Цена свободы

Утро пришло слишком быстро.

Эллисон почти не спала. Она несколько часов лежала, глядя в потолок, и снова и снова прокручивала в голове события последних суток. Фотография, лаборатория, слова Джейн, признание Томаса, женщина на снимке — всё это смешивалось в один огромный узел, который она никак не могла распутать.

Но сильнее всего её преследовала одна мысль.

Она любила Джейн.

Когда-то.

И, возможно, сейчас снова начинала её любить.

Эллисон повернулась на бок и закрыла глаза.

В памяти снова возникла Джейн — совсем другая, не та осторожная и напряжённая девушка, которую она знала последние дни. На воспоминании Джейн смеялась, запрокинув голову, а Эллисон держала её за руку и смотрела так, будто в мире не существовало ничего важнее.

Эллисон прижала ладонь к груди.

— Почему я тебя забыла?..

Ответа не было.

Только болезненное ощущение пустоты.

Она поднялась с кровати и подошла к окну. На улице было пасмурно, стекло покрывали капли дождя.

Внизу студенты спешили на занятия, разговаривали, смеялись. Их жизнь продолжалась, будто ничего не произошло.

Эллисон завидовала им.

Ей хотелось хотя бы один день прожить без ощущения, что за каждым воспоминанием скрывается опасность.

На столе лежал ключ, который дал ей Томас.

Архив под старой библиотекой.

Она взяла его и сжала в ладони.

Ей нужно было поговорить с Джейн.

Не о проекте.

Не о Томасе.

О них.

---

Джейн сидела на скамейке возле старого корпуса и смотрела на мокрый асфальт.

Она пришла сюда рано утром, хотя прекрасно знала, что Эллисон ещё не было.

Ей просто некуда было идти.

После ночного звонка она не сомкнула глаз.

Каждый раз, когда закрывала глаза, слышала один и тот же голос:

«Тогда мы закончим за тебя».

Джейн боялась.

Не за себя.

За Эллисон.

И это было самым страшным.

Потому что раньше ей казалось, что она уже знает, что такое страх.

Она боялась потерять Эллисон.

Боялась, что та вспомнит всё и возненавидит её.

Боялась, что прошлое разрушит их настоящее.

Но теперь появился страх гораздо страшнее.

Что Эллисон снова станет частью эксперимента.

Что её память опять превратят в оружие.

— Ты здесь.

Джейн вздрогнула.

Эллисон стояла перед ней.

В руках у неё было два стакана кофе.

Джейн посмотрела на них, и на несколько секунд её лицо стало совершенно беззащитным.

— Я не знала, какой ты любишь, — сказала Эллисон. — Поэтому взяла обычный.

Джейн слабо улыбнулась.

— Ты взяла мне с корицей?

Эллисон замерла.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что раньше ты всегда так делала.

Эллисон протянула ей стакан.

— Тогда, наверное, тебе повезло.

Джейн взяла кофе.

Их пальцы случайно соприкоснулись.

Обе замолчали.

Эллисон почувствовала странное тепло.

Это было почти болезненно знакомо.

Она села рядом.

Некоторое время они просто смотрели перед собой.

— Я не знаю, как с тобой разговаривать, — наконец призналась Эллисон.

Джейн опустила взгляд.

— Я тоже.

— Это странно.

— Очень.

Эллисон улыбнулась.

— Я знаю о тебе больше, чем о большинстве людей, которых действительно помню.

Джейн тихо рассмеялась.

— А я знаю о тебе почти всё.

— Тогда скажи.

Джейн повернулась к ней.

— Что?

— Какая я была?

Джейн задумалась.

На её лице появилась мягкая улыбка.

— Упрямая.

— Это я и сейчас такая.

— Очень.

— Что ещё?

— Ты всегда делала вид, что тебе ничего не страшно.

Эллисон посмотрела на неё.

— А на самом деле?

— Ты боялась одиночества.

Джейн говорила тихо, почти шёпотом.

— И каждый раз, когда тебе было плохо, ты говорила, что всё нормально.

Эллисон улыбнулась.

— Звучит знакомо.

— Ты ещё любила дождь.

Эллисон посмотрела на серое небо.

— Правда?

— Ты говорила, что во время дождя людям проще быть честными.

— Странная я была.

— Нет.

Джейн посмотрела на неё.

— Ты была прекрасной.

Эллисон почувствовала, как сердце болезненно сжалось.

— А мы...

Она замолчала.

— Мы были счастливы?

Джейн долго смотрела на неё.

— Да.

— Очень?

— Очень.

— Тогда почему всё закончилось?

Улыбка исчезла с лица Джейн.

— Потому что иногда любовь оказывается недостаточной, если люди слишком сильно боятся потерять друг друга.

Эллисон нахмурилась.

— Это звучит так, будто ты говоришь о нас.

— Я и говорю о нас.

Эллисон опустила глаза.

— Ты контролировала мою жизнь?

