Экспозиция

Что несёт смерть?

Горечь,              боль,            ненависть?

Не знаю... Фантазии о смерти всегда полны ужаса и отчаяния. Но разве она не может даровать надежду? Разве не способна принести покой, освободить от боли, подарить веру в лучшее? Как ни крути, смерть — это шаг в будущее.

Истории о прошлом, войны между людьми, слухи о настоящем, борьба за жизнь и мечты о грядущем... Всё это приводит лишь к одному концу.

По неофициальным данным, история человечества началась более восьми тысяч лет назад. Боги даровали людям волю — власть над собственной судьбой, и в награду за их преданность наделили их бессмертными телами. Чтобы охранять их покой, между землёй и раем была возведена стена, населённая тысячами прекрасных воинов — ангелов.

Лишь им, любимцам богов, позволялось свободно гулять не только по небесным чертогам и раю, но и по земле… а иногда и под ней. Они несли свет, спускались в города, говорили с людьми.

— Любите богов, — говорили они.

— Поклоняйтесь богам, — говорили они.

— За вашу чистую совесть, каждый из вас однажды обретёт право войти в рай, — говорили они.

Как глупо.

За сотни, за тысячи лет, ни один из бессмертных так и не ступил в рай.

Сначала, это казалось случайностью. Потом — тревожным звоночком.

Тихие сомнения сменились раздражением, раздражение — негодованием, а негодование, впитав века ожидания, превратилось в ненависть.

Любопытство — ненасытное, жадное, коварное —раздувало этот огонь, заставляя пламя ярости полыхать всё выше. И однажды оно стало слишком ярким, чтобы его можно было игнорировать.

Со временем ненависть, что копилась в недрах, превратилась в нечто живое, затаившееся в глубине. Она зрела, разрасталась, сгущалась, пока, наконец, не прорвалась наружу. Мир содрогнулся. Тьма, веками сдерживаемая под землёй, выплеснулась в разломах, и с ней — существа, что позже назовут демонами. Они хлынули, как поток — безудержные, алчущиеся, поглощающие, всё на своём пути. Города падали, люди исчезали, а вместе с ними и сама надежда.

Но ведь была стена защитников, не так ли?

Да, ангелы веками сдерживали натиск демонов, удерживая баланс между светом и тьмой. Их крылья сияли, их мечи рассекали тьму, не позволяя чудовищам уничтожить всё живое. Но однажды они исчезли.

Тот день стал переломным. На небесах разразилась бойня — битва, настолько ужасная, что её отголоски достигли земли. Кровавый дождь пролился с небес, окрашивая мир в багровые тона. Никто не знал, кто стал победителем. Никто больше не видел ни ангелов, ни богов. А вместе с ними исчезло и бессмертие. Люди, осознав, что более не вечны, испытали страх перед неизбежностью. Но именно этот страх заставил их искать друг друга. Они начали создавать семьи, рожать детей, передавать свои знания, свои истории, свои страхи и мечты. Начался новый цикл: от рождения до смерти, от предков к потомкам.

Люди привыкли к своей смертности, но страх перед концом не исчез. Он стал их вечным спутником, укоренился в каждом поколении, вплелся в саму суть существования. Жизнь больше не была бесконечной, а потому, каждый день мог стать последним. Так продолжалось веками. Люди строили города, искали способы продлить свои годы, рассказывали легенды о тех, кто некогда правил небесами. Пока однажды кто-то не осмелился бросить вызов судьбе. Кто-то попытался вознестись. И… получилось.

Неужели стена защитников, некогда служивших богам, была преградой для вознесения?

Ответ на этот вопрос затерялся во времени, и людям никогда не суждено его узнать. Вознестись удавалось не каждому, но сам факт возможности обретения бессмертия, изменил мир. Сначала были лишь единицы, совершившие этот подвиг, но с каждым годом, число стремящихся возрастало. То, что прежде казалось несбыточной мечтой, превратилось в цель.

Появились первые кланы — закрытые сообщества, где молодёжь с раннего детства подвергалась изнурительным тренировкам. Их тела закалялись, их разум очищался, их дух укреплялся. Всё ради того, чтобы в один день шагнуть за пределы человеческого. Со временем среди самосовершенствующихся начали формироваться учения. Одни верили, что путь к силе лежит через физическое преображение: дыхательные практики продлевали жизнь, упражнения укрепляли тело, а сложные ритуалы, раскрывали тайны разума. Другие искали силу в познании мира, исследуя законы, которым подчиняются небо и земля. Так появились разные пути, по которым можно было вознестись.

Так, шаг за шагом, люди начали строить новую реальность — реальность, где страх смерти мог быть преодолён.

Они не прятались за стенами. Их дома и храмы возводились на неприступных пиках — ближе к небесам, дальше от человеческой суеты. Там, где воздух был разрежен, а природа безмолвна, они искали путь к силе.

Но их существование не ограничивалось медитацией и тренировками. Когда тьма поднимала голову, когда демоны пробирались в мир людей, они спускались вниз. Ради поддержания мира, ради тех, кто не может сражаться сам. Каждая битва была испытанием. Каждая победа — шагом к доказательству, что они больше, чем просто люди. Демон, сражённый человеком, становился символом преодоления границ. Напоминанием, что сила, решимость и стремление способны изменить саму природу бытия.

