Глава 6

Габи ждала четверга и боялась, что к этому дню всё изменится. Но чёрный джип остановился под магнолией, усеянной вытянутыми пушистыми почками, и водитель был всё тот же, только тени под его глазами углубились. Мато внимательно посмотрел на неё при встрече, пока Габи запрыгивала на сиденье, и вместо «привет» медленно кивнул. Габи откинулась на спинку, выдохнув с облегчением, когда машина покатила по знакомой дороге. В салоне было тепло, а музыка лилась тихо, не мешая мыслям.

Доехав до магазина, Мато тут же ушёл встречать новый грузовик от постоянного поставщика. Книг становилось всё больше, а покупателей не прибавлялось, словно они собирались выстроить из переплётов Стоунхендж, к которому нельзя прикасаться. Но Габи было всё равно, что книги не продаются, ведь её допуск в их мир останется при ней.

- Габи! Как я рада, — Клео встретила её на входе.

Под боком девушка зажала кожаный портфель и надевала перчатки из коричневой замши, слишком изящные, чтобы согреть пальцы. Впрочем, весна уже набрала темп — из открытого окна дул мягкий, солоноватый бриз.

Клео взяла её под руку и повела к лестнице. Габи напряглась, оглядываясь назад, но вместо неразобранных с прошлого раза блокнотов увидела лишь пустую стойку с кассовым аппаратом и маленьким полуживым кактусом.

- Я решила, что тебе будет намного удобнее работать за столом, правда же?

Они прошли мимо лестницы под аркой, чёрная хлопковая шторка погладила Габи по плечу.

- Ну, как тебе?

Клео привела её в крошечную комнату с высоким шкафом, письменным столом из дуба, заваленным рукописями, и чистым окном, выходящим на стену соседнего здания. Мыть его не было никакой необходимости, подумала Габи.

«Это похоже на повышение».

- Спасибо. Здесь уютно.

- Здорово, что тебе нравится, — Клео отпустила её и взялась за ручки портфеля. — Мне так жаль, что мы не успеваем наговориться. Всё время какие-то дела. Да, кстати...

Она протянула портфель Габи, и тот опустился ей в ладони с ощутимой тяжестью.

- Здесь ноутбук. Я попрошу тебя сначала заняться записями. Это очень ценный материал, разработки нашей бабушки, — она указала на стол у стены.

Габи прижала ноутбук к груди.

- Ну вот.

Клео вдруг плавно повернула голову в сторону.

Габи прислушалась, уловив лишь неразборчивое ворчание.

Она прошла вслед за Клео, поспешившей через арку на выход. Спустя несколько шагов голоса стали громче, а за окнами Габи увидела Мато, стоящего к магазину спиной. Ноги на ширине плеч, руки в карманах, он смотрел перед собой исподлобья — на мужчину в толстовке с капюшоном, надвинутым до бровей. Тот то вскидывал руки в стороны, то тыкал прямо в Мато, который, не меняя позы, ждал, когда мужчина успокоится. Он продолжал жестикулировать, а затем резко замер, опустив голову. Последнее, что Габи заметила: как он показывает Мато что-то в экране телефона.

Габриэль перевела взгляд на Клео ожидая, что сейчас та вмешается.

Но женщина застыла. Руки в перчатках повисли вдоль платья. Глаза бегали, и, дёрнув подбородком, Клео развернулась на каблуках.

- Так, о чём это я...

Она моргнула слишком быстро, будто смахивая картинку, и вернулась в арку.

- Всё нормально? — осторожно начала Габи.

- Конечно. Всё отлично.

Габи не нашла что сказать, и снова повернулась к входу. Затылок стянуло, как будто всё пространство напряглось в ожидании. В магазине стало тихо, были слышны только гудки проезжающих машин.

«Ушёл».

