МАССИМО. ГЛАВА 8

МАССИМО

Прошлое

Мне пятнадцать. После школы я иду не домой, потому что там меня снова будут ждать долгие разговоры, а гулять по улицам города. Втыкаю в уши наушники и включаю любимую музыку, опуская взгляд вниз и пиная мелкие камни.

Кулаки, которые я спрятал в карманы бомбера, больно саднят. Я знаю, что куртку снова придётся стирать, ведь делаю это каждую неделю, потому что она постоянно в чужой крови. Напрягать ни маму, ни экономку не хочется, поэтому я самостоятельно занимаюсь стиркой окровавленной одежды. Им приходится только смотреть.

Ненавижу ловить сочувствующие и злобные взгляды, которые давят сильнее, чем чужие кулаки. Порой я думаю, лучше получить по лицу, чем снова сесть перед отцом и матерью и выслушивать тираду о том, что я не должен драться вне синдиката. Но что я сделаю, если они сами лезут?

Выхожу из школьного двора и удаляюсь в сторону переулков, где в это время тише всего. Бостон достаточно большой город, постоянно кишащий людьми и машинами. Я ненавижу передвигаться по главным улицам и постоянно сталкиваться с кем-то плечами.

Заворачиваю в подворотню, где пахнет мусором и сыростью, и иду по тропинке, по которой хожу изо дня в день. Обычно здесь никого не бывает, поэтому я выбираю эту дорогу. Но сегодня краем глаза улавливаю копошащееся движение в кустах, усыпанных почти опавшими листьями.

Голова инстинктивно поворачивается вправо. Я замечаю девушку, сгорбившуюся над землёй. Она сидит спиной ко мне, поэтому мне удаётся рассмотреть только серую юбку и пиджак с эмблемой моей школы. Её чёрные волосы идеально ровной линией спадают по плечам и спине, а голова наклоняется то влево, то вправо.

Я замираю и снимаю наушники. Убираю их в карман и слышу, как девушка что-то шепчет. Она говорит сама с собой?

Подхожу ближе и стараюсь не шуметь, чтобы не напугать её. Она резко разворачивается и пронзает меня бледно-голубыми глазами, идеально контрастирующих с её белоснежной кожей и тёмными волосами.

Девушка не выглядит напуганной. Кажется, ей вообще плевать на меня. Она смотрит так на протяжении нескольких секунд, пока наш зрительный контакт не прерывает жалобное мяуканье, доносящееся откуда-то из-за кустов.

— Ты поможешь или просто будешь пялиться? — девушка вскидывает бровь.

На моём лице медленно расцветает улыбка. Я смотрю на черноволосую незнакомку с ехидным прищуром.

— А если просто пялиться?

— Тогда проваливай.

Я на мгновение замираю, а затем разражаюсь громким смехом. Незнакомка смотрит на меня как на идиота, параллельно помогая котёнку, по всей видимости, застрявшему в зарослях травы.

— Как тебе помочь?

— Он запутался в ветках, а я не дотягиваюсь, — девушка дрожит, стоит ветру подуть чуть сильнее, и поправляет выбившиеся пряди волос, убирая их за ухо.

— Отойди, — я склоняюсь над землёй, занимая её место.

Мяуканье чёрного котёнка становится громче. Похоже, он сам напуган тем, что не может выбраться. Я аккуратно протискиваю руку между веток, царапая кожу, и на ощупь ищу пушистый комок.

— Только аккуратнее. Он может быть ранен, — говорит девушка, переминаясь с ноги на ногу.

Я нащупываю котёнка и достаю его. Он цепляется за мою руку как за спасательный круг и расцарапывает кожу острыми когтями. Я шиплю сквозь зубы и терплю его покусывания и желание освободиться. Малыш слишком напуган и, похоже, очень голоден.

— Такой худенький... Где же твоя мама? — девушка падает на колени и выхватывает кота, теряя ко мне интерес.

Переключается на котёнка и вздыхает от вида его залепленных глаз, выглядывающих костей и мокрой шёрстки. Я поджимаю губы и замечаю, что она без куртки, а на улице холод и приближающийся дождь.