Джейн вздрогнула.

— Что?

— Ты решила, что мне будет лучше без тебя. Решила стереть мою память. Решила, что я должна жить дальше, ничего не зная.

Джейн молчала.

— Это и есть контроль, Джейн.

— Я знаю.

— Тогда почему ты всё ещё пытаешься защищать меня?

Джейн посмотрела ей прямо в глаза.

— Потому что я не научилась любить тебя иначе.

Эти слова прозвучали настолько искренне, что Эллисон не смогла сразу ответить.

Джейн отвела взгляд.

— Я думала, что если смогу контролировать опасность вокруг тебя, то смогу контролировать и последствия. Если я уберу из твоей памяти себя, уберу всё, что связано со мной, ты будешь в безопасности.

Она горько улыбнулась.

— Но я ошибалась.

— Почему?

— Потому что нельзя контролировать любовь.

Эллисон почувствовала, как внутри что-то дрогнуло.

— Что ты хочешь сказать?

Джейн посмотрела на неё.

— Даже если человек забудет тебя, это не значит, что его сердце перестанет тебя искать.

Эллисон опустила взгляд.

— Я именно поэтому тебя нашла?

— Возможно.

— А если я снова влюблюсь в тебя?

Джейн замерла.

В её глазах появился страх.

— Не говори этого.

— Почему?

— Потому что я не хочу, чтобы ты выбирала меня из-за воспоминаний, которых у тебя нет.

Эллисон почувствовала раздражение.

— А если я выберу тебя без них?

Джейн ничего не ответила.

— Ты ведь хочешь этого? — спросила Эллисон.

Джейн долго молчала.

Потом тихо сказала:

— Больше всего на свете.

Эллисон посмотрела на неё.

Между ними оставалось всего несколько сантиметров.

Она могла протянуть руку.

Могла коснуться её лица.

Могла сделать то, что подсказывало сердце.

Но не сделала.

Потому что впервые поняла одну вещь.

Если она действительно хотела узнать, что между ними было, ей нужно было не вернуть прошлое.

Ей нужно было дать себе возможность выбрать настоящее.

---

— Я нашла кое-что.

Эмили положила перед Эллисон несколько распечатанных страниц.

Они сидели в библиотеке.

— Где ты это взяла?

— Из университетского архива.

Эллисон быстро просмотрела документы.

— Проект «Mnemosyne».

— Да.

— Здесь почти всё вырезано.

— Но не всё.

Эмили указала на одну строку.

«Испытуемая №17 — Эллисон Харт. Основная эмоциональная связь: Джейн Миллер».

Эллисон замерла.

— Джейн Миллер.

— Ты не знала её фамилию?

— Нет.

Эмили достала ещё один лист.

— Вот это интереснее.

Внизу стояла подпись:

Руководитель проекта — доктор Виктория Рейн.

Эллисон почувствовала, как по коже пробежали мурашки.

— Это она.

— Женщина с фотографии?

— Да.

Эмили кивнула.

— Я проверила её имя.

— И?

— Здесь начинается самое странное.

Она передала Эллисон телефон.

На экране была старая статья.

Доктор Виктория Рейн покидает университет после закрытия исследовательской программы.

Дата публикации:

19 октября.

Всего через день после эксперимента.

Эллисон прочитала статью дважды.

— Она не уехала.

— Что?

— Посмотри на фотографию.

Эмили приблизила изображение.

Виктория Рейн была снята несколько лет назад.

Но Эллисон узнала её.

— Это та же женщина.

— Значит, она всё ещё здесь?

— Возможно.

Эллисон почувствовала тревогу.

— Почему она скрывается?

Эмили пожала плечами.

— Может, потому что проект был незаконным.

Эллисон покачала головой.

— Нет.

— Что?

— Если бы дело было только в этом, Томас не выглядел бы настолько испуганным.

Она посмотрела на документы.

— Здесь чего-то не хватает.

— Чего?

— Финального отчёта.

Эмили нахмурилась.

— Ты думаешь, его спрятали?

— Да.

Эллисон достала ключ.

— И я знаю где.

---

Старая библиотека находилась в другом крыле университета.

Туда почти никто не ходил.

Они спустились в подвал и нашли металлическую дверь.

Эллисон вставила ключ.

Замок щёлкнул.

Дверь открылась.

За ней оказался узкий коридор.

Эмили включила фонарик.

— Если сейчас оттуда выйдет призрак, я увольняюсь из университета.

Эллисон невольно улыбнулась.

— Ты слишком драматичная.

— Ты видела, куда мы пришли?

Они прошли дальше.

В конце коридора находилась небольшая комната.

Стеллажи были заставлены коробками.

На каждой стояли номера.

12.

13.

14.

Эллисон шла вдоль полок.

И вдруг остановилась.

На коробке было написано:

17.

Её руки задрожали.

— Это она.

Эмили подошла ближе.

— Открывай.

Эллисон сняла крышку.