В унисон с её мыслью на пороге прозвенели колокольчики, а шаг Мато вывел Клео из задумчивости. Юбка заколыхалась, когда девушка кинулась в сторону брата. Он захлопнул дверь. Клео остановилась в полуметре от его носа.

- Что ты ему сказал?

Мато снял куртку и бросил её на стойку.

- Что ему крупно не повезло.

- Ты всё портишь!

Габи попятилась назад, услышав срывающийся голос Клео. Она посмотрела на Мато, его безэмоциональное лицо. Не похоже было, что тот хотел вызвать ярость сестры намеренно.

Девушка сорвала перчатки с руки, словно ей стало жарко.

- Я больше не буду за тобой подчищать, — голос Мато звучал пусто.

- Подчищать? — Клео шагнула ближе.

Он не отступил.

- А как это называется? Когда ты обещаешь одно, а потом просишь меня объяснять другое?

Паркет в том месте, где стояла Клео, слабо попискивал. Её шпильки царапали пол.

- Это называется долг, Мато. Ты прекрасно знаешь.

- Мой долг только в том, чтобы продолжать дело бабушки!

- Не смеши меня! — Клео криво улыбнулась. — Решил, что наслушался её выступлений и теперь сам стал лицом общины? Великий оратор Мато Аркетт? Повторять слово в слово за ней и думать самому — это не одно и то же.

- Я хотя бы не использую её имя, чтобы заработать.

- А ты бы предпочёл, чтобы её имя забыли?

Клео замолчала.

Её грудь медленно поднималась и опускалась, она выпрямилась и вдруг дёрнулась, будто что-то вспомнив.

- О, Габриэль, прости за это...

Габи вышла из-под арки.

- Ничего.

Притворяться, что она не слышала, было бы глупо.

Клео разгладила платье руками и с привычной улыбкой повернулась к ней. Только напряжённые брови выдавали раздражение.

- Семейные проблемы.

Мато стоял, сунув руки в карманы, вздёрнув голову над макушкой сестры. Он не шевелился, словно задержал дыхание.

«Ничего не говори», — оборвала Габи сама себя.

- Я была на лекции.

Брат и сестра синхронно посмотрели на неё.

- Когда Мато заменял миссис Аркетт, — она сглотнула. — Было интересно.

Она хотела сказать это невзначай, чтобы не обидеть Клео, но и промолчать тоже не могла. Габи улыбнулась, будто это сгладит неловкость.

Клео снова повернулась к брату, поджала губы и резким движением натянула перчатку.

- Хорошо. У нас всех сегодня много работы.

Она обошла Мато и толкнула дверь, впустив в магазин свежий воздух, который тут же смыл ванильный шлейф. Габи медленно выдохнула и пошла в свой кабинет.

***

Когда в дверь постучали, и Мато зашёл в комнату, а затем уселся в кресло за её спиной, Габи едва повела плечом. У неё есть занятия поинтереснее, чем пытаться разобраться в семейных конфликтах.

Увиденное днём сначала никак не шло из головы. Мужчина за дверью, этот разговор, спор Клео и Мато. Габи случайно влезла носком в эту мутную воду и не удержалась, вставив пару слов. Она решила не думать об этом, не выбирать стороны — проще было считать, что между братом и сестрой тянется давний конфликт. И еще и Уэсом. Габи не хотела участвовать в ссорах внутри общины.

Записи бабушки Муны были хаотичными заметками: об истории общины олони и испанских миссиях, перемежавшиеся легендами или схемами плетения корзин и лодок из туле. Габи почувствовала легкую волну разочарования — представляла себе книгу с тайными знаниями, а получила справочник.

Она открыла ноутбук и первую страницу блокнота, собрала волосы в пучок и начала печатать, напоминая себе: настоящие открытия как раз такие. Тихие и неприметные. Учись смотреть вглубь.