— Спасибо, — девушка одаривает меня улыбкой, прижимая котёнка к груди. — Не знаю, что бы я делала, если бы не ты.

— Как тебя зовут? — выпаливаю я раньше, чем успеваю подумать.

— Валери. А тебя?

Валери. Красивое имя.

— Я Массимо.

— Приятно познакомиться, Массимо, — Валери встаёт с земли и отряхивает грязные колени. Затем разворачивается и уходит, будто ничего не было.

— Стой!

Она останавливается спиной ко мне. Я догоняю её, подстраиваясь под медленный шаг.

Валери намного ниже меня. Даже слишком. И хотя нам ещё есть куда расти, она выглядит такой миниатюрной, что я невольно улыбаюсь.

Не то чтобы я постоянно смотрел на девушек. Они мне неинтересны. Я только учусь и тренируюсь, так что мне не до отношений. Но Валери чем-то зацепила.

Не знаю, как сказать, но её лицо такое... безэмоциональное. Глаза пустые и смотрят сквозь меня, а тело двигается на автомате. Будто она витает в облаках и не думает о том, что происходит вокруг неё.

— Где ты живёшь?

— Далеко, — она шагает вперёд и прижимает кота ближе.

— Хочешь, я провожу тебя?

— Нет.

— Может, я дам тебе свою куртку? — я хочу снять с себя бомбер, но Валери останавливает меня.

— Я дойду до дома сама, — она берёт лапку кота и делает вид, что машет ей. — Скажи Массимо пока, Оникс. Пока-пока.

А затем Валери уходит. Я смотрю на её удаляющуюся спину и чёрные волосы, пахнущие сладким гранатом.

Хочу догнать, но остаюсь на месте, оборачиваясь на куст, где лежит мёртвая мама кошка.

Старые воспоминания постепенно рассеиваются. Вместо образа Валери я вижу перед собой взволнованную Арию, с которой мы, как мне казалось, закончили то, что ещё не успело начаться. Но это действительно она. Её рыжие волосы лезут мне в лицо, когда она наклоняется надо мной и смотрит в замутнённые глаза, которые я ещё не успел нормально раскрыть.

Чужие голоса вбиваются в голову как молоток. Я щурюсь и хочу попросить их замолчать, но во рту так сухо, будто наглотался песка. Язык прилип к нёбу, я отрываю его и сглатываю, чтобы стало легче.

Ария, словно прочитав мысли, раскрывает мою ладонь и вкладывает бутылку, помогая поднести её ко рту и сделать глоток. Капли катятся по подбородку и падают на грудь. Я глотаю жадно, и с каждым движением горла становится легче.

Местный доктор, латающий солдат синдиката, проверяет мои зрачки и светит в них небольшим фонариком. Я морщусь и действую на инстинктах, вспоминая о бое и поднимаясь с дивана, чтобы вернуться на ринг.

Без понятия, сколько я пролежал в отключке. Обычно нокаут длится от нескольких секунд до нескольких минут. Мне срочно нужно прийти в себя и узнать, сколько времени я пролежал.

— Как он? — взволнованно спрашивает Ария, зарываясь в мои волосы пальцами.

— Жить будет, — шестидесятилетний Андреа, мужчина, служащий Семье дольше, чем я живу, выпрямляется в спине и скептически окидывает меня взглядом. — Ничего серьёзного. Это не первый его нокаут. Просто в этот раз сил в нём было меньше, чем обычно.

Ария вздыхает и возвращается ко мне. Улыбается, когда я смотрю на неё, и гладит по мокрым волосам. Я пытаюсь встать, чтобы выйти на ринг, но она насильно укладывает меня обратно.

— Куда ты пошёл? Лежи.

— Бой, — я откашливаюсь. — Мне нужно продолжить бой.

— Бой окончен, Массимо. Рикки забрал деньги и уехал.

Блять.

— Как долго я лежал?

— Ты пришёл в себя спустя десять секунд, но не мог стоять. Мы отнесли тебя сюда, и ты снова вырубился. Но уже на полчаса, — Андреа складывает принадлежности в медицинский чемоданчик. — Это обычное переутомление. Зря позвали меня.