Но спускались они, в мир, не только ради битвы, но и ради доказательства — себе и другим, что границы человеческого естества можно преодолеть. Смертное тело было не приговором, а испытанием, требующим силы и решимости. Потому их жизнь была лишена покоя. Дни проходили в бесконечных тренировках. Они отказывались от обычных радостей, отвергали страх перед смертью и неустанно стремились к высшей цели. Для них гибель в бою с демоном не была поражением — лишь очередным подтверждением выбранного пути. Но победа над чудовищем, значила куда больше: она приносила уважение, силу и ещё один шаг к Вознесению. Взойти выше других, доказать, что предел можно преодолеть, — вот что двигало ими вперёд.

Старейшины говорили ученикам:

— Демон — это не более чем испытание, созданное для людей. Существа, рожденные из чистой тьмы, лишённые души и прошлого. Они отвергли всё человеческое, искоренили жалость и превратили нас в добычу. Так что не позволяйте себе колебаться. Не ищите в них разум, не пытайтесь понять. Убивайте сразу и без раздумий, не важно какой облик оно примет, будь-то женщина, или ребёнок.

Но со временем не все следовали этим идеалам. Среди само совершенствующихся нашлись те, кто использовал свою силу не ради борьбы с демонами, а ради собственной выгоды. Они искали не путь к Вознесению, а власть, контроль и разрушение.

Так появились те, кто сами стали подобны чудовищам. Люди начали бояться не только демонов, но и тех, кто когда-то должен был их защищать. Со временем, это привело к появлению двух искажённых путей: пути кровопролития, где сила измерялась лишь числом убитых, и пути управления кровью, позволяющего использовать жизни других в своих целях.

Сначала был страх. Обычные люди не понимали, как их собратья могли достичь чего-то столь высокого. Быть богом казалось невозможным, пугающим, недосягаемым. Однако время расставило всё по местам.

Люди увидели, что те, кто поднимался к небесам, обладали чистотой помыслов и сердцем, способным на величайшие свершения. Вознесённые перестали быть чудовищами в глазах простых смертных — они стали примером, светом и спасением, а сила не рушимой зашитой.

Вознесённые не забыли о тех, кто остался на земле. Они не отвернулись от мира, из которого вышли, а наоборот — обрушили свою мощь на демонов. Сковали их цепями и печатями, заточили в глубине бездны, где нет места солнцу. И когда последний из чудовищ был заперт, мир вздохнул с облегчением.

Теперь небо больше не пустовало. Вознесённым строили храмы, приносили дары, возносили молитвы. Их имена стали легендами, их подвиги — историей, а их сила — недостижимым пределом для тех, кто ещё только шёл этим путём.

"Когда-нибудь и я достигну вершины", — шептали самосовершенствующиеся, глядя ввысь. Они знали, что дорога к бессмертию терниста, но верили: она того стоит.

Этот путь начинался с ученичества. Молодые, неопытные, но полные надежды, они закаляли своё тело и разум, учились владеть оружием. О духовной энергии говорить было рано — сначала нужно было доказать, что ты достоин большего.

Те, кто поднимался выше, становились совершенствующимися третьего порядка. Их силы росли, а вместе с ними — уважение и ответственность. Они обретали свои бессмертные мечи и впервые ощущали, как через них течёт духовная энергия. В бою их клинки светились, словно яркие солнечные хлысты, вспарывающие тьму. Они могли летать, могли исцелять раненых.

Люди смотрели на них с восхищением, ведь перед ними стояли те, кто шаг за шагом приближался к бессмертию.

Но совершенствование не останавливалось. Выше третьего порядка стояли воины второго — те, чья сила уже переставала быть человеческой. В их телах формировалось "золотое ядро" — источник чистой энергии, делавший их могущественными и опасными. Они могли источать свет, способный сжечь врага до тла, и никто не смел сомневаться в их силе.

На самой вершине стояли совершенствующиеся первого порядка. Они были бессмертными. Их оружие подчинялось их воле: могло превращаться в железные наручи, в изящную шпильку или исчезать вовсе. Они могли призывать духов и связывать их со своей душой, становясь сильнее. Те, кто достигали этого уровня, становились старейшинами, наследниками своих учителей или даже основателями новых кланов.

Казалось бы, мир, построенный на порядке и силе, мог длиться вечно. Но идеальный мир не бывает вечным.

Когда демоны вырвались из бездны, всё изменилось. Печати, некогда наложенные вознесёнными, лопнули, как мыльные пузыри. Тьма хлынула на землю, словно лавина, готовая смести всё на своём пути. Их гнев был бесконечен. Они помнили свою тюрьму, помнили, как долго гнили в темноте. Теперь они жаждали мести.

— Они снова пришли, — говорили люди, глядя на тёмное небо, полное странных теней.

— Мы не готовы, — шептали другие.

