11 глава

Первое, что почувствовал Наруто, когда проснулся, была боль. Тело ужасно ныло и не хотело двигаться. Воспоминания о вчерашнем перенасыщенном событиями дне возвращались толчками. Утро, переезд из одной комнаты в другую, глупое традиционное кимоно, свадьба, секс. Вчерашние чувства притупились, сгладились и доходили до блондина словно через толщу воды, не находя в его душе прежнего эмоционального отклика. Во всяком случае, устраивать истерику с битьём посуды не хотелось. Вообще ничего не хотелось, даже врезать Учихе. Уткнувшись носом в подушку, мальчик апатично размышлял, что он сам виноват, что должен был понимать, на что соглашается, чай не маленький уже, чтобы думать о семейной жизни как о сказке, в которой высшее проявление привязанности - поцелуй. Вытянув из-под подушки одну руку, Нару с каким-то безразличием отметил, что рукава школьной рубашки теперь будет не закатать, да и про бассейн придётся на время забыть. Запястье очерчивала красная полоса, на руке кое-где виднелись укусы. Скользнув по видимым повреждениям, взгляд мальчика переместился на кольцо. За ночь украшение стало привычным и почти не ощущалось на пальце. Сняв колечко, блондин покрутил его перед глазами, разглядывая. Новое, оно поблескивало чистым без мелких царапин золотом. На внутренней стороне был выгравирован герб клана Учиха. Этот красно-белый веер сопровождал Учих везде. Узумаки уже замечал его на стенах их дома, на машинах, на одежде, на медальонах, даже на постельном белье можно было найти маленький вышитый веер, теперь вот на кольце. Наруто мягко улыбнулся, эти Учихи казались ему забавными. «Эти Учихи», а ведь теперь он тоже часть их семьи.

Почувствовав копошение рядом, Нару не без удивления обернулся. Он почему-то был уверен, что Саске уже встал. Однако брюнет лежал рядом, обнимая подушку и тихо посапывая во сне. Странно было видеть этого вечно чем-то недовольного типа таким: разметавшиеся тёмные волосы, спокойное, безмятежное выражение лица, чуть приоткрытый во сне рот, на щеке красный след от подушки. Сейчас Саске казался невообразимо домашним, уютным и живым. Нару откуда-то знал, что если этот парень сейчас проснётся, то будет очень тёплым и забавно заспанным.
Было странно и немножко больно где-то внутри.
Странно видеть такого милого Саске, привычно лежать с ним в одной постели без смущения или стыда, осознавать, что он теперь не просто «принц школы», а его муж, странно не ненавидеть его за вчерашнее.
Нару потянулся и убрал упавшую на лицо Саске тёмную прядку, чувствуя тёплое дыхание, щекочущее ладонь. Этот жест тоже казался странным, но таким нужным.

Почему-то Наруто не мог просто переложить всю вину за произошедшее на Учиху. Мальчик, конечно, злился на него, но и на себя он злился не меньше. Ведь в самом начале он поддался этому странному желанию. И как бы не было стыдно это признавать, но, не укуси Саске его шею, он был бы совершенно не против продолжения, он его даже хотел тогда...

Вздохнув, Наруто еле поднялся с кровати, справедливо решив, что надо сходить в ванну и собраться до того, как проснётся Саске. Двигаться было больно, но терпимо.

Чтобы он ни делал, мысли о вчерашнем вечере не оставляли его. Наверно, было бы правильно хотеть устроить разборки, накричать на Учиху, ненавидеть его, начать избегать. А блондин не мог. Сейчас спящий как ребёнок Саске уж точно не тянул на вчерашнего насильника. Хотя Нару уже и не помнил, каким Учиха был вчера, да и не замечал, наверно, слишком сильно был сосредоточен на собственных ощущениях, желаниях и мыслях.
Возможно, это ненормально, и он сходит с ума. Но открывающаяся ему новая сторона Саске затеняла случившееся, заставляла забывать. Даже изнасилованием это называть не хотелось, поэтому Нару и в мыслях употреблял нейтральное «секс». В конце концов, Узумаки уверил себя, что глупо было бы ругаться в начале семейной жизни, учитывая, что долгое время жить раздельно или развестись было невозможно по контракту.