Внутри лежали папки.

Фотографии.

Флешка.

И маленький аудиокассетный диктофон.

На нём была наклейка:

18 октября. 02:43.

Эллисон почувствовала, как сердце сжалось.

— Это ночь эксперимента.

Она нажала кнопку.

Несколько секунд слышался только шум.

Потом голос.

Её голос.

Эллисон узнала его сразу.

— Если кто-нибудь найдёт эту запись, значит, я ошиблась.

Эмили побледнела.

На записи Эллисон говорила медленно, будто ей было тяжело держать себя в сознании.

— Я не знаю, сколько времени у меня осталось. Но если вы это слушаете, не верьте Виктории. Не верьте Томасу. И, пожалуйста... не верьте даже мне.

Эллисон перестала дышать.

Дальше послышался голос Джейн.

— Ты уверена?

— Нет.

— Тогда мы остановимся.

— Нет.

Голос Эллисон дрожал.

— Если мы остановимся, она найдёт другой способ.

— Кто?

Долгая пауза.

А затем Эллисон произнесла имя:

— Виктория.

Запись зашипела.

И после нескольких секунд тишины прозвучала последняя фраза.

— Джейн, если я забуду тебя... никогда не позволяй Виктории вернуть мне память.

Запись закончилась.

В комнате воцарилась тишина.

Эллисон смотрела на диктофон, не в силах пошевелиться.

— Почему? — прошептала она.

Эмили не ответила.

— Почему я сама попросила не возвращать память?

Эмили осторожно положила руку ей на плечо.

— Может, ты боялась Виктории.

— Нет.

Эллисон покачала головой.

— Там было что-то ещё.

Она взяла папку.

На первой странице стояла надпись:

ПРОЕКТ MNEMOSYNE. ФАЗА II.

Ниже:

Цель: изменение поведения через эмоциональные связи.

Эллисон медленно подняла глаза.

— Они не хотели просто стереть Джейн.

— Что тогда?

— Они хотели использовать мою любовь к ней.

Эмили побледнела.

— Для чего?

Эллисон перевернула страницу.

На ней была только одна строка:

«Испытуемая №17 является первым успешным случаем».

И ниже — рукописная пометка Виктории:

«Любовь может быть использована как самый сильный механизм контроля».

Эллисон перечитала её несколько раз.

И вдруг всё стало на свои места.

Её страх.

Навязчивые воспоминания.

Эксперимент.

Джейн.

Почему они так отчаянно пытались контролировать её память.

Но оставался один вопрос. Самый страшный.

Если эксперимент действительно был успешным... то что именно они научились контролировать?

---

Тем временем Джейн стояла перед закрытой дверью кабинета Виктории Рейн.

Она несколько секунд собиралась с духом, прежде чем постучать.

— Войдите.

Джейн открыла дверь.

Виктория сидела у окна.

На столе лежала фотография Эллисон.

— Ты пришла сама, — сказала она спокойно.

— Оставьте её в покое.

Виктория улыбнулась.

— Ты всё ещё думаешь, что можешь диктовать мне условия?

— Я знаю, что вы хотите.

— Нет, Джейн. Ты думаешь, что знаешь.

Виктория поднялась.

— А теперь ответь мне на один вопрос.

Она подошла ближе.

— Эллисон уже вспомнила, кто ты?

Джейн молчала.

Виктория улыбнулась.

— Тогда всё гораздо интереснее, чем я думала.

— Что вам от неё нужно?

Виктория посмотрела на фотографию.

— Не от неё.

Она медленно перевела взгляд на Джейн.

— От вашей любви.

Джейн почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Что?

— Ты действительно думала, что мы столько лет работали ради одного эксперимента?

Виктория взяла фотографию Эллисон.

— Мы хотели доказать, что любовь можно превратить в инструмент.

— Вы больны.

— Возможно.

Она улыбнулась.

— Но именно ты доказала, что мы были правы.

Джейн побледнела.

— Я ничего вам не доказывала.

— Нет?

Виктория подошла к ней.

— Ты стерла память любимого человека, чтобы защитить её.

Она тихо рассмеялась.

— Ты сделала именно то, чему мы пытались научить людей: заставила любовь подчиниться страху.

Джейн сжала кулаки.

— Я никогда больше не позволю вам управлять её жизнью.

Виктория спокойно посмотрела на неё.

— Тогда тебе придётся выбрать.

— Что выбрать?

— Её память.

Виктория положила фотографию на стол.

— Или её жизнь.

Джейн застыла.

А Виктория добавила:

— Потому что если Эллисон продолжит вспоминать, её мозг не выдержит.

Впервые за всё время Джейн не нашла, что ответить.

Она только смотрела на фотографию.

На Эллисон.

На девушку, которую однажды уже потеряла.

И понимала, что теперь ей снова придётся выбирать между тем, чтобы защитить её, и тем, чтобы наконец позволить ей самой решать свою судьбу.