Я фыркаю, не удивлённый стариком, быстро удаляющимся из кабинета. В его компетенции зашивать раненых, а не проверять нокаутированных бойцов. Вероятно, позвать врача была идея Арии. Более чем уверен, что она верещала на всех, кого можно, чтобы меня проверили.

— Тебе нужно больше отдыхать, — Ария проводит пальцами по моей щеке. — Нельзя так издеваться над собственным телом. Тренировки каждый день изматывают твой организм.

— Мне двадцать, а не шестьдесят, — я ухмыляюсь, за что получаю несильный удар в плечо.

Мне нельзя не тренироваться. Иначе плохие мысли возьмут вверх, и я не смогу выбраться из пучины ада внутри себя. Это та чёрная дыра, в которую я не хочу возвращаться, потому что это не жизнь, а бессмысленное существование, в конечном итоге приводящее к виселице.

Клуб двадцати семи звучит заманчиво, но я не думаю, что это то, что желают мне люди вокруг. В конце концов у меня есть семья, братья, сёстры и родители, а становиться причиной чужого горя я не хочу. Даже если пытался.

— В любом случае, ты должен следить за собой, — уже тише говорит Ария.

— Волнуешься, лисичка? — отвечаю я в шутку, на что получаю серьёзное лицо.

Ария перестаёт улыбаться и гладить меня по волосам. Я думаю, что сказал что-то не то, а затем вспоминаю, что мы, вообще-то, поссорились и вроде как закончили общение. По крайней мере я так посчитал, когда она ушла, сказав, что нашу связь лучше закончить.

Но хочу ли я этого?

Нет.

— Ты слишком самоуверенный, Массимо.

— И?

— Приятно будет сломать твоё самолюбие, — Ария ухмыляется, как лиса, и наклоняется ниже, замирая в сантиметре от моих губ. — Таких, как ты, ломать вкуснее всего.

Я чувствую исходящий от неё аромат корицы, апельсина и мятной жвачки, которой она пытается скрыть запах спирта. Её зрачки расширяются, а пальцы всё медленнее и медленнее сжимают мои волосы до боли.

Возбуждение накатывает на меня огромной волной, затуманивая остатки и так уходящего разума. Запретный плод сладок, и я вряд ли смогу отказаться от него, потому что как сделать это, если Ария сама подаёт мне себя?

Более чем уверен, что сейчас она чувствует то же самое, что и я. Её дыхание сбивается, а грудь вздымается всё стремительнее, свидетельствуя о том, что маленькая лисичка возбуждена и готова сесть на мой член без разрешения.

— Уверена, что сломаешь меня быстрее, чем я тебя? — я запускаю руку под юбку Арии и скольжу по внутренней стороне бедра.

— А ты хочешь поспорить?

— Похоже, этого хочешь ты, лисичка.

Ария надрывно стонет, когда я пробираюсь к её укромному местечку и обвожу мягкие складки кончиком пальца. Массирую, внимательно смотря в её глаза, закатывающиеся от удовольствия. Она чертовски восхитительна и до безумия чувствительна к любым манипуляциям.

— Ты флиртуешь со мной, Массимо?

— Ты первая начала, — я ловлю зубами её нижнюю губу и оттягиваю, затем кусаю и отпускаю. — Тебе слишком сильно нравится изводить меня, лисичка, не так ли?

Ария издаёт новый стон, который я ловлю губами, втягивая её нежную плоть в рот. Посасываю, играюсь язычком и вновь отпускаю. Она скулит и вытягивает шею, давая мне больше пространства для укусов.

Пока я исследую её шелковистую кожу под трусиками, а губами пробираюсь к бьющейся жилке, она невесомо касается моего ствола сквозь ткань шорт. Мнёт возбуждённый член и водит по нему кончиками острых ногтей, даря мне новые ощущения, несравнимые ни с чем.

— Неправда, — скулит Ария. — Я не извожу тебя.

— Ещё как.

— Чёрт, — вскрикивает она, когда я отодвигаю край трусиков и ввожу во влажное лоно указательный палец.

— Разве твоя киска не говорит за тебя, лисичка?

