«Ни что не сломает её»

Глава 4.

We Are Not Friends, Nextime — Save the World

Лина шла по узкой тропинке между домов, каждый шаг эхом отдавался в голове. Закат окрасил край горизонта в багряные тона — тот же цвет, что напоминал ей о ночах в Раккун-сити. В ушах всё ещё звенели выстрелы и хруст черепицы, а перед глазами стоял Леон, ускользающий прочь к воротам.
План был чётким: узнать больше о Лос Иллюминадос и «Плаге», найти янтарь, потом проследить за Адой и взять её, когда придёт время.
«Не стоит спешить — нужно тянуть нить, пока не покажутся те, кто стоит за всем этим».
Но мысли о Леоне возвращались, разрушая концентрацию. Мужчина ушёл, так и не заподозрив её. С каждым его шагом вдаль в груди разрасталась пустота.
«Он искал Эшли. Думал, что мы на одной стороне», — повторяла она про себя, и эти слова звучали как обвинение.
Лина помнила, как он смотрел на неё, предлагал помощь — без недоверия, с искренней заботой. В Раккуне, когда она была на грани, он не отвернулся от неё. И теперь она знала: обманула его не словами, а молчанием и своим уходом.
Можно было бы оправдаться — миссия, долг, необходимость. Но эти оправдания звучали фальшиво. Под холодной стратегией пряталась старая боль: Раккун научил её выживать, но не жить с тем, что осталось после.
Пальцы сжали рукоять пистолета — привычный жест, когда эмоции брали верх.
Разговор с Адой затянулся. Вонг умела говорить так, что время ускользало. Каждая минута, проведённая с ней, стоила Лине шанса уйти вместе с Леоном.
«Ты могла сказать ему правду. Хотя бы часть», — мысленно упрекала себя девушка.
Воспоминания о Раккун-сити вспыхнули в памяти: сирены, дым, крики. Тогда она выбрала выжить любой ценой. Сейчас снова приходилось выбирать, но на этот раз цена была личной.
Лина знала, что её решения не пройдут бесследно. Но останавливаться она не могла. Иногда выживание действительно требует компромиссов.

30 сентября, 6 лет назад, Раккун-сити.

Лина снова оказалась в канализации. Другого пути просто не было. Она осторожно огляделась, напряжённо вдыхая сырой воздух. Не было ни Леона, ни того чудовища, что она видела раньше. В душе нарастало беспокойство.
— Господи, надеюсь, он живой, — прошептала Лина.
Поднявшись по лестнице, девушка оказалась в аппаратной. Она заметила, что рычаг уже был переключён, кто-то здесь явно побывал до неё. Пройдя дальше, Лина оказалась на мостике, а затем в очередной комнате. Там она осторожно начала подниматься по лестнице. Сверху оказался люк. Девушка подняла свою голову, осмотрелась, продолжая оставаться на лестнице. Первое, что она увидела — это парень в полицейской форме.

«Леон?! Он выжил!» — мелькнуло в голове.
С трудом оглядевшись, так как ей мешал капюшон, она поняла, что находится на парковке. Леон не мог открыть ворота, и она услышала, как он сказал о том, что ему нужна ключ-карта.
Внезапно в тишине раздалось рычание. Лина растерянно повернулась и прошептала:
— Что за фигня?
Собака со сверхъестественной скоростью двинулась в сторону Леона. Он не успел выстрелить, бешенное животное накинулось, сбивая с ног. Пистолет отлетел в сторону.
— Да ладно?!

Лина тихо выругалась, видя, как всё выходило из-под контроля. Она начала карабкаться по лестнице, чтобы помочь Леону, но её опередил кто-то другой. Женщина, выстрелившая в собаку, прервала момент опасности. Лина немного приподняла голову, чтобы всё рассмотреть.
— Кто это? — спросил Леон, также пытаясь разглядеть стрелявшую.
— Будь настороже, — коротко ответила она, явно намекая на собаку, которая не была до конца мертва.
Леон схватил пистолет и выстрелил.
Женщина в тёмных очках начала медленно подходить к Леону, нацелив оружие прямо на него. Он, в свою очередь, не растерялся и тоже наставил на неё пистолет.

— Опусти оружие, — сказала она спокойно, показывая документ. — ФБР.
— Прошу прощения. Спасибо...
Незнакомка снова выстрелила в собаку, которая через несколько секунд наконец-то замерла.
— За помощь.
Женщина опустила пистолет и взглядом указала Леону на дверь.
— Не думала, что вы заберётесь так далеко, — сказала она, уходя.
Леон не отступал и продолжал расспрашивать её:
— ФБР, значит? И что тут происходит?
— Не могу сказать. Информация засекречена.
Они пошли в другую сторону, и Лина, оставшись в тени, незаметно вылезла из люка и скрылась за машиной. Её разум был в состоянии повышенной готовности, но тревога не покидала её.
Незнакомка в пальто повернулась и сказала с явной угрозой:
— Сделайте себе одолжение: перестаньте задавать вопросы и убирайтесь отсюда.
Женщина ушла, оставив Леона и Лину с вопросами, которые не поддавались их логике. Девушка, охваченная недобрым предчувствием, вышла из своего укрытия.
— Эй, я с тобой ещё не закончил! — Леон окликнул незнакомку.

Но женщина уже исчезла, и Лина, уверенная, что она что-то скрывает, решила не останавливаться. Когда Кеннеди ушёл через одну из дверей, она пошла в том направлении, куда ушла та женщина в пальто.
Лина не знала, что ожидать, но её чутьё подсказывало: ей нужно было идти за ней и узнать больше. Что стоит за её словами? И что она на самом деле скрывает от всех?

