9.

Корабль специалистов плавно набирал высоту, оставляя позади розовое сияние Аморнии. Лира стояла у иллюминатора, провожая взглядом родную планету, которая постепенно превращалась в маленькую светящуюся точку среди бескрайнего космоса.

— Тяжело улетать? — тихо спросила Флора, подходя ближе.

— Немного, — честно призналась Лира.

— Но я знаю, что скоро вернусь. Теперь, когда у меня Энчантикс, я смогу прилетать чаще. И мама поправилась, и брат рядом... Всё будет хорошо.

— Конечно, будет, — улыбнулась Флора, обнимая подругу за плечи.

— Ты теперь наша официальная Винкс. А у Винкс всегда всё хорошо заканчивается.

— Если только это не начало новой истории, — хмыкнула Текна, не отрываясь от приборов.

— По статистике, за хорошим концом всегда следует новое приключение.

— Текна, не будь занудой, — отмахнулась Стелла, которая уже вовсю приводила себя в порядок после всех злоключений.

— Дай нам хоть минутку порадоваться.

В этот момент в каюту вошёл Скай. Вид у него был слегка смущённый, он мялся у входа, явно не решаясь начать разговор.

— Скай? — Блум подняла на него глаза.

— Что-то случилось?

— Э-э-э... — Скай почесал затылок.

— Вообще-то случилось. То есть не случилось, а предстоит. Я только что получил сообщение от отца.

— От короля Эраклеона? — переспросила Блум, и в её голосе послышалось напряжение. Она всегда немного нервничала, когда речь заходила о родителях Ская, особенно после всех сложностей с его воцарением.

— Да, — кивнул Скай.

— Он сообщил, что завтра в Эраклеоне состоится большой бал. Будут все короли и королевы Магикса. В том числе... король Радиус.

При этих словах Стелла подскочила на месте, едва не опрокинув баночку с кремом.

— Папа?! Он будет на балу? — в её глазах загорелась надежда.

— Это же отличная возможность! Лира, ты сможешь поговорить с ним! Снять проклятие!

— Смогу, — кивнула Лира.

— Если он, конечно, захочет слушать. Кассандра наверняка будет рядом.

— Ничего, — твёрдо сказала Блум.

— Мы пробьёмся. Вместе мы сила.

— Э-э-э... — снова подал голос Скай, и его смущение стало ещё заметнее.

— Там ещё кое-что.

— Что? — насторожилась Блум.

Скай глубоко вздохнул, набрался смелости и выпалил:

— На этом балу я представлю всем, что Блум — моя... подруга.

Тишина.

А потом Лира рассмеялась.

Не громко, не обидно — тихим, мелодичным смехом, от которого, казалось, даже воздух в каюте стал светлее. Но смех этот явно застал Ская врасплох.

— Что смешного? — нахмурился он, чувствуя себя неуютно под взглядами всех присутствующих.

Лира с трудом подавила смех, но искорки в её глазах продолжали танцевать.

— Простите, Ваше Высочество, — сказала она с лёгкой насмешкой, специально выделяя титул.

— Блум просто... «подруга»?

Она обвела взглядом Блум, которая густо покраснела, и Ская, который явно не понимал, в чём дело.

— Я что-то не припоминаю, — продолжила Лира, и в её голосе зазвучало неподдельное веселье, — чтобы с «подругами» вот так целовались. И обнимались. И смотрели друг на друга так, будто кроме вас двоих в мире никого не существует.

Блум стала пунцовой. Стелла уже откровенно хихикала, прикрывая рот ладошкой. Муза фыркнула, уткнувшись в плечо Лейлы. Даже Текна, обычно невозмутимая, прятала улыбку за очками.

— Лира! — воскликнула Блум, но в её голосе не было злости, только смущение и лёгкое возмущение.

— Что? — невинно похлопала ресницами Лира.

— Я просто констатирую факт. Ваше Высочество, — снова этот игривый поклон в сторону Скан, — «подруга» — это явно не то слово, которым стоит описывать ваши отношения. Может, «возлюбленная»? «Невеста»? «Половина сердца»?

— Лира-а-а! — простонала Блум, закрывая лицо руками.

Скай тоже покраснел, но в его глазах читалась благодарность. Лира сказала вслух то, о чём он сам думал, но боялся произнести.

— Она права, — вдруг подал голос Ривен из своего угла.

— «Подруга» — это для школьников. А вы — король и будущая королева. Называй вещи своими именами.

Все удивлённо уставились на Ривена. Он вообще редко вмешивался в разговоры, а уж тем более поддерживал кого-то в таких личных темах.

Муза посмотрела на него долгим взглядом, потом перевела глаза на Лиру и, кажется, что-то для себя поняла. Но ничего не сказала.