Война длилась сто семнадцать лет. Бесконтрольное кровопролитие — люди бились до последнего, но силы были неравны. Демоны жгли города, истребляли целые поколения. Даже совершенствующиеся не могли справиться с их яростью. В отчаянии люди обратились к вознесённым и духам:

— Пусть мы не можем уничтожить их, но, быть может, подавим и заключим с ними мир?

Предложение казалось странным, почти невозможным. Но другого выхода не было. Демоны, загнанные в угол, слушали их голоса.

— Мы позволим вам жить среди нас, но лишь в разумных пределах, — сказали люди. — Вы будете существовать в своём мире, по ту сторону зеркал. Раз в год вы сможете устраивать парады в нашем мире и завершать свои ритуалы. Взамен вы не будете убивать нас без причины.

Недоверие, презрение и гнев. Море эмоций бурлило в их сердцах, но давление небес, земли и самого зеркального мира не оставляло им иного пути. Демоны согласились. Загнанные в угол, они не могли поступить иначе.

— Когда-нибудь, это обернётся вам боком, — прошипел кто-то из тени.

И мир раскололся на три части. Земля осталась обителью людей. Леса — домом для духов и неупокоенных. А по ту сторону зеркал существовал другой мир — такой же, как наш, но пустой и холодный, видимый лишь в отражении.

Но люди не боялись. Они приняли новый порядок, ведь верили в себя и в тех, кто стоял на страже. Демоны больше не были неведомым ужасом — теперь с ними можно было говорить, заключать договоры, держать их в узде. И каждый знал: однажды они смогут подняться выше и, быть может, это будет кто-то из них.

А среди тех, кто взирал на мир с высоты, были одни из восьми — тех, кто достиг вершины и остался там. Всего их было восемь. Количество вознесённых Богов, после конца войны, более не менялось.

- КАКОГО ХУЯ?! КАК ИСТОРИЯ СО СТОЛЬ ХОРОШЕЙ КОНЦЕПЦИЕЙ МОГЛА СКАТИТЬСЯ В ЭТО?!

Цзянь Эр хотел разбить телефон об стену и просто уставиться в потолок, с застрявшим в голове вопросом: "ПОЧЕМУ?!" Это было не просто негодование — самая настоящая ярость. От того, во что превратилась история, тянуло не просто блевать, казалось, он вот-вот начнет плеваться кровью.

Недовольство было оправданным. Представьте себе: вы, как рядовой читатель, находите хорошее произведение. Оно цепляет вас — своим проработанным лором, достаточно хорошо прописанными персонажами, которым хочется и нужно сопереживать. Но потом всё, за что вы её любили, было обесцененно, А САМОЕ ОБИДНОЕ - ЭТО ПОЛНОЕ ОБЕСЦЕНЕННАЯ АРКА ГЛАВНОГО ЗЛОДЕЯ. Тот, кто был мощным антагонистом, внезапно стал набором клише которого к концу раскрутили в мясорубке и превратили не понятное нечто, или простым языком кусок мяса. И вот... после взлета популярности автору, кажется, моча ударяет в голову, и он сливает абсолютно всё.

История превратилась в откровенный кал! Но она его уже зацепила, и с каждой выходящей главой теплилась надежда: "Может это была разовая акция и через время, всё придёт в норму?"

[Ага, конечно].

Кто же будет прислушиваться к мнению немногочисленных недовольных читателей, если люди "схавали" этот поворот, да ещё и популяризировала. На секунду даже показалось что именно этот толчок и заставил автора вспохватится, позже начав какой-то марафон.

Раньше за полгода выходило максимум 20–32 главы. Теперь же, будто в стремлении поставить личный рекорд, видмо решив обезценить то чем но занимался последние 8 лет и за два года бахнув все 400. И эти главы оставили за собой только огромные дыры в сюжете, нелепые повороты и обилие роялей.

Цзянь Эр не был особенно выделяющимся читателем. Почти не комментировал, изредка донатил автору — конечно же, в те времена, когда произведение ещё было читабельным. Но он был одним из первых читателей. Однако после… мягко говоря, отвратительного финала он не выдержал.

Он накатал целую "диссертацию" о нелогичностях сюжета, об абсурдных роялях, которыми оказалась забита добрая половина истории, и о полной деградации персонажей! Восемь лет жизни на это?! Будь произведение изначально посредственностью, он, возможно, и читать бы его не стал. А так... было вдвойне обидно.

Его комментарий разросся на больше чем 500 слов, и Цзянь Эр опубликовал его, чувствуя глухое раздражение. Он не ждал, что его услышат, но решил: пусть хотя бы мнение своё выскажет.

Но к его удивлению, комментарий получил массу откликов. Таких же недовольных, как он сам, оказалось гораздо больше, чем он думал. Впервые кто-то был согласен с ним во мнениях, однако степень деградации в этом произведении столь велика что это даже как-то не удивительно.

— Надо же... — пронеслось в голове. Почти тридцать, а его умудрилась так выбить из колеи чья-то писанина. Он даже усмехнулся: вроде бы взрослый человек, а сидит, кипит из-за слов на экране.

