Глава 11 🔞

Минджун

Мы как-то поднялись на её этаж.

Я снова не считал какой.

И если она сейчас выставит меня за дверь, то найти ее квартиру я не смогу. Понятия не имею — третий это этаж или десятый.

Мы держались за руки. Её маленькая ладонь утонула в моей.

Короткий маникюр. Два тонких кольца. Мягкая нежная кожа. Я замечал сейчас каждую мелочь. Деталь. Каждый ее вдох.

Мы то целовались, то начинали смеяться, чуть не врезаясь в стены и не падая со ступенек.

— Давай хотя бы до квартиры дойдём целыми, — хихикнула Сора, когда я снова прижал её к лестничным перилам. — А то соседей разбудим. И мои трусики вообще уже можно будет выжимать.

Я низко застонал ей прямо в шею.

Эти её словечки. Чертята в глазах.

И смелые руки, которые скользили по моей спине, спускались к заднице, потом к животу и обратно.

Она вообще понимала, что творит со мной?

— Уговорила, — хрипло выдохнул я. — Тут действительно не слишком удобно.

Сора довольно улыбнулась. Но ладонь мою так и не отпустила.

И мы поспешили выше по лестнице, всё равно постоянно цепляясь друг за друга, целуясь и смеясь между вдохами.

А потом она наконец открыла дверь квартиры...

Её сумка с глухим стуком упала где-то в прихожей.

Я сам стянул с её плеч свой пиджак, следом ее, бросил телефон на тумбу, кое-как скинул ботинки, даже не расшнуровывая.

Сора ногой отправила кеды куда-то в сторону.

И всё это время мы не переставали целоваться.

Какие же у неё были губы. Маленькие, мягкие, сладкие. Как и она сама.

А её язык...

Бля.

Я реально сходил с ума.

Когда мы наконец остались без обуви, я резко притянул её к себе.

Сора врезалась в мою грудь тихо засмеявшись, а мои руки уже без всякого стеснения подняли юбку платья.

Колготки. Тонкая талия. Круглая мягкая попка под ладонями.

Я шумно выдохнул ей в рот.

— Всегда мечтал сделать кое-что, — хрипло усмехнулся я, на секунду отстраняясь, чтобы перевести дыхание.

Сора успела щёлкнуть выключателем, и прихожую залил тёплый свет.

Моргнул пару раз, быстро привыкая.

Я увидел её всю.

Красные щёки. Растрёпанные волосы. Зацелованные губы. Розовые пятна от моего рта на шее.

И этот взгляд.

Тёмный. Горячий. Совершенно пьяный мной.

Господи, какая же она была красивая. Желанная. Сексуальная.

— Не то чтобы прямо мечтал об этом по ночам, — хмыкнул я, снова скользя ладонями по её бёдрам, — но, согласись, выглядит чертовски круто.

Она непонимающе посмотрела на меня снизу вверх, и тут же начала расстёгивать мою рубашку.

Пальцы слегка дрожали. Или мне очень хотелось верить, что дрожали.

Я хрипло засмеялся.

— Думаю, так тебе будет удобнее. И мне тоже.

А потом просто подхватил её на руки.

За бёдра.

Ладони сразу легли на её попку, крепко удерживая.

Сора тихо ахнула и тут же обвила ногами мою талию.

Маленькая. Тёплая. Такая идеальная.

—Ты создана для того, чтобы тебя носили на руках., — признался я, прижимая её ближе.

Она засмеялась мне прямо в ухо. Запуская пальцы в мои волосы.

— Очень опасная фраза, доктор Ким.

— Почему?

— Потому что после такого я могу начать наглеть ещё сильнее.

— Уже поздно. Ты и так наглая. Моя девочка.

Она тихо засмеялась и наклонилась ко мне, снова целуя.

Теперь она оказалась чуть выше меня. Смотрела сверху вниз. И от этого кровь закипала ещё сильнее.

— Где спальня, ты знаешь, — произнесла она между поцелуями и сбившимся дыханием.

Я усмехнулся ей прямо в губы.

— Очень хорошо.

И так, с ней на руках, я добрался до спальни.

По дороге врезался в косяк. Потом в стену.