Настоящее время.

Лина пробежала по разрушенной улице, сердце всё ещё колотилось от адреналина. Девушка не понимала, что именно двигало ею, но в глубине души чувствовала, что должна что-то сказать Леону. Вся эта ложь, молчание, её скрытность. Если он узнает о её обмане, если поймёт, что Лина не сказала ему правды, что тогда будет? Они потеряют доверие друг к другу. Девушка пыталась подавить тревожные мысли, но они настойчиво возвращались.

Раздался взрыв. Лина, не раздумывая, прибавила шаг.
Пробираясь через развалины, она быстро оказалась возле святилища. Жителей не было.
— Похоже, Леон расчистил путь, — тихо проговорила она, входя внутрь.

Там было темно, только слабый свет свечей мерцал по углам, создавая атмосферу тревоги. В комнате царил полумрак и тишина, нарушаемая лёгким шорохом, который исходил от передвижений девушки. На стене висел портрет незнакомого человека. И человека ли? Лицо было скрыто под тёмным капюшоном, его контуры были еле различимы в приглушённом свете, который исходил лишь от свеч. В его фигуре, в том, как она была изображена, в её стойкости и уверенности чувствовалась почти мистическая сила.

— Наверняка он какой-то важный шишка в этом культе.
На груди незнакомца был изображён странный символ. Лина несколько секунд стояла перед портретом. Он, кажется, имел особое значение для этого места.
Девушка прошла в другую часть святилища, где стоял стол, заваленный культовыми книгами. Подойдя ближе, она окинула взглядом страницы, испещренные странными писаниями.

На столе впереди можно было увидеть огромное количество черепов. Лина была не в восторге от происходящего.

Выйдя из этого жуткого помещения, девушка услышала зазывания торговца.
— Приятно снова видеть вас, мисс незнакомка, — сказал он с лёгкой улыбкой, пока Лина шла в его сторону.
Он всегда появлялся в самых неожиданных местах. Лина кивнула, заинтересованно осматривая его товар. Но её мысли были заняты тем, что она только что увидела и прочитала. Кто был тот человек на картине?

Steve Jablonsky — Hold the Line

Лина отошла от торговца. Она едва успела сделать несколько шагов по вымощенной камнем дорожке, как услышала низкое рычание. Девушка осторожно достала фонарик и шагнула ближе к воротам у обвалившейся стены.
— Похоже, у меня гости, — пробормотала она.
В тот же миг за воротами что-то ударилось о металл. Громко, с лязгом, как будто туда бросили целую тушу. Лина резко отпрянула назад, когда ворота выгнулись наружу, а затем сорвались с петель.
Из темноты появилась огромная тварь. Она была размером почти с лошадь и передвигалась рывками. Глаза существа были белыми, без зрачков. На шее виднелся ошейник, вросший в плоть, из-под которого сочилась густая чёрная кровь.

— Ты... явно не тот, кому я хотела помочь, — произнесла Лина.
Монстр издал глухой рёв, низкий, вибрирующий, будто пробудилось нечто древнее. Тварь взревела снова и с невероятной скоростью метнулась вперёд.
Каменные обломки разлетелись. Девушка перекатилась в сторону и схватила гранату.
— Посмотрим.
Она метнула гранату прямо в раскрытую пасть. Взрыв ослепил, и монстр, издав оглушительный вой, отступил, ударяясь боком о колонну. Паразит, скрытый под его кожей, взорвался кусками плоти и крови, но зверь не пал.
Из разорванного бока вырвалось нечто похожее на огромное щупальце, усыпанное когтями. Оно метнулось в сторону Лины, зацепив её по плечу и швырнув на землю. Девушка перекатилась, стиснув зубы от боли, и поднялась на колено.
— Отлично... ещё и тентакли. Обожаю эту работу.
Она выстрелила, пули вонзились в плоть, пронзая паразита, скрытого под кожей. Тварь взвыла, тело начало пульсировать, словно внутри что-то пыталось вырваться.
Зверь стал быстрее и непредсказуемее. Он прыгал по стенам, обрушивая на землю доски и камни и оставляя за собой глубокие следы когтей. В какой-то момент он бросился прямо на Лину, сбив её с ног. Девушка схватила свой нож и вонзила его в грудь монстра.
Он захрипел и отшатнулся, сбивая очередную колонну.
Лина поднялась, тяжело дыша.
— Ну давай, покажи, что ещё можешь.
Монстр, спотыкаясь, бросился на неё снова, но она метнулась к древнему алтарю у стены, на котором горели жертвенные чаши с маслом. Девушка пинком сбила одну из чаш, и горящее масло разлилось по полу. Когда чудовище пронеслось мимо, она ударила и по факелу, и огонь вспыхнул, охватив зверя.
Пламя быстро перекинулось на паразита на его спине. Монстр издал нечеловеческий вопль, тело содрогнулось, а плоть начала плавиться, осыпая всё вокруг чёрной, дымящейся массой.
Когда всё стихло, от зверя осталась только обугленная туша. Лина опустила оружие и вытерла лоб.
— Слава богу, ты не завёл друзей, — произнесла она воодушевлённо.
Девушка присела, осмотрела тело и заметила на ошейнике выцветшую табличку.
«Guardia del Santuario» — (Хранитель святилища)

***

Лина увидела церковь. А затем вдалеке... Леона. Похоже, он пытался попасть в здание. Девушка тихо подбежала и спряталась за забор, услышав, как Леон связывался с координатором.
— Гнездо, это Кондор-1. Церковь заперта.
— А Орлёнок?
— Орлёнка пока не нашёл. Но они тут всё полностью перекрыли.
— Ясно. Думаю, причина может быть только одна.
— Да, она здесь, я уверен. Я проберусь туда. Кондор-1 конец связи.