Ария мотает головой в разные стороны, отрицая сказанное, но сильнее насаживается на палец, увеличивая темп. Пока я трахаю её, задерживаясь губами на бархатной шее, она быстро расправляется с моими шортами и стягивает их до колен вместе с боксерами.

Набухший член дёргается, вырываясь на волю, и я поддаюсь бёдрами наверх, заставляя Арию обхватывать ствол руками и начать дрочить. Она действует незамедлительно, плюёт на ладонь и обхватывает ей плоть.

Я рычу и закатываю глаза, двигаюсь навстречу и жёстче кусаю за шею. Лисичке нравится боль, а я готов подарить ей её сполна. Добавляю второй палец, а затем и третий. Её киска хлюпает и издаёт самые сексуальные звуки в моей жизни.

Если можно было бы записать её стоны и хлюпание, я бы без сомнений сделал это и переслушивал каждую ночь. Голос Арии мелодичен и восхитителен именно тогда, когда она не контролирует себя и кричит, трясясь всем телом.

— Блять... Да-да-да, Массимо, — Ария пробирается пальцами к клитору и быстро двигает ими, помогая себе кончить. — Пожалуйста...

Я резко вытаскиваю пальцы и хватаю её за запястье, чтобы она не довела себя до оргазма. Шлёпаю по мокрому клитору несколько раз и свободной рукой наматываю рыжие локоны на кулак.

— Я не разрешал тебе кончать, лисичка, — шлепок. — Ты кончишь, — шлепок. — Когда я тебе, — шлепок. — Разрешу, — шлепок.

Ария умоляюще кивает и сжимает мой член до боли. Я закатываю глаза и гортанно стону, поддаваясь ей навстречу. Она двигается яростнее, останавливается и вновь возобновляет движения. Это блядская пытка.

— Ещё раз тронешь себя без разрешения — свяжу руки, — я ударяю Арию по ягодице и сжимаю мягкую плоть в ладонях. — Садись сверху.

Мне не нужно просить дважды. Ария перекидывает через меня колено и садится сверху. Приподнимает юбку и демонстрирует раскрасневшиеся влажные складочки, по которым я пробегаюсь большим пальцем. Нажимаю и поглаживаю её клитор, затем снимаю свитер, под которым, как обычно, нет бюстгальтера.

Розовые соски встречаются с воздухом и моментально набухают. Ария скользит по члену и размазывает по нему смазку, а я, не прекращая держать её за волосы, поочерёдно играюсь с сосками. Сжимаю их между большим и указательным пальцем, тяну на себя и шлёпаю, получая одобрительные вздохи.

— Ты любишь, когда я делаю тебе больно, лисичка?

— М-м-м... — Ария качает головой и стонет, стоит мне шлёпнуть по соску и поиграться с полными грудями.

— Только посмотри, какая ты мокрая, — я вновь провожу по её складочкам, размазываю смазку по красным соскам, а остатки облизываю. — Вкуснее, чем я помнил.

— Пожалуйста, — Ария трётся о член и не садится на него, пока я не позволяю. — Я... я не могу больше терпеть, Массимо. Ты такой твёрдый... Я хочу взять тебя в рот.

В доказательство своих слов лисичка жадно облизывает губы и улыбается мне самой блядской улыбкой из всех, что я видел. Мнёт мягкие груди и играется с сосками, вздыхая так, будто это приносит ей облегчение. Трение о мой член делает её ещё более мокрой.

— Я хочу слышать, как ты просишь, — я приподнимаю Арию и вожу головкой члена по клитору, размазывая семя по мягкой плоти. — Давай, лисичка. Попроси, и я трахну тебя так, как ты этого заслуживаешь.

Ария пытается вдохнуть, но у неё не выходит. Она судорожно сглатывает, задыхаясь, и всё яростнее насаживается на член. Я не даю ей этого сделать, держа за бёдра до боли. На месте моих пальцев точно останутся синяки, ведь её кожа нежнее, чем я предполагал.

— Поиграй со мной, Массимо. Пожалуйста, — скулит Ария. — Я так чертовски сильно хочу тебя.