А она только успевала на ходу щёлкать выключателями.

Когда мы наконец ввалились в спальню, я уронил её на кровать.

Сора мягко упала на спину, волосы рассыпались по покрывалу, платье задралось выше бёдер, губы приоткрылись от поцелуев.

И выглядела она так красиво, что у меня воздух застрял где-то между вдохом и выдохом.

Хотя...

Если честно, сейчас для меня было бы красиво вообще всё, что делала Сора. Даже если бы она развалилась на кровати морской звездой.

Но нет.

Она тут же села на край и потянулась ко мне.

А я начал наконец расстёгивать рубашку.

Сора вытащила ткань из пояса моих брюк, нежно провела ладонями по животу и подняла взгляд снизу вверх.

Потом прикусила губу.

— Доктор Ким... — тихо произнесла она.

И у меня мурашки прошли по коже от одного этого бархатного голоса.

— Раздевайтесь.

Это прозвучало как приказ. И я тут же послушался.

Рубашка распахнулась, а Сора уже сама поднялась с кровати и медленно стянула её с моих плеч.

Отступила на шаг.

Разглядывая меня.

Её пальцы гладили мои плечи, грудь, задевали соски, а потом она наклонилась и поцеловала ключицу.

Я шумно выдохнул.

— Я так и знала, что под рубашкой мышцы, — прошептала она с лёгкой надрывом в голосе. — Сухие мышцы атлета...

Я самодовольно усмехнулся.

Не зря всё-таки бегал по утрам и играл в сквош, когда выдавалось время.

Я не был перекачанным, но тело своё держал в форме.

Широкие плечи.

Пресс.

Сильные руки.

Которые сейчас снова легли на её талию, сжимая и притягивая ближе.

А её пальцы уже добрались до ремня.

Расстегнули пряжку. Нетерпеливо потянули вниз молнию.

Я хрипло засмеялся.

— Так нечестно. На тебе всё ещё платье.

Помог ей стянуть с меня брюки.

И в какой-то момент её ладонь случайно... а может и нет... задела мой член через ткань белья.

Я резко втянул воздух. Сора тут же хитро улыбнулась.

А когда брюки окончательно упали на пол, снова провела рукой по мне через ткань.

Медленно. Проверяя реакцию.

Я со свистом втянул воздух.

— Так сними его, — тихо сказала она. — Чего ты ждёшь?

А потом слегка отстранилась и повернулась ко мне спиной.

Стянула резинку с волос. И чёрные пряди тяжело рассыпались по её плечам и спине, как шёлк.

Я сам убрал их в сторону, открывая тонкую шею и линию позвоночника.

Провёл пальцами вниз по спине.

И почувствовал, как она вздрогнула под моими руками.

— Расстёгивай, — прошептала Сора.

Мои пальцы плохо слушались. Желание кипело внутри.

Хотелось просто сорвать с неё это платье, перевернуть, вжать в кровать и наконец почувствовать её полностью своей.

Но я заставил себя замедлиться.

Потянул за молнию вдоль позвоночника.

До самой поясницы.

Платье послушно разошлось под моими руками.

Я осторожно спустил ткань с её плеч.

Сначала одно. Потом другое.

И сразу поцеловал открывшуюся кожу.

Тёплую.

Нежную.

Сора тихо выдохнула.

Показались тонкие бретельки бюстгальтера, и я тоже медленно спустил их вниз.

Расстегнул застёжку.

И белье вместе с платье мягко скользнуло к её ногам.

Я замер на секунду, глядя на её спину.

Какая же она была красивая.

Мурашки рассыпались по её коже, и я медленно провёл ладонью вдоль позвоночника, лаская.

Сора поёжилась и издала тихий низкий звук, от которого у меня внутри всё свело.

Она переступила через платье и, всё ещё стоя ко мне спиной, начала стягивать колготки.

Я опустил взгляд.

Тонкие.

Прозрачные.

И под ними — маленькие голубые трусики, которые хотелось снять немедленно.

— Можно я? — хрипло спросил, наклоняясь к её шее.

— Давай.

Я накрыл её руки своими и сам начал медленно спускать ткань вниз по её бёдрам.