— Ладно, — сдался Скай, пряча улыбку.

— Я подумаю над формулировками. Главное, что вы все приглашены. Будет грандиозный бал, все короли и королевы, и мы сможем поговорить с Радиусом.

— Тогда нам нужно срочно в Алфею! — засуетилась Стелла.

— За платьями! Мы же оставили их там!

— И за масками для лица, — добавила она, уже доставая из сумки баночку с зелёной глиной.

— Кстати, пока летим, я успею сделать маску. Надо выглядеть безупречно, когда я увижу папу.

— Стелла, ты серьёзно? — поморщилась Муза.

— Сейчас?

— А когда? — искренне удивилась та.

— У нас есть время. Тимми, сколько лететь до Алфеи?

— Если ускориться, — Тимми уже колдовал над приборами, — минут двадцать.

— Отлично! — Стелла принялась наносить зелёную массу на лицо, не обращая внимания на удивлённые взгляды.

— Двадцать минут — вполне достаточно для лёгкого очищения.

— Ты выглядишь как болотная кикимора, — хмыкнул Брендон, но в его голосе слышалась только нежность.

— Зато потом буду как принцесса, — парировала Стелла, старательно размазывая глину по щекам.

Через двадцать минут корабль приземлился на посадочной площадке Алфеи. Винкс пулей вылетели наружу и помчались в свою комнату. Время поджимало — до бала оставалось всего несколько часов, а им ещё нужно было добраться до Эраклеона.

— Платья! Где моё золотое? — Стелла металась по комнате, разбрасывая вещи.

— Оно висело в шкафу, — напомнила Флора, аккуратно доставая своё зелёное.

— А, точно! — Стелла распахнула шкаф и извлекла то самое золотое платье, в котором была на балу в Солярии. К счастью, оно прекрасно восстановилось после всех приключений.

— Красота!

— Девочки, быстрее! — торопила Блум, натягивая своё синее.

— Нам ещё лететь!

— Успеем, — уверенно сказала Текна, укладывая свои приборы в сумку.

— Я рассчитала время.

— Ты всегда всё рассчитываешь, — улыбнулась Лейла, застёгивая молнию на своём ярко-синем платье.

— Потому что иначе мы бы везде опаздывали, — резонно заметила Текна.

Лира достала своё розовое платье — то самое, в котором была на балу в Солярии. Оно напомнило ей о том дне, о встрече с Кассандрой, о проклятии Стеллы. Сколько всего случилось с тех пор! А прошло всего ничего.

— Готова? — спросила Флора, застёгивая ей браслет.

— Готова, — кивнула Лира.

— Нервничаю только. Вдруг не получится снять проклятие с короля?

— Получится, — уверенно сказала Флора.

— Ты же справилась со Стеллой. Справишься и с Радиусом. Главное — верь в себя.

— Спасибо, — улыбнулась Лира.

Через пять минут все были готовы. Стелла, смывшая маску, сияла как новенькая. Её кожа действительно выглядела безупречно.

— Ну что, полетели? — спросила она.

— Полетели, — ответила Блум.

Когда Винкс вернулись на корабль, специалисты уже ждали их. Ривен сидел в своём обычном углу, но при появлении девушек поднял глаза. Его взгляд на мгновение задержался на Лире, но тут же скользнул дальше.

— Красивые, — коротко бросил Скай, оглядывая подруг.

— Короли и королевы будут в восторге.

— Надеюсь, — улыбнулась Блум, садясь рядом с ним.

Стелла плюхнулась на своё место и тут же достала пилочку для ногтей. Даже в полёте она должна была выглядеть идеально.

— Стелла, ты опять? — простонала Муза.

— А что? — не поняла та.

— Ногти должны быть в хорошей форме. Тем более я столько времени была жабой, надо навёрстывать.

Ривен, сидевший напротив, не выдержал и фыркнул.

— Я бы посмотрел на тебя, если бы ты проходил три дня в облике жабы, — огрызнулась Стелла, не прекращая пилить ноготь.

— Я бы не жаловался, — парировал Ривен.

— Просто взял бы и исправил ситуацию.

— Легко говорить, когда ты не был зелёным и склизким! — возмутилась Стелла.

— Ну, однажды я превращался в камень, — пожал плечами Ривен.

— Тоже ничего приятного.

— В камень? — удивилась Лира.

— Как это?

— Долгая история, — отмахнулся он.

— Связана с тёмной магией и проклятиями. Неважно.

Лира хотела расспросить подробнее, но заметила, как Муза напряглась при этом разговоре, и решила не продолжать.

Она отошла к иллюминатору и уселась на мягкое сиденье, глядя на проплывающие мимо звёзды. Космос всегда завораживал её. Бескрайний, таинственный, полный чудес и опасностей.

