26 глава

Эмили

Я безумно ждала зимних каникул. И старалась их приближать так, как могла, сдавая заранее зачёты и экзамены. Многие преподаватели шли навстречу, позволяя делать это. Хоть подготовка к этому и занимала всё свободное время и нервы, я упорно шла к своей цели.

К встрече с Ником.

Он знал, что на каникулах мы встретимся, но то, что они начнутся для меня на неделю раньше, решила оставить сюрпризом. К тому же, позитивные эмоции были бы для него как нельзя кстати, с учётом того, что его подкосила простуда. Если сон и был лучшим лекарством, то с Ником это так просто не работало. Надеюсь, что радость и сладости, которыми я закупалась на протяжении всей недели, станут для него тем самым эликсиром здоровья.

С чистой совестью и закрытой сессией я ехала домой, предвкушая нашу встречу.

Я знала, что мы оба старались и стремились быть вместе. Я на учёбе, он на работе. Но вот его стремление меня слишком сильно волновало. Оно выматывало Ника настолько, что даже по голосу можно было понять, и немудрено, что организм сдался, подхватив бациллу. Радовало, что праздничные дни дадут нам обоим хоть немного выдохнуть и побыть вместе.

Довольно зажмурившись, потёрла замёрзшие ладошки, видя за окном автобуса знакомые улочки и домики, припорошенные снегом. Каждый новый поворот и остановка приближали меня к тому месту, где провела всё детство, где были мои родители, где осталась моя душа.

Внутри парили бабочки, а сердце радостно ликовало.

Наконец-то я дома.

Закинув к себе в комнату вещи и обменявшись парой фраз и тёплыми объятиями с родителями, направилась прямиком в дом Миллеров, где на первом этаже горел свет. Но замечая, что в нужном мне окне темно, крепче сжала бумажный пакет со сладостями.

Потоптавшись на пороге, выдохнула и наконец-то нажала на звонок, который трелью разлетелся по дому. Спустя пару минут дверь открылась, а за ней показался мистер Миллер. Одна его рука покоилась в поддерживающей повязке в то время, как вторая всё ещё сжимала дверную ручку. Наши взгляды встретились, и впервые мои внутренности не сжались от страха. Во мне преобладало другое тянущее чувство – желание поскорее увидеть Ника. Обнять его.

— Эмили, — констатировал он. — Заходи, — отступая в сторону, мужчина пропустил меня вовнутрь. — Он у себя. Спит, наверное. Как обычно. — Попытки задуматься над этой фразой были прерваны звонким женским голосом.

— Да-да, он недавно просыпался, но сейчас опять спит, — пролепетала миссис Миллер, выскакивая из кухни, вытирая влажные руки о растянутую футболку. Женщина выглядела гораздо старше своих лет, худощавая и измождённая, нервно заправляя за уши пряди пшеничного цвета, в которых уже серебрилась седина. — Ох, Эмили. Я так рада, что ты вернулась. Ник... Ник будет тебе рад. Думаю, — она улыбнулась. Той самой знакомой улыбкой, не тронувшей опухших глаз. — Ты же знаешь, что он немного приболел? А уж каким вредным и несговорчивым он бывает в это время, наверняка помнишь, — она устало вздохнула. — Так что сильно не обижайся на него.

— Хватит уже болтать, — буркнул мистер Миллер, прикуривая сигарету. Замершая улыбка жены осталась приклеенной к лицу, практически не дрогнув. — Молодёжь и без твоих наставлений разберётся. — Его тяжёлый взгляд упал на меня. — Иди.

Дважды повторять не пришлось. Я тут же отправилась в комнату Ника, не имея ни малейшего желания оставаться наедине с этой парой и продолжать хоть какое-то подобие диалога.

Открыв дверь, пыталась привыкнуть к скудному освещению, цепляясь за свет, исходивший из-за зашторенного окна от уже успевшего зажечься уличного фонаря.

