Глава 19 - Аврора

Надеюсь, эта затея не выйдет мне боком.
Я выхожу из окна своей бывшей спальни на лестничную площадку и медленно спускаюсь вниз, держа в руках пакет. На мне спортивный костюм с капюшоном, а в пакете — одежда, которую прислали, чтобы я переоделась уже на месте. Меня туда отвезут и заберут обратно охранники отца Саши. В отличие от моих, они не нарушают личных границ и стоят не у дверей, а на улице.
Я быстро выбегаю и сажусь в машину, когда один из охранников открывает мне дверцу. Естественно, сопровождать меня будет не вся охрана, а только один человек — Саша настояла, чтобы я была в безопасности. Мне нужно просто пойти, узнать, кто и зачем меня туда позвал, и вернуться обратно.
Главное — чтобы мой муж об этом не узнал. Я даже не хочу представлять, что он сделает, если узнает. Наверное, запер бы меня до конца нашего договора.
На полпути до меня вдруг доходит: где же я собираюсь переодеваться? В конверте был маленький QR-код — очевидно, приглашение. Но я не могу появиться там в спортивной одежде. Если мероприятие с дресс-кодом и масками, меня просто не пустят.
Приходится переодеваться прямо в машине. Хорошо, что здесь есть окошко с шторкой, которую можно закрыть, — вроде ширмы. Я натягиваю её и как-то умудряюсь переодеться в тесном салоне. К счастью, с макияжем и причёской всё в порядке: Саша настояла, что с таким роскошным платьем нужно выглядеть должным образом. Она постаралась, чтобы я соответствовала.
Когда мы приезжаем, я открываю дверь, ставлю каблуки на землю, надеваю их и выхожу. Охрана остаётся ждать у машины — от этого, мне становится спокойнее.
Я не знаю, где мы находимся, — район мне незнаком. Здесь всё ещё помпезнее, чем возле дома незнакомца. Повсюду огромные виллы. Как люди живут в таких домах? Там, наверное, бесчисленное количество комнат.
Я направляюсь к белоснежному особняку, откуда уже слышна музыка — очевидно, идёт вечеринка. Слишком много машин, слишком много людей. Подхожу к воротам, прохожу сквозь толпу. Охрана проверяет мой QR-код и пропускает внутрь.
Что ж, я здесь.
Становится тревожно. Я не знаю, что меня ждёт, но стараюсь успокоить себя мыслью: никто не станет причинять вред среди такого количества людей. Зачем было бы звать меня сюда для этого? Это можно сделать и в других условиях.
Решаю остаться возле столов с едой и напитками — одна. Есть или пить здесь я, конечно, не собираюсь. Осторожность прежде всего. В сумке лежит телефон с быстрым набором охраны, что ждёт меня снаружи. Если что-то пойдёт не так — он вытащат меня отсюда.
От этого немного спокойнее. Но внутри всё равно неспокойно. Я не знаю, что мне предстоит услышать. Может, после этой встречи мой мир снова перевернётся с ног на голову.
И всё же лучше узнать правду, чем жить в неизвестности.
Я должна понять, почему в последнее время всё идёт наперекосяк.
Где-то в глубине души всё ещё надеюсь, что Незнакомец к этому никак не причастен.
Терпение на пределе. Хочется сесть в машину и уехать — домой, хоть куда, лишь бы уйти от этого шума и бессмысленной болтовни. Весь этот гул действует на нервы. Мужчины подходили уже не раз; я вежливо отказывала, соврав, что рядом мой муж — обычно это отталкивало.
И вот снова: кто‑то встал рядом. Я готова сделать шаг назад и уйти в другую сторону, как вдруг слышу знакомый голос: «Иди за мной, Аврора». Замираю. Это он? Тот, кто прислал платье? Кто отправил приглашение? Резко поворачиваюсь и вижу, как мужчина уходит. Беру телефон из сумки на всякий случай и иду вслед. Голос кажется знакомым, но понять, откуда, не выходит. Это точно не Андрей и не Демьян. Чёрт, кто он и что здесь происходит?
Мы доходим до длинного коридора, он поворачивает и скрывается в глубине — я ускоряю шаг, пытаясь догнать. Вдруг одна из дверей распахивается, и кто‑то резко тянет меня внутрь, захлопывая за мной. Прислоняют к двери — сердце подскакивает. Паника. Кричать бесполезно: в доме слишком много людей.