— Не против, если я присяду?

Лира обернулась. Рядом стояла Муза. Не дожидаясь ответа, она опустилась на соседнее сиденье и тоже уставилась в иллюминатор.

Несколько минут они молчали. Лира не знала, что сказать. После того взгляда на балу, после того, как Муза видела, что Ривен смотрит на неё... Лире было неловко. Очень.

— Я хотела поговорить, — наконец нарушила тишину Муза.

— О чём? — осторожно спросила Лира.

Муза вздохнула, собираясь с мыслями.

— Помнишь, на Аморнии, перед тем как всё началось, я сказала, что начинаю понимать?

— Помню.

— Так вот... — Муза помялась.

— Я действительно начинаю понимать. Про Ривена. Про нас с ним. И про... тебя.

Лира замерла. Сердце пропустило удар.

— Я не слепая, — продолжила Муза, глядя в одну точку на стекле.

— Я вижу, как он на тебя смотрит. И вижу, как ты отводишь взгляд, когда это замечаешь. И знаешь... я почему-то не злюсь.

— Не злишься? — удивилась Лира.

— Нет, — покачала головой Муза.

— Раньше бы я устроила скандал. Наговорила бы гадостей, накричала, может, даже заклинание бы кинула. Но сейчас... сейчас я смотрю на вас и вижу что-то другое.

— Что именно? — тихо спросила Лира.

— Нежность, — просто ответила Муза.

— Ты смотришь на него с нежностью. А он на тебя — с чем-то, чего у него никогда не было со мной. Со мной он всегда был на взводе, ревновал, злился. А рядом с тобой он... спокойнее. Мягче. Ты на него действуешь как успокоительное.

Лира покраснела.

— Муза, я никогда... я не хотела...

— Я знаю, — перебила Муза. — Ты не из тех, кто уводит парней. Ты слишком чистая для этого. И именно поэтому... — она замолчала, подбирая слова, — именно поэтому я, наверное, готова отпустить его.

— Что?! — Лира даже привстала от неожиданности.

— Муза, ты серьёзно? Вы же столько лет были вместе!

— И что? — горько усмехнулась Муза.

— Счастья это нам не принесло. Одни ссоры, обиды, недопонимание. Мы оба устали, Лира. Просто не хотели признавать. А теперь, глядя на вас... я понимаю, что он заслуживает счастья. И я заслуживаю.

Лира смотрела на подругу с болью и восхищением. Сколько нужно силы, чтобы сказать такое?

— Муза... — начала она.

— Всё нормально, — Муза вытерла непрошеную слезу.

— Я не говорю, что прямо сейчас бегу и благословляю вас. Но я хочу, чтобы ты знала: если что-то между вами будет — я не стану врагом. Я буду рада, если он станет счастлив. И ты.

Лира не знала, что ответить. Вместо слов она просто обняла Музу, прижимая к себе.

— Ты удивительная, — шепнула она.

— Сильная. Настоящая.

— Знаю, — фыркнула Муза, но в этом фырканье слышались слёзы.

— Ладно, хватит лирики. У нас ещё бал, и нам нужно быть в форме.

Они отстранились, улыбаясь друг другу. И в этой улыбке было обещание новой, более глубокой дружбы.

— Кстати, — вдруг сказала Муза, и в её глазах мелькнуло любопытство.

— А твой брат... Элиан... У него есть кто-нибудь?

Лира замерла, а потом расплылась в широкой улыбке.

— Понравился? — спросила она с хитринкой.

— Вот ещё! — Муза отвернулась, но Лира успела заметить, как покраснели её щёки.

— Просто спросила.

— Ну-ну, — Лира явно не поверила.

— Вообще-то у него никого нет. Он всё время проводит в тренировках и заботах о планете. Говорит, что ещё не встретил ту, ради которой стоит остановиться.

— А, — как можно безразличнее сказала Муза.

— Ну и ладно. Мне-то что.

— Конечно, тебе что, — согласилась Лира, пряча улыбку.

Они ещё немного посидели у иллюминатора, болтая о всякой ерунде. Муза расспрашивала Лиру о её детстве на Аморнии, о магии любви, о том, как она чувствует эмоции других. Лира рассказывала, и с каждым словом их дружба становилась крепче.

— Эраклеон через десять минут! — объявил Тимми из рубки.

— Всем приготовиться к посадке!

— Ох, — выдохнула Муза.

— Начинается.

— Не бойся, — улыбнулась Лира.

— Мы вместе.

— Вместе, — кивнула Муза.

Эраклеон встретил их величием и суровостью. Это была планета воинов — высокие башни из серого камня, крепостные стены, боевые арены. Но сегодня всё было украшено к балу — разноцветные флаги, светящиеся гирлянды, магические фонарики, парящие в воздухе.

