Глава 15

Стоит первым солнечным лучам показаться на горизонте, как двое оболтусов заваливаются в мою спальню с помыслами украсть меня у сладкого Морфея, крепко державшего меня в своих сетях. Я морщусь от ярких лучей, проникавших сквозь открытые Нейтоном шторы, который просит собираться. Спросонья я не сильно хорошо понимаю, что эти два придурка хотят от меня, пока взгляд не упал на Алека, сидевшего на моей кровати, облокотившись на руки позади себя, с широкой чеширской улыбкой.

— Ты та~ак сладко спишь, ангел.

Всё ещё с затуманенной от сна головой я принимаю сидячее положение и, потирая сонные глаза, возобновляю мыслительный процесс насколько это возможно в попытках прояснить происходящее.

Что они делают здесь? Почему меня подняли в понедельник на рассвете? А самое главное - куда собираться?

— Так я же спящий ангел, - бурчу, не задумываясь, и получаю в ответ одобрительную улыбку.

Пока я по кусочкам собирала свои мысли в единоцелый вопрос, брат уже скрылся в своей спальне, бросив мою дверь открытой нараспашку. Мы с Ньюманом остались одни. И подобное происходит в последнее время всё чаще - подозрительно. Готова спорить, что Алек приложил к этому свою руку, дабы выиграть этот чёртов спор. Но раз мы остались вдвоем, задаю этот вопрос ему.

— В Финикс, - как всегда кратко отвечает парень, наблюдая, как я руками массирую виски, пытаясь сконцентрироваться на этой мысли.

Ок'ей. Финикс. Зачем мы едем в Финикс? Что мы... А... поездка с командой... на товарищеский матч. Ага, помню такое. Хорошо.

Нужно собрать вещи в дорогу. Миль говорил, что поездка рассчитана на два дня. Завтра ночью мы уже вернёмся. Поэтому не стоит набирать много.

Откидываю одеяло с себя и спрыгиваю с кровати, настроив свой курс на гардеробную, перечисляя в голове то, что нужно взять.

Чисто вещи первой необходимости: зубная щётка, зубная паста, спортивки, футболка, расческа, трусики...

Но он тут же сбивается, когда замечаю две спортивные сумки рядом с Алеком.

— Ангел, - радостно (маска) улыбается парень, - Я уже собрал твои вещи, даже парочку запасных трусиков, - подмигивает, - Ну так, на всякий... - я смотрю на него со всем скептицизмом, который могла излучать в таком сонном состоянии.

Мне было плевать, что он капался в моих вещах - не в первый раз же. И было всё равно, что в сумке лежало даже моё нижнее бельё, ежедневки и тампоны.

Какой предусмотрительный...

— Ты даже прожигаешь взглядом та~ак сексуально, - ухмыляется, схватившись за сердце.

— Придурок, - бурчу я, толкнув его в плечо.

Хотела, чтобы он упал... а по итогу сама подставила себе подножку...

В момент толчка Алек успевает удержать мою руку на своё плече, потянув за собой так, что по инерции я приземляюсь на его грудь. Запястья немного побаливают от его резких движений, и я морщусь от покалываний.

— Придурок, - шиплю, ударив кулаком его по груди.

— А разве не романтично? - он заламывает бровь, а в глазах так и пляшут чертята.

Он играется... забавляется... думает, что таким способом выиграет спор. Хрен тебе, Александр Рэй Ньюман, а не игры без таблеток...

— Да? - сладко шепчу я, проводя кончиком пальца по его шее, затрагивая кадык и наклоняясь всё ниже, его мышцы напрягаются, ‐ Тогда... возможно... Мне стоит позвонить Итану, - резко серьезным тоном оповещаю его и так же резко встаю с него, оттолкнувшись руками от его груди.

Беру свой телефон с прикроватной тумбочки и направляюсь в гардеробную, слыша саркастические возмущения Алека о том, что я испортила такой момент. Набираю номер Кинга, открыв комод с нижним бельём. Спустя три гудка он все же поднимает.

— Десять вечера? Серьезно? - с неким сарказмом отзывается доктор, - Теряешь сноровку.

— У меня пять утра, - с таким же сарказмом отвечаю я, скидывая пижаму с себя.

Включаю громкую связь, чтобы было удобнее надеть нижнее белье. Это лишь спортивная поездка - не стоит выдумывать заново велосипед, поэтому надеваю простой бежевый комплект, без кружева, рюшей и прочей роскоши. Рассказываю Итану про ситуацию с Эдгаром и Лайлой, про странный разговор Алека и Джуд. Пока доктор молча обдумывал услышанное - уверена, он, как всегда, сморщил свой лоб и в раздумьях потирал подбородок, вглядываясь в пустоту, будто ответ ему напишут в воздухе - я пыталась застегнуть лифчик сзади.

И кто меня дёрнул так его надевать сейчас?

Лёгким движением холодные пальцы подцепляют застежки и соединяют их друг с другом, заставляя меня вздрогнуть.