Но затем улавливаю знакомый запах, и страх сменяется недоумением. Поднимаю взгляд — за белой маской блестят глаза цвета океана. Чёрт, Незнакомец. Как он узнал? Как нашёл меня здесь? Меня охватывает растерянность и стыд одновременно.
— У тебя всего один шанс, жена, — звучит низкий грубый голос. — Объясни, что ты делаешь здесь в таком виде.
Вновь растерялась: сказать правду про того мужчину и письмо или соврать? Если он спросил — значит, последовал за мной. Может, это ловушка? Может, он что‑то скрывает? Я не могу сказать правду. И что придумать? Липнущее в горле неподатливое чувство. Прикусив губу, опускаю взгляд.
— Ну что скажешь? — повторяет он. — В нижнем белье?
— Это платье, — холодно отвечаю.
— Платье, значит, я из‑за этого грёбанного платья готов разнести это место со всеми, кто внутри, чтобы все, кто тебя видели в этом, забыли о твоём существовании. Ты это понимаешь, Аврора? — злобно рычит он мне.
Я чувствую его дыхание на своих губах, на своём лице, и, чёрт, бабочки внутри снова порхают. Я понимаю: этот мужчина мне никогда не внушал страха, лишь притяжение. Что бы он ни делал, я чувствую себя рядом с ним в безопасности.
— Ну, ты скажешь мне, что ты тут делаешь? — настаивает он.
Я начинаю злиться на него.
— Знаешь что, я не обязана тебе ничего рассказывать, так же, как и ты мне ничего не рассказываешь. Я о тебе ничего не знаю. Ничего. Когда будешь готов быть со мной честным, тогда и я, возможно, расскажу тебе.
Скрещиваю я руки на груди, упрямо посмотрев на него.
Мы упрямо стоим и смотрим друг на друга. Он напоминает о наказаниях, я о непослушании. Между нами — скрытая угроза и вызов.
— Ты помнишь, чем грозит неповиновение? — тихо спрашивает он.
— Да, помню, — отвечаю. — Но наказать меня так, чтобы мне было невыносимо? Попробуй.
Взрывной тон сменяется лёгким, почти шёпотом: разговор стал игрой в напряжение. Не знаю, с чего началась эта провокация, но игра нравится. В ней есть воля, страсть и буря эмоций, от которой трудно отойти.
Он оскаливает зубы и начинает хищно улыбаться мне.
— Тогда давай проверим, насколько ты права, моя ледяная королева.
Дергает меня на себя, резко берет за бедра, поднимает и кладет на свои плечи.
— Что ты делаешь? Мы в чужом доме. Тебя вообще сюда приглашали? Как ты сюда попал? Как ты меня нашел? У тебя что, еще скрытая охрана, которая следит за мной?
Вопросы сыплются сами собой, пока он тащит меня в другую часть комнаты. Он ставит меня у окна, поворачивает, а сам вставая за моей спиной, и резко толкает вперед, чтобы я наклонилась.
— В следующий раз, когда подумаешь, что можешь надеть такое где-то, кроме как при моем присутствии, запомни этот момент, Аврора.
Он тянет наверх, мое платье, оголяя нижнюю часть моего тела. Чёрт бы его побрал. Я уже чувствую возбуждение от его присутствия. Ну почему он на меня так действует, Господи? Я никогда к этому не привыкну. Никогда. Это всегда так неожиданно.
Не успеваю опомниться, как его пальцы оказываются внутри моей мокрой плоти. Я резко вскрикиваю, даже не знаю отчего: от боли, от удовольствия, от того, чего я жаждала. Господи, мы два больных души, которые нашли друг друга.
— Ну, мне остановиться, Аврора? — спрашивает он хриплым голосом, доводя меня до безумия.
— Нет, нет, пожалуйста...
Я не смогу, не выдержу, если он остановится.
Я жалобно стону, почти в отчаянии, когда он останавливается. Но он не даёт мне опомниться и садится на корточки сзади меня. Сначала чувствую его дыхание на себе, отчего проходит электричество по всему телу, а потом рот и язык на себе. Глаза закатываются от удовольствия. Чёрт, черт, черт. Он сделал меня зависимой от своих рук, от своих губ, от ласк, даже от присутствия.
Когда я уже готова взорваться, он останавливается. И у меня начинается паника.
Нет, нет, нет... Я не выдержу это, с ума сойду.