Вернувшись в комнату, мальчик замер. Брюнет всё так же беззаботно спал, а отключенный будильник лежал в метре от кровати. Кто бы мог подумать, что Учиха любит поспать.

И тут его посетила идея.
Быстренько одевшись, повязав на шею бинт и прихватив школьную сумку, блондин тихо подошёл к кровати.
- Пора вставать, теме, - заговорщицки ухмыляясь, прошептал Наруто, пристраивая переведённый будильник около самого уха брюнета.
Конечно, скандал устраивать не хотелось, но вот маленькую месть вполне можно было себе позволить. Давно Наруто так не смеялся, правда, в следующую секунду пришлось спешно ретироваться из комнаты, не обращая внимания на боль во всём теле. Но удивлённое, испуганное, глуповатое выражение лица ничего не понимающего спросонья Учихи того стоило.

Всё ещё посмеиваясь, Нару спустился вниз. Он надеялся, что успеет приготовить хоть что-нибудь на завтрак. Уж очень хотелось есть. Каково же было его удивление, когда на кухне с поздравлениями и объятиями его встретила Микото. Оказалось, женщина очень волновалась за своих детей, да и без завтрака их оставлять не хотела. А потому вернулась в особняк около пяти утра вместе с Фугаку, которому из-за настырности жены так и не удалось нормально отдохнуть, и сейчас он отсыпался наверху.
Хината тоже уже была в особняке, правда девушка куда-то сильно спешила. Поэтому, передав поздравления Наруто от себя и супруга и предупредив Микото, что Итачи немного задержится в городской квартире, убежала.
Позже позвонил Нагато и, поздравив молодожёнов, отчитался, что они с Мадарой уже на работе и вернутся только к вечеру.

Завтрак прошёл в спокойной атмосфере. Саске совершенно не злился на Наруто или хорошо это скрывал, тем не менее, временами очень демонстративно трогая оглушённое будильником ухо. Узумаки на это лишь посмеивался, с трудом удерживаясь от того, чтобы так же напоказ не потереть шею или зад.

Дорога до школы была уже привычной. Нару на свой страх и риск снова пытался разговорить Учиху, хоть и безрезультатно. И вот уже показался знакомый переулок, но машина проехала мимо, даже не сбавляя скорости. Саске справедливо решил, что раз теперь они женаты, скрывать свою связь с Наруто больше не было смысла. А так же это было своеобразным извинением с его стороны, хоть он и не хотел этого признавать.
Блондин же никаких особо радостных эмоций не испытывал. За время общения с Ино и Сакурой мальчик понял, какие у Учихи сумасшедшие фанаты, насколько они зациклены на своём идоле, и попадать под их пристальное внимание ему совершенно не хотелось. Однако просить Саске вернуться в тот переулок было уже поздно. А особенно если учитывать, что для брюнета это, скорее всего, серьёзный поступок, граничащий с признанием в Наруто если не друга, то хотя бы знакомого, отказываться от этого было крайне глупо.

Сколько бы Наруто ни ходил в эту школу, он ни разу не видел на стоянке так много учеников как сегодня. Объяснялся этот феномен просто: Узумаки никогда не приезжал в школу раньше Учихи. Вылезать из машины, скрывающей его от толпы, не было желания. Оставаться же в автомобиле было бессмысленно, даже если Наруто и не разглядели, то наличие пассажира просто не могли не заметить.
С мученическим вздохом мальчик вышел на всеобщее обозрение. Этот короткий путь от машины до школы показался ему настоящим испытанием. Наруто раньше никогда не понимал выражение «убийственный взгляд», зато теперь он мог ощутить его на своём опыте. Утреннее солнце было ещё холодным, зато взгляды просто обжигали, давили как пресс, заставляя пригибаться к земле. Мальчик шёл, глядя под ноги. Поднять голову, смотреть прямо было физически тяжело. Наруто не без зависти поглядывал на идущего рядом Саске, который будто бы не замечал толпы своих поклонников. Вот она, сила привычки. Блондин не представлял, как можно не заметить этих фанатиков, которые хоть и ненавязчиво, стараясь несильно бросаться в глаза и не сводя с Саске восхищённых взглядов, всей толпой следовали за ними. Будто завороженные дети из старой легенды о Гамельнском дудочнике.

