. — Я же слышу твои мысли, слышу твои желания. И в этот раз не позволю спрятаться. Я хочу тебя видеть.
От твоих слов у меня встал ком в горле, и я инстинктивно зажмурилась.
— Нет-нет. Даже не думай прятаться, — тихо продолжил ты, накрыв мою ладонь своей. — Я устал столько помнить о тебе... а ты всегда как дымка исчезаешь сквозь пальцы. Пусть хотя бы во сне... ты побудешь со мной подольше.
В твоём голосе звучало столько искренней боли и грусти, что у меня невольно потекли слёзы по щекам.
— Прости... — это всё, что я смогла вымолвить.
— Пожалуйста, не плачь... Это хороший сон. Счастливый, — шепнул ты и крепко прижал меня к себе. — Это же всё равно не взаправду...
С этими словами ты бережно поцеловал меня в увлажнившиеся реснички, в горячую щёку... и накрыл мои губы своими. В этом поцелуе было столько накопившейся нежности и тоски, что у меня перехватило дыхание.
И в этот самый миг внутри моего сознания внезапно раздался чужой, холодный голос:
«Зря он с тобой так...»
Мои глаза резко потемнели. Внутренний бесёнок и чужая воля мгновенно вытеснили смущение, заставив мои мысли исказиться: «Сон, значит? Ну сейчас ему приснится... Долго помнить будет. "Исчезаю... бла-бла..."»
Вместо ответного тепла и ласки меня накрыло совсем другое, тёмное чувство. Не дав тебе опомниться, я резко повалила тебя на кровать и села сверху.
— Вам не страшно, молодой господин? — прошептала я тебе прямо на ухо с явной издёвкой.
Тебя обдало крупными мурашками. Ты остро чувствовал, как я приближаюсь совсем близко, ощущая моё горячее дыхание на своей шее. Я жадно вдыхала твой запах, и мои коготки сами впивались тебе в грудь. Это было острое, смешанное чувство боли и ожидания...
Я наклонилась и прикусила мочку твоего уха, затем шею, ключицу... Покусывая, я опускалась всё ниже и ниже по твоей груди.
Тебе стало не по себе от такой неожиданной перемены, но ты терпел. А слово «исчезаю» всё ещё эхом отдавалось в моей голове, распаляя желание доказать, что всё это — реальность.
Когда я дошла до пупка, ты поднял руку и мягко погладил меня по волосам. Подняв голову, я словно очнулась и с ужасом поняла, что натворила: весь твой торс был покрыт заметными, далеко не лёгкими укусами и следами от ногтей. Тебе явно было больно, но ты не пытался меня оттолкнуть.
В глаза снова хлынули слёзы от неловкости и стыда. Ты же посмотрел на меня с нескончаемой нежностью, потянулся навстречу и крепко обнял.
— Давай лучше не сегодня, ладно? — тихо попросил ты.
Но тёмный порыв внутри снова перекосил мои мысли: «Не сегодня? Нет, дорогой, здесь и сейчас! Ну подумаешь, не получится нежнятинки... Пусть не привыкает!»
— Сам расстегнёшь или мне самой? — спросила я. Даже голос мой в этот момент изменился, став чужим и властным.
— Помогу... — с тихой улыбкой отозвался ты.
Но дойдя до последних пуговиц, ты замер. И снова обнял меня, прошептал:
— Даже если это сон... я не готов.
«Готов, не готов... Бла-бла-бла, рыцари такие благородные!» — пронеслось у меня в голове. Прижимаясь к тебе, я снова повалила тебя на матрас. Ты чувствовал всё: моё тёплое тельце, бешено бьющееся сердце.
«А ведь теперь он не шелохнётся... Не гоже даме так оголяться», — подумала я. Обхватив тебя ногами, я попыталась перевернуться так, чтобы ты оказался надо мной.
— Хитро-хитро, я разгадал тебя, — тихо рассмеялся ты, сразу раскусив мой манёвр. Обняв меня покрепче, ты легко поменял наши позиции, оказавшись сверху. — Теперь ты в моей власти, а не наоборот. Мой сон — и ты в главной роли? Нетушки.
Ты навис надо мной, согнув ноги в коленях и уверенно прижав мои руки к кровати. Вид твой был весьма соблазнительным и властным.
— Позволь поцеловать тебя, — с лёгкой ухмылкой произнёс ты. — Это же мой сон, я тут главный!
Ты наклонился ко мне и снова сладко, нежно поцеловал меня в губы... и прямо в разгаре этого поцелуя твои руки и ноги потяжелели, и ты, прижав меня всем весом, просто тихо засопел, уткнувшись мне в плечо.