Я натягиваю презерватив и вхожу в неё одним резким и глубоким толчком, заполняя влажную пустоту разгорячённым членом. Её узкие стенки идеально обволакивают меня, и я стону, удивляясь тому, какая она узкая. Её киска подстраивается под мой размер и хлюпает, оставляя на лобке мокрые разводы.

— Не отводи глаза. Смотри, как я тебя трахаю, — я крепче сжимаю её волосы и вынуждаю смотреть на меня. — Твоя киска так сладко хлюпает. Ей нравится, когда я в тебе.

— Бля-я-я-ть, — Ария отвечает на мои толчки стонами и двигается навстречу, насаживаясь всё быстрее и быстрее.

Я задеваю в ней нужную точку. Долблю по ней до пота на лбу и хриплых вздохов, вылетающих из моего горла неконтролируемым потоком. Диван под нами скрипит и ходит ходуном. В ней так узко и мокро, что я схожу с ума и не обращаю внимания. Упругие груди подпрыгивают при каждом толчке и завораживают меня.

Ария трахает себя моим членом, качая тазом вверх-вниз. Я перестаю двигаться, даю ей контроль над темпом и большим пальцем пробираюсь к набухшему клитору. Она хнычет, когда я начинаю играться с бутоном и натягивать её волосы до боли.

Мы оба знаем, что ей это нравится. Она нуждается в том, чтобы почувствовать адреналин и боль, которую я ей дам, даже если она не будет просить. Мы оба зависимы от неё.

— Массимо, — произносит чей-то голос.

Я перевожу взгляд с прыгающих сисек на дверь и вижу Альваро, которого здесь быть не должно. Он смотрит на Арию, сумасшедше скачущую на моём члене, а затем на меня, непрерывно поддающегося её толчкам. Моя рука не перестаёт двигаться, и я чувствую, как маленькую лисичку трясёт из-за приближающегося оргазма.

Ария замечает, что я отвлёкся, и поворачивается в ту же сторону. Её глаза вылезают из орбит, когда она замечает Альваро, которого ситуация ни капли не удивила. Я не даю ей остановиться и вбиваюсь в нежное тельце ещё сильнее, чем до этого. Забираю контроль и трахаю, вынуждая кричать из-за оргазма, пронзающего каждую её клетку.

Альваро не перестаёт смотреть. Он замирает в дверях и наблюдает за тем, как я натягиваю на себя девушку, влюблённую в него по уши. Но дело в том, что она приходит ко мне, а не к нему, и это говорит больше, чем её постоянные страдания по недосягаемой цели.

Арию трясёт, и я кончаю вслед за ней, не отрывая глаз от друга. Рычу и впиваюсь в её кожу, оставляя красные полумесяцы от ногтей. Она в последний раз жалобно смотрит на Альваро и без сил падает мне на грудь. Я прижимаю её ближе и совершаю ещё несколько глубоких толчков, прежде чем вытащить член из узкого лона.

— Ты что-то хотел? — я вскидываю бровь и демонстративно глажу ягодицы Арии, покрытые смазкой.

Альваро открывается хороший вид. Юбка Арии задрана, поэтому он отлично видит её там, где я только что побывал. Его взгляд скользит по её мокрой киске и моему члену, всё ещё стоящему и упирающемуся в растраханный мною вход. Это единственное, что ему остаётся делать. Смотреть.

Внутри меня просыпается что-то звериное. Желание присвоить Арию себе, доказать, что Альваро ей не нужен, а я единственный, к кому она может прийти и получить всё, что захочет. Он, блять, и пальцем к ней не прикоснётся. Нахуй дружеские отношения и нахуй общепринятые правила.

— Хотел предложить сходить в бар, — бесстрастно отвечает Альваро.

— Я занят.

— Уже понял.

— Тогда я рад, — я киваю в сторону двери, намекая, чтобы он закрыл её с той стороны.

Альваро усмехается и выходит, оставляя нас наедине. Ария, всё это время молчавшая, выпрямляется и смотрит на меня сверху вниз. Я ловлю её взгляд и улыбаюсь, когда она начинает теребить нижнюю губу и смеяться из-за абсурдности ситуации.