Нару это даже немного пугало. Так что когда эта дорога до школы длиной в несколько вечностей закончилась, и, не говоря ни слова, Саске пошёл к своему шкафчику, уводя за собой свою свиту, Наруто испытал неподдельное облегчение. Даже дышать стало легче без этих взглядов. Так думал мальчик, даже не подозревая, что весть о том, что Учиха приехал не один, уже облетала школу, обрастая всё новыми интересными подробностями и деталями.

Весь оставшийся день Узумаки чувствовал себя словно под микроскопом. Каждую секунду его разглядывали, будто стараясь найти что-то в поведении или во внешности блондина. Другим он просто не понравился по факту сближения с Учихой, а потому в школьных коридорах мальчика могли толкнуть, а в обувной шкафчик уже накидали мусора, хотя этого Узумаки пока не знал. Даже Ино и Сакура изменились в отношении блондина. Девушки приходили в его класс на переменах, а обеденный перерыв весь полностью провели с ними. Наруто не мог сказать, хотели ли подруги проследить за ним или надеялись сблизиться с Саске, используя «общего друга» как предлог, он только точно знал, что общение с ним не сама цель. Не изменили своего поведения только Киба и Шикамару. Хотя подростка не отпускал страх, что странные слухи до его друзей просто пока не дошли, и это только дело времени.

Во время клубных занятий Наруто сидел словно на иголках. Почти все, кто были в комнате клуба, заметили напряжённую атмосферу. Ино и Сакура не ругались, не спорили и ничего не обсуждали, только пристально смотрели на Наруто. Один Киба был как обычно шумным и громко ругал блондина, грозя перестать «прикрывать его задницу от Тсунаде-сан». Оказалось, что опекунша уже достала шатена звонками, и теперь он настаивал на том, чтобы друг встретился с Сенджу или хотя бы ей позвонил. Нару слушал Инудзуку вполуха, упорно пряча глаза от двух подруг и стараясь себя убедить, что они просто не могут догадаться о браке с Учихой.

- Эй, я кому вообще говорю! - Киба помахал рукой с зажатым в ней телефоном перед лицом Наруто.
- А? Что?
- Узумаки, - шатен только устало закатил глаза. - Я говорю, позвони своей опекунше прямо сейчас. Иначе я расскажу ей правду.

Хоть Наруто и не любил врать, но поговорить с Тсунаде было необходимо. На самом деле подросток уже успел соскучиться по ней и по извращенцу и хотел бы встретиться с ними, но не в таком же состоянии. Сенджу как истинный врач не оставит без внимания бинт на шее, а значит увидит и синяк, и укусы. Поэтому, взяв из рук Инудзуки телефон, Наруто вышел в коридор.
Через несколько гудков трубку всё-таки взяли.
- Привет, бабуля! - мальчик постарался сделать свой голос как можно более беззаботным.
- Наруто?! Сколько раз я просила не называть меня так, - удивление в голосе опекунши сменилось облегчением. - Ты почему не звонил? Почему уехал? Ты даже не заходишь... Домой-то собираешься?
- Извини, бабуль. Просто мне легче, когда я с кем-то. Ты всё время в госпитале с Джирайей, а меня Киба к себе пригласил, вот я и...
Мальчик никогда не умел врать, и сейчас он надеялся, что не вызовет сильного подозрения. После некоторого молчания из трубки послышался ответ.
- Да, я понимаю, - в голосе женщины смешались забота, тревога и горькое сожаление. - Джирайю выписывают на этих выходных, мы будем ждать тебя дома.
- Хорошо.