На середине бедра мне пришлось встать на колени.

Мои губы оказались у её поясницы.

Я начал целовать её спину, медленно освобождая её ноги от колготок и белья.

И когда в мягком свете спальни открылась её обнажённая кожа, у меня потемнело в голове.

Я поцеловал её ягодицы. Одну, потом вторую.

Сора резко втянула воздух.

А мои руки уже гладили её ноги, освобождая от последних складок ткани.

Пока она не осталась передо мной совершенно голой.

Я нежно провёл ладонями от её щиколоток вверх.

По икрам. По бёдрам.

Когда руки оказались между её ног, я задержался, поглаживая внутреннюю сторону бедра и чувствуя, как она дрожит от ожидания.

А потом начал подниматься.

Плавно.

Оставляя ладони на её теле.

Скользя вверх по бёдрам, талии, животу.

Прижимаясь к ней всё теснее.

Мой член упиралось ей в поясницу, и от этого у меня срывало контроль.

Я быстро снял очки и положил их на тумбочку — они только мешали.

Сора откинула голову мне на грудь. Тёмные волосы тяжело рассыпались по моим рукам.

Я провёл по ним пальцами, будто расчёсывая. И снова поцеловал её шею.

А потом Сора медленно повернулась ко мне.

И у меня сбилось дыхание. Её глаза горели. Губы припухли от поцелуев и сейчас соблазнительно улыбались мне.

Я опустил взгляд ниже.

Маленькая грудь. Почти плоская.

И острые розовые соски, от которых у меня буквально потемнело в голове.

Я снова притянул её к себе, жадно целуя, а она уже скользнула ладонью в мои трусы.

И дотронулась до члена.

Я резко выдохнул ей прямо в губы.

Сора медленно провела ладонью по всей длине, погладила головку, и у меня мышцы на животе свело от удовольствия.

— Бля... — хрипло выдохнул я.

Она тихо засмеялась мне в рот.

В какой-то момент мы просто рухнули поперёк кровати. Не переставая целоваться. Ласкать друг друга.

Мои трусы каким-то чудом тоже исчезли, и теперь я тёрся о неё уже голым членом.

По её животу.

Между бедер.

Слушая, как она всё чаще сбивается с дыхания.

Сора сама раздвинула ноги шире, приглашая меня ближе.

А потом, не разрывая поцелуй, взяла мою руку с её груди и медленно поднесла один палец к своим губам.

И засосала.

Меня едва не повело от этого зрелища.

От её глаз. От растрёпанных волос на одеяле. От того, как она смотрела на меня снизу вверх, и медленно сосала мой палец. Выпустила с влажным звуком, и тихо прошептала:

— Дотронься до меня там. Я вся теку.

Просить дважды меня не пришлось.

Сора сильнее раздвинула ноги, глядя на меня потемневшими глазами.

И я медленно провёл рукой по её животу вниз.

По мягкой коже. По коротким аккуратным волоскам.

Ещё ниже.

Мои пальцы скользнули по её влажной ложбинке, и я шумно выдохнул.

Горячая. Уже мокрая от желания.

Я раздвинул её складки пальцами и осторожно погладил клитор. Сора тут же вздрогнула всем телом и тихо застонала.

— Да... вот так...

Я продолжал массировать её, чувствуя, как она становится ещё влажнее под моими пальцами.

Её бёдра сами подавались мне навстречу.

— Засунь внутрь, — выдохнула она, тяжело дыша. — Мне нравится, когда там гладят...

Я зарычал ей прямо в шею и послушался.

Скользнул ниже.

Мои пальцы буквально утонули в жаркой влаге.

Узко. Горячо.

Сора резко вдохнула и сразу обвила ногами мои бёдра, прижимая ближе.

Я начал двигать пальцем внутри неё ритмично, чувствуя, как её тело принимает меня. Большим пальцем продолжая гладить клитор.

— Бля... — простонала она выгибаясь.

Её руки блуждали по моей спине, по ягодицам, все чаще задевая член. Она гладила меня, размазывая выступившую смазку по головке, и у меня уже темнело в глазах от возбуждения.