— Ник? — негромко позвала я, но в ответ была лишь тишина, прерывающаяся монотонным бубнежом телевизора, доносившемся из гостиной.

Нашарив выключатель, зажгла свет, который разлился по полупустой комнате. Всё было так же, как и в последний раз, когда была здесь. Ничего нового и личного, свидетельствовавшего о том, что здесь кто-то живёт, не было, лишь фотография на комоде, которую я оставила однажды. Мой взгляд зацепился за её рамку, покосившуюся и склеенную скотчем, заставляя сердце пропустить пару ударов и почуять неладное.

Я настороженно двинулась дальше, сканируя пространство, останавливаясь на кровати. На ней лежал Ник, свернувшись калачиком и никак не реагируя на вторжение.

— Ник? — сглотнув комок нервов, вставший поперёк горла, села рядом. С каждой долей секунды моя тревога лишь росла. — Милый? — Моя рука скользнула по его предплечью, слегка сжимая.

— Эмили? — тихо прошептал он, и когда повернул голову, из меня вырвался тяжёлый выдох, будто невидимая сила только что со всей мощи ударила под дых.

Лицо Ника осунулось, бледные, потрескавшиеся губы практически кричали об истощении, а под впавшими глазами, потерявшими всякий блеск, залегли тёмные круги.

— Что... Что ты здесь делаешь? — просипел он, сонно моргая.

— У меня каникулы, — старалась хотя бы слегка улыбнуться столь долгожданной встрече, но это было выше моих сил. — Ник, что случилось? — Моя рука скользнула к его, но едва коснулась ладони, как Ник отдёрнул её в сторону, слегка морщась.

Сердце болезненно сжалось, будто говоря то, что я уже и так знала, просто не хотела верить. Дело было вовсе не в простуде. Это было очевидно. Не удивлюсь, что он её просто выдумал.

— Ник. Ты принимаешь таблетки? — Мой взгляд задержался на его руке, которую он безуспешно пытался спрятать под одеяло.

— Да. — Быстрый ответ, над которым не потрудился задуматься даже на долю секунды, вынудил его пристыженно отвести взгляд в сторону. Он настолько привык врать, прячась под масками нормальности, что убедил бы любого. Но не меня. Уже нет. — Нет, — тихо выдавил из себя правду. — Я подвёл тебя. Опять.

Я чувствовала волну беспомощности, смешанную с болью, которая неумолимо приближалась, желая накрыть меня с головой. Но я должна быть сильнее. Хотя бы сейчас.

Мне нужно быть на плаву. И удерживать Ника.

Поэтому необходимо успокоиться, все мои страдания и слёзы не то что не помогут никому, они сделают только хуже. Нам обоим.

— Ну... Думаю, ты держался даже очень хорошо, ведь мы так долго были порознь, — улыбнувшись, шмыгнула носом. — Ты наверняка так же долго не виделся с доктором Шоу, да? — Неуверенный кивок подтвердил мои догадки. Все его слова о том, что он принимает таблетки и ходит на консультации были ложью. — Тогда официально заявляю, что сегодня у тебя день встреч.

Мы собирались больше часа. На медлительность Ника накладывалось суетливое мельтешение миссис Миллер, что задерживало нас ещё больше. Она причитала и утверждала, что совершенно точно у Ника простуда и будучи ребёнком он вёл себя в такие периоды так же.

Ей ещё многое предстоит осознать и к многому привыкнуть. Как и мистеру Миллеру, который внимательно следил за всем происходящим, периодически прерывая поток оправданий жены.

Когда мы наконец-то добрались до клиники, мне стало немного спокойнее. Я понимала, что это то место, где Ника снова вытащат, где ему станет легче. Как и мне после разговора с доктором Шоу.

Жаль, что одной лишь беседой или хотя бы парой фраз Нику не помочь. Не так быстро. И не так просто.