Chase Atlantic — Church

Лина резко выскочила из-за поворота, почти теряя равновесие.
— Леон!
Голос вышел сорванным, резким.
Кеннеди повернулся так быстро, словно ожидал увидеть врага. Но, увидев её, замер. В глазах промелькнуло что-то вроде облегчения... и тут же исчезло.

— Прости... я не дождалась тебя. На меня бросилась какая-то бешеная псина... пришлось немного...
Девушка остановилась, махнула рукой.
— Короче. Я еле тебя нашла.
«А перед этим ещё и Вонг появилась...»
Леон ничего не ответил. Его взгляд скользнул по ней. Не оценивающе — проверяюще.
— Ты в порядке? — спросила она первой.
Мужчина будто проверял, не врёт ли Лина. Не словами, взглядом.
— Всё нормально, — наконец сказал он. — Только больше так не делай.
Она попыталась вернуть разговор в привычное русло:
— Нам в церковь?
Леон замолчал, будто что-то решая внутри себя. Потом его тон изменился.
— Новый план. Такой, где ты не убегаешь от меня без предупреждения.
Лина моргнула, почувствовав, как в животе что-то сжалось.
— Что?
— Ты слышала.
Слова прозвучали не грубо, но слишком честно. Он подошел ближе.
— Ты исчезаешь. Каждый раз, — сказал Леон тихо, констатируя факт.
Она вздрогнула, не ожидая такой прямоты.
— Леон... я просто...
— Я знаю, — перебил Кеннеди неожиданно мягко. — Я не виню тебя. Но ты бросаешься в опасность, будто тебе всё равно, что с тобой будет. Я не обязываю тебя следовать за мной... Но если ты идёшь со мной, — он посмотрел ей прямо в глаза, не моргая, — не заставляй меня гадать, где ты. Этого достаточно.
— Я могу о себе позаботиться, — выдавила девушка.
— В этом я не сомневаюсь.
Он сказал это ровно, уверенно, и было понятно, что это правда, а не пустые слова.
Но затем добавил:
— Это не избавляет меня от беспокойства. Если б ты видела себя со стороны, ты бы поняла, почему я на нервах.
На секунду его взгляд задержался на её губах, совсем ненадолго.
Лина выдохнула, словно пытаясь избавиться от кома в груди.
— Может, я просто безрассудная, — сказала девушка, смирившись.
— Если бы ты действительно была просто безрассудной, я бы не стоял здесь и не пытался достучаться до тебя.
Она усмехнулась, коротко, устало.
— Да уж. Два уникальных «Л». Отличная комбинация.
— Кто-то же должен компенсировать твою безумную сторону.
Лина прошла мимо него. И в этот момент её пальцы едва коснулись его кисти. Повернувшись к нему вполоборота, она произнесла:
— Смело. Ты точно знаешь, куда влез?
Леон чуть усмехнулся, не отводя взгляда.
— Уже начинаю разбираться.
— Сомневаюсь, — она склонила голову, изучая его, почти невзначай, скользнув взглядом по его руке.
Кеннеди коротко хмыкнул.
— Тогда тебе не повезло. Я не из тех, кто отступает.
— Знаю.
Лина сделала пару шагов вперёд, но Леон не шелохнулся. Лишь проводил её взглядом, внимательным и слишком изучающим. Она кожей ощутила этот взгляд, как холодное прикосновение прямо между лопаток. Сердце куда-то сместилось.
«Только бы он ничего не понял. Нет. Не сейчас».
Девушка остановилась совсем рядом с церковью. Воздух был холодным, влажным, в противоположность тому, что происходило внутри неё.
Леон подошёл к ней, но медленно, словно давал ей время передумать.
Его присутствие было тихим, но давящим, как едва слышная музыка, которая проникает в самое сердце.
— Странно, — сказал он наконец, без привычной резкости. — Я думал, тебе не понравится идея заходить в церковь.
Лина хмыкнула, но её голос прозвучал мягче, чем хотелось бы.
— Почему? Думаешь, я расплавлюсь у входа?
— Не знаю, — он наклонил голову, изучая её профиль. — Может, у тебя есть пару грехов, которые стоит наконец признать.
Она резко повернула голову. Их взгляды столкнулись.
— Какие ещё грехи? — спросила она, стараясь скрыть дрожь от той близости, которую сама же и создавала.
Леон чуть приподнял бровь.
— Ты скажи.
Лина почувствовала, как что-то внутри сжалось.
На секунду показалось, что он слишком близко подошёл к правде.
«Он знает? Нет. Но чувствует».
Девушка с кривой, но решительной улыбкой произнесла:
— Если я начну исповедоваться, мы здесь надолго застрянем.
— Я не спешу, — тихо сказал Кеннеди.
Его голос был ровным, но что-то в нём дрогнуло. Неуверенность? Забота? Опасение?
Она не могла разобраться. И это раздражало. И тянуло.
Леон находился слишком близко. Между ними возникло напряжение, которое заполняло пространство, словно густая паутина. Никто не решался заговорить, чтобы не нарушить эту тишину.
Лина попыталась отступить назад, но Леон, заметив её движение, осторожно шагнул вперёд.
Она замерла.
— Что ты хочешь там услышать? — спросила девушка, тихо, почти шёпотом.
Леон смотрел на неё, не отводя взгляда, словно хотел проникнуть в её мысли.
— Всё, что ты захочешь сказать, — ответил он. — Тебе решать.
«Тебе решать... Легко сказать».
Лина ощутила, как в горле скапливается ком. Она посмотрела в сторону, на стёкла витражей.
— Ты говоришь так, будто я... что-то скрываю.
«И так... будто догадываешься об этом...»
— Каждый что-то скрывает, —  ответил он.
Слишком спокойно и уверенно. И слишком... близко к правде.
— А ты? У тебя тоже есть... свои «исповеди»?
Он усмехнулся.
— Поверь, список длиннее, чем у большинства.
И Лине вдруг захотелось сказать:
«Я знаю».
Но губы не разомкнулись. Её собственная тайна стояла между ними стеной.
Леон слегка наклонился вперёд — не для поцелуя, а просто чтобы оказаться ближе к ней. Его голос приобрёл почти бархатистую мягкость:
— Но если когда-нибудь захочешь рассказать... я выслушаю.
Её дыхание сбилось.
«Он предлагает доверие. А я не могу его принять. Хотя хочу».
— Это плохая идея, — тихо сказала девушка.

