3 глава. Хёнджин, Другая сторона

На следующий день в школе Хёнджин снова её заметил. Не специально, просто так вышло. На физкультуре девчонки переодевались в раздевалке, и дверь на секунду осталась открытой. Он случайно бросил взгляд и увидел её спину. Она стояла в майке, и вся её спина, от лопаток до поясницы, была испещрена синяками — желтыми, фиолетовыми, свежими. Как абстрактная картина боли.

Его будто током ударило. Он резко отвернулся.

«Черт, ну и семейка у неё, наверное», — мелькнула равнодушная мысль. Но что-то зацепилось. Картина синяков не шла у него из головы. Он вспомнил её пустой взгляд вчера.

На большой перемене его компания, как обычно, окружила её.

— Чон, сгоняй в столовку, купи нам булок, — лениво бросил один из его приятелей, швыряя на её парту мятую купюру.

Джуён молча встала, не глядя ни на кого. Когда она проходила мимо Хёнджина, её рукав задрался. Он успел заметить край бинта на запястье и свежие красные полосы чуть выше.

— Эй, — тихо окликнул он её, когда друзья отвернулись.

Она замерла, но не обернулась.

— Что у тебя с рукой?

Она чуть заметно повела плечом, пряча руку за спину.

— Ничего. Упала, — прошептала она и быстро ушла.

Хёнджин смотрел ей вслед. «Упала». Конечно. Споткнулась об кулак, наверное. Или об стену. Он вдруг поймал себя на мысли, что этот её ответ — «упала» — прозвучал слишком привычно. Слишком автоматически. Как заезженная пластинка, которую она крутит всем: учителям, соседям, ему.

И впервые за все время Хван Хёнджин, школьный король и главный задира, почувствовал не привычное превосходство, а сосущую пустоту где-то в груди. Он посмотрел на мятую купюру, которую его друг кинул ей на парту. Он вдруг ясно понял, что они все — лишь маленькая, противная часть её большого ада. И самое страшное, что этот ад, в отличие от школьных насмешек, не заканчивается со звонком. Он ждет её дома. Всегда.