Заломив одну бровь, поворачиваюсь к брюнету, который уже успел отступить от меня на шаг и прислонился к стене, наблюдая за мной своими хитрыми кошачьими глазами. Мой взгляд всё ещё прикован к Алеку, когда Итан начинает высказывать свой поток бессвязных мыслей:

— Я же говорил тебе в самом начале, что лучше держаться подальше от этого Александра, - устало выдыхает Кинг, и я вздрагиваю от осознания того, что доктор сейчас выскажет то, что Нюману с его заинтересованной в этом улыбке, прожигающим меня свои взглядом, знать не стоит...

Дёрнувшись в сторону телефона, дабы сбросить вызов или выключить громкость, оказалась в крепких объятиях парня. Александр прижимался ко мне со спины, удерживая мои руки своими, показывая своё желание продолжить быть тайным слушателем сего диалога.

Его хватка была слишком крепкой, чтобы я смогла вырваться, а может я не хотела... Его обжигающе приятное тепло окутывало меня словно кокон, тупя весь здравый смысл.

— До того, как вас связали нити... Хотя Судьба решает это ещё, когда мы в утробе... Отвлёкся. Из-за этой привязанности твои лекарства и не работают, Наоми. Теперь он твоё единственное верное лекарство...

Довольно хмыкнув себе под нос, брюнет отпускает меня и подходит к вешалкам с моей одеждой, начиная перебирать их. Вот же...

— Итан, - несколько осуждающе начинаю, схватив телефон с комода и выключив наконец эту чертову громкую связь, - Ты же знаешь, если это действительно так, то это просто ужасно, - взвизгиваю, замечая, как Алек на секунду зависает, - Три месяца, Итан, - на глаза наворачиваются слёзы от осознания собственных слов, - Более мне не позволено...

— Да, но ты можешь не прилетать...

— Итан! Он сказал, что я буду расплачиваться девять месяцев за это лето. Девять! - выкрикиваю я, окончательно потеряв контроль над эмоциями, - Я не знаю, что это будет, но в голову лезет только...

Я умолкаю, встретившись с ледяным взглядом брюнета. Всего в паре шагов с выбранной одеждой, прожигая меня, парень наблюдал, ожидая окончания предложения.

— Разве я не говорил это ранее? - выкрикнул Итан, злясь, - Расскажи об этом! - слишком громко.

— О чём? - Алек заламывает бровь, делая шаг ко мне.

Он не тупой. Ньюман умный. Слишком. Сто процентов, давно уже понял, что мы имеем в виду, что значит мой взгляд и мои слова... Так зачем же ему нужны еще и мое подтверждение?

— Твой отец - не абы кто. Он сможет тебе помочь. Твоя мать - адвокат! Они смогут тебе помочь разобраться с этой...

— Нет! - выкрикнула я.

Не знаю, кому именно это было сказано. Итану с его советами или приближающемуся ко мне Алеку. В любом случае хоть на одного они подействовали, как надо.

— Итан, - проглатываю с трудом ком, не отводя взгляда от Ньюмана, стоящего всего в сантиметре от меня, - Я всё равно уе...

Мне не дали закончить предложение, которое я с таким трудом старалась выговорить ровным голосом. Длинные пальцы Ньюмана сомкнулись на моём подбородке, придерживая, пока его властные губы ласкали мои в попытке заткнуть. Они вбирали мои всё сильнее и сильнее. Щёки обожгло, а мысли и обсессии, связанные с Маркусом, Японией, будущим улетучились, оставляя за собой пустую голову.

Так спокойно... так... тихо...

Не отрываясь от меня, Алек аккуратно забрал из моих рук телефон и, сбросив вызов, засунул в свой собственный карман штанов. Но сейчас мне было плевать. Были лишь он и я... Его губы и мои... Моё лекарство и я...

— Мне обязательно произносить свой вопрос в слух? - чуть оторвавшись, напал парень.

Он был зол. Очень сильно. И я терялась в догадках о причине его столь быстрой смены эмоций. Был ли это психоз? Или другая его психическая болячка? Или быть может я что-то сделала не так? Почему...

— Александр... - устало выдыхаю, отстранившись от него.

В порыве его страстного поцелуя все вещи, которые он так тщательно подбирал, упали на пол. Я приседаю, чтобы их поднять.

— Сейчас мой ход.

Он складывает руки на груди, наблюдая, как я встаю, как натягиваю на себя, выбранные им черные спортивные штаны и белый топ с рукавами.

— Что ты хочешь узнать, Ньюман? Что? - срываюсь я, - Что по возращении в Японию меня изобьют, изнасилуют и будут мучить голодом? Что Маркус никакой мне не парень, а сумасшедший маньяк, медленно толкавший меня к могиле? Что... Что ты хочешь услышать? Что я сама себе противна от всего этого? Что я жалкая? Жалкая, что не дала отпор, когда нужно было? Жалкая, что ничего не могу с этим сделать? Жалкая, что меня, семнадцатилетнюю девушку, насилует двадцатипятилетний мужик? Да, я жалкая. Никчёмная. Противная. Ужасная. Я...