***

Sickick — Mind Games

Помещение рядом с церковью, в которое они вошли, пахло сыростью и старым деревом.
На столе лежала фотография, на ней: связанная девушка, испуганная, беспомощная, возможно, без сознания. На ней были оранжевый пиджак и зелёные клетчатые шорты — яркие цвета, чуждые этому месту.
Это была Эшли Грэм — пропавшая дочь президента Грэма.

Леон остановился. Его взгляд медленно прошелся по снимку. Он не произнес ни слова, но его челюсть напряглась.
Кеннеди внимательно осматривал это место, надеясь найти дополнительные улики.
Лина осознала, что Луис не солгал, когда сказал, где видел Эшли. У неё накопилось множество вопросов к нему.
На другой стене висела карта, на ней было написано, что ключ от церкви находится в пещере на другом берегу озера. Почерк был неровным, торопливым.

Леон склонился над картой. Он медленно провёл пальцем по отмеченному маршруту, от церкви к озеру. Чем дольше он вглядывался, тем глубже становилась морщина у него на лбу.
Это было не просто «найти ключ».
Это — пересечь озеро, пройти в пещеры, миновать неизвестное «чудовище», о котором также было сказано на карте. И всё ради одной зацепки.
Девушка внимательно следила за ним, положив руку на стол. Фотография не давала ей покоя — связанная Эшли, брошенная в темноте и грязи.

«Мне нужно найти Луиса, чтобы узнать больше информации о Плаге».
— Леон, откуда ты вообще знаешь, что Эшли в церкви?
«Нужно спросить для приличия».
— Луис. Нас с этим подонком связали цепями, а он потом просто свалил.
Она слегка наклонила голову.
— Ты ему вообще веришь?
Его взгляд на мгновение стал размытым.
— Не то чтобы верю. Но чувствую... Его втянули.
Лина предложила осторожно:
— Если хочешь, я могу найти Луиса.
Леон медленно поднял глаза и долго смотрел на неё. В его взгляде можно было заметить волнение и какое-то внутреннее сопротивление.
— Ты уверена? — спросил он тихо.
Девушка пожала плечами.
— Он подозрительный. И если его кто-то использует, он может сорваться в любой момент.
Кеннеди снова посмотрел на карту, будто пытаясь прикинуть, как далеко она уйдёт. Как быстро он сможет прийти, если что-то случится. И только потом сказал:
— Если ты считаешь, что сможешь найти его... хорошо. Но, Лина...
Леон сделал паузу. Не потому, что сомневался, а чтобы подобрать слова, которые не прозвучат как проявление слабости.
— Будь осторожна. Здесь... слишком много того, чего мы ещё не понимаем.
Лина едва заметно улыбнулась, слегка приподняв уголки губ.
— Не переживай, Леон. Я справлюсь.
— Уверен. Просто... если что-то пойдёт не так — зови. Найду способ.
— На другом берегу озера? — уточнила девушка, поднимая бровь.
— На другом берегу озера, — повторил он. — Это ничего не меняет.
Его уверенность произвела на неё большее впечатление, чем она ожидала. Лина отвела взгляд, взяла пистолет, ловко перезарядив. Металл издал глухой, но отчётливый щелчок.
— Леон, ты сам мне ничего не сказал... На кого ты работаешь? Как ты сюда попал? Почему ты спасаешь Эшли?
Лина всё это знала, но ей нужно было, чтобы Леон рассказал это сам.
— Я здесь по приказу президента. Эшли — его дочь. И я здесь, чтобы спасти её и доставить домой. Разведка направила меня в сельскую местность Испании, то есть сюда.
Леон с нетерпением ждал её реакции. Лина старалась изо всех сил изобразить удивление.
— Она дочь президента?.. Ладно. Нет времени на это. Нужно перейти к делу. Я ищу Луиса, ты ключи от церкви.
Мужчина кивнул.
— Озеро... Надеюсь, больше сюрпризов не будет.
Леон и Лина спрыгнули через люк, который был в этой комнате. Он вёл в небольшую пещерку, через которую можно было выбраться наружу. Мужчина тихо сказал:
— Береги себя.
— Ты тоже.
Леон сделал шаг назад, но его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем следовало.
Оба развернулись и пошли в разные стороны.

Час спустя

Лина осматривала одну улицу за другой, сворачивая туда, где ещё можно было пройти.
— Гениально. Искать Луиса, не имея ни малейшего понятия, где он вообще может быть.
За последний час она почти не останавливалась. Жители нападали из ниоткуда. К ним добавились псы: быстрые, дёрганые. Приходилось отбиваться на ходу, не давая себе ни секунды передышки.
Постепенно запасы боеприпасов стали иссякать. Из некогда обширного арсенала осталась только одна граната.