— Что ты делаешь? Не останавливайся! — поворачиваюсь к нему, но он не даёт встать. Держит меня за бедра сильно, чтобы я не двигалась.
— Скажи мне, Аврора, что ты хочешь?
Я кусаю губу, не хочу отвечать. Не хочу доставлять ему удовольствие.
— Ну так не скажешь? Мы можем просто уйти сейчас?
— Нет!
Я хочу его, безумно хочу. Всё это время сходила с ума, что он не доводил до конца. Но я готова к этому, хочу это. Это правильно, с ним всё правильно, чувствую это всем своим нутром.
— Трахни меня, пожалуйста. — Шепчу почти.
Он как будто перестает сначала дышать, а потом начинает часто дышать. Я чувствую каждый его вздох. Как будто он пытается себя контролировать.
— Черт, я мечтаю об этом с тех пор, как тебя увидел, моя ледяная королева.
Он дергает меня на себя, поворачивает и усаживает на подоконник, вставая между моими разведенными ногами. И впивается в мои губы страстным поцелуем. Я обнимаю его, притягивая ближе, отчаянно хочу почувствовать его тепло, его запах. Иногда мне кажется, что он нереален. Я просто выдумала его себе, чтобы лечить свою боль.
Уже не сдерживаясь, расстегиваю пуговицы его рубашки по одному, а потом вожусь с брюками. Не могу больше ждать. Он ухмыляется и целует меня. Его руки переходят к моим бедрам и резка дергает меня к себе.
— Моя! — рычит он и насаживает меня на свой ствол, вырвав у меня душераздирающий крик боли, удовольствия и отчаяния долгих лет, которым никто не прикасался. Слеза катится по щеке, но это не от боли. Я как будто наконец освободилась.
Пока что демоны молчат, но знаю, как только это закончится, они снова обвинят меня в предательстве. Но сейчас это не главное. Сейчас главное — я и мой незнакомец. Я отчаянно целую его.
Мы стонем в унисон, сначала он двигается медленно, давая мне привыкнуть к его размеру.
— Быстрее, пожалуйста, — шепчу ему в губу.
— Черт, как же в тебе тесно. Как же это хорошо. Как же я мечтал об этом. — откидывает голову назад.
— Ты знаешь, что больше от меня никуда не денешься, Аврора. Ты знаешь, что это не только наш первый секс. Это печать на наши отношения. У тебя больше нет выбора. Ты теперь моя. До конца. — Говорит низким голосом, подчёркивая каждое слово резким толчком.
Я молчу. Не думаю ни о чем. Хочу, чтобы он запомнил этот момент навсегда. Ибо не знаю, что нас ждет в дальнейшем.

Когда мы приближаемся к оргазму, он берет меня на руки. Я обвиваю ногами его талию, руками обнимаю за шею. Прислоняет меня к стене и, с неистовой силой, насаживает на себя. Я, прерывая поцелуй, откидываю голову назад и стону так громко, что кто-то мог услышать. И чувствую, как он утолщается. Такое положение, дает мне сладкое трение в бугорке, и я готова с ним упасть. Он хватает меня да шею, чтобы я смотрела на него. Не отрывая взгляда, делает несколько резких, грубых толчков и мы вместе достигаем оргазма, приглушая наши звуки в отчаянном поцелуе.
Это самое сильное, что я испытывала за последние пять лет. Думала, у меня больше никогда такого не будет. Но это чертов незнакомец, который вошел и разрушил всё на своём пути. Грозя мне не только неспокойной жизнью, но и душой тоже. Черт, неужели? Неужели он может? Он мог так засечь в мозге? В моей душе за короткое время — так, что я этого не чувствовала. Возможно, чувствовала, но не разрешала себе об этом думать.
Сейчас мне некуда деться от этих чувств и эмоций. Мне нужно узнать правду, принять его и решить, что с нами делать. Ибо ещё один шаг — и я провалюсь с обрыва. Я это знаю.
— Вот, надень это. Ты больше в той одежде отсюда не выйдешь. Точнее — в этом кусочке ткани, — протягивает он мне пакет.
Я пытаюсь отдышаться, а он уже почти полностью одет. Молча беру пакет и достаю содержимое. Красное платье — облегающее, не короткое, не длинное, не закрытое, не откровенное. Допустимое по меркам мистера зануды.
Я закатываю глаза, но тут меня осеняет:
— Подожди, как ты узнал, что я здесь? Ты ведь не ответил. Почему взял с собой одежду? Знал, в чём я? Следил за мной? У тебя дополнительная охрана? — сыплю вопросами, не успевая остановиться.