— Закройся...

Ньюман резким движением дёргает меня за руку, бросая в свои объятия. Его крепкие руки прижимают меня к хозяину, распространяя его тепло по всему моему телу. Мой нос утыкается в его грудь. И только сейчас замечаю, что по моим щекам текут слёзы.

В последнее время они стали моими спутниками...

— Выплесни всё, - его шёпот даёт толчок, который нужен был мне уже давно.

Какой он странный! То "закройся", то "выплесни всё"... Я его не понимаю... Но ещё больше я не понимаю себя...

Мои слёзы уже не сдержать, как и голос, который я старалась подавить. Мне нужно было это сделать уже давно... выплеснуть все-все свои чувства и эмоции, что накопились во мне за все семнадцать лет. Я ещё пожалею, что сделала это перед Александром, но не сейчас, когда он дарит мне покой.

— Дыши, - поглаживая меня по голове, шептал, - Просто вдохни.

Вдох-выдох. Еще раз.

Моё состояние нормализуется, а слезы прекращаются. Остаются только красные глаза и нос от истерики и красные щеки от такой интимной близости Алека. Только что он будто залез мне под кожу. Узнал самое страшное в порыве злости...

— Ангелочек...

Продолжает звать меня так? Разве я ему не противна?

Он отстраняется и, придерживая меня за плечи, заглядывает мне в глаза.

— Могу я услышать историю целиком?

Ньюман не выглядит разочарованным, и в нём не читается никакое отвращение ко мне... Только любопытство...

— Ты использовал свой ход, - шмыгаю носом, потупив взгляд.

Мне и вправду стало легче.

Уголки его губ дергаются, и я слышу легкий смешок.

— Хорошо. Ты мне не противна. Я не считаю тебя жалкой, и ты продолжишь быть моим ангелочком, озаряющим тьму, - мы встречаемся глазами, - Я всё ещё вижу тебя...

Не... лжет...

— А теперь могу я услышать полную версию произошедшего?

С минуту я медлю, наблюдая за ним, будто бы ища хоть малейший намёк на его враньё... Ничего...

Глубоко вздохнув, я принимаюсь за свой рассказ, начавшийся ещё в детстве, когда Нейтон и Лайла были частью семьи. Маркус всегда был избалованным ребенком, поскольку его семья была довольно обеспеченной. Для него получить что-то, чего он хочет, не составляет особого труда. И я не стала исключением. В детстве мы всегда гуляли втроем: Я, Нейт и Маркус. Миловидный мальчик, который понравился мне внешне. Я была такой дурочкой, привязавшись к такому человеку в детстве... Но в те времена он больше был привязан к брату, нежели сейчас... После их переезда Маркус чувствовал себя преданным и хотел отомстить Нейту, чтобы ему было также больно. И тут он вспомнил обо мне, маленькой невинной девочке, влюбленной по уши в него, что была важной для Нейта. Он стал обращать на меня внимание, сближаться, а после четырнадцати... не было ни дня без... Он причинял мне боль... Бил меня, насиловал меня, травил наркотиками в надежде, что мой брат когда-нибудь объявится с болью на лице... Что падёт ему в колени...

— Моё тело - результат этого сумасшедшего. Он не мой парень, - мой голос дрожит, смотрю на Ньюмана, вспоминая наш тогдашний разговор:

— Значит, твоё тело - результат твоего парня?

— Нет.

— Не лги, - раздраженно бросил Александр, не сводя с меня глаз, - Сказал же, я вижу тебя.

— А я и не лгу.

— Лгунья.

Я не лгала... Все синяки и шрамы были оставлены им. Кроме рук. Я резала их, чтобы отпустить всю ту душевную боль, что он приносил. Разбитое сердце...

Я была лишь игрушкой в его руках. Маркус заставил меня даже участвовать в нелегальных гонках ради свободы... За каждый проигрыш было наказание, а за победу - неделя отдыха. Я быстро научилась водить, и в скором времени мне в карман прыгали победа за победой. Мы всё реже встречались с ним, и, конечно же, ему это не нравилось. Маркус подговорил своего человека, и тот сломал тормоза. Машину занесло на повороте. Я вылетела с дороги и кубарем пролетела два квартала... Машина зацепила женщину... Она погибла на месте, а меня с кучей переломов доставили в больницу. Я была при смерти... Шрам на спине - вечное напоминания о моих убийстве и шансе спастись, который я упустила. Маркус тогда впервые испугался, что может лишиться своего удовольствия... Родные пострадавшей, даже приходили ко мне в палату, обвиняя в убийстве... После Маркус нежился со мной, будто никогда не было тех ужасных событий и вещей, что со мной произошли. Однако стоило всем костям восстановиться, пришло время платить за такое отношение...

— Ангел...

— Нет, - слабо улыбаюсь, - Мне не нужна твоя жалость. Я прекрасно знаю, кто я...