Разговор уже закончился, а Наруто так и стоял в коридоре с телефоном в руках. Его изнутри разъедало чувство вины. Было совестно за то, что заставил беспокоиться, что соврал, а особенно за этот разговор, в котором его ложь доставила столько горечи родному человеку.
Притихший и расстроенный мальчик всё же вернулся в клубную комнату. Киба, добившийся своего и теперь потерявший весь запал, уже молча делал наброски для будущей статьи.
Нару же не мог сосредоточиться ни на чём. Его грызла вина, да ещё и взгляды заклятых подружек цепко выхватывали каждое его движение. От такого внимания хотелось скрыться. Солнечный свет заливал комнату, казалось, что вместе с ним пространство пропитывает и тишина. Громкая, будто гудящая, создававшая иллюзию, что весь мир потерял звуки, что заговори сейчас кто-то, голоса бы не было, только рот как у рыбы открывался бы беззвучно.

В такой тишине мелодия телефона показалась оглушающей, от неожиданности Наруто даже подпрыгнул на месте. Звонили ему. Быстро нашарив в сумке мобильный, мальчик ответил.
- Я закончил. Поторопись, а то уеду без тебя, - голос Саске был холоден как обычно.
- Х-хорошо.

Наруто быстро собирался, ему казалось, что Харуно и Яманака слышали весь разговор, знают, кто ему звонил. Мысленно поругав себя за паранойю, Нару попрощался и выбежал из кабинета. Спешить не хотелось, однако в клубной комнате оставаться было просто невыносимо. Уже на лестнице блондин перешёл на шаг. Неспешно он добрёл до первого этажа, переобулся и выкинул мусор из своего шкафчика. Мелькнула мысль, что это явно постарался кто-то из ярых поклонников Учихи.
Наруто медлил, зная, что Саске очень нетерпелив, он надеялся, что тот уедет, не дождётся. Мальчику не хотелось снова проходить под взглядами-дулами этих сумасшедших, как он окрестил фанатов Учихи.

Однако у брюнета на этот счёт было иное мнение. Он собирался ждать столько, сколько потребуется. Саске всё ещё не верил Наруто. Гордыня и упорство не позволяли этого. Однако внутри него неуловимо что-то изменилось. То ли на него давило чувство вины, и было жалко блондина, то ли он просто начал допускать свою неправоту, но издеваться над мальчиком Учихе расхотелось. Именно поэтому он уже 15 минут терпеливо ждал Наруто. Хотя выдержка Саске уже пошла по швам. Но правда, что можно было делать целых 15 минут?! Он раньше и за пять до переулка добегал, а сейчас что?
От мыслей его отвлекло появление подростка. Узумаки быстро шёл к машине, затравленно поглядывая по сторонам. Странный какой-то.
Однако стоило ему сесть в машину, как мальчик широко и искренне улыбнулся:
- Спасибо, что подождал!
- Хм.

На это Нару лишь ещё шире улыбнулся. Саске его дождался! В голове не укладывалось. Он же тянул время, как мог, не хотел ехать с Учихой, и всё равно, когда Наруто заметил на стоянке заветную чёрную Ауди, на душе стало светлее и легче. Даже тот факт, что на стоянке всё же было несколько человек, не мог испортить Наруто настроение.
Этого заряда хватило до конца дня.
После свадьбы, а может после брачной ночи, Саске несколько смягчился к своему супругу, что не осталось незамеченным. Для Наруто этот тихий вечер стал одним из самых счастливых проведённых в особняке Учих.
Даже засыпал мальчик в приподнятом настроении, наблюдая за тем, как сидящий к нему спиной Саске шелестел бумагами на столе и что-то устало печатал на ноутбуке.

