Глава Девятая: Ночь

Что было после, Осаму не помнит. Все казалось таким расплывчатым, будто на только окрашенный холст плеснули водой, размывая картину.
Осаму помнит лишь худые, но довольно тёплые руки.

Вспоминая это, Осаму хмурится. Так, что-то здесь не так... Стоп. Это что?
Он шмыгает носом. Странный и незнакомый ему аромат утопляет в себе, обволакивая тело и даруя приятные ощущения. Аромат сладок, но неизвестен. Джем? Нет. Мёд? Совсем не то. Шоколад? Тоже мимо. Хотя, уже ближе...

Вдруг, одна трезвая мысль поселяется в макушке подростка. Он. Не. Дома.

Дазай резко подрывается с места, чем вызывает писк у сидящего неподалеку паренька. Осаму резко поворачивает на того лицо и смотрит с непониманием. Он окидывает себя пристальным взглядом, стягивая одеяло. На Дазае была его белая рубашка и черные брюки. Всё остальное покоилось но стуле у кровати. Далее, Осаму решает всё же посмотреть в глаза этому пугливому парню. Повернувшись, Осаму видит перед собой мальчика, похожего на альбиноса. Бледная кожа, белоснежные волосы. Только глаза янтарные, как у самого Дазая. Разве что, светлее на пару оттенков.

- Что я делаю здесь? Кто ты? - Негромко спрашивает Осаму, на что этот парень тихонько присаживается на кровать, рядом.

- Мое имя Ацуши. А твое? Я увидел как ты плачешь. Видно, тебе стало плохо, ведь как я спросил нужна ли тебе помощь, ты потерял сознание. Так как вижу я тебя впервые, школа закрыта, а оставить в грязи просто не мог, я подумал, что мог бы принести тебя к себе.

Осаму на это непонятливо смотрит на парня. Затем, он резко подрывается с места. - Стой, подожди! Сколько время? Сколько я у тебя?!

Голос его взволнованный, чуть ли не кричащий. Ацуши от такой внезапной смены эмоций вновь вздрагивает, тревожно щебеча: - Тише-тише! Ты проспал три часа! Не кричи, мне не сложно, правда. Прости, если не стоило.

Блондин опускает неловкий взгляд на свои запястья и Дазай замолкает. Он аккуратно садится рядом и мгновенно успокаивается.

- Извини, просто мои родители будут злы на меня, что я раньше не пришел. Спасибо... - шатен стыдливо смотрит на парня, а потом, вдруг, спрашивает:

- А где твои отец и мать? Они не разозлятся?

Но Накаджима на это лишь тихо усмехается, решив перевести тему. - Почему ты лежал в грязи? Да ещё и в каком-то переулке. Я... Я забеспокоился. Ты с какого корпуса?

- Из первого. - Отвечает Осаму, кидая взгляд на свои руки. Все бинты стали мокрыми и грязными. Ладно, прикажет горничной принести ему чистых, как домой вернётся.

- О! А я тоже! Только мы из классов разных... Слушай, так почему ты всё же в грязи лежал? Холодно на улице, простудиться мог. Ну, я градусник тебе ставил, вроде жара нет.

Этот Ацуши такой добрый... Осаму приятно внимание к своей персоне. Что ж, этот паренёк явно угрозы ему не несёт. Стоит лишь узнать побольше о его родителях. Не хочет Осаму слушать сейчас шквал оскорблений в свой адрес.

- Ты проигнорировал мой вопрос. Почему? Ты один живёшь?

Накаджима слабо улыбается. - Не переживай об этом. Я... Они в отъезде, на меня квартиру оставили. На пару дней. - Он смотрит ровно в глаза Осаму, проговаривая все это.

Врёт.

Дазай за время проживания со своей матерью научился отличать ложь от правды. Та так часто врала своему сыну, что он мог легко понять, когда она нагло врёт. Обычно лжецы либо стараются отвести взгляд, из-за совести сжирающей их мозг, либо же напротив, смотрят ровно в глаза собеседника. Они будто наступают на тебя, пытаются заставить поверить им. Желают казаться убедительнее.

Осаму сам порой перебегал ко второму варианту. Это можно было отнести к одному из методов манипуляций. Именно сейчас его собеседник и пытался манипулировать Дазаем, пусть и скорее всего неосознанно. Слабо верится Дазаю, что эта белая овечка способен разрабатывать хитрые планы в своей светлой макушке. Чистый ангел, нимба не хватает с крыльями.

Осаму тогда поднимается с места.
- Ладно, в любом случае, я лучше пойду. Мне надо быть дома ровно к назначенному времени. - Слыша в ответ тихое - «Хорошо», он лишь хмыкает, начиная поспешно натягивать на себя слои одежды.

