part 53

Женский голос.

Чонгук сглотнул.

— Здравствуйте...

Он запнулся и замолчал.

Дверь открылась.

На пороге стояла женщина примерно пятидесяти лет. На ней была домашняя одежда, волосы собраны, в руке кухонное полотенце. Она явно не ожидала увидеть незнакомого мужчину.

— Вы к кому?

Чонгук посмотрел на неё и на секунду потерял все слова, которые успел придумать по дороге.

— Я... здравствуйте. Меня зовут Чонгук.

Женщина нахмурилась.

— Чонгук?

— Да.

Он нервно провёл ладонью по волосам.

— Я... я тренер Чимина.

На её лице сразу появилось удивление.

— Тренер?

— Да. Он занимается у меня.

Женщина немного отступила от двери.

— Что-то случилось?

Чонгук открыл рот.

Но сказать ничего не смог.

В горле будто застрял ком.

Он сглотнул, попробовал ещё раз.

— Я... я приехал потому что...

Голос сорвался.

Женщина внимательно посмотрела на него.

— Чимин где?

И вот тогда Чонгук окончательно понял, что больше откладывать нельзя.

— Он...

Он снова замолчал.

Пальцы сжались.

— С ним... произошла авария.

Женщина несколько секунд смотрела на него, словно не поняла.

— Какая авария?

— Машина...

Чонгук тяжело сглотнул.

— Его сбила машина.

Женщина резко побледнела.

Полотенце выпало из её руки.

— Что?

— Вчера... утром.

Чонгук попытался говорить медленно, но слова начали путаться.

— Я был... я был рядом, когда его привезли. То есть... не рядом в момент аварии. Я потом приехал в больницу. Он...

Он остановился, зажмурившись на секунду.

— Он сейчас в больнице.

Женщина ухватилась рукой за дверную раму.

— Где?

— В реанимации.

— Что с ним?

Чонгук посмотрел на неё.

И снова почувствовал, как пересохло во рту.

— Он сильно пострадал.

— Насколько?

— Очень...

Он замолчал.

— У него переломаны руки... обе. Нога. Рёбра. Сильная травма головы.

Женщина смотрела на него, не моргая.

— Он жив?

Чонгук быстро кивнул.

— Да. Да, жив.

Женщина закрыла глаза и приложила ладонь ко лбу.

— Слава богу...

Она сделала шаг назад.

И вдруг пошатнулась.

— Мам...

Чонгук рефлекторно протянул руки.

— Осторожно.

Он успел подхватить её за локоть, прежде чем она потеряла равновесие.

— Мне плохо...

— Присядьте.

Чонгук помог ей опуститься на ближайший стул в прихожей.

Женщина тяжело дышала, прижимая руку к груди.

— Воды...

— Сейчас.

Чонгук быстро прошёл на кухню, нашёл стакан, налил воду и вернулся.

— Вот.

Она сделала несколько маленьких глотков, но руки у неё заметно дрожали.

— Извините... я просто...

— Не извиняйтесь.

Чонгук присел напротив неё.

Он сам выглядел так, будто ещё немного и ему станет плохо.

Глаза были красными, лицо уставшим, а голос постоянно срывался.

— Он... он очень тяжёлый.

Женщина посмотрела на него.

— Что значит «тяжёлый»?

Чонгук замолчал.

Ему хотелось подобрать более мягкое слово, но ничего подходящего не существовало.

— У него было сильное кровотечение.

Он сглотнул.

— В том числе в мозг.

Женщина закрыла рот ладонью.

— Господи...

— Его сразу повезли на операцию. Врачи... они делали всё, что могли.

— Сколько?

— Что?

— Сколько длилась операция?

— Девять часов.

Женщина посмотрела на него совершенно потерянно.

— Девять...

— Да.

Чонгук кивнул.

— Я всё это время был там.

Она молчала.

— Он... он выжил?

— Да.

— Но вы сказали, что было кровоизлияние...

— Да.

— И что с его головой?

Чонгук опустил взгляд.

— Врачи сказали, что травма очень тяжёлая. Он сейчас без сознания. Его держат под седацией, он на аппарате.

Женщина смотрела на него, будто пыталась осмыслить каждое слово.

— Он в коме?

— Да.

Чонгук кивнул.

— Врачи сказали, что сейчас они не могут его разбудить. Организму нужно время.

Женщина снова начала плакать.

Тихо, почти беззвучно.

Она прикрыла лицо руками.

— Мой мальчик...

Чонгук отвернулся на секунду.

Ему самому было тяжело смотреть.

— Я должен был вам сказать раньше.

— Почему вы?

— Я... я был с ним в больнице.

Он запнулся.

— Я его тренер.

Женщина подняла глаза.

— Вы знали, что он попал в аварию?

— Да.