— Это было очень... неожиданно.

— Ну да. Странно любить одного, а трахаться с другим, — я шлёпаю её по ягодице.

— Ну, мы не в отношениях.

— И вряд ли будете.

Она щурится и надувает губы.

— Это вызов начать с ним встречаться?

— Это намёк, что он тебе не подходит, лисичка, — я помогаю ей подняться с моих колен и привести себя в порядок.

— А кто мне подходит? Ты?

Я делаю задумчивый вид и натягиваю на себя шорты, предварительно сняв презерватив и выкинув его в урну под письменным столом дяди Луки. Он меня простит.

— Возможно.

— М-м-м, — мурлычет Ария. — Возможно? То есть ты не уверен?

— Не хочу пугать тебя быстрым развитием наших взаимоотношений.

Ария хихикает и водит кончиком ногтя по татуировке змеи на моей груди.

— Ты опоздал, малыш. Моё сердце отдано другому.

Затем она последний раз поправляет волосы и намеревается уйти из кабинета. Я не даю ей этого сделать, хватая за руку в самый последний момент. Она тянется к ручке, но я перехватываю её раньше, чем она успевает вновь ускользнуть от меня.

— Не смей просить трахнуть тебя, а потом уходить, говоря, что влюблена в другого, — я сжимаю её челюсть и прижимаю к двери, вынуждая смотреть мне в глаза. — Ни в кого ты не влюблена, лисичка. Это твоя незакрытая детская травма девочки, которую отвергли, потому что нашли более доступный и простой вариант. Прекрати тешить себя мыслями о том, что Альваро когда-нибудь будет твоим. Это не случится ни в этой жизни, ни в следующей, слышишь меня? Я не дам этому случиться, запомни мои слова. Вбей их в свою голову и вспоминай каждый раз, когда решишь, что у тебя есть будущее с Альваро.

Поток слов вырывается водопадом, навсегда клеймя Арию моей добычей. Она раззадорила меня и решила, что может уйти, словно ничего не было. Но странно дразнить льва мясом, если не собираешься его кормить.

Ария открывает рот, чтобы возразить, но я сжимаю его крепче. Она поступила глупо, захотев достать из меня того, с кем не должна была сталкиваться. Отсутствие инстинктов привело её в мою постель, и я уверен на все сто процентов, что она либо подчинится мне, либо сломается.

— Даже его имя в моём присутствии не произноси, Ария. Или, клянусь, за каждую попытку я буду трахать тебя на его глазах, чтобы и ты, и он знали, что ты, блять, теперь принадлежишь мне. Я ясно выразился?

— О чём ты говоришь, я не понимаю... — шепчет она, предпринимая попытки освободиться.

— Ты ждала иного, Ария?

— Я...

— Ты трахалась со мной, чтобы что? Забыть Альваро? Понять, любишь ли его? Попробовать новый член?

Ария дёргается, и я надавливаю на неё всем весом. Вжимаю в дверь до тех пор, пока она не перестаёт дышать.

— Ты сама пришла ко мне, Ария. Сама позволила мне трахать тебя, а теперь говоришь о нём. Ты правда думаешь, что я позволю тебе уйти после этого? — я приближаюсь к её уху и понижаю голос до шёпота. — Нет, лисичка. Так не бывает.

Некоторые жизненные ситуации заставляют тебя менять мнение и позицию. Так случилось с Валери. Я не хочу, чтобы так происходило и с Арией. И когда я разрываюсь от мысли, что она может принадлежать кому-то другому, я понимаю, что это не просто так.

Валери ушла, потому что я молчал. Я не собираюсь снова стоять в стороне и ждать, пока Ария выберет не меня.

— Прячься, лисичка. Когда я найду тебя, ты забудешь обо всех мужчинах вокруг. Ты будешь думать, говорить и мечтать только обо мне, — я отпускаю Арию и отхожу на шаг. — Тебе не скрыться от меня. Никогда.

Следующая глава после 35 звёздочек 🖤
Спойлеры, арты и видео по книге в моём тгк: LIA MORTE | исповедь Морте. Всех жду. Ссылка: https://t.me/blosshell