Я поймал её сосок губами, медленно пососал, одновременно глубже двигая пальцем внутри неё.

Сора выгнулась и застонала громче.

— Минджун...

Я был уже на грани. Тело ныло от желания войти в неё нормально. Полностью.

— У тебя есть презервативы? — хрипло спросил я, не переставая ласкать её.

Она усмехнулась, всё ещё тяжело дыша.

Мы уже лежали боком — так было легче трогать везде друг друга.

— А вот интересно у тебя есть? — хмыкнула она.

Она закинула ногу на моё бедро, а потом резко перевернула меня на спину.

Я тихо засмеялся от неожиданности, но в следующую секунду Сора уже сидела сверху.

Её волосы рассыпались по плечам. Глаза горели.

Она наклонилась ко мне, целуя шею. Потом грудь.

Я шумно выдохнул, когда её язык медленно обвёл мой сосок.

— Сора... — хрипло предупредил я.

Она только довольно улыбнулась.

И раздвинула ноги по обе стороны от меня. Мой член сразу оказался прижат к её влажной ложбинке.

Тёплой. Мокрой.

Она медленно потёрлась об меня, и я сжал зубы.

Потом ещё раз. Водя бёдрами туда-сюда, дразня меня специально.

Вот же девчонка.

Я чувствовал её влагу на себе и уже едва держался.

— Хм... есть, — выдохнул я и решил играть по её правилам.

И тут же перевернул её обратно на спину.

Сора тихо вскрикнула и засмеялась, когда я вжал её в матрас.

Перехватил запястья. Прижал к подушке над головой.

Раздвинул ей ноги шире и устроился между ними.

Мой член дёрнулся от одного взгляда на неё.

И судя по тому, как Сора медленно облизнулась, она это заметила.

Но я всё ещё крепко держал её руки. Не давая двигаться.

— Вы, доктор Ким, такой самоуверенный, — протянула она с хитрой улыбкой. — Вряд ли вы всегда носите с собой презервативы. Были уверены, чем всё закончится?

Я медленно опустил взгляд на её тело подо мной.

Грудь.

Плоский живот.

Треугольник тёмных волос между бёдер.

И влажную кожу, покрасневшую от моих пальцев и губ.

У меня внутри всё снова сорвалось к чёрту, а лёгкие будто обожгло изнутри.

— Нет, — хрипло ответил я, наклоняясь ниже к её губам. — Но очень хотел, чтобы всё закончилось именно так.

Сора тихо засмеялась и кивнула в сторону тумбочки.

— Ваши искать не будем. Берите мои. Верхний ящик.

Я кивнул и наконец отпустил её руки.

Потянулся к тумбочке, выдвинул ящик. Нашёл там упаковку презервативов.

Я тихо хмыкнул, доставая один.

— И размер подходящий.

Сора тут же вскинула брови и приподнялась на локтях.

Посмотрела сначала мне в глаза.

Потом ниже.

На мой член.

Он дёрнулся от одного её взгляда.

Черт.

Она взяла серебристый пакетик из моих рук и сама вскрыла его зубами.

Медленно. Не отрывая от меня глаз.

— Почему-то я решила, что могу немного помечтать, — пробормотала Сора.

А потом снова посмотрела вниз. Так внимательно, что у меня по спине прошла дрожь.

Она раскатала презерватив по длине моего члена, двигая ладонью, и я шумно выдохнул сквозь зубы.

Слишком хорошо. Слишком горячо.

— И как оказалось, — довольно усмехнулась она, — реальность превзошла мои фантазии.

Я засмеялся хрипло.

— Ты сейчас делаешь комплимент моему члену?

И даже слегка вскинул подбородок. Сора закатила глаза.

— Тебе почти сорок лет, а ты радуешься тому, что у тебя внушительный член, — протянула она. — Нет бы радоваться, что ты хороший человек.

Я всё-таки рассмеялся.

— Сейчас размер важнее моих душевных качеств.

— Не в размере счастье. Знаешь такую фразу?

Я наклонился к ней, снова нависая сверху.

— Вот это мы сейчас и проверим.

Сора улыбнулась — медленно, предвкушающе.