Первое впечатление не было обманчивым, но, несмотря на это, Габи не могла остановиться. Она провела за столом больше отведённого времени, листая страницы, забывая, где находится. Габи сопоставляла факты из блокнота со своими знаниями. Реальные места, туристические парки или даже мосты в Сан-Франциско, которые она видела не раз, проезжая мимо, теперь обретали форму, наполнялись подтекстом.

Мато не мешал и не заговаривал первым. Она слышала шуршание страниц и усмехнулась, заметив исследование Дж. П. Харрингтона в его руках.

- Готовишься к лекции? — спросила Габи, когда пальцы начали уставать.

- Ммм, — промычал он в ответ. — Ты закончила?

Габи потянулась и кивнула. Она бы поработала ещё, немного отдохнув, но не знала, можно ли — речь шла лишь про два часа, а Габи и так задержалась. Мато перевернул страницу.

- А ты знал, что холмы Ной и Эврика были частью ваших сакральных территорий, где проводились обряды?

Он не ответил, но Габи показалось, что губы Мато изогнулись в подобии улыбки.

- Ну конечно, ты знал. А вот я — нет. Я сто раз проезжала мимо. И ни разу не подумала, что это место для кого-то важно.

- Это не единственное место.

Парень поднялся и аккуратно убрал книгу на полку — первую в пустом шкафу. Сверху торчала закладка, будто он собирался вернуться и дочитать.

- Нет никакого смысла в том, что она заставляет тебя это перепечатывать. Можно было бы намного быстрее оцифровать.

- Мне несложно. Зато я могу прочитать эти записи. А так — отсканировала бы и забыла.

Для Габи это был словно дорогой подарок. И отдавать его Мато она не планировала.

- Тебе правда интересно? — он посмотрел на неё внимательнее.

- Конечно.

Она помолчала и перевела взгляд на строки, исписанные почерком Муны.

- Знаешь, я раньше слышала про традицию... Подростков оставляли на ночь одних в лесу или на холмах. Чтобы они услышали что-то.

Мато коротко кивнул.

- Звучит... жутковато. А сейчас так делают?

- Мы — нет. Но я не могу говорить за всех.

Габи закрыла экран ноутбука. Мато ждал, чтобы отвезти её домой: не уходил сам, но и не торопил.

- Настоящие обряды проводят тихо, — добавил он. - Для себя, без зрителей.

Мато выключил свет, закрыл окно, и вместе они вышли в коридор. Задерживаясь взглядом на его спине, Габи замедлила шаг. Он взял куртку со стойки и перебросил через руку.

- И всё же... то, что ты сказал про Клео. Что ты имел в виду?

- О чём?

- Что она зарабатывает на имени вашей бабушки.

- То, что сказал.

- Мато... — устало протянула Габи. - Я не могу постоянно догадываться, на что ты намекаешь. Говори конкретнее или не говори вообще.

Он потёр переносицу, будто собираясь с мыслями.

- Этот мужчина, который приходил. Ты же видела?

- Да.

- Клео не выполнила своих обещаний. Как обычно.

- Каких обещаний?

Мато посмотрел на неё почти с жалостью.

- Можно сказать человеку «всё наладится». А можно: «Через месяц ты получишь знак, если сделаешь вот это». Люди цепляются за конкретику.

- То есть Клео, по-твоему, что, гадалка?

- Если бы, — он толкнул дверь, и Габи шагнула за ним.

На улице уже спускался вечер, небо стало серо-голубым. Пахло приближающимся дождём.

- Будет проще, если ты сама увидишь.

Мато прикурил сигарету, подойдя к машине.

- Ты покажешь? — Габи остановилась у двери, пальцы ухватились за ручку.

- Да. Подожди... подходящего момента, — попросил он и выпустил дым в сторону магазина.

***

Мато взял книгу с полки и уселся в своё кресло за спиной Габи. Её пальцы пролистывали страницу за страницей и бегали по клавиатуре, пока на экране возникали новые главы рукописи Муны Аркетт. В комнате появился торшер с бледно-жёлтым плафоном с подсолнухами, который отбрасывал круг света на книгу на коленях Мато.