Но он не считал это чем-то странным. Напротив — раз настолько задело, значит история действительно ему нравилась. Настолько, что теперь, глядя на то, во что её превратили, он ощущал не злость, а почти предательство. Это была не просто книга. Это было его время, его переживания, его сопричастность.

Вдруг острая боль пронзила всё тело. Прошло не больше секунды, но она ощущалась как вечность. Чувство, будто его взяли и кинули в разбушевавшееся пламя, которая буквально сжигала заживо, попутно протыкая раскалёнными вилами.

"Открой глаза."

Голова гудела от боли, словно кто-то сжал её изнутри железным обручем. Сознание вырвали силой — вместе с сердцем, душой, дыханием. Конечности налились свинцом, тело стало чужим, неподвижным и беспомощным. Ни оглядеться, ни сделать шаг — лишь лежать, глядя в темноту, которая казалась гуще ночи.

[Что только что произошло?]

Он попытался повернуть голову, но это действие тут же отозвалось резким взрывом новой боли. Хотелось биться головой о стену, лишь бы заглушить пульсацию. Решив не делать резких движений, он замер.

— Что... произошло? — прохрипел он, не узнавая собственного голоса.

Боль постепенно начала отступать. Сделав осторожное движение и открыв глаза, он понял что уже не у себя дома, так что же произошло??? Позже он всё же заметил странное уведомление, зависшее на уровне глаз, слева от него.

Системное оповещение:

Добро пожаловать на новый сервер, пользователь номер два.

—

Чё... — только и успел произнести. Он оглянулся, немного помотал головой и понял: либо ему всё кажется, либо он сошёл с ума.

Сидя в ступоре минут пять, головой он понимал, что это не галлюцинации, а сойти с ума он пока не собирался. В голове было много мыслей и ещё больше много вопросов и первое что выдал его мозг это:

— Ты вообще что такое?

Я "система"

Искусственный интеллект что раньше помогал первому пользователю в написании новеллы "По пути отчаяния". Но в данный момент я буду заниматься наблюдением за вами и вашим и вашими действиями, и что бы не перегружать ваш итак немного переработанный мозг новым потоком информации, я позволю вам самому задать вопросы, на интересующие вас темы.

{Оно говорит у меня в голове... Ага...}

В какой-то мере вы правы. Слышать и общаться со мной могут только пользователи.

[

Ясно, понятно..]

— Хорошо... Для начала ответь: я же не сошёл с ума?

Если под "сошёл с ума" вы подразумеваете тот факт, что способны меня слышать, то определённо нет. Вы в здравом уме и относительно здравом рассудке. Однако теперь перейдём к сути, надеюсь вы не против?

—Да, нет...

Ну что ж так держать! Вы теперь являетесь главным злодеем новеллы "По пути отчаяния"
И изменить своё положение у вас не выйдет. Вы, как и я, были, мягко говоря, разочарованы тем на какой дыре закончилось произведение, так что в ваши обязанности теперь входит дать этому произведению хотя бы нормальное завершение. Но у вас будут несколько ограничений:

1

. Вы не можете отклоняться от канона, то есть главный герой обязан стать сильнее, а вы должны поддерживать образ хладнокровного и прямолинейного злодея.

2. Никто не должен узнать о том что вы явились из другого мира.

3. Вы никаким образом не можете пропустить важные сюжетные арки. За прохождение этих самых арок и соответствию оригинального канона и некоторым другим дополнительным действиям, вам будут начисляться баллы.

Если вы нарушите хоть одно из условий, с вас будут вычитаться баллы. Чем меньше баллов, тем слабее вы становитесь. Ноль баллов = неминуемая смерть. Начальное количество = 200 баллов.

Удачи вам

Ш

энь сидел в ступоре, пока до него не дошло: это не сон. Всё происходящее — взаправду. Он действительно оказался в теле другого человека. И не просто кого-то, а самого главного злодея этой истории. Осознание ударило с опозданием, но без пощады: как и любой антагонист, он обречён. Его ждёт неминуемая смерть от рук главного героя — красивая, трагичная и бесповоротно окончательная. Такая перспектива его, мягко говоря, не устраивала. Превратиться в кусок мяса, который больше не сможет ни чувствовать, ни говорить, ни даже думать... Нет, он этого не хотел.

— Если я здесь, то что тогда с моим ста... Основным телом? И если я как ты сказала завершу сюжет то смогу вернутся к обычной жизни?

Вопрос звучал странно. То, что он только что услышал, тоже было странным. То, что случилось, в принципе, было странным. Баллы? Новелла? Я в теле главного злодея. Мысли проносились одна за другой, будто сбивая с ног. А последующие слова и вовсе лишали надежд.

Вы мертвы, — холодно сообщила система.

Э

ти слова буквально выбили почву из-под ног. Он упал на колени, не в силах дышать. Мёртв. Значит, пути назад нет. Если я действительно внутри новеллы, то умру даже не от потери этих "баллов" а просто в попытках выйти на улицу.