А я снова уложил её на подушки. Подхватил её ноги под коленями и закинул себе на плечи.

Она тут же тихо застонала, а я провёл ладонью по её бедру.

По влажной коже между ног.

И медленно вошёл в неё.

Мы оба одновременно сорвались на стон.

Сора сразу подалась бёдрами мне навстречу, впуская глубже.

Без осторожности.

Без страха.

И я вошёл до конца.

Горячо.

Тесно.

Влажно настолько, что у меня внутри всё резко скрутило от удовольствия.

Я замер на секунду, тяжело дыша и глядя на неё сверху вниз.

Моя девочка. Сора.

***

Сора

Я извивалась под ним, постепенно теряясь в ощущениях.

В нём. В его руках.

Мне нравилось абсолютно всё.

То, как Минджун держал меня. Как гладил. Как смотрел.

Его длинные пальцы — эти невозможные длинные пальцы — скользили по моему телу так уверенно и жадно, будто он уже давно знал меня наизусть.

Это было даже лучше, чем в моих фантазиях.

Лучше, чем во сне.

И его губы...

То, как он целовал меня, сводило с ума.

А его член...

Красивый.

Большой.

Тяжёлый.

Не какой-то нереалистично огромный, а именно такой, от которого по телу медленно растекалась сладкая нега.

И когда Минджун наконец вошёл в меня, я просто задохнулась.

От удовольствия. От ощущения наполненности. От самого осознания, что доктор Ким сейчас внутри меня.

Он сначала двигался медленно. Но ненадолго.

Очень быстро его движения стали глубже, резче, и кровать начала тихо скрипеть под нами.

А я уже не могла нормально дышать. Каждый толчок отдавался жаром внизу живота.

Я сама подавалась ему навстречу бёдрами, пытаясь поймать тот самый ритм, от которого внутри всё начинало плавиться.

Минджун целовал меня.

Шею.

Грудь.

Иногда лизал соски, иногда посасывал их так, что у меня пальцы на ногах поджимались.

— Бля... — выдохнула я, цепляясь за его плечи.

Он только хрипло застонал в ответ и вошёл ещё глубже.

Меня постепенно накрывало этим сладким, горячим блаженством.

Я терялась в нём.

В его руках.

В движениях.

В ощущении тяжёлого мужского тела сверху.

И в том, как он смотрел на меня.

Будто я сейчас была для него чем-то самым желанным в мире.

Но потом мне захотелось иначе.

Другой угол.

Другой контроль.

Я толкнула его в плечо, и Минджун сразу понял.

Перевернулся на спину, а я села сверху.

Его руки тут же легли мне на бёдра.

Сжали.

Я повела тазом, сама задавая ритм. Так, как мне хотелось. Как мне было нужно.

Я двигалась на нём то медленно, почти мучительно медленно, то быстрее, крадя его дыхание, и учащая свое.

Минджун смотрел на меня снизу вверх потемневшими глазами и гладил моё тело.

Сжимал грудь.

Играл с сосками.

Иногда просто держал за бёдра, помогая двигаться сильнее.

— Доктор Ким... — выдохнула я. — Руки.

Он сразу протянул их мне.

Я переплела наши пальцы и опёрлась на них, начиная двигаться быстрее.

Воздуха уже не хватало.

Внизу живота всё скручивалось всё сильнее, собираясь в тугой горячий узел.

Ещё.

Ещё.

Ещё немного...

— Ааа... — сорвалось с моих губ, когда горячая тёмная волна наконец накрыла меня целиком.

Меня буквально выгнуло на нём.

Ноги задрожали.

По телу прокатилась тяжёлая волна самого настоящего, земного наслаждения.

Оргазм.

Я рухнула ему на грудь, всё ещё судорожно дыша и чувствуя, как внутри всё сладко пульсирует после разрядки.

Минджун не стал меня переворачивать или отстранять.

Наоборот. Только крепче обнял.

Продолжал гладить меня по спине, по волосам, что-то тихо шепча по-корейски прямо мне в висок.

Ласково.

Хрипло.

А потом я услышала:

— Девочка моя хорошая...

И у меня внутри всё оборвалось от этих слов.

От той нежности, с которой он это сказал.