— Кто сказал, что я жалею тебя? - его теплая рука пробегается по моему плечу, спускается по предплечью, останавливаясь у ладони, - Отнюдь... Жизнь сыграла с тобой злую шутку, но ты стала сильнее.

Странно слышать нечто подобное от такого человека, как Алек.

— Ты доверилась мне, я ценю это.

Кто этот вежливый парень передо мной? Куда дели Александра Рэй Ньюмана?

— У меня не было выбора, - бурчу себе под нос, - Это был твой ход...

— Выбор есть всегда, Мой Ангел, - Алек протягивает мне руку, чем заслуживает мой недоуменный взгляд - Просто ты иногда не осознаешь, как делаешь его... Так, что... ты позволишь мне, твоему лекарству, помочь с решением твоей проблемы? - легкий кивок на руку.

Помочь? Ты серьезно думаешь, что сможешь мне помочь? Алек, это же смешно...

Но что-то толкает меня к нему... и, возможно, я всё же хочу довериться этому человеку. Поверить, что всё будет хорошо... хотя бы эти несколько месяцев... А потом умереть, познав наслаждение...

— Ты скорее дьявол, - усмехаюсь я, и он поддерживает, - Хорошо, я принимаю...

— Ох, давай скрепим наше согласие поцелуем истинной любви, - смеётся Ньюман, потянувшись ко мне своими губами.

— Иди в жопу - его лицо встречается с моей ладонью, и он нежно улыбается.

И за всеми этими глупыми шутками, небрежностью и дикой легкостью стояла некая забота обо мне. Пусть так по-своему, но он старался заставить забыть меня о прошлом...

Черный мерседес ждал нас у парадного входа. Парни уселись вперед, а я с удовольствием забралась на заднее сиденье, где смогла спокойно восстановить остатки своего сладкого сна, что был прерван этими дураками. Но прежде спрашиваю, как мы планируем ехать до Финикса, на этой ли машине.

Это было бы слишком жестоко для них - ехать пять часов без остановок. Хотя мы бы делали их. В любом случае я видела крупицы сонливости в глазах Алека, да и зевал он чаще, когда мы выехали с парковки у дома Гарсиа. Он бы не выдержал столько времени за рулем. Не сейчас...

— Нет, возле корпуса нас будет ждать автобус команды, который отвезет нас туда и обратно, - пояснил брат, слегка повернувшись в мою сторону.

Узнав всё, что меня интересовало, я прилегла, прислонившись лбом к несколько прохладному стеклу, и сон накрыл меня уютным одеялом...

По плану команда должна была собираться на самом поле в ожидании автобуса что повезёт нас в Финикс. Когда мы прибыли, все были уже в сборе. Парни стояли вокруг тренера, внимательно впитывая информацию. Алек и Нейт шли впереди, таща свои и за одно мои вещи, я же плелась позади, без устали потирая глаза, и зевала на ходу, прикрывая рот ладонью и морщась до слёз.

По скорее бы приехал этот чёртов автобус, чтобы я смогла доспать...

Стоило мне приблизиться к ребятам достаточно близко, как они начали по-доброму посмеиваться над моим сонным видом, сравнивая меня с маленьким котёнком. Очень уместное сравнение, особенно, когда я постоянно зевала, тянулась и жмурилась от лучей, восходящего солнца.

К тому же на фоне этих гигантов я действительно была слишком маленькой и беззащитной. Мои сто пятьдесят восемь сантиметров яро выделялись среди игроков, чей рост составлял сто восемьдесят - сто девяноста сантиметров, конечно, за исключением Орана с его ста семьюдесятью двумя сантиметрами и Нестом, который был выше меня всего лишь на пять сантиметров.

Мягко улыбнувшись мне и ровно поприветствовав Ньюмана и Гарсиа, тренер Картер оповестил нас о своем намерении подняться в свой кабинет, чтобы забрать свои вещи и документы, а также проверить воду и электричество, после чего он удалился.

— Что это? - почти усыкается от смеха Адриан, тыкая своим пальцем в мой уже полуразвалившийся пучок на голове.

Я завязывала его наспех перед зеркалом в гардеробной под пристальным взглядом Алека, которого слишком сильно раздражало ожидание, поэтому он получился довольно небрежным, так я еще и в машине спала, ворочась... Не мудрено, что от моей "фантастичной" прически ничего не осталось.

Звонко цокнув языком, я стягиваю резинку с волос. Они рассыпаются по плечам, пока я выпрямляю резинку и надеваю ее на запястье, обвиняя Ньюмана в его спешке. Сам парень был неподалёку - общался с Кеем в паре шагов от меня. Было понятно, что моё шипение долетит до его дьявольских ушей.

— Ангелок, спрячь свои молочные клыки, - смеётся парень, - Они не соответствуют твоему виду.

Его "замечание" прилетает, когда я, наклонившись вперед, завязывала новый пучок, поэтому я выпрямляюсь с похожей усмешкой, что и у брюнета. Слишком заразительна, особенно когда лицезришь ее по несколько раз на день.