Мысли метались, натыкаясь друг на друга, будто птицы в клетке. В голове стоял гул, каша из обрывков воспоминаний и паники. Будто мозг прокатили через мясорубку — и теперь он просто не справлялся. Казалось, ещё немного — и он начнёт задыхаться. К горлу подступил тяжёлый ком, сдавливая голосовые связки, не давая вымолвить ни слова. Всё внутри скручивалось в тугой узел. Если так пойдёт и дальше — его точно вырвет.

Прошло минут двадцать, звуки в голове наконец утихли и он вновь начал дышать. К его удивление прошло не так уж и много времени что бы свыкнуться с произошедшим, разрывающий и оглушающий писк наконец прекратился. Может теперь не будет этого ежедневного осуждения и упрёков. Он попытался выпрямиться и сел на стул стоявший неподалёку. Теперь он наконец мог здраво расценить ситуацию.

[Получается, если я умер, то это своего рода перерождение? Нет, конечно, я успел за свою жизнь прочитать немало исекаев, но разве такое может быть в реальности?]

Учитывая то место где он находился, очевидно может.

[Если честно, то версия с тем что я сошёл с ума, мне начинает нравиться гораздо больше.]

Ведь если он просто сумасшедший, то хотя-бы о выживание думать не надо.

Раз делать всё рано нечего то лучше найти в себе силы, осмотреться и попытаться найти в доме зеркало.

Комнаты бесконечного лабиринта открывали всё больше и больше самых разны комнат петляя по коридорам. Наконец, после продолжительное перемещения по дому, он всё-же его нашёл. Оттерев его от толстенного слоя пыли, он наконец увидел своё новое лицо.

Главный злодей. Теперь уже он сам. Описание в новелле было столь подробное что он оказался в точности таким каким Шэнь его и представлял.

Перед ним был человек с длинными рыжими волосами, бледная фарфоровая кожа, подтянутое тело с лёгкой худобой. Левую руку он осмотрел особенно внимательно, когда эта деталь только появилась в новелле, то описывалась как полностью чёрная, твёрже камня, но по которой протекает кровь, ему показалось, что в реальности это будет выглядеть нелепо и топорно. Что ж, он ошибался. Она была не просто крепче камня а будто выточенная из него же, внутри полностью чёрному материалу переливалось что-то красное. Просто предположим, что это кровь.

Он даже не сразу понял, что произошло. Мелькнуло — как отблеск в зеркале — и показалось, будто отражение вдруг посмотрело на него… не по его воле. Это ощущение неприятно кольнуло в груди. Лёгкий холод по позвоночнику, будто кто-то дотронулся изнутри. Не сказать, что он не испугался. Испугался. И сильно.

Но, немного поразмыслив, он всё же пришёл к выводу: учитывая, где он находится, это ещё не самое странное, что могло случиться. Мир вокруг давно перестал быть логичным. Даже пугающе-неестественные вещи — здесь в порядке вещей. Тем не менее, на всякий случай, он решил от греха подальше прекратить эти "разглядывания". Лучше не испытывать судьбу.

Надеюсь, за время, что я молчала, вы смогли успокоиться и прийти в себя? — Голос звучал уже не таким механическим, каким показался в начале. Ощущение, будто она поняла его эмоции и дала время прийти в себя. — Пользователь номер два, что скажете? Когда вы сможете начать своё внедрение в сюжет?

—

Внедрение в сюжет... — Он не стал заострять на этом внимание. Почему-то его больше волновало то, что она с самого его прибытия называет вторым пользователем. — Слушай, если я второй пользователь, то кто тогда первый? Или им являешься ты?

Нет, система — не пользователь, а лишь программа помогающая им. Пользователем номер один является господин Мин. Вы можете знать его как того, кто как раз-таки написал данную новеллу.

— То есть... автор тоже умер? Надо же, "какое счастье". Встречусь с ним лицом к лицу и выскажу всё о чё думаю.

Что ж, в таком случае он уже приближается к поместью.

О

н ожидал, что двери распахнутся, но ничего такого не произошло. Что уж говорить ведь даже звуков шагов не было слышно. Стоило подумать об этом, как он почувствовал чьё-то присутствие. Обернувшись, он увидел кота. Большого, трёхцветного, с внимательными зелёными глазами. Только не говорите что...

— Ну.... Нривет.

Надо же, С НИМ заговорил кот, мать его КОТ. Он ещё секунд тридцать стоял, маяча взглядом на кота. Осознав наконец положение вещей, он взревел от смеха. То ли от иронии, то ли из-за защитной реакции на всё происходящее.

Наконец тело перестало биться в конвульсиях. Он успокоился и начал дышать.

— Так, а теперь, раз уж ты автор, который прописал вот это вот говно, у меня к тебе пара вопросов.

Набрав в лёгкие побольше воздуха и со спокойным лицом, он НАЧАЛ тарабанить:

— КАКОГО ДЕМОНА СТАЛО С ТВОИМ ПРОИЗВЕДЕНИЕМ?! ДЫР В СЮЖЕТЕ ТАК МНОГО, ЧТО МОЖНО ПЕРЕПУТАТЬ ЕГО СО ШВЕЙЦАРСКИМ СЫРОМ! ИЛИ ДАЖЕ НЕ ТАК, СИТО ЧЕРЕЗ ЧТО БЫ СПОКОЙНО ПРОЦЕДИТЬ МУКУ, А ВСЕ ЭТИ РОЯЛИ! Я УЖЕ НЕ ГОВОРЮ О ТОМ, В КАКИХ ДЕГЕНЕРАТОВ И АУТИСТОВ ПРЕВРАТИЛИСЬ ЦЕНТРАЛЬНЫЕ ПЕРСОНАЖИ!