От того, как они легли мне под кожу. В самое сердце.

Я зажмурилась и спрятала лицо у него на груди, как ребёнок, которому вдруг стало слишком много чувств сразу.

А Минджун всё ещё двигался во мне.

Теперь уже глубже.

Жёстче.

Не сдерживаясь.

Я чувствовала, каким напряжённым стало его тело.

Как сбивается дыхание.

Как он резко выдыхает сквозь зубы, всё сильнее теряя контроль.

Я сама прижалась к нему теснее, подтянув колени выше.

Лёжа грудью на его груди.

Минджун тихо застонал мне в волосы и крепче сжал ладонями мои бёдра.

Толчки стали быстрее.

Рванее.

Он поймал этот ритм — тот, после которого уже невозможно остановиться.

А потом резко перевернул меня на бок.

Лицом к себе.

Моя нога легла на его бедро, и теперь он двигался внутри меня короткими глубокими толчками, не отрывая взгляда от моего лица.

Так близко.

Так откровенно.

Что у меня снова сладко заныло внутри.

Я гладила его по щеке, по шее, чувствуя под пальцами напряжённые мышцы и дрожь его дыхания.

А потом его лицо резко изменилось.

Шея напряглась.

Брови сошлись.

Пальцы впились в мои бёдра до сладкой боли.

Он толкнулся глубже.

Ещё раз.

И ещё — резко, почти срываясь.

— Сора... — сорвалось с его губ хриплым стоном.

И он кончил.

Я чувствовала, как его тело дрожит рядом со мной. Как он ещё двигается, забирая последние капли удовольствия.

А я только лениво гладила его по спине и смотрела в глаза. И он смотрел на меня так же.

Мы оба улыбались.

Счастливые.

Выжатые.

Невероятно довольные этим моментом.

Этой ночью.

Нами.

Минджун медленно убрал прядь волос, прилипшую к моему лицу, и тихо сказал:

— Ты невероятная.

Я улыбнулась лениво и погладила его щёку.

— Ты тоже.

Он вышел из меня, но не отстранился.

Так и остался рядом.

Тяжело дыша.

Глядя мне в глаза.

Я улыбалась ему совершенно глупо и счастливо, а он смотрел так, будто тоже никак не мог поверить, что всё это сейчас реально.

Вдох.

Выдох.

Запах секса, разгорячённых тел и влажной кожи висел в воздухе спальни.

И мы вдвоём посреди этого беспорядка из простыней, рваного дыхания и разбросанной по полу одежды.

Минджун медленно провёл ладонью по моему бедру. Я лениво погладила его по груди в ответ.

Кажется, прошла целая вечность, прежде чем он всё-таки тихо выдохнул, коротко поцеловал меня в плечо и сел на край кровати.

Снял презерватив. Завязал.

А потом поднялся и пошёл в сторону ванной.

Абсолютно голый. Совершенно спокойно. Без капли смущения.

И я тут же зависла взглядом на его спине.

На длинных сильных ногах. На узких бёдрах. На напряжённых мышцах под кожей.

Какой же он был красивый.

А потом из коридора внезапно раздалось:

— Бля! Снова она!

Я тут же расхохоталась.

— Я же сказала, это Лулу! Чего ты так орёшь и пугаешь мышку?

Послышалось возмущённое бурчание:

— Я пугаю мышку? Мне теперь ещё и извиниться перед ней?

Я, смеясь, потянулась с кровати, чтобы посмотреть.

И едва снова не рассмеялась.

Доктор Ким в одних носках стоял посреди коридора с использованным презервативом в руке и смотрел на маленькую мышь.

А Лулу смотрела на него.

Несколько секунд они просто пялились друг на друга. Потом мышка пискнула и убежала.

— Видишь, — довольно протянула я, — она обиделась.

Минджун только покачал головой.

— Ты сумасшедшая, — проворчал он и наконец ушёл в ванную.

А я снова упала на подушки, всё ещё улыбаясь.

И думала только об одном.

Как же всё хорошо получилось.

И как же сильно мне нравится этот мужчина.

***

Утро воскресенья

Я проснулась раньше него.

