Глава 33: Тьма и пепел

Глава 33: Тьма и пепел
Сцена 1: Выстрел в пустоту
Рейхан летел по коридорам «Подземелья», игнорируя запах гари. Он видел Османа в конце длинного перехода. Старик стоял с канистрой, но в другой руке у него был старый револьвер.
— Ты — мой лучший экспонат, Рейхан Албора, — прохрипел Осман, и его глаза светились безумием. — А лучший экспонат должен принадлежать только земле.
Грянул выстрел. Резкая, обжигающая боль в груди выбила воздух из легких Рейхана. Он почувствовал, как спина касается холодного бетона, а затем звуки начали отдаляться. Крики спецназа, треск пламени, яростный рев Каи где-то вдалеке — всё превратилось в белый шум. Мир подернулся серой дымкой, и Рейхан провалился в глубокое, беспросветное забытье.
Сцена 2: Старая мельница
Когда Рейхан на секунду пришел в себя, он не почувствовал больничных простыней. Пахло старым деревом, мукой и дождем. Он лежал на грубом настиле в заброшенной мельнице на окраине города.
Над ним склонился Серкат. Его руки были в крови, он быстро и профессионально перевязывал рану Рейхана.
— Слишком рано для финала, комиссар, — прошептал Серкат, затягивая узел. — Если я отдам тебя врачам сейчас, люди Ильяса добьют тебя в операционной. Потерпи.
Серкат понимал: в штабе сейчас хаос, и единственный способ спасти Рейхана — спрятать его там, где не ищут ни копы, ни мафия. Дождавшись, пока кровотечение остановится, Серкат анонимно вызвал частную скорую помощь Алборов и исчез в лесу, оставив Рейхана на попечение врачей.
Сцена 3: Ожидание в «белых коридорах»
Спустя два часа частная клиника Стамбула была оцеплена людьми Джихана. В коридоре у операционной царила тяжелая, гнетущая атмосфера.
Садакат сидела в кресле, её четки замерли. Она не молилась — она ждала, как старая львица, готовая разорвать любого, кто принесет плохую весть. Джихан без остановки мерил коридор шагами, его телефон разрывался от звонков, но он их игнорировал.
Алья прижимала к себе Дениза, который тихо плакал, не понимая, почему его любимый дядя Рейхан не выходит к ним. Наре сидела на корточках, закрыв лицо руками.
Сцена 4: Гнев Каи
Кая стоял у самого окна, прижавшись лбом к холодному стеклу. Его кулаки были разбиты, на лице — копоть и кровь после разборки на вилле Эджмеля. Он не проронил ни слова с того момента, как нашел пустую кобуру Рейхана в «Подземелье».
Когда двери операционной наконец открылись и вышел хирург, Кая первым оказался рядом. Он схватил врача за плечи так, что тот едва не вскрикнул.
— Говори, — прохрипел Кая. Голос его был похож на скрежет металла. — Он жив?
Врач снял маску, его лицо было бледным от усталости.
— Пуля прошла в сантиметре от сердца. Кто-то очень грамотно оказал первую помощь на месте... Если бы не эта повязка, он бы не доехал. Он в коме, но он борется.
Кая медленно опустил руки. Он посмотрел на Садакат, на Джихана, а затем на свои окровавленные ладони.
— Кто его спас? — спросила Садакат, поднимаясь.
Джихан посмотрел на сообщение в своем телефоне, пришедшее с неизвестного номера: «Экспонат цел. Берегите его. Тень уходит».
— Серкат, — негромко сказал Джихан. — Сын Ильяса спас нашего брата.