— ХЕЙ, НЕ КРИЧИ НА МЕНЯ ТАК, У МЕНЯ НЕ БЫЛО ВЫБОРА! Я сижу здесь уже два года. А мой друг помогавший мне писать эту новеллу не попал сюда вместе со мной. И вообще я в такой спешке закончил произведение только потому, что думал, что смогу выбраться отсюда! Но, как видишь, не вышло. И у тебя, кстати, тоже не выйдет.

[Вот же мелкий кусок говна...]

Всё-таки как странно слышать такое от КОТА. Да и вообще, после услышанного к нему пришло осознание: так вот почему произведение так резко упало в качестве. Последние два года он всё не мог понять, какая муха их укусила, и свёл всё к тому, что они просто зажрались.

А тут оказывается — он и вовсе не умел писать, раз уж всё пошло к демонам после того как он остался один на один с этим произведением . Он вообще прилагал хоть какие то усилия, для нормального завершения истории. (- о -)???

Шэнь выдохнул, чувствуя, как закипаемая злость остаётся позади, внезапно возникших от вопросов и негодования. Взяв себя в руки, попутно пытаясь не заржать, он всё же спрашивает.

— Значит, отсюда вообще нет выхода?

— Похоже, что так.

— Что ж, раз уж с завершением "сюжета", мы отсюда не выберемся. Так ещё и время можем зря потратить. Значит, сейчас нужно сосредоточиться на том, чтобы выжить...

Если честно, даже эта задача казалась непосильной. Обычный человек, дни которого состоят из работы на дому, а свободное время, он тратит на чтение чьей-то писанины вообще сможет выжить? Даже с родителями, он встречался от силы два раза в месяц. Что уж говорить, ведь даже спортом, он занимался дома. Это может показаться грустным, но образ жизни молчаливого и зажатого отаку, его вполне устраивало.

А теперь, он не только стал старейшиной и владельцем Пика Демонов, но и оказался вынужден беспокоиться о том, чтобы не умереть, просто выйдя на улицу. И это вдобавок к необходимости внушать страх и уважение.

[Будем надеяться на то, что мышечная память хоть немного поможет косить под него.]

— Слышь, Ми-и-ин.

— Чего тебе? Не видишь, я в депрессии.

[Да что ты такое говоришь].

— Слушай, не только же я тебя понимаю? Или я способен на это из-за владения "языка демонов"?

— Да так и есть. Я пытался поговорить с людьми, но не вышло. Языком демонов здесь никто не владеет. По крайней мере, из тех, с кем я пытался говорить. А пытался я со многими.

[Что правда, то правда. Кому вообще в этом мире сдался язык демонов? Значит, придется воздействовать на сюжет через главного героя... Надеюсь, не произошло чего-то, за что он мог бы меня возненавидеть.]

— Система, в каком временном отрезке сюжета, мы находимся?

Подождите, нужно просмотреть сценарий… Вы находитесь в промежутке между 56 - 78 глав.

Краткий экскурс: главный герой оскорблен высказываниями злодея о его слабости. Проникая на Пик Демонов, он бросает вызов злодею, втягивая в это своего единственного друга. Он, естественно терпит поражение, а его друг получает удар и истекает кровью. В этой мини-арке он выбирается из Пика, переживая первую смерть, по-настоящему важного для него человека.

— Я точно труп. — Мысль пришла молниеносно, а пронеслась ещё быстрее. Главный герой его и так недолюбливал, за жестокое ко всем обращение. А начиная с этой арки и вовсе возненавидел.

Если вам так важно выжить в этом мире, то у вас еще есть возможность изменить ход событий. Главный герой пока слаб. Однако, будьте осторожны — не выходите из образа. Попытка изменить характер злодея будет караться вычетом баллов.

— ПОНЯЛ. БУДУ МОЛИТЬСЯ ХОТЯ БЫ МЫСЛЯМ О ТОМ, ЧТО ОН ТАМ ЕЩЁ НЕ СДОХ!

Он помчался, со всей дури, так быстро насколько вообще мог. Холодный ветер и колючий снег били в лицо, словно предупреждая, что впереди ждет опасность.

Орден Чжун Синь был самой значимой точкой для человечества, ведь именно здесь когда-то и были запечатан один из самых больших врат в царство демонов, после подписания мирного договора. Если конкретно, то уже по названию понятно, что располагались врата, на Пике Демонов. Место на которое не распространялись правила остального мира, где круглый год шёл снег, удивляло даже не это, а тот факт, что это никак не влияло на растительность, соответствующую каждому сезону. Хотя на виноград, гранат и черешню это так же не возымело эффект, они тоже по какой-то причине прорастали каждый сезон. И автор, не пояснил, почему же именно эти растения удостоились такой "чести". Вишни цвели, гранаты наливались соком, а виноград сплетался в густые лазы, несмотря на лютую стужу. По Пику свободно разгуливали демоны и духи. Возможно, это и вдохновило старину Ли на создание Поместье Теней.