Хотя на часах было уже почти одиннадцать, но заснули мы, кажется, только под утро.

После первого раза мы ещё умудрились заняться сексом в душе. Это доктор Ким очень захотел. А я была совсем не против.

Так что теперь он спал рядом со мной голый, а я практически лежала на нём, уткнувшись щекой ему в плечо.

Будить его я не стала.

Минджун спал слишком крепко.

Уставший.

Тёплый.

Красивый до невозможности.

Я лежала и просто смотрела на него.

На длинные ресницы.

На вылепленные скулы.

На подбородок с едва заметной щетиной.

На губы.

Тоже искусанные и зацелованные, как и мои.

И от этого внутри снова становилось тепло.

Мягко.

Так хорошо, что хотелось лежать рядом с ним ещё целую вечность.

Я улыбнулась и осторожно поцеловала его в щёку.

Он даже не проснулся.

Только чуть нахмурился во сне и сильнее прижал меня к себе рукой.

Какой же он всё-таки...

Я тихо засмеялась себе под нос и ещё раз быстро поцеловала его, прежде чем всё-таки выбраться из постели.

Стоило мне встать, как я сразу поняла одну очень важную вещь.

Я зверски голодная. Прямо до боли в животе. Вчера мы почти ничего не ели. И сейчас организм явно решил мне это припомнить.

Я села на край кровати, оглядывая спальню.

Наши вещи были разбросаны буквально везде.

Моё платье. Его брюки. Рубашка. Колготки. Где-то возле двери в коридоре валялся один мой кед.

Вчера нам обоим было не до порядка.

Я потянулась было за своей одеждой, но потом взгляд зацепился за его чёрную рубашку.

Я довольно улыбнулась.

Подняла её с пола и надела прямо на голое тело, даже без белья. Ткань пахла им. И была такой большой, что закрывала мои бёдра.

Хм. Да. Минджуну это точно понравится.

И на цыпочках вышла из спальни и пошла на кухню.

Открыла холодильник. Нашла яйца. Какие-то овощи.

Рис в ящике на полке.

И решила, что после такой ночи одними тостами мы точно не отделаемся.

Включила кофеварку.

Я как раз начала готовить завтрак, когда на экране часов вспыхнул входящий вызов.

Я вздрогнула и посмотрела на имя.

Дохён.

Чёрт.

Телефон остался где-то в прихожей.

Я быстро выключила плиту и пошла искать его среди вчерашнего хаоса.

Нашла в сумке, валяющейся возле двери.

Нажала на кнопку вызова и вернулась на кухню. Села за столик, поджав под себя ногу.

— Привет. Мы забрали маму и везём её домой. Поздоровайся с ней.

Я тут же поморщилась.

Блин.

Я ведь совсем забыла.

Нет, не забыла... помнила, что мама прилетает сегодня.

Но настолько закрутилась в последних событиях, что даже не написала ей утром и не спросила, как долетела.

Хотя бы это могла сделать.

Стало стыдно.

За всеми этими мужчинами, свиданиями, и эмоциями я вообще больше не о чем не думала.

Я прикусила губу и устало потёрла лоб.

— Привет. Как ты добралась? — спросила я уже по-корейски.

— Отлично, дорогая! — тут же бодро ответила мама. — Мы сейчас едем на такси. Сначала они завезут меня домой, хочу посмотреть, как они живут. А потом уже в отель.

Как я живу, ты никогда не хотела смотреть.

Мысль кольнула так резко, что я даже отвела взгляд.

Опять.

Эта старая детская обида всё ещё сидела где-то внутри. И я уже сама устала от неё.

Убрала волосы со лба и заставила себя ответить спокойно:

— Когда увидимся?

— А ты когда свободна?

— Я завтра работаю... и всю неделю тоже. Наверное, уже в четверг. На дне рождения. В ресторане, — сказала я.

Мама недовольно цокнула языком.

— Ты опять придёшь одна?

Я уже открыла рот, чтобы что-то ответить, но Дохён тут же вмешался:

— Может, и не одна. Да, сестрёнка?

Я не успела ничего сказать.

За спиной послышались шаги.

Я обернулась.