Он поворачивается ко мне, надевая маску:
— Это ты сначала скажи, дорогая жена, что ты тут забыла и почему я не в курсе? Может, сама начнёшь быть честной, прежде чем осыпать вопросами? — произносит он, приближаясь.
Я сглатываю. Он прав. Если сама не готова говорить правду, глупо требовать её от него. Отворачиваюсь, быстро надеваю платье, маску и направляюсь к двери.
Он догоняет меня и берёт за руку:
— Ни шагу от меня. Мы сейчас же уходим отсюда, — тащит он за собой.
Как только мы оказываемся в зале, незнакомец оглядывается. Не знаю, что пытается понять, но выглядит напряжённым.
— Чёрт... только не этот. Только не этот ублюдок, — рычит он сквозь зубы.
— Что случилось? — дёргаю его за руку.
— Тут тот, кто не должен тебя увидеть. Возвращайся в свою комнату и жди меня. Запри дверь, пока не приду, — говорит он напряжённо, почти испуганно.
Я теряюсь.
— Кто? Кто он? Кого ты увидел? — спрашиваю, держась за его плечи.
— Не задавай вопросов, Аврора. Сделай, что сказал, — произносит он.
Я слушаюсь. Если кто-то смог напугать его, значит, этот кто-то действительно страшен. Быстро возвращаюсь в комнату и запираю дверь.
Чёрт, кого он увидел?
Хожу из стороны в сторону, ожидая его. С ним ведь ничего не случится? Господи, а вдруг случится? Эта мысль пугает до дрожи. Мне становится больно от страха за него.
Не выдерживаю и выбегаю из комнаты.
Как только сворачиваю за угол, передо мной встаёт мужчина.
— Вот и лакомый кусочек. Наконец я нашёл тебя, — говорит мужчина в возрасте.
— Что? Кто вы? Что вы себе позволяете?! — пытаюсь увернуться, но он резко хватает меня за руку.
— Я глаз с тебя не сводил с тех пор, как ты появилась здесь в той одежде. Кстати, почему переоделась? — смеется мерзавец.
— Отпустите меня! — кричу я.
Он только сильнее сжимает мою руку, пытаясь обхватить за талию.
— Я сказал, иди сюда! — рычит он.
— Помогите! Отстаньте! — кричу, но он слишком силён.
Резко ударяю его по щеке, он поднимает руку, чтобы ударить в ответ. Я зажмуриваюсь, ожидая удара, но вместо этого слышу его крик.
Открываю глаза — передо мной незнакомец. Он держит руку мерзавца, вывернув её так, что тот кричит от боли.
— Не смей прикасаться к моей жене, ублюдок! — рычит он.
— Ты, блять, кто такой?! — выплёвывает мерзавец. — Знаешь хоть, кто я? Я от тебя живого места не оставлю! Или отдай мне эту шлюху добровольно, или я изнасилую её прямо перед тобой, пока ты будешь корчиться от боли, — бросает урод.
У меня сердце падает в пятки. Господи, что за чудовище? Как могут существовать такие люди?
Я хватаю незнакомца за руку, дрожу.
— Господи, зачем я сюда пришла... нас убьют... — шепчу, чувствуя, как слёзы заливают глаза.
— Что ты сказал? — холодно, почти безжизненно спрашивает незнакомец.
Мерзавец пытается достать телефон, но незнакомец бьёт его по руке. Телефон падает на пол. Он резко выдёргивает из моих волос шпильку, которую Саша прикрепила мне.
Как только старый мерзавец поднимает голову, незнакомец вонзает шпильку ему в шею.
В ту же секунду тот начинает захлёбываться и падает на колени. Я от шока не могу ни кричать, ни дышать, ни двигаться.
— Уходим, — берёт меня за руку и тащит за собой, как куклу.
От шока я не могу сопротивляться. Просто иду за ним, словно ноги сами несут.
Господи... снова. Из-за меня снова убили человека. История повторяется.
Сначала Демьян, теперь — незнакомец.
Да, этот человек был чудовищем, но то, как он, не моргнув, убил его...
Чёрт возьми, кто же он? Я смотрю на него, пока он тянет меня за руку, и понимаю — я ведь почти ничего о нём не знаю. Только то, что читала в интернете. Он сам мне о себе ничего не рассказывал.