Игра наперегонки

Кай стоял слишком близко. Его пальцы продолжали крепко удерживать мой подбородок, а серые глаза буквально выжигали во мне остатки самообладания. Он был уверен, что запер ворота и полностью контролирует ситуацию.Но его самоуверенность снова сыграла со мной в одну команду.Кай на секунду перевел взгляд на мою шею, рассматривая багровый след, который сам же оставил ночью. В это мгновение его бдительность ослабла. Я резко, со всей силы наступила каблуком своего тяжелого ботинка ему на ногу. Кай глухо чертыхнулся, инстинктивно разжимая пальцы.Этого короткого мига мне хватило. Вместо того чтобы бежать к закрытым железным воротам ангара, я рванулась вглубь гаража — прямо к его угольно-черному «Мустангу». Ключ зажигания, по привычке всех стритрейсеров, торчал прямо в замке.Я запрыгнула на кожаное водительское сиденье, заблокировала двери изнутри и с ревом завела мощный мотор.— Миллер, твою мать, вылезай из машины! — бешеный крик Кая заглушил рев выхлопной трубы.Он подлетел к «Мустангу», со всей силы ударив кулаком в тонированное стекло, но я уже включила заднюю передачу. Машина с визгом сорвалась с места. Я ударила по газам, разворачивая тяжелый автомобиль прямо внутри ангара. Перед глазами были закрытые ворота, но я знала, что они из листового железа.— Назад, Хендрикс! — крикнула я самой себе, выжимая педаль в пол.Черный «Мустанг» на бешеной скорости протаранил створки ворот. Металл заскрежетал, петли вылетели с мясом, и машина вырвалась на свободу, оставляя позади столб пыли и матерящуюся банду Кая.Я неслась по шоссе на полной скорости. Стрелка спидометра стремительно уходила за двести. Адреналин бурлил в крови, вытесняя страх. Я управляла машиной своего врага, и это было самым сладким чувством триумфа. Я летела по извилистой загородной трассе, заставляя «Мустанг» входить в повороты на грани заноса. Я думала, что смогла оторваться.Я ошибалась.Спустя десять минут безумной гонки в зеркале заднего вида появились хищные огни фар. Это была модифицированная серебристая «БМВ» Сэма, но за рулем сидел не он. Сквозь лобовое стекло я отчетливо разглядела каменное, бледное от ярости лицо Кая. Он преследовал меня на машине своего друга, и в его маневрах не было ни капли жалости.Кай обходил меня по встречной полосе. На крутом извилистом мосту он совершил чистый суицид — резко подрезал мой «Мустанг», вынуждая меня со свистом нажать на тормоза. Машину развернуло на триста шестьдесят градусов и с оглушительным визгом резины впечатало задним бампером в бетонное ограждение.Мотор заглох. В салоне повисла удушающая тишина, нарушаемая только шипением перегретого радиатора.Я тяжело дышала, вцепившись в руль. Дверь со стороны водителя резко рванули снаружи — замок не выдержал удара. Кай буквально выдернул меня из салона за шиворот худи, заставляя встать на ноги.— Ты совсем страх потеряла, Миллер?! — прорычал он. Его лицо было в сантиметрах от моего, на шее билась жилка прямо под пластырем. Он тяжело дышал, а его пальцы до боли впились в мои плечи. — Ты угнала мою машину. Ты разбила мой бокс. Ты могла разбиться к чертям собачьим!— Отпусти меня! — я попыталась ударить его в грудь, но он перехватил мои руки, заламывая их за мою спину и намертво прижимая меня к капоту разбитого «Мустанга».— Нет, куколка. Больше никаких побегов, — его голос опустился до опасного, вибрирующего шепота. Он прижался ко мне всем своим тяжелым телом, блокируя любые движения. Его серые глаза полыхали такой дикой, безумной одержимостью, от которой у меня перехватило дыхание. — Ты хотела скорости? Ты её получила. А теперь мы возвращаемся в мой пентхаус. И на этот раз я сниму с тебя одежду вместе с твоей гордостью. Ты будешь умолять меня остановиться, Лекс.