Где-то впереди скрипнула дверь. Лина замерла, прислушиваясь. Она сделала шаг, и в ту же секунду что-то ударилось о землю рядом. В воздух поднялось облако пыли.
Лина резко обернулась, но было уже поздно.
Горло обожгло. Воздух стал густым, тяжёлым. Она закашлялась, пытаясь вдохнуть, но каждый новый вдох лишь усиливал боль в груди.
— Чёрт…
Девушка попятилась, вслепую вытягивая руку, пытаясь нащупать опору. Перед глазами поплыло. Очертания домов расплывались, будто их размазывали по стеклу.
Кашель вырвался снова, сильнее. Лина прикрыла рот ладонью. Ничего не помогало, дышать становилось всё труднее.
Она сделала ещё шаг и споткнулась, едва удержавшись на ногах.
Где-то рядом мелькнула тень, затем ещё одна.
Лина попыталась поднять оружие, но рука не слушалась. Пальцы ослабли. Колени подогнулись, и она опустилась вниз, уже не чувствуя, как касается земли.
Последнее, что она услышала, были чьи-то тихие шаги, приближающиеся к ней.

Steve Jablonsky — Simulation Compact

Некоторое время спустя.

Сознание Лины всплыло со дна медленно, будто её тянули сквозь холодную, густую воду.
Сначала был только шум в ушах. Потом — гулкое дыхание. Чужие голоса. Скрежет ткани. Кап... кап... кап — звук чего-то капающего где-то рядом.
Она открыла глаза.
Сначала всё казалось расплывчатым. Затем очертания стали проявляться — тёмная пещера, каменные стены. Запах, который был повсюду: старой золы, сырости, плесени... и крови.
Свечи, расставленные на грубых железных держателях, бросали жёлтые всполохи. Тонкие клубы дыма поднимались к потолку, растворяясь в пустоте.

Лина попыталась вдохнуть и только тогда осознала, что связана. Грубая верёвка обжигала её запястья, а в позвоночнике пульсировала острая боль.
«Где я?... Что это за место?.. Кто меня...?».
Она дёрнулась, проверяя диапазон движения. Узлы были крепкими. Однако паники не было, лишь вспыхнул привычный гнев.
— Твою мать... — хрипло выдохнула она.
Голоса усилились. Низкие, монотонные, сотканные из какого-то наречия. Их бубнёж сводил с ума.
«Ладно... Дыши... Сосредоточься...»
Лина подняла глаза. Перед ней, в центре пещеры, возвышался каменный алтарь. На нём — раненная женщина, связанная, рот был заклеен тряпкой. Кожа бледная, как фарфор. Её удерживали две фигуры в капюшонах.
От этой картины Лину словно ударило в грудь от мгновенной, как вспышка, злости.
— Эй! — голос прорвался сквозь стиснутые зубы. — Эй, ублюдки! Не трогайте её!
Она яростно рванулась вперёд, чувствуя, как верёвка режет кожу. Попыталась дотянуться до спрятанного ножа.
«Почти... Ещё чуть-чуть... Наконец-то!»
Руки освободились от верёвки.

И в этот миг палач — высокая фигура в капюшоне, поднял оружие. Топор опустился с тяжёлым, влажным звуком. Тело женщины дёрнулось и обмякло.
Алтарь окрасился красным, кровь хлынула по выемкам в камне, будто эти канавки были вырезаны именно для этого.
— Нееет! — из груди вырвался крик, словно вой раненого зверя.
Культисты на неё бросились почти сразу, как будто этот вопль был их сигналом.

Грубые руки вцепились в её плечи, затылок, локти. Она вырывалась, но новые пальцы вдавливались в кожу с ещё большей силой.
На мгновение всё вокруг будто погрузилось в вязкое молчание.
Только кровь капала с алтаря — ровно, размеренно.

Кто-то появился из темноты. Его плотная фиолетовая мантия медленно скользила по земле. Его лицо, как у ссохшейся статуи, было невозмутимое и холодное.
Он смотрел на Лину сверху вниз, но не со злобой, а с любопытством, словно на насекомое, которое пока что представляет интерес.
— Жертвенный агнец... Мы отдаем тебе наше самое святое тело.
Он поднял посох. Тело Лины на мгновение охватила дрожь. Паразит на кончике посоха шевельнулся.
«Чёрт... вот она... Плага...»
— Я Осмунд Сэдлер, дитя...
«Это же тот урод с портрета».
Его палец коснулся её плеча.
Что-то в этом прикосновении было хуже удара.
«Если он коснётся меня ещё раз — я оторву ему руку».
— Не прикасайся ко мне, тварь, — злобно произнесла Лина.
Сэдлер слегка наклонил голову, словно её сопротивление ничего бы не изменило.
— У тебя нет выбора. Ты примешь Лас Плагас. Ты станешь частью... совершенства. Искуси... Мрак!
— Хер тебе, — тихо произнесла Лина, её мышцы напряглись, готовые к действию.