— Эй, дьяволёнок, спрячь свои добродетели, а то ненароком можно подумать, что ты хорошенький, - теперь уже смеялась я.

Парням было весело наблюдать за нашим перекидыванием колких фраз, но никто не решался засмеяться и поддержать кого-то из нас, поскольку не знали, как отреагирует Алек. Ньюман - псих. Многие так говорят, и я вижу это в нём. Он полностью непредсказуем, но... меня это не останавливает...

...

Я ведь тоже...

...

Псих.

— Можно подумать, что твоё мяуканье кто-то воспримет всерьез, - продолжает.

— Эй, ребят... - Сэм, почувствовав нарастающую напряженность между нами, старался остановить, но мы были только вдвоем...

— Ох, я думаю, это должна была сказать я, - смеюсь, прикрыв свои губы, растянувшиеся в веселой улыбке, тыльной стороной ладони.

— Нарываешься, - шипит.

— И что? Что? - я сокращаю и так мизерное расстояние между нами, - Ударишь меня? Ну, давай-давай, ударь, - подставляю ему щёку.

Не ударит. Ведь это всего лишь игр...

Но я вдруг оказываюсь в фильме с замедленной съемкой. Сначала замечаю жутких бесят в стальных глазах, затем рука, сжатая в кулак, медленно возвышается. Отдаленно слышала приглушенные крики ребят, но никак не могла разобрать ни слова. Вся концентрация была на мысли, что он ударит... Замахивается и бьёт. РЕАЛЬНО БЬЁТ в мою сторону. Не знаю, как, но тело успевает среагировать самостоятельно - я успеваю увернуться. Большой кулак остается в сантиметре от моего лица.

Что это было? Он меня чуть не ударил...

— Ты придурок? - прерываю я тишину, что воцарилась после всего, и бью его по предплечью, чтобы он отпустил свою руку уже.

Об инстинкте самосохранения со мной можете даже не разговаривать. Как выяснилось, я не знаю, что это такое.

Парни молча следили за всем, напряженно хмуря свои брови, а младшие, что стояли поодаль в страхе озирались по сторонам в поисках тренера, но никто не шелохнулся с места, дабы позвать его...

Мы же вроде бы тупо дурачились, каким образом вылезла его другая личность, что бьёт без разбора? Я даже испугалась...

— Что за цирк ты здесь устроил? - беру себя в руки, хотя сама всё ещё сильно дрожала внутри.

Я действительно не ожидала, что он ударит меня...

— Храбрая? - усмехнулся Александр, засунул руки в карманы и встал впритык ко мне, взирая сверху вниз.

Его глаза... Они темного оттенка... и без единой капли сознания... Он не в себе...

— Уймись, - шиплю я, толкнув его в грудь.

Мне нужно было расчистить своё личное пространство, которое он нарушал.

Всё гадство, заключалось в том, что сейчас Александр мог видеть кого угодно, что угодно. У него могли быть галлюцинации, которые контролировать он был не в силах. Зрение и слух могли его подводить сейчас, подталкивая на непонятные действия. И в этом вся проблема. Мы не знаем, чего от него ожидать...

Мы абсолютно точно не знаем, как влияет на нас эффект красной нити, особенно на него. С его психозом... Но его сегодняшняя сонливость... признак "пробуждения"?

— Где. Твои. Таблетки? - шиплю, показывая взглядом, что я здесь главная, однако по тому, как он хитро сужает глаза, понимаю, что ответа не дождусь. Тем более правдивого, поэтому передаю этот вопрос Нейтону.

— Секунду, - брат начинает свои поиски в сумке, висевшей на плече.

Ранее я видела, как Нейт давал Александру баночку с психотропными препаратами. Так что я предположила, что запасные хранятся именно у него. И именно он следит за лучшим другом в приеме таблеток...

Возможно, одна из личностей Александра понимает, что сейчас будет жутко неприятно, и придётся уйти, поэтому дёргается в сторону брата. Я преграждаю ему путь. Я меньше и ловчее его. Здесь ему не выиграть. Он шипит угрозы, но я непреклонна. А когда он вновь замахивается, поднимаю на него свой холодный взгляд со словами:

— Ты обещал... - этого достаточно, чтобы он остановил свою руку в полуметре от моего лица, - Обещал, что защитишь, - почти что шепчу по-испански.

Возможно, стоило бы просто поцеловать его, как делал это он, чтобы запустить наш эффект друг на друга, но у меня не было времени подумать об этом. К тому же, здесь слишком много свидетелей, я не горю желанием раскрываться перед всеми.

В тёмных глазах мелькает осознанность, он медленно опускает свою руку, не сводя своих хищных глаз с моих. Этого достаточно, чтобы отвлечь его от происходящего вокруг. Нейтон наконец находит пузырек и ловким движением запихивает таблетку в рот Александра, и тот инстинктивно глотает.

Его глаза покрывает сонливая пелена. У лекарств всегда есть побочный эффект - сонливость и потеря энергии, поэтому я принимаю их перед сном.

— Александр Рэй Ньюман, - я подхожу к нему вплотную.