Любой, кто попадал внутрь без сопровождения хозяина, уже не мог выбраться — коридоры и комнаты меняли своё расположение, а иногда и вовсе заменялись на новые, создавая некий лабиринт. Эта особенность распространялась так же и на второй этаж, никак не изменяя внешний вид здания.

И вот наконец он пришёл. "Лес самоубийц" или же лабиринт мёртвых.

[М-да-а-а, подбирают же иногда "говорящие названия"].

Лес самоубийц действительно им и являлся, пусть на пик демона в здравом уме никто и не сунется, но люди всё равно туда шли и кто говорил об из здравомыслии? Туда отправлялись лишь те, кто не выдерживал давления учебы или суровости пути самосовершенствования.

Когда-то, здесь даже проводили испытания на выносливость, но за несколько поколений никому так и не удавалось покинуть его живым и от испытания отказались. Белый снег скрывал тысячи следов отчаяния.

[Надо скрыть свое присутствие, так сказать для эффекта неожиданности.]

Сказано — сделано, на самом деле это оказалось намного легче, чем он думал, бесшумное передвижение так же далось легко. "Ага!" Шаги стали бесшумными, тело скользило по снегу, словно само стало частью этого мира. Через пару мгновений, он остановился. Впереди был главный герой.

Тот сидел на земле, стиснув в объятиях друга. Его лицо было бледным и изможденным, интересно сколько времени он потратил на попытки выбраться отсюда? Взгляд отражал боль и бессилие. Не удивительно, нести такую ношу в лице лучшего друга, в возможной смерти которого, будешь обвинять себя всю оставшуюся жизнь, а обиду и гнев направишь в скорее на... Меня. Снег усилился, прерывистый ветер развевал длинные волосы Шэня (+ к атмосфере) . Его глаза следили за каждым движением героя. Это была игра на выживание. Если тот погибнет, система точно не оставит меня в живых. [Что правда мало вероятно, учитывая его неуязвимость в сюжете.] Ну, а если умрёт его друг, то в будущем за его головой, придёт уже сам гг.

Он замедлил шаги и приподнял голову, стараясь внушить страх своим видом. Дождавшись, когда его увидят он остановился и медленно склонил голову на бок.

Герой резко обернулся, его рука судорожно сжала рукоять меча. Шэнь заметил, как дрожат его пальцы, но ничего не сказал. Только сделал шаг назад, чтобы не спугнуть его окончательно.

— Надо же, еще не умер, — его голос разрезал тишину, звуча ровно и холодно. [О да, то что надо!] — Ты же знаешь, если не выберешься, он умрет. А за ним и ты. — Он пытался говорить спокойно, выделяя каждое слово. Ответа не последовало, похоже он был или слишком зол или напуган до ужаса. Но мысли об этом тут же отпали, герой поднял взгляд, полный ненависти и отчаяния. Прозвучал оглушительный крик.

— НЕ СМЕЙ ПОДХОДИТЬ БЛИЖЕ!

Похоже оглушительному выкрику, он сам был поражён даже больше, чем тот кому он предназначался. Пауза слишком длинная. Прошло наверное секунд тридцать, и за это время, никто ничего не предпринял. Шэнь не двигался, он лишь склонил голову, уже на другой бок. Это был крик отчаяния, громкий, но бессильный.

— Смотреть на тебя тошно, — [Боже какое клише ] — спокойно продолжил он. — Слушай, я могу дать вам обоим шанс на спасение. Или откажешь мне и попробуешь выбраться самостоятельно? У тебя ничего не выйдет, и тебя убьет первый встречный демон.

Герой недоверчиво прищурился, его голос дрожал от злости или отчаяния:

— Откуда мне знать, что вы сами не хотите нас убить? — Казалось, будто он вложил все накопившиеся у него чувства, в это короткое предложение. Бр-р-р-р-р-р, аж до мурашек, но он не подал виду.

Шэнь лишь смотрел не источая эмоций.

— Сам факт того, что ты здесь, уже нервирует. Ты прав в своих мыслях, я легко мог убить вас обоих, но с чего ты взял, что я именно за этим? Какой никакой я всё же человек, а не чудовище — По его глазам, можно было буквально прочитать: "Да ладно?" Или "правда что-ли?". Та-а-а-а-к надо игнорировать. — Постараюсь быть более вкратчевым: Если бы я захотел, ты был бы уже умер.

Эта спокойная угроза подействовала. Ему даже показалось, что он увидел дрожь в его коленях. Герой с неохотой, положил друга на снег. Шэнь присел рядом, немного открыл ему грудь и начал осматривать его раны. Ужас! Ещё только–только сформированное ядро уже трещало по швам. Как он вообще умудрился выжить???