Всё произошло за секунду. Она ударила его стволом револьвера под рёбра, ровно в то место, которое могло вывести из равновесия любого человека.
Разворот. Выстрел в упор. Звук оглушил пещеру. Культисты закричали. Лина рухнула на бок, перекатилась, выхватывая второй ствол.
Один выстрел — голова культиста разлетелась.
Второй — в грудь другого.
Третий — в лицо приближающейся твари.
Девушка действовала быстро, машинально.
«Выход... где выход?!»
Из бокового прохода рванули новые фигуры. Она сорвала нож с голени — бросок — лезвие вошло под подбородок культиста. Второй бросился на неё, Лина кувырком ушла из-под удара, почувствовав, как воздух свистнул у уха, и выстрелила из положения лёжа. Сэдлер медленно двинулся вперёд. На мантии ни капли крови.
«Чёрт. Не берёт. План 'Б'»
— Впечатляет, очень впечатляет. У тебя есть навыки солдата. Знаешь, как я называю такой талант?
— Мне насрать.
Лина схватила факел со стены и одновременно бросила и его, и гранату. Пламя взвилось, свет вспыхнул белым, слепящим, режущим.
Девушка рванула к выходу, чувствуя, как жар бьёт в спину.
Камни рассыпались, огонь охватил всё вокруг.
Сэдлер разъярённо крикнул, чтобы предупредить своих «людей», но было слишком поздно, они были все мертвы.

Anitta — Pantera

Вырвавшись из рук Сэдлера, Лина замедлила шаг и остановилась. В горле першило, а в висках всё ещё звучал его голос. Она сжала кулаки, пытаясь унять дрожь.
Тогда-то девушка и услышала шаги. Негромкие, ленивые. Создавалось впечатление, что человек не беспокоился о том, кто может его услышать, и не осознавал, насколько опасно это место.
Вышел мужчина, будто из другого мира. Коричневая кожаная куртка со старой вышивкой, светлая рубашка, аккуратная щетина. Он остановился сразу, но не от испуга, а скорее, оценивая ситуацию. Мужчина держал руки перед собой, чуть опустив ладонь с пистолетом. Взгляд был тёплым и внимательным. Его спокойствие казалось слишком безмятежным для этого места.

Лина без колебаний вскинула оружие. Он медленно выдохнул, нахмурив брови. В его взгляде промелькнуло что-то почти одобрительное, но было трудно понять, было ли это восхищение или настороженность.
— Ты очень красивая, ты знаешь? — тихо сказал он с мягким, но не навязчивым акцентом. — Я Луис, кстати.
«Сам на меня вышел. Отлично».
Она крепче сжала оружие, целясь ему в лоб. Луис, казалось, был невозмутим. Уголок его губ приподнялся в лёгкой усмешке. Он сделал всего один шаг, медленный, но уверенный.
— Что непонятно? — гневно спросила она.
Луис остановился в полуметре. Он смотрел ей прямо в глаза, открыто, но без наглости, словно в поисках чего-то.
— Ты мне кого-то напоминаешь, — сказал мужчина.
— Кого?! — воскликнула Лина с нетерпением.
Мужчина медленно наклонился.
— Мою бывшую, — шепнул он с лёгкой хрипотцой. — Такие же красивые глаза... и такая же опасная.
Лина поджала губы, чувствуя раздражение. Но оно не было настолько сильным, чтобы помешать ей заметить, как Луис почти нежно скользнул взглядом по её лицу. В его взгляде не было ни хищности, ни оценивания.
— У меня нет времени на это дерьмо, — бросила она. — Нам не обязательно быть врагами.
На лице Луиса промелькнула едва уловимая тень облегчения.
— О? Приятно слышать, — он ухмыльнулся, чуть наклонив голову. — Тогда почему пистолет всё ещё смотрит мне в лицо?
— Чтобы ты не делал лишних движений.
Мужчина поднял руки над головой, проявляя необычайную покорность. Однако его пальцы были расслаблены, плечи опущены, а в глазах не было и тени страха. Это была лишь лёгкая игра — изящная, с пристальным вниманием к её реакциям.
— Но что, если я захочу сделать что-то... лишнее? — протянул он тихо, улыбаясь уголками губ.
Его спокойствие начинало раздражать. Поэтому Лина выстрелила в землю. Камни разлетелись, подняв облако пыли.
Луис вздрогнул, но его ухмылка не исчезла.
— Мой пистолет заряжен, — сказала девушка холодно.
Он кивнул, почти с уважением.
— Понял. Ты всегда такая сварливая? Или я просто застал тебя в неподходящий момент?
— Луис, что ты здесь делаешь? — сухо спросила она.
Луис медленно опустил руки и слегка наклонил голову, как будто признавая за ней право вести разговор.
— Длинная история, — начал он вполголоса. — Есть паразитарная инфекция. Ну, я думаю ты заметила, да? Дочь президента похитили, и кто-то должен ее вернуть. Всё не так просто, как кажется, всё человечество в опасности.
Лина резко спросила:
— Расскажи мне о «плаге».
— Это паразит. Умный. Древний, — он начал объяснять, слегка подняв руки и нервно улыбаясь. — Управляет людьми, как марионетками. Именно так ганадо передвигаются.
— Значит... эти твари — «ганадо»?
— Именно.
Её взгляд стал острее.
— Откуда ты всё это знаешь?
Луис пожал плечами, чуть криво улыбнувшись.
— У меня свои источники. А что насчёт тебя? Ты здесь тоже, чтобы найти дочь президента?
— Нет. Я не помощница Леона в этом деле.
— Леон? Это тот парень, которого я знаю. И он ищет девчонку. Так... — он задумчиво потёр подбородок, — кто ты, черт возьми?
Девушка сделала шаг вперёд — тяжёлый и уверенный. Ствол пистолета был все ещё направлен точно между его глаз.
— Лина, — она сделала паузу, прежде чем продолжить. — Ада Вонг. Откуда ты её знаешь?
Луис широко раскрыл глаза.
— Ты не теряешь времени... Ладно. Я должен принести ей янтарь в обмен на свое спасение.
— Так вот почему ты должен доставить ей янтарь. Чтобы она могла спасти тебя отсюда. Интересно.
Мужчина посмотрел на неё с любопытством.
— Если она получит янтарь — пострадают люди. Понимаешь?
Луис, кажется, заметил, что она встревожена, и попытался ее успокоить.
— Полегче, полегче. Не нужно волноваться... Янтарь у меня. Мне просто... нужно дать это Аде.
— Если ты отдашь ей янтарь, это может закончиться необратимо!
Луис смотрел на нее недоуменно какое-то время, прежде чем ответить:
— Так что? Я не должен отдавать его Аде?
— Да!
Он вдохнул. Плечи опустились.
— А как я выберусь отсюда?
— Я помогу. Вытащу тебя отсюда. Если ты не облажаешься.
Луис не ответил сразу. Он прищурился, изучая её.
— Вот как, — тихо протянул мужчина. — Сначала угрожаешь... Теперь спасаешь?
Он сделал шаг в сторону, не пытаясь убежать, а лишь желая изменить угол обзора.
— И с чего мне верить тебе больше, чем ей?
Лина уже собиралась резко ответить, но на секунду запнулась. Это разозлило её еще сильнее. Она чуть наклонила голову, не отпуская оружие.
— Не знаю.
Мужчина удивлённо поднял брови, явно ожидая другого ответа.
— Я не обещаю тебе спасение... Я сама еще не выбралась. Не знаю, кому ты там доверяешь, — Лина сделала паузу, опуская оружие, — но ты слишком спокойно стоишь под дулом пистолета. Значит, уже понял, что я не стреляю без причины.
— Вот теперь звучит честно, — он на секунду отвёл взгляд, что-то прикидывая, — но это всё еще не причина доверять тебе. — Ладно, — Луис хмыкнул, — сыграем по твоим правилам. Пока что.
— Итак, — девушка вернулась к делу, — нам нужно, чтобы Вонг отвлеклась. Сможешь это устроить?
— Por supuesto. Сделаю, — он усмехнулся. — И... Лина?
Она слегка кивнула, с уверенностью глядя ему в глаза.
— Ты странная. В хорошем смысле... — сказал Луис невозмутимо.
Лина фыркнула, отведя взгляд в сторону. Но мужчина заметил — уголок её губ всё же дрогнул.