Минджун, сонный, слегка растрёпанный, в одних трусах и с совершенно помятым после сна лицом, медленно зашёл на кухню.

Он выглядел так по-домашнему, что у меня внутри всё моментально потеплело.

Минджун кивнул мне, ещё явно не до конца проснувшись.

Я быстро прикрыла трубку ладонью и одними губами прошептала:

— Мама.

Он только понимающе кивнул. Но вместо того чтобы уйти, подошёл ближе.

— Сора, так что? — снова донеслось из телефона.

Минджун сел рядом на стул, а потом совершенно естественно потянулся ко мне. Обнял за талию. Поднял.

Пересадил на колени, будто делал это уже сотню раз.

И тут же уткнулся носом мне в плечо. Кажется, он всё ещё спал.

Я тихо засмеялась. Посмотрела на него, прикусила губу и тихо ответила:

— Я приду не одна.

Тут же посыпались вопросы.

От мамы. От Дохёна.

Но я уже поспешно попрощалась, пожелав ей нормально отдохнуть после перелёта.

И быстро сбросила вызов.

Телефон лег на стол.

— Минджун, — позвала я тихо.

Он сонно поднял глаза. Моргнул.

— Что?

Я вдруг резко занервничала.

Почему сказать это оказалось сложнее, чем переспать с ним?

— Я хочу пригласить тебя на свой день рождения.

Он тут же сел ровнее.

— Так официально? — уточнил он, внимательно глядя на меня.

Я смущённо отвела взгляд.

— Ну... там будет мама. Поэтому всё вот так...

Он стал серьёзнее. И кажется, окончательно проснулся.

И от этого я занервничала ещё сильнее.

Может, я вообще тороплю события?

День рождения через пять дней.

Мы сходили на одно свидание. Переспали.

А я уже зову его знакомиться с семьёй.

Ещё испугается сейчас.

Но мои панические мысли не успели раскрутиться дальше, потому что Минджун вдруг спросил:

— В качестве кого?

Я зависла.

— Друга?.. — осторожно предложила я.

Он тут же нахмурился.

— И часто ты с друзьями спишь?

И прежде чем я успела возмутиться, наклонился и слегка прикусил меня за плечо через ткань рубашки.

— Эй! — возмутилась я, дёрнувшись.

Он тут же поцеловал меня в шею. Совершенно без угрызений совести.

— Нет, правда, — уже спокойнее сказала я. — Как мне тебя представить? Коллега? Начальник?

Минджун тихо хмыкнул.

— А самый очевидный вариант сказать нельзя?

Я медленно вдохнула.

— И какой же?

Он посмотрел мне прямо в глаза.

— Что я твой парень.

У меня даже рот приоткрылся. Закрылся. Снова открылся.

А этот невозможный человек только сейчас, кажется, заметил, что на мне под его рубашкой нет трусов.

Потому что его ладонь совершенно спокойно скользнула по внутренней стороне моего бедра вверх.

Медленно. Лениво. Собственнически.

Это вообще не помогало думать.

— Ты мой парень? — переспросила я прямо.

Минджун пожал плечами, будто речь шла о чём-то очевидном.

— Ты что-то имеешь против?

Наверное, мне стоило возмутиться.

Сказать, что вообще-то такие вещи обсуждают.

Что нельзя просто объявить себя моим парнем после одного свидания и ночи вместе.

Что люди так не делают. Но вместо этого я только фыркнула:

— Какой же ты парень? Парням двадцать лет.

Он тихо засмеялся.

— И что теперь?

Я шумно выдохнула, чувствуя, как его пальцы уже были во мне.

Глубоко.

Гладили медленно и уверенно, заставляя меня всё сильнее терять способность соображать. А его член заметно твердел как раз под моими бедрами.

— Ты мой мужчина. Так пойдёт?

Теперь удивился уже он.

Посмотрел на меня так, что у меня снова потеплело внутри. А потом довольно усмехнулся и поцеловал меня.

Медленно.

Тягуче.

— Тогда ты моя девочка. Так пойдёт?

Я улыбнулась ему прямо в губы.

Пойдёт.

А завтрак...

Ну, его мы всё-таки съели. Просто примерно через двадцать минут.