Габи попробовала спросить — как он себе представляет их соседство? Собирается сидеть здесь, чтобы она не стащила бабушкин блокнот или защищает от невидимых врагов? Мато не оценил шутки, только смерил её взглядом из-под немного нависающих век.

Она не преувеличивала, когда сказала Клео, что здесь уютно. Было ли дело в старом кожаном кресле, работе или появившихся красках на ткани плафона, Габи поймала себя на мысли, что эта комната её радует даже больше, чем та, холодная, на втором этаже. Тепло было важной причиной, но и чьё-то спокойное дыхание за спиной — тоже.

Габи вчитывалась в строки и представляла себе, как жили олони раньше, какие традиции и взгляд на мир они несут в себе. И если бабушку спросить было нельзя, то её внука, сидящего рядом, наверное, можно. Габи подвинула стул, повернулась и опустила подбородок на перекладину.

- Что означает твоё имя?

Мато оторвался от чтения.

- С чего вдруг вопрос?

Габи посмотрела на него так, словно это очевидно.

- Дошла до главы про языки олони. Но твоё имя не похоже на те, что здесь перечислены.

- Мато — это «медведь» на языке лакота.

- Почему лакота?

- Дедушка из них. Лакота с французской фамилией, иронично. Но он очень гордился своими местными корнями.

- Поэтому женился на женщине из олони?

Мато пожал плечами и встал с кресла. Пытаться уйти, как только разговор длится дольше минуты, — Габи уже привыкла к такой тактике. Но Мато задержался у книжной полки.

- Бабушка говорила, что это она его выбрала. Как увидела, так сразу всё поняла.

Габи улыбнулась — такой Муна Аркетт ей и казалась, уверенной в себе и не оглядывающейся ни на кого.

- А у тебя что?

Она не ожидала вопроса и задумалась, вспоминая семейную историю, которую когда-то слышала от отца.

- Несколько поколений ирландских протестантов. Потом переход в Санта-Фе. Она поморщилась:

- Наверное, им досталось от команчи

- Ну, — Мато убрал книгу на полку повыше, куда Габи бы не дотянулась при желании. - Больше команчи вас не достанут.

Она замолчала, прикусив щеку.

- Интерес — это одно. Понимать — совсем другое.

- Я поняла, что у тебя есть своя позиция.

- Конечно. А у тебя нет?

Габи встала со стула и аккуратно задвинула его под стол.

Их старый разговор, вылившийся в её тихую истерику в спальне, хоть и сгладили извинения Мато, но слова всё равно осели где-то внутри. И не только его слова. Стыд липкой плёнкой покрыл ладони. Габи заставила его подумать, будто ей неприятно, если их кто-то увидит, хотя дело было вовсе не в цвете кожи. И вот — снова они на этой скользкой тропинке.

- Знаешь, я... Извини.

Глаза Мато комично расширились, как будто этих слов он не слышал никогда и ни от кого.

- За что?

- Что сказала, будто боюсь, если нас увидят вместе. Я не имела в виду ничего такого. Дело не в этом.

- А в чём?

- Не хотела лишних вопросов от отца, — Габи потёрла висок. — Он не знает, что ты меня подвозишь. И вообще, ничего особо не знает.

- И ты не рассказываешь, потому что...

- Потому что на самом деле ему неинтересно. Он просто хочет, чтобы я нашла нормальную работу и не сидела всё время дома.

Габи выдохнула так глубоко, будто из лёгких вышел весь воздух.

- Нормальная работа — это настолько плохо? У тебя как будто паническая атака начнётся.

Она прыснула. Габи закрыла рот ладонью, борясь с нервным смехом, который вырвался сам собой.

Резкая вспышка озарила комнату. Через пару секунд на улице загрохотало, и только тогда они вспомнили про дождь. Габи и Мато поспешили добраться до машины до того, как начнётся ливень.