Акт VI: Суд и искупление

Сцена 1: Герой или предатель?

Эрен выжил. Пуля снайпера прошла в сантиметре от сердца. Он приходит в сознание в лазарете, прикованный к койке наручниками. Над ним нависает двойное обвинение: государственная измена (за связь с вражеской агентом) и неподчинение приказу (блокировка ликвидации беглеца). Общественность, еще вчера видевшая в нем героя, теперь расколота. Одни требуют расстрела, другие - помилования, видя в его поступке отчаянную любовь.

Энни снова в камере, но теперь в условиях строжайшей изоляции. Ей грозит неминуемая казнь. Единственное, что ее держит - знание, что он жив. Она соглашается давать показания на суде, преследуя лишь одну цель - любой ценой спасти Эрена, взяв всю вину на себя.

Сцена 2: Неожиданный защитник

Дело Эрена Йегера становится самым громким процессом десятилетия. Неожиданно для всех, главным гражданским защитником на суде выступает Армин Арлерт. Используя свой блестящий ум и связи в диссидентских кругах, он строит защиту не на отрицании фактов, а на их переосмыслении.

Он представляет суду и публике не историю предательства, а историю любви, способной преодолеть пропаганду и hatred. Он зачитывает выдержки из дневников Эрена (переданных ему Микасой), где тот с мучительной честностью описывает свою внутреннюю борьбу. Армин представляет Энни не как бездушную шпионку, а как заложницу обстоятельств, которая ради спасения отца и любимого человека готова была пожертвовать всем.

Сцена 3: Слово обвиняемых

Кульминацией суда становятся показания самих Эрена и Энни. Их приводят в зал по отдельности.

Эрен, бледный, но собранный, отказывается от последнего слова в свою защиту. Вместо этого он обращается к судьям:
Эрен: «Я виновен. Виновен в том, что позволил ненависти ослепить меня. Виновен в том, что видел в ней сначала только врага. Но я не виновен в любви. Любовь к ней заставила меня увидеть человека там, где я привык видеть монстра. И если это - предательство, тогда ваш мир, построенный на ненависти, я предавал с радостью. Я прошу не о помиловании. Я прошу дать ей жизнь. Моя вина - в моих поступках. Ее вина - лишь в том, что она родилась по ту сторону стены».

Когда приводят Энни, ее первыми словами являются:
Энни: «Все, что сказал Эрен Йегер - ложь. Он не виновен. Это я его обманывала, манипулировала им. Он - жертва. Я - шпионка, диверсантка и убийца. Все обвинения я принимаю. И я готова понести высшую меру наказания. При условии, что Эрен Йегер будет освобожден и полностью реабилитирован».

Их взаимная готовность к самопожертвованию повисает в зале тяжким, неудобным молчанием. Судьи не готовы к такому.

Сцена 4: Приговор

Суд выносит неожиданный вердикт, ставший политическим компромиссом:

· Эрен Йегер лишается всех воинских званий и наград. Он признается виновным в «грубейшем нарушении устава и неподчинении приказу». Приговор - 20 лет лишения свободы в колонии строгого режима с возможностью условно-досрочного освобождения через 10 лет.
· Энни Леонхарт признается виновной в шпионаже. Однако, принимая во внимание «чистосердечное признание, сотрудничество со следствием и экстраординарные обстоятельства дела», высшая мера наказания заменяется на пожизненное лишение свободы без права на помилование.

По сути, их приговаривают к пожизненной разлуке. Их Эльдия оказывается за решеткой.

Сцена 5: Прощание в зале суда

Перед тем, как их растащат по разным тюрьмам, судья предоставляет им последнюю возможность проститься под строгим надзором.

Они стоят друг напротив друга, закованные в кандалы, на расстоянии вытянутой руки, которую не могут преодолеть. Говорить запрещено.

Эрен смотрит на Энни, и в его глазах - не поражение, а обещание. Он медленно, едва заметно, прикасается пальцами к своему сердцу, а затем протягивает раскрытую ладонь в ее сторону - жест, объединяющий в себе и клятву, и прощание.

Энни, ее ледяной фасад окончательно растаявший, в ответ так же медленно кивает. По ее щеке скатывается единственная слеза. Она подносит сцепленные наручниками руки к губам, словно посылая ему тот самый беззвучный поцелуй, который они так и не успели разделить.

Их уводят в разные стороны. Двери захлопываются.

Финал шестого акта:

Армин и Микаса стоят на пустынной улице у здания суда. Идет дождь.
Микаса (тихо): Это... это лучше, чем смерть.
Армин (смотрит в серое небо): Да. Теперь у них есть время. А время - это единственная валюта, которая может купить надежду. Возможно, когда-нибудь... война закончится. Стены рухнут.

Их «Эльдийская песнь» не оборвалась. Она ушла в глухое, тюремное пианиссимо, чтобы однажды, возможно, взорваться победным, освобождающим фортиссимо. Их любовь, не сумев снести стены, теперь будет точить их, камень за камнем, день за днем.