Порывы ветра стали резче, дождь забил по земле. Лина начала уходить. Шум ветра заглушал почти всё, но не шаги Луиса, он догнал её быстро.
— Эй… Подожди, — его голос был едва слышен из-за ветра. — Куда ты идёшь? Аду искать?
— Луис, если у нас договор, это не значит, что тебе надо волочиться за мной.
— Но ты можешь заблудиться или... попасть в беду. Это место… — он оглянулся на деревья, качнувшиеся от порыва ветра. — Оно не любит одиночек.
Девушка остановилась, посмотрела на него. В её взгляде было раздражение, искреннее, сильное. Но она не отвернулась, не зашагала прочь, оставляя его без ответа.
— Я привыкла ходить одна.
— А я знаешь, не привык, — ответил Луис, быстро скользнув взглядом по ней, — отпускать красивых женщин блуждать в такой дыре, — продолжил он без фальши, серьёзно. — Так что… буду присматривать за тобой.
Лина хотела ответить, резко, колко. Но не успела — из леса послышались крики. Факелы вынырнули из темноты. За ними — силуэты. Слишком много.
Шутливый настрой Луиса вмиг исчез.
— Oi, no… — он шагнул ближе к Лине. — Бежим. Восток. Там есть дом. Vamos!
Они рванули. Дождь хлестал по лицу, одежда прилипала к телу, земля под ногами была скользкой. Сначала Лина бежала впереди, но затем мужчина её догнал, чтобы показать правильную дорогу.
Они забежали внутрь дома, захлопнув заднюю дверь. Внутри пахло сыростью и старыми досками. Лина стояла, наклонившись вперёд, руки чуть дрожали от избыточного адреналина, мокрые кудрявые пряди прилипли к щекам. Девушка посмотрела в окно, пытаясь сфокусироваться. И тогда она увидела знакомый силуэт.

Sydney Rose — We Hug Now

— Луис… это Леон!
Они выскочили наружу, мужчина выкрикнул:
— Эй! Сюда!
Лина подняла пистолет, выстрелила в приближающихся ганадо чётко, коротко, без эмоций.
Леон и незнакомая девушка  подбежали ближе. Кеннеди захлопнул ворота, и все четверо влетели в дом. Луис запер дверь. Леон положил руку на плечо блондинке, тяжело дыша.
По коже Лины стекали тяжёлые капли, пока она перезаряжала пистолет. Спокойно, уверенно, словно снаружи нет десятков врагов. Дочь президента, пытаясь отдышаться, подняла глаза именно в этот момент. В этом спокойствии было что-то, чего девушка не могла понять. И от этого боялась.
Леон поймал взгляд Лины. Он заметил, как её губы приобрели насыщенный цвет от холода и напряжения.
— Ты в порядке? — спросила она.
— Да. А ты?

