Ага, опять глава

Сразу после он направился в палату Питера, чтобы узнать как любимый. Там его встретили дружелюбным криком «Чего так долго, скотина?».

- Я принес тебе фрукты,- он положил ему на колени картонную коробку с заранее помытыми и порезанными фруктами.

- Почему в картоне?! Он же размокнет.

- Я тебе уже объяснял, почему я не использую пластик, и почему тебе не стоит.

- Я тебе не какой-то веган. Я беру от жизни свое. Я это заслужил.

- Чем? Не объяснишь? Ты создал природу? Участвуешь в субботниках, акциях? Придумал способ безопасно производить и перерабатывать пластик?

- Я помогаю людям стать лучше.

- Ты внушаешь им, что они уродливы и не заслуживают любить себя, пока не похудеют.

- Тебе бы тоже не помешало немного ненависти к себе. А то считаешь себя красавцем, как я, а сам выглядишь как кукла Вуду. Это мотивирует. И я прав. Никто не любит жирных.

- Это жестоко и мерзко.

- Жестоко после операции притащить кроличью еду, а не стейк.

- Тебе сейчас нельзя жирную пищу.

- Похрен, неси.

- Я не могу. Тебе и фрукты не стоит так рано. На кухне есть блендер, так что выбери что будешь, я сделаю тебе смузи. Врач сказал, что твердая пища в твоем состоянии может привести к гниению и смерти. Да и стошнит сразу скорее всего. Так что нет причин так рисковать.

Вместо ответа Питер замахнулся и ударил его по щеке. Удар получился слабый, и последовал возглас «Черт».

- Ты не изменишься, да?

- Малыш, конечно изменюсь. Это просто шутка была. Ты сам знаешь, в каком я состоянии, я не могу себя контролировать. Я попрошу врача сменить мне лекарства, раз эти не помогают. Я люблю тебя. А ты меня любишь? Скажи, что любишь.

- Конечно, люблю. Просто мне бы хотелось меньше насилия в наших отношениях.

- Да с радостью. Только у нас не отношения, у нас любовь.

- Так ты перестанешь меня бить?

- Конечно, думаешь, мне это нравится?

- Ну, я рад, спасибо.

- Так ты простишь меня?

- Не знаю, возможно, придется. Почему вообще слова «прости» и «просто» так похожи, если прощать совершенно не просто? Это больно. Словно отрываешь кусок любви от сердца и отдаешь тому, кто тебе навредил.

- Опять ты философствуешь. Ты же знаешь, что это всех бесит.

- Да, прости. Может ответ в том, что прощение – это в первую очередь упрощение жестокого поступка, избавление его от злого умысла?

- Так, брысь из моей палаты.

Уходя, Грег слышал, как медсестра отбирала у него еду.