Глава 19: Танцы на лезвии
Глава 19: Танцы на лезвии
Сцена 1: Сад роз и яд слов
Солнце палило нещадно. Кая шел впереди, его широкая спина была идеальной мишенью, но он не оборачивался. Серкат шел следом, лениво помахивая сорванной веточкой жасмина.
— У вас здесь удивительно спокойно, Кая-бей, — голос киллера лился как мед. — Сложно поверить, что в этом доме живут люди, чьи руки по локоть в крови Эджмелей. Особенно ваш кузен... Рейхан. Он такой... утонченный для копа.
Кая замер у фонтана. Он медленно повернулся, и его взгляд был тяжелым, как могильная плита.
— Рейхан — это закон. А закон не бывает утонченным, он бывает справедливым.
Серкат подошел ближе, почти вплотную, и в его глазах вспыхнул опасный азарт.
— Бросьте. Я вижу, как вы на него смотрите. Как охраняете каждый его вздох. Это не просто родство, верно? Это... уязвимость. Самая большая ошибка для такого «шкафа», как вы — отдать свое сердце тому, кто каждый день ходит под прицелом.
Кая почувствовал, как внутри закипает лава. Он сделал шаг к Серкату, возвышаясь над ним, и его голос превратился в глухой рык:
— Если ты еще раз произнесешь его имя своим грязным ртом, розы в этом саду будут расти на твоих костях.
Серкат лишь рассмеялся — легко и искренне.
— Какая страсть! Но будьте осторожны, Кая. Страсть ослепляет. А в моем деле слепота — это смерть.
Сцена 2: Ночной гость
Ночь опустилась на «Гнездо» тяжелым бархатом. В особняке воцарилась тишина, прерываемая лишь стрекотом цикад. Серкат, бесшумный как тень, скользнул по карнизу второго этажа. Он знал, где комната Рейхана. Его задание было простым: устранить мозг союза мафии и закона.
Он аккуратно вскрыл замок балконной двери и проскользнул внутрь. В комнате было темно, лишь свет луны падал на кровать. Серкат достал нож с черным лезвием, не дающим бликов. Он сделал шаг к постели, занося руку для удара...
Но кровать была пуста.
— Ищешь кого-то, Серкат-бей? — холодный голос Рейхана раздался из темного угла у кресла.
Киллер резко обернулся, но в этот момент дверь ванной распахнулась. Оттуда вышел Кая. На нем были только домашние штаны, его мощный торс в шрамах блестел в лунном свете. Он стоял в дверях, перекрывая единственный выход, и в его руках был тот самый нож Сюрмане, который Рейхан подарил ему пять лет назад.
— Мы ждали тебя, — пробасил Кая. В его глазах не было ярости, только холодная решимость защитить то, что ему дорого.
Сцена 3: Неожиданный поворот
Серкат замер, переводя взгляд с одного «шкафа» на другого. Он понял, что попал в ловушку, из которой нет выхода. Но вместо того чтобы напасть, он медленно опустил нож и... сел на край кровати.
— Вы чертовски хороши, — выдохнул киллер, и в его голосе послышалось странное восхищение. — Джихан не врал. Вы не просто партнеры. Вы — одно целое.
Рейхан вышел из тени, держа пистолет с глушителем на мушке.
— Твоя последняя молитва, Серкат?
— Молитва? Нет, — Серкат поднял руки. — Предложение. Эджмели заплатили мне за вашу смерть. Но я не люблю проигрывать. А вы — лучшие противники, которых я встречал. Что если я скажу вам, кто на самом деле нанял меня? Это не только Эджмели. В вашем «Подземелье» есть еще один крот, покрупнее Хакана.
Кая подошел к нему вплотную, приставив лезвие к его горлу.
— Говори. И если ты соврешь хоть в одном слове, я вырву твой язык раньше, чем Рейхан нажмет на курок.
Серкат посмотрел на Каю, потом на Рейхана, и его взгляд задержался на их переплетенных тенях на полу.
— Крот — это Демир Шатов. Он играет на обе стороны. И завтра он планирует сдать ваш лесной дом болгарам.
В комнате повисла тяжелая тишина. Рейхан и Кая переглянулись. Если это правда, то их единственный оазис тишины превратился в смертельную ловушку.