- Стой, так... Тебе пятнадцать? Верно?
- Все тем же негромким и тонким голосочком спрашивает Накаджима и видя кивок, улыбается. - Слушай, а где я смогу тебя увидеть? Просто... Я подумал, ты будешь не против дружить со мной.

Смотря в эти чистые, налитые ярким золотом глаза, Осаму лишь цыкает. Какой наивный, невинный парень. Из него так и сочится простота. Но сам Осаму не может понять, почему его это привлекает. Он хочет с ним дружить, хочет найти себе хотя бы одного друга, но эта мысль почему то пугает. Идиот? Посмотри на себя, жалкое ничтожество. Ты недостоин друзей.

- Не думаю, что мы ещё встретимся. Спасибо. - Бросает Осаму, уже натягивая обувь и скрываясь в ночи. На улице мрачно и холодно. Даже снег начал падать. Как не вовремя!
Конечно, в том теплом месте с ароматом молочного шоколада и приятной атмосферой ему было бы комфортнее... А вот нет, нихуя.
Человек привыкший жить в постоянном опасении, привыкший ожидать от людей только зла, никогда не сможет почувствовать себя комфортно. Будет остерегаться даже белой овцы, ожидая ножа в спину. А если не в спину, то в голову.

Дазай хмурится. Он наверняка выглядит отвратительно, а ещё он точно рыдал. Это понятно по тяжести в веках и по холоду, что обжигает мокрые щёки сильнее всего остального. Ладно, родителей будет волновать другое. Можно не беспокоится о своем виде.

Вот, Осаму проходит мимо каких то людей. Они пьяные, от них так несёт спиртом и куревом. Хочется блевать.
Дазай ненавидит. Ненавидит пьяниц, ненавидит алкоголь в принципе. Ненавидит себя за своё же лицемерие.
Конечно, сначала называть всех пьющих мерзкими идиотами, а потом втихаря воровать бутылку мартини из родительского бара.
Правда, он в тот день понес хоть какую-то ответственность в виде материнской пощёчины и запертой комнаты, из которой выходить можно было разве что в санузел, под присмотром слуги. Неприятно.

Дазай стучит в дверь и прячет ладони в карманах. Никто не открывает. Странно... Неужели к двенадцати все уже спят? Он стучит ещё раз, с силой долбя кулаком по двери, а затем резко отпрянув от нее, из-за боли.
Осаму аккуратно садится на колени и прижимается к двери, вслушиваясь. Ушибленную руку он прижал тыльной сторону ладони у губам, целуя. За дверью не было слышно и шороха. Чёрт... Прийдётся как то выкручиваться. А может это и хорошо, что он домой зайти не сможет? Хоть кричать на него не будут. Тогда, Осаму тихо вздыхает и направляется к школе. К тому парню не пойдет, гордость свою задевать. Сначала ушёл, сказав что вообще больше видеться не намерен, а потом сам же вернулся... Ага!
Тогда, Дазай просто начинает петлять по городу, ища, где можно переждать ночь. И вот, он садится на лавочку у какой-то мгогоэтажки, кладя рюкзак на свои колени и уткнувшись в него носом.
Осаму прикрывает глаза, но заснуть не стремится, решив просто так отдохнуть.
Но вот, примерно к часу ночи он все же засыпает, роняя свой рюкзак на землю и согнувшись по полам на этой лавке.
Осаму не привыкать засыпать в холоде и одиночестве, его бывало, запирали в чулане. Самая дальняя комната неотапливаемая совершенно и ледяная, словно чистый снег. Сиди, вжимайся там в углу в свой тонкий свитерок, да плачь. Никто не услышит.

Тут, Осаму сквозь сон, слышит пьяные голоса людей вдали. Подростки... Они смеются и что-то кричат. Когда голоса приближаются, Осаму для собственной безопасности приоткрывает глаза, смотря в их сторону. Чёрт, они старше его года на два-три. Четыре? Ну, тогда они уже не просто старшеклассники, а самые настоящие студенты. Омерзение липкой жижой течёт в груди пятнадцатилеткки. Он смотрит на пьяных с открытым отвращением, опасаясь, что они подойдут ближе.

Ох, чёрт. Лучше бы ты, Дазай Осаму, продолжил сидеть сгорбленным и строить из себя спящего, ведь пьяный парень заметив на себе осуждающий взгляд какого-то недоростка, тут же решил подойти, чтобы в грубой форме поинтересоваться, чего это Осаму не дома, а сидит и пялится на них.

Твою мать...
___________________________________________
1265 слов. Ох, что-то все не могла взять себя в руки да написать эту часть. Ну, записывая пару строчек каждый раз при открытии ваттпада, я наконец смогла дойти и до финала этой части. Спасибо за ожидание)