Нейтон замечает мой кивок и пристраивается позади своего друга. Он как никто другой знал, как действуют эти нейролептики, поэтому был готов ловить его, поэтому беспокоился обо мне тогда...

— Ты всегда так официально ко мне обращаешься, - тихим голосом шепчет брюнет.

— Мне стоит называть тебя "придурок"? - смеюсь я, - Или быть может "Ваше Дьявольское Величество"?

Он смеётся, но всё же отрицательно качает головой, на мгновенье прикрыв глаза.

— Нет, пусть в твоих глазах я буду Александром Рэй Ньюманом. Надеюсь, однажды ты напомнишь мне об этом...

Не понимаю его... Что он несёт? Это побочный эффект лекарств? Его губы растягиваются в снисходительной улыбке, оголяя белоснежные зубы и клыки.

Он сейчас не в себе, поэтому и несёт всякую ересь...

— Да, конечно, - соглашаюсь, кивнув, - А теперь тебе стоит немного поспать... - привстав на цыпочки, прикрываю его глаза ладонью.

Ему требуется всего пара секунд, прежде чем действительно уснуть. Нейтон оказался полезен - удержал друга и оттащил его тушку в салон как раз приехавшего автобуса.

Ребята, что всё это время даже боялись шелохнуться, провожают взглядом Нейтона, несущего на себе друга, а после также медленно смотрят на меня. В их глазах всё ещё гуляет след от страха и шока, что неудивительно... Александр слишком известен, не только своими достижениями в игре, личной жизни или происхождением, но и своими необъяснимыми действиями. Они импульсивны и кратковременны, но слишком запоминающиеся.

— Со мной всё хорошо, - усмехаюсь я на немой вопрос в глазах ребят.

Когда приходит тренер со своей дорожной сумкой, мы наконец загружаемся в автобус. На вопрос об Александре мы лишь отмахиваемся, говоря про легкую усталость. Артур сделал вид, что поверил, но было видно, что только на словах...

Большой автобус, раскрашенный в белый и королевский синий цвета ждал нас на парковке, там же, где мы припарковали черный мерседес Александра и где я также заметила серебристый Lexus Михаэля. Они будут ждать своих хозяев здесь под присмотром охраны.

После того, как парни закинули все свои сумки в багажное отделение, мы наконец смогли тронуться с места и начать свой пятичасовой путь в Финикс.

— Прости, не стоило тащить тебя в такую рань так далеко, - виновато отзывается капитан на мой долгий зевок, после которого на глаза навернулись слёзы, и потирает свою шею.

— Ни... - зевок, - ... чего. Я сама решила поехать, - сонно улыбаюсь ему, но его это ни капли не успокаивает.

Что ж такой он человек...

— О, Наоми, у меня есть кофе, - воскликнул Сэм, вскакивая со своего места где-то позади, - Знал, что ты не выспишься, - смеётся брюнет, протягивая мне термос.

Как мило...

Получив от меня слова искренней благодарности, Ноа удаляется на своё место в конце автобуса.

Сэм довольно неуклюж и поспешен, но он очень добрый и милый. Могу даже предположить, что девушки считают его расторопность чересчур милой и забавной...

А кофе мне сейчас действительно не помешал бы. Конечно, я бы просто могла проспать весь путь до Финикса, но чувствую, это нереально с Ади и Кеем, которые сильно шумели позади. Чувствовала бы себя зомби...

Откручиваю крышку и вдыхаю аромат чёрного кофе, поморщив нос.

Не люблю крепкий черный кофе.

— Что-то не так? - обеспокоенно поглядывает на меня Нест из-за плеча Миля.

Эта парочка сидела рядом со мной, через проход. Довольно близко. Поэтому неудивительно, что кто-то из них заметил мою неприязнь к жидкости. К тому же после того раза Нест очень внимательно следит за моим состоянием.

Слова Гельмерта привлекают не только Миля, но и ребят позади. В автобусе воцарилась гробовая тишина, и я почувствовала их колючие взгляд на своем затылке.

— М~, нет, всё в порядке, - на устах расцветает вежливая неловкая улыбка.

Ну, технически это не было ложью. Всё действительно было в порядке. Один из игроков команды позаботился обо мне и приготовил кофе специально для меня. Я не могу капризничать и поучать их, как и что мне можно давать. Сейчас я могу и задвинуть свою внутреннюю сладкоежку подальше.

Но всё же я бросаю взгляд на Александра, слегка привстав на своём сиденье. Не знаю, чего я там ожидала увидеть. Как опять закатит глаза на мои слова? Или вздёрнет бровь? А может я ждала, что он всё ещё будет дремать?

В любом случае ничего из этого. Ньюман сидел в самом конце автобуса и весело о чем-то щебетал с Перси, будто бы полчаса назад его не унесло, будто бы всё как всегда...

Я позволяю себе ещё один зевок с вытягиванием рук над головой, чем зарабатываю взгляд полный умиления от капитана команды. Мои щёки немного обдаёт теплом, и я немного туплю свой взор.