— Нормально, — отрезала девушка, отвернувшись, ведь ощутила на себе чужой взгляд.
«Эшли».
Та стояла рядом, прижимая к себе руки. Она смотрела на Лину не враждебно, но настороженно. Эшли сглотнула и спросила:
— Ты… ты солдат? Или охранник?
Лина уже слышала эти вопросы. Она слышала их сотни раз от людей, которым нужно объяснение, чтобы не бояться.
Лина всё ещё была в режиме боя, её мозг считывал звуки, шаги, расстояние ганадо до окон.
— Не твоё дело, поверь мне.
Эшли вздрогнула, она не ожидала такой прямоты, ведь привыкла к мягкости. Девушка сделала шаг назад.
— Прости… Я просто спросила. Просто… меня похитили. И я не понимаю, что происходит, — она сказала это искренне, просто, по-человечески.
Лина выпрямилась, и когда её взгляд быстро скользнул по Эшли, блондинка почувствовала себя так, будто её «оценили». Не как человека — как возможный фактор риска, и это ранило сильнее, чем, если бы Лина накричала. Грэм нахмурилась.
— Ты выглядишь такой… агрессивной.
Лина медленно закрыла глаза на долю секунды. Это не была злость, ведь она слышала это много раз после того, как научилась видеть угрозы там, где другие видели обычное. Её напряжение, её выживание людям казалось «жёсткостью».
Эшли не знала, что такое боевой стресс, не знала, что за человек стоит рядом с ней. Поэтому первое, что сорвалось с уст Лины:
— А ты выглядишь беспомощной.

Эшли раскрыла рот, словно ощутив удар по щеке. Она медленно отвела взгляд, и через секунду её плечи слегка дрогнули. Грэм пыталась держаться, но по всему телу разливались стыд, обида, желание исчезнуть. Она сжала ткань своего оранжевого пиджака пальцами, пытаясь подавить дрожь, и прикрыла рот рукой, чтобы не выдать звук, который вот-вот сорвался бы.
Лине это напомнило новобранцев, которые впервые попадали в реальный бой, у людей, которым страшно, но они не имеют права сказать, что страшно. И ей стало… неприятно.
Лина на секунду задержала на ней взгляд.
Слишком чистая. Не в смысле внешности — в смысле того, как она ещё пытается держаться за что-то нормальное.
«Она не для такого места».
Мысль мелькнула и сразу же была отброшена.
Эшли в этот момент видела другое: Леон стоял ближе к Лине. Он явно доверял ей, разговаривал с ней иначе, коротко, серьёзно, как с равной. Луис бросал на Лину взгляды так, словно в комнате больше никого не было. И Эшли вдруг почувствовала себя крошечной, бесполезной, неподходящей. А рядом стояла девушка, которая выглядела идеально приспособленной. Это жалило. Выйди Леон — Эшли бы заплакала. Но Леон был здесь, и она держалась.
«…Чёрт... лишнее. Опять».
Лина сжала зубы. Внутри поднималась старая, знакомая волна: блокируй всё лишнее, убирай шум, дави на слабые звенья, не давай себе замедляться!
«Она не враг».
Взгляд сам скользнул к Эшли — к сжатым пальцам, к попытке не расплакаться.
«И всё равно сказала».
«Беспомощная».
Слова неприятно резанули изнутри. Лину почти что передёрнуло от собственного голоса. Твёрдого, холодного. Слишком знакомого, слишком похожего на тот, что она когда-то ненавидела в других.
«Я слишком долго жила там, где мягкость убивает, и иногда забываю, что не все должны быть сделаны из металла».
Она отвернулась, переключая внимание на звуки снаружи.
«Не сейчас...
...Прости».

Лина видела дрожь её руки. Эшли видела холод в её глазах. И обе поняли одну неприятную вещь: они просто не подходят друг другу в этой реальности. У обеих сейчас рушится привычный мир — просто по-разному. И именно поэтому они ударили словами. Искренне, по-настоящему, но в неправильный момент.
Что-то грохнуло, и обе вскинулись одновременно. Но Лина — чтобы атаковать. А Эшли — чтобы спрятаться.

Леон прижал Луиса к стене рукой.
— Эй, это же твоя пропавшая сеньорита, — сказал испанец удивлённо, глядя на Эшли.
— У «сеньориты» есть имя — Эшли. А ты кто?
— Я Луис. Encantado, — ответил тот спокойно, подмигивая, а затем взгляд ускользнул к Лине.
Леон это заметил. Его челюсть напряглась. Он сильнее надавил Луису на грудь. Грэм посмотрела на девушку, ожидая пока она произнесёт своё имя.
— Лина.
— Класс. Все представились. А теперь… Кто ты такой и что ты здесь делаешь? — выпалил Кеннеди, ещё сильнее прижимая Луиса к стене. — Лина, — Леон обернулся в её сторону, — он сделал тебе что-то?

— Очень хорошие вопросы, но, к сожалению…
Луис указал на окно. За дверью стали слышны удары. Ганадо ломились внутрь.
— Лина, ты быстрее. Уведи её! — приказал Леон, перехватив пистолет. — Я прикрою.
— Сейчас! — Лина взяла Эшли за руку. — За мной.
Она потянула её за собой, одновременно бросая взгляд на окна и дверь.
— Луис! Шкаф!
— А раз так… Эй, помоги мне!
Мужчины подняли шкаф, открыв узкий проход.
Лина подтолкнула Эшли вперёд.
— Эшли, живо! Сюда!
Теперь она была в безопасном месте.

Лина встала посреди комнаты.  Пистолет в руке, холодный взгляд был направлен в окно. Мужчины обернулись. Она не двинулась с места.
— Они почти внутри.

— Я вижу, ты совсем не напугана, — сказал Луис воодушевлённо.
Лина шагнула ближе к окну, наклонилась между ними, отодвигая локтем испанца.
— Слишком уверенно для простого выжившего, — признался Кеннеди, ненавязчиво взглянув на неё.
— Привыкай, — ответила та напряжённо.
Ганадо прорвались. Луис тихо выдохнул, крепче сжимая пистолет.
— Ну ладно. Сыграем.