Следующее утро для Нару началось с неожиданной приятности. Его разбудил Саске, не так, как Узумаки будил его самого, но даже как-то нежно.
На самом деле Учиха младший просто не знал, как разбудить мирно спящего супруга. Родители и Итачи всегда вставали сами, и как бы Саске не старался в детстве проснуться раньше брата, у него не получалось. И сейчас брюнет был в замешательстве. Будильник Узумаки проигнорировал, а использовать неприятные способы побудки не хотелось, так же как и вообще вредить этому ребёнку. Не позволяла непонятно откуда взявшаяся совесть. Поэтому Саске не придумал ничего лучше, чем зарыться рукой в блондинистую шевелюру, ероша непослушные волосы, так его самого когда-то будила мама. Золотистые прядки, в которых путалось утреннее солнце, были неожиданно мягкими и приятно скользили меж пальцев. Наруто забавно посапывал, и Саске казалось, что он гладит огромного кота. Это успокаивало и расслабляло. Парень настолько увлёкся своим занятием, что даже не сразу заметил, как Нару уже открыл глаза и с любопытством смотрел на него.
А заметив, быстро убрал руку, и, сказав, что пора вставать, покинул комнату.
Наруто же после такого пробуждения улыбался как безумный, а в груди жгло глупое желание просыпаться так каждое утро.

Школа снова встретила мальчика враждебными взглядами, а к толчкам в спину прибавились ещё и шепотки за спиной. Сакура и Ино всё так же преследовали Наруто, оставив его только на время большой перемены. Видимо, это время они посвятили своему кумиру. Теперь слухи добрались и до друзей. Шикамару был всё так же безупречно ленив и будто бы не заинтересован. Кибу же так и подмывало что-то спросить, но он держался, за что Наруто был ему очень благодарен.
Несмотря на всё это, в открытую к блондину никто пока не приставал. Им не хватало подтверждения этих слухов. Одной маленькой детальки, чтобы пазл сложился.

И вновь клубная комната. В этот раз Киба не мог сидеть спокойно. Он дёргался сам и приставал к людям по пустякам. На языке вертелся вопрос, жёг язык и нёбо, так и норовя сорваться. Но парень понимал, что если и спрашивать, то не здесь и не сейчас. Слишком много лишних ушей, слишком сильна журналистская жилка в этих людях, любой, даже самый маленький намёк даст им повод для статьи. А потому Инудзука безостановочно что-то говорил и спрашивал, лишь бы всем этим речевым потоком заглушить тот самый вопрос.
- Нет, Узумаки, так не пойдёт! Ты и так слишком давно с нами не гулял. Поэтому в эти выходные ты точно идёшь, и отказ не принимается.
- Но я не могу, я...
- Эй, Шика, не спи, мы тут планы на выходные обсуждаем!
- Киба, просто помолчи, ты слишком проблематичный.
- Ребят, а давайте сходим в ту новую забегаловку на углу. Наруто, ты мне, кстати, всё ещё должен обед.
- Да, помню я, помн...
- Кстати, Наруто, с каких пор ты носишь кольца? Хочешь, магазин подскажу с прикольными рокерскими штучками, - Киба даже побряцал собственными аксессуарами для убедительности, но его уже никто не слушал.

Сакура и Ино аж подскочили, а глаза у них зажглись, будто у ищеек, взявших след. Подруги никогда не смотрели на обновки Наруто или других простых парней, зато всё, что касалось Саске, они знали наизусть. Без внимания не осталось и новое кольцо из белого золота один в один как то, которое сейчас красовалось на пальце Наруто.
Из этой ситуации Узумаки спас вовремя раздавшийся телефонный звонок.
Однако изменить уже было ничего нельзя. Деталь найдена, картинка сложилась.
На следующее утро вся школа знала свежую новость: Узумаки Наруто - гей, которому удалось окрутить «принца школы» Учиху Саске.