Корабль приземлился прямо у ворот королевского замка. Их уже встречали — церемониймейстер в парадном мундире и несколько стражников.

— Добро пожаловать в Эраклеон, Ваши Высочества и почётные гости! — провозгласил церемониймейстер.

— Король Эрендор ждёт вас в тронном зале.

— Спасибо, — ответил Скай, выступая вперёд.

— Мы готовы.

— Только дай мне секунду, — Стелла достала маленькое зеркальце и критически оглядела себя.

— Так, волосы на месте, платье сидит идеально, макияж... Боже, я прекрасна.

— Скромность — твоё второе имя, — хмыкнул Брендон.

— Первое — Красота, второе — Скромность, — парировала Стелла.

— Идём.

Они вошли в замок. Внутри было не менее величественно — высокие сводчатые потолки, рыцарские доспехи вдоль стен, огромные гобелены с изображением битв и подвигов. Но сегодня к этой суровости добавилось праздничное убранство — цветы, ленты, сверкающие люстры.

— Ничего себе, — присвистнула Муза.

— А тут умеют устраивать балы.

— Это же Эраклеон, — пожал плечами Скай.

— Мы хоть и воины, но повеселиться тоже любим.

Они прошли в тронный зал, где уже собирались гости. Лира оглядывалась по сторонам, пытаясь найти знакомые лица. И нашла.

Король Радиус стоял у одного из окон в компании Кассандры и Химеры. Он выглядел всё таким же отстранённым, как в прошлый раз, а Кассандра буквально вцепилась в его руку, не отпуская ни на шаг.

— Папа, — выдохнула Стелла, и в её голосе смешались радость и боль.

— Спокойно, — Блум взяла её за руку.

— Мы подойдём позже. Когда будет подходящий момент.

— А пока — наслаждаемся балом, — добавила Флора.

— Лира, ты как?

— Нервничаю, — честно призналась Лира.

— Но справлюсь.

— Конечно, справишься, — Лейла ободряюще сжала её плечо.

— Ты же Винкс.

— Винкс, — улыбнулась Лира.

Музыка заиграла, и гости начали выходить в центр зала. Первый танец объявили в честь прибытия высоких гостей.

— Блум, — Скай протянул руку.

— Позволишь?

— С удовольствием, — улыбнулась она.

Они закружились в танце, и Лира смотрела на них с умилением. Такие разные и такие подходящие друг другу.

— Не хочешь потанцевать? — раздался голос за спиной.

Лира обернулась. Ривен. Он стоял рядом, протягивая руку, и в его глазах было что-то, от чего у неё перехватило дыхание.

— Я... — начала она.

— Давай, — настойчиво сказал он.

— Один танец. Ничего не значит.

«Ничего не значит», — повторила про себя Лира. Но почему-то сердце колотилось так, будто значило всё.

— Хорошо, — тихо ответила она, вкладывая свою ладонь в его.

Они вышли в круг танцующих, и Ривен положил руку ей на талию. Лира почувствовала, как жар разливается по телу от этого прикосновения. Они закружились в вальсе, и на несколько минут весь мир перестал существовать.

Муза смотрела на них из угла и... улыбалась. Странно, но ей не было больно. Только немного грустно. И светло.

— Красивая пара, — раздался голос рядом.

Муза обернулась и чуть не подпрыгнула. Рядом стоял Элиан, брат Лиры, в парадном костюме, с лёгкой улыбкой на губах.

— Элиан? — удивилась она.

— Ты здесь? Как?

— Меня пригласили как наследника Аморнии, — пожал он плечами.

— Решил прилететь, поддержать сестру. А вы, кажется, Муза? Лира много о вас рассказывала.

— Правда? — Муза почувствовала, как щёки заливает румянец.

— И что именно?

— Что вы самая музыкальная фея в Магиксе, — улыбнулся Элиан.

— И что у вас очень красивый голос. Я бы хотел услышать как-нибудь.

— Ну... — Муза смешалась.

— Может быть, как-нибудь...

— Обязательно, — кивнул Элиан.

— А пока — позволите пригласить вас на танец?

Муза посмотрела на его протянутую руку, потом на танцующих Лиру и Ривена, и вдруг поняла, что жизнь продолжается. И что она тоже имеет право на счастье.

— С удовольствием, — улыбнулась она и вложила свою руку в его ладонь.

Они закружились в танце, и в зале словно зазвучала новая мелодия — мелодия надежды и новых начинаний.

А Лира, танцуя с Ривеном, краем глаза заметила брата с Музой и улыбнулась. Кто знает, может, этот бал изменит судьбы не только короля Радиуса, но и их всех?

Время покажет.

А пока — музыка играла, свечи горели, и в воздухе витало предчувствие чего-то важного и неизбежного.