— А его отец...

Она резко остановилась, будто сама поняла, что говорит не то.

Чонгук тихо ответил:

— Я знаю, что его отец умер.

Женщина кивнула, вытирая слёзы.

— Он ведь один у меня...

Голос дрогнул.

— Я не знаю, что бы я делала, если бы...

Она не закончила.

Чонгук сжал руки между коленями.

— Он жив.

— Но вы говорите так, будто...

— Нет.

Чонгук быстро покачал головой.

— Нет. Я не хочу вас пугать. Просто... врачи сказали, что состояние критическое. Они спасли его после остановки сердца. Во время операции у него остановилось сердце.

Женщина резко подняла голову.

— Сердце остановилось?

Чонгук кивнул.

— Да.

Ему стало трудно говорить дальше.

— Я слышал это через дверь. Они... они фиксировали время. Потом начали реанимацию.

Голос Чонгука задрожал.

— Несколько минут его не было.

Женщина закрыла глаза.

— Господи...

— Но они вернули его.

Чонгук сказал это почти сразу, словно боялся, что если сделает паузу, сам начнёт плакать.

— Они вернули сердцебиение. Потом продолжили операцию. И он... он жив.

Несколько секунд никто не говорил.

Чонгук смотрел в пол.

Его начало трясти сильнее.

Он сцепил пальцы, пытаясь остановить дрожь.

Не получилось.

Женщина заметила это.

— Вы сами как?

Чонгук поднял на неё глаза.

— Нормально.

Это прозвучало настолько неправдоподобно, что женщина ничего не ответила.

Он провёл ладонью по лицу.

— Извините.

— За что?

— Я просто...

Он замолчал.

Горло снова сдавило.

— Я очень испугался.

Женщина тихо заплакала.

Чонгук опустил голову.

— Он утром пошёл купить мне завтрак.

Женщина посмотрела на него.

— Завтрак?

Чонгук кивнул.

— Да.

Он попытался улыбнуться, но не смог.

— Я даже не знал, что он пошёл. А потом...

Голос окончательно сорвался.

— Потом я увидел его на дороге.

Женщина прикрыла лицо руками.

Чонгук несколько секунд молчал, а потом тихо добавил:

— Я должен был пойти с ним.

— Вы не могли знать.

— Мог.

— Нет.

Она покачала головой.

— Вы не могли знать.

Чонгук посмотрел на неё.

В её глазах были слёзы, но теперь вместе с ними появилась какая-то растерянная собранность.

— Я хочу к нему.

— Конечно.

— Сейчас?

— Да.

Чонгук достал телефон.

— Я отвезу вас.

Женщина попыталась подняться, но ноги снова подогнулись.

Чонгук тут же поддержал её.

— Медленно.

— Я сама.

— Хорошо.

Он отпустил её, но остался рядом на случай, если она снова потеряет равновесие.

Женщина несколько секунд стояла, глубоко дыша.

— Он меня ждёт?

Чонгук посмотрел на неё.

— Он сейчас не может ждать сознательно.

Женщина кивнула.

— Но вы думаете, он слышит?

Чонгук вспомнил слова врача.

«Разговаривать с ним всё равно можете».

— Не знаю, — честно ответил он. — Но я с ним разговариваю.

Женщина посмотрела ему прямо в глаза.

— Тогда и я буду.

Чонгук кивнул.

Он вышел вместе с ней из квартиры, поддерживая её под локоть.

Перед машиной женщина остановилась.

— Чонгук.

— Да?

— Спасибо, что пришли.

Он покачал головой.

— Я должен был.

— Всё равно.

Чонгук ничего не ответил.

Он только открыл ей дверь машины.

Когда они сели, он ещё несколько секунд держал руки на руле.

Теперь он ехал обратно в больницу не один.

И впервые за всё это время у Чимина появился человек, который ждал его не меньше, чем сам Чонгук.

Мать Чимина подошла к кровати и ещё несколько минут просто стояла рядом, гладя сына по волосам и тихо говоря ему, что она здесь. Потом она заметила врача, проходившего по коридору, и решила выйти, чтобы расспросить его о состоянии Чимина.

Она уже почти дошла до двери, когда услышала позади себя движение.

Чонгук сел на стул рядом с кроватью.

Мать остановилась, не желая мешать. Она уже собиралась выйти, но обернулась.

Чонгук осторожно взял Чимина за руку.

Некоторое время он просто смотрел на него. Потом наклонился и очень бережно поцеловал его пальцы.

— Чимин...

Голос был тихим и хриплым.

Он провёл большим пальцем по его ладони, стараясь не задеть повязки.

— Я не знаю, слышишь ли ты меня сейчас. Но я всё равно буду говорить.

Он замолчал, собираясь с мыслями.

— Я люблю тебя.