— Капитан, не смотри на меня так, будто смотришь на маленького котёнка, - бурчу, шуточно ударив его по плечу, он лишь смеётся...

— Конечно, - Миль треплет меня по волосам с веселой улыбкой на устах, - Ты не котёнок. Ты наша малышка.

Кофе неприятно горчил на языке уже после первого глотка, поэтому я решила, что больше пить не буду, и поставила термос на соседнее сиденье.

На мягких креслах было довольно удобно, и я бы даже смогла насладиться этими часами в плену сонного царя - Морфея, если бы не ребячество Кея и Ади, которые громко шутили и болтали на самые разные темы, подключая всех к разговору. Взглянув на своих соседей, увидела, как Нест положил свою голову на плечо Миля, и они сплели свои пальцы. Они смотрелись так мило и гармонично, что я немножечко им позавидовала, представив, себя с любящим меня человеком.

Если бы только не было Маркуса...

И как только Ирнест умудрился уснуть в таком шуме? Разве его совсем не заботит бессмысленная болтовня ребят? Хотя... даже если бы и заботила, он бы ничего им не сказал...

Миль замечает мой умиляющийся взгляд, направленный на них, и, улыбнувшись, одними только губами шепчет, что он рядом, если мне понадобиться его второе плечо. Я умиляюсь еще сильнее и киваю.

Михаэль - великолепный друг, товарищ и капитан, способный в трудную минуту поддержать, а в тяжелую направить в нужную сторону. Он добр и обходителен, но в то же время строг и дисциплинирован. Рокар - то, что нужно этим оболтусам.

Перевожу взгляд на парочку "White & Red", что продолжали дурачиться, доставая всех присутствующих.

Как дети...

— Что вы приняли? - коленями встаю на сидушку, облокотившись на спинку кресла, и встречаюсь с ними глазами.

С такого ракурса мне было прекрасно видно всех игроков, как и им меня. И видимо, мое нескромное замечание привлекло не только внимание шутников, но и всех, даже новичков, что сидели с тренером впереди.

— Какие возбудители? - продолжаю, стараясь не замечать цепкий ледяной взгляд Александра, хмурый взгляд голубых глаз Орана, - Почему вы так бурно веселитесь в такую рань и совсем не переживаете о предстоящем матче?

— А смысл? - легкомысленно отзывается Кей, спуская руку с плеч Ади, - Это товарищеский матч. Что-то типо тренировки... Он ни на что не влияет, - пожимает плечами.

Что? Как можно так относиться к матчу? Даже если это просто товарищеский матч, не такой важный, как на соревнованиях? Игру всё равно будут смотреть зрители, ее всё равно придадут огласке. И результат... тоже...

В этом и заключалась их ошибка. Не только их несплоченность, но и легкомысленное отношение к играм...

После того, как ещё несколько ребят подтвердили слова Кея, я не смогла сдержать свою злость и выпалила:

— Да вы что ребят! Вы хоть знаете, кто такие Фенириры?

— Да, - довольно улыбается Ади, - Мы.

Салон залился громким смехом парней, на который я лишь закатила глаза, поражаясь их идиотизму. И как им только не стыдно показывать такое поведение младшему поколению?

— Огромные волки, - вякнул Перси, сложив руки на груди.

Удивительно. Капелли не так часто открывает свой рот, дабы поделиться с миром своим мнением, поэтому голос его нечасто можно услышать, только избранные достойны этой чести. Например, как наше Дьявольское Величество.

На мгновенье мой взгляд прыгает на сидящего позади брюнета, сверлящего меня своими ледяными глазами.

— Вполне подходит нам, - веселиться Ади, - Только у нас есть исключения.

В момент его глаза приобретают акцент таинственности и загадочности.

Что за идиот?

Миль аккуратно привстал, чтобы не разбудить своего парня, и, обернувшись на парней, сказал заткнуться рыжику. Оран также буркнул какое-то ругательство в его сторону.

— Тоже мне "огромные и страшные волки". Ага, боюсь-боюсь, - смеюсь я, наблюдая, как Ади что-то невнятно вякает в своё оправдание, - Вы только ростом соответствуете этому званию, - хмыкаю, - Ни мозгов, ни стратегии, ни сплоченности команды. Толку-то?

Парни словно по приказу исказились в нелицеприятных гримасах, готовые высказать мне все свои мысли на этот счет. Вот только слушать их никто не стал бы.

— Ещё скажите, что я не права. Вы разбились по своим кучкам и сидите только в них, - обвожу пальцем каждую группку

Александр, Нейтон, Перси, Ади и Кей - первая компания. Оран, Брендон и Сэм - вторая. И наша парочка - Миль/Нест.

— Вы совершенно не ладите друг с другом вне своих компашек... - я заглядываю каждому в глаза, прежде чем продолжить, - Фенрир - это действительно огромный волк, - киваю Персивалю, подтверждая его слова, - Он был сыном Локи и вр...

— Локи? - вопрошает Нейт, - Того самого? Брата Тора? Из Marvel?