Медленно поднимая руку с живота к самому сердцу, он пустил поток духовной энергии и конечно, это возымело именно тот эффект, какой планировался. Мертвецки бледное лицо начало принимать нормальный оттенок. Руки, лоб и щёки покраснели от холода. Похоже, он останется жив. "Внутреннее ликование" одна из первопричин, по которой гг хотел его убить, устранена. Взглянув на него, Шэнь понял, что он выглядит не лучше, того кто лежит рядом.

Попытка прикоснуться к его груди не увенчалась успехом. Похоже, почувствовав возможную угрозу, он моментально выхватил меч из ножн, нанеся резкий и стремительный удар.

[Надо же.] — Только и понеслось в его сознании, в тот момент. Остриё меча пронеслось с лева и пронзило горло, оставив глубокое ранение на шее. Но отчего то, он не почувствовал боли. Странно. Он действительно ничего не чувствует, или просто не придаёт этому значения?

Мысли об этом почему-то наводили ужас.

Кровь начала обильно вытекать. Позже, он заметил, что духовные каналы так же были разорванны. М-да-а-а, как же ему сегодня "везёт". Это точно отразится на его жизни в будущем.

Пытаясь вылечить ранение, оно отозвалось жжением и попросту адской болью, хотелось кричать. Не здесь и не сейчас. Похоже именно в этот момент всё и пришло в "норму" и он смог, полноценно ощутить всё.

— Я не...—

Ненависть оказалась настолько сильной? Впрочем, он исполнил задуманное. Хотелось бы знать, что творится у него в голове. Жаль, однако, Шэнь не умеет читать мысли.

— Прошу простите этого ученика... — Только и смог произнести, запинаясь на каждом слове. Осознание своих действий только сейчас дошло до него. Этот "человек", столь сильный и наводящие ужас одним своим присутствием, правда хотел помочь им. А теперь, из-за его бездумных решений, они оба обречены на гибель....

— Пошли, — только и прозвучало.

Цзюэ напряжённо наблюдал. Он крепко зажмурил глаза в ожидании ответного удара, но ничего не произошло. Они действительно начали двигаться куда-то, скорее всего, к выходу из леса.

Почему? Мне доставалось за гораздо меньшие косяки, а сейчас он мало того проявил неуважение, а после и вовсе ранил, но реакции не последовало. И даже так, он продолжал внушает ужас, от которого можно начать задыхаться.

— Да не собираюсь я тебя есть. Успокойся и начни уже дышать.

— …Хорошо — голос был дрожащим. Он подчинился.

Мельком взглянув на него, он увидел, что кровь продолжала течь. Посмотрев назад, можно было понять что она продолжала стекать весь пройденный ими путь . Дорожка из крови на снегу выглядела ещё более ужасающей. Он терпит? Или действительно ничего не чувствует. Но даже если спросить, он был уверен, ответа всё рано не последует. Вдруг они остановились. Стоило ему обернуться, как ужас залил его до краёв. Старейшина Ли просто остановился, повернувшись в его сторону, он посмотрел ему прямо в глаза. Шэнь выглядел взбешённым,[Хотя это была лишь гримаса боли, которую он сдерживал] белые, как окружающий их снег, одежды были полностью пропитаны кровью.

Дыхание сбивалось, каждый вдох отдавался болью в груди. Рана всё не заживала. Он чувствовал, как кровь липнет к коже, пропитывая одежду. Но сейчас, думать об этом было некогда. Нужно лишь перетерпеть. Он обернулся, похоже это его действие напугало главного героя. Но они уже выбрались, так что "пора тебе уже валить."

— Иди уже, — прозвучало намного тише, чем он планировал.

Но главный герой не стал спорить. Он прошёл немного, ещё раз оглянулся, поняв, что его не собираются преследовать, пулей рванул к мосту. Где находилась граница между пиками.

Это наконец закончилось.

Системное уведомление:

+300 к образу главного злодея.

+200 к силе.

+45 к изменению приевшегося клише.

-150 за промах. Вам стоило уклониться.

-50 к здоровью.

— Чё за фигня? Я просто хотел его подлатать и немного расслабился, это всего лишь случайность!

Значит, не стоило расслабляться. И вообще, "случайности не случайны." - Деланно ответила она. (-_-).

Л

огично. Оспаривать это не было смысла, хотя он мог бы и начать. Если бы он начал спорить, выглядел бы ещё большим идиотом. Да и система права: он действительно повёл себя глупо и безрассудно. И что это ещё за отсылки к Кунгфу-Панде?? Ладно, думать об этом совсем не хотелось.

— Я так устал. Хочу спать.

Вернувшись в поместье, он сел у камина. Забавно, что здесь он вообще был. Пламя горело за счёт духовной энергии, благодаря чему никогда не угасало. В новелле, при незначительных или значительных(?) травмах, он/я всегда приходил сюда и сидел в позе для медитаций. Для лечения физических ранений. И это действительно помогло.

Наконец рана на шее затянулась, но намного лучше ему от этого не стало.

Ну и пофиг.

С этими мыслями, даже не дойдя до своей комнаты, попросту забыв о том где она находится, он лёг на пол, перед камином и вырубился.