Я сидела в коридоре клиники, ожидая, пока из кабинета доктора, где уже больше часа находился Ник, выйдет хоть кто-то. Я ждала и прокручивала в голове каждое слово, сказанное доктором Шоу, пока администратор быстро клацала пальцами по клавиатуре.

Ты не можешь нести ответственность за его психическое здоровье.

В дверном проёме показался Ник, а позади него стоял доктор Шоу, по грустной улыбке которого я всё поняла.

Ты можешь просто наблюдать и просить обратиться за помощью.

Я понимала, что нет никакой волшебной формулы и ремиссия Ника не может длиться вечно. И не тогда, когда он не следует плану лечения.

— Меня госпитализируют, — он неловко повёл плечом, сутулясь и сжимая пальцы. Его взгляд не отрывался от пола, а потрескавшиеся губы, сжатые в тонкую линию, давали понять, насколько ему неуютно от самой этой мысли.

— Я так и подумала. Ничего страшного. — Моя ладонь коснулась его щеки, ласково поглаживая. — Напишу маме, чтобы привезла всё необходимое. — Наши взгляды встретились, и уязвимость, скользящая в глазах Ника, снова тронула ту самую струну, которая при каждом движении разрезала сердце на части.

Быть терпеливой.

— Спасибо, — тихий, едва различимый шёпот и такой же выдох, вместе с которым вышло и напряжение, сковавшее тело.

Задавать вопросы, когда он хочет на них отвечать, и не давить.

— У нас же ещё есть время? — спросила я у доктора, который устало прислонился к стойке администрации, наблюдая за нами. — Можно мы немного прогуляемся?

— К восьми будьте тут, — ответил тот. — Я предупрежу, чтобы вас пустили.

— Спасибо, — благодарно улыбнувшись Шоу, сжала руку Ника. — Ну что, идём?

В ответ последовал молчаливый кивок.

Чувствовать беспомощность нормально, но нужно быть рядом, наблюдать, и ты сможешь это предвидеть.

— Завтра принесу тебе сладости. Хотя насчёт одной штуки у меня большие сомнения. Это те самые BeanBoozled. Надеюсь, там больше вкусных конфеток. Ведь невозможно сделать конфету со вкусом тухлых яиц или грязных носков, правда? — с надеждой спросила я.

Наградой мне стал едва уловимый смешок, смешанный с хрустом снега под ногами.

Наслаждайся хорошими моментами, ведь такие будут.

Мы подошли к будке, которая была украшена светящимися гирляндами и ветками ели, тихий звон колокольчиков лился из динамика, встроенного в козырёк сооружения, знаменуя о предстоящих праздниках. Манящий кофейный запах и тёплый свет, исходящий из круглосуточной мини-кофейни, не мог не привлечь внимание двух заядлых любителей кофейных напитков.

Даже очень много.

— Капучино с карамельным сиропом, — сделала заказ я, склоняясь к небольшому окошку. — А ты, Ник?

Он долго и задумчиво смотрел на вывеску с перечисленными сиропами, пытаясь решить, что же хочет.

— Раф, — пробормотал он. — С.... — усталый вздох. — Банановый или малиновый сироп? — беспомощный взгляд встретился с моим.

— Пополам? — улыбнувшись, предложила я.

— Пополам.

Пока мы ждали свои напитки, заметила, что Ник втянул шею, выглядя словно воробышек на морозе. Поэтому, стянув с себя шарф в красно-жёлтую полоску, закутала в него Ника.

— Теперь ты истинный гриффиндорец, — хихикнула я, замечая тепло, растопившее лёд одиночества в родных глазах.

И эти моменты перекроют все остальные.

Несмотря на морозный воздух, что щипал за щёки, мне было совершенно не холодно, пока рядом был Ник.

Он держал мои руки в своих ладонях, согревая дыханием и потирая их пальцами, пока снег, кружась, падал на землю.

Вот увидишь.