Его удивлённый возглас теряется в глухой тишине салона. Кто-то даже посмел усмехнуться с его глупости.

— Локи - бог обмана и хитрости в мифологии, и да, во вселенной Marvel есть такой персонаж, - тяну я, - Так вот... - с нажимом, - Он был сыном Локи и врагом для других богов. Однако по их же тупости боги посчитали Фенрира недостаточно опасным, потому и оставили подле себя.

Когда я узнавала про эту команду, мне понравилось их название. И руки сами по себе вбивали буквы. Эта легенда показалась мне очень интересной и привлекла много моего внимания. Но они... Даже находясь в этой команде несколько лет, не додумались просто загуглить ради общего развития...

— Он рос среди Асов - группы основных богов, - предотвращая последующие глупые вопросы, поясняю, - Фенрир вырос большим и могучим. Он стал настолько ужасен, что его отважился кормить только сам бог воинской храбрости.

— Это ты сейчас Ала описала? - усмехнулся брат, чем заслужил удар локтем в ребра от своего же друга.

Удар был не таким уж сильным, но Нейт согнулся пополам, обвив своё туловище руками.

— Да я же пошутил, - прохрипел парень, но его дружбан уже отвернулся.

Что за идиоты?

— Я к тому, что ваше название очень символично, - выдохнула я, - Если вы сплотитесь, то у вас будет преимущество. Вас будут недооценивать, поскольку будут считать, что вы ничто, а вы всем будете доказывать, чего стоите, - усталость вновь накатила, и я зевнула, - Мальчики, это ваш выпускной класс. Вы должны выйти в финал на весенних хотя бы для себя.

В глазах у парней я видела огонек, некий стимул, зажегшийся от моих слов. Моя миссия была выполнена. Я посеяла семена. Теперь за ними была задача взрастить их, если они захотят.

— А малышка верит в нас даже больше, чем мы сами, - смеётся капитан и "даёт мне пять", - Хорошо, думаю, я не ошибусь, если скажу от всей команды, - получив одобрительные кивки, продолжает, - Мы выиграем кубок для тебя, наш верный талисман.

Все вновь разражаются смехом. Тренер просит сесть всех нормально. По большей части это было сказано мне.

Александр снова был слишком поглощён своими мыслями, чтобы заметить мой взгляд. Его сосредоточенное лицо смотрело в окно, но я знала, что он ничего не видит перед собой, гуляя где-то глубоко внутри себя.

Его что-то тревожит...

Но я до сих пор задаюсь вопросом, почему Ньюман не принял свои таблетки заранее? И почему его таблетки оказывают на него должный эффект, а мои - нет?

Я вновь сажусь на кресло, беру телефон и отправляю СМС Итану с последним вопросом. И почти сразу же откидываю телефон на соседнее кресло. Кинг всё равно не ответит сейчас. Спит, скорее всего. Я бы могла, конечно же, позвонить ему, но не хочу, чтобы другие слышали наш разговор. Тем более Нейтон.

— Хей, - прозвучало над моей головой.

Кей быстро переместился со своего места на сиденье позади меня и, привстав, облокотился на спинку моего кресла, нависая слегка надо мной. Его немного длинные платиновые волосы, прикрывающие уши, свисали, падая ему на лицо.

— Это, - парень кивнул на мои забинтованные руки, - Тебе было очень плохо... - это не было утверждением, но и вопросом не назвать, а тихий шепот ещё сильнее запутывал меня.

Черные повязки слегка выглядывали из-под рукавов худи, но все уже давно заметили, что я постоянно хожу в них. К тому же в Сан-Диего они были полностью открыты. Многие из ребят ни раз уже рассматривали, гадая, что под ними скрыто.

— Ты причиняла себе боль, котёнок, - большая и теплая ладонь Кея легла на мою голову.

— Малышка? - испуганный шепот Миля заставил меня взглянуть в его сапфировые глаза и слабо кивнуть на немой вопрос.

Не было смысла скрывать от них этого, да и врать не хотелось... только не этим двоим...

— Это ужасно, - на всегда улыбающемся лице Стоуна была печаль, и это было чертовски непривычно, - Ты же знаешь, что смерть - это не выход? Не смотря на всё дерьмо, что происходит в твоей жизни - это не решение. Так ты только переключаешься на другую боль, но всё равно не отпускаешь, - его ласковый, но слегка печальный голос слишком сильно расслабляет меня, и я не замечаю, как слёзы подступают к глазам.

Легким движением руки Кей просит меня подвинутся, и я пересаживаюсь к окну, а он плюхается в моё кресло и прижимает меня к себе, поглаживая по волосам.

— Ты не одна. У тебя всегда есть я, чтобы выговориться, - он тепло улыбается, взъерошив мне волосы, - Пообещай, что ты сначала поговоришь с кем-то из нас прежде, чем вновь ранить себя.

Его изумрудные глаза блеснули грустью. Видя его таким, я просто не могла сказать нечто иное...

— Обещаю...