МАССИМО. ГЛАВА 7

МАССИМО

Настроение перед боем оставляло желать лучшего. Я на физическом уровне чувствовал, что сегодня кого-нибудь убью. Если не на ринге, то на улице или в клубе. Неважно. Руки чесались, а мозг требовал больше крови, чем обычно.

Причина тому — Ария. Её длинный язык, бессмысленный флирт с моим кузеном и то, что она постоянно вляпывается в какие-то проблемы. У неё есть суперспособность создавать трудности там, где их нет и не могло быть. Например, как сегодня утром и сейчас, когда она решила, что нет ничего лучше, чем лишняя сигарета в тёмном переулке бойцовского клуба.

Каким-то образом она рушит мою маску спокойствия и железного контроля. Я слишком долго добивался внутри себя той гармонии, что есть сейчас, а она собственноручно разрушает её, превращая в пепел. Мало того — она танцует на остатках моего самообладания и радуется.

Мой выходящий из строя мозг делал всё, чтобы не реагировать на её провокации. Даже после того траха два года назад, когда я просто должен был помочь своему брату, я понял, что это была чертовски плохая затея. Хотя, уточню, я не задумываюсь о девушках, в которых успел побывать, и никогда не думал о них после нашей мимолётной связи.

Поэтому, чтобы не усугублять ситуацию, я просто улетел обратно в Бостон, оставив её в Лос-Анджелесе без каких-либо объяснений. Как оказалось, она в них нуждалась, хотя я свято верил, что для неё я тоже не был чем-то большим, чем просто сексом на ночь.

Но так как наши семьи связаны и мы в одном синдикате, встречи неизбежны. Так или иначе нам с Арией приходилось видеться, а я делал всё возможное, чтобы не давать внутренним демонам контроль и не пуститься во все тяжкие. Если бы я сделал это — я бы трахал её каждый раз, когда можно и нельзя.

Однако как бы мы ни подходили друг другу, наша связь невозможна. Хотя бы потому, что она влюблена в другого, а я не намерен становиться второстепенным героем, к которому можно прийти поплакать и от горя отсосать. Даже при всей привлекательности этой идеи.

Поэтому, сейчас, стоя позади Арии и ухмыляясь, как самый довольный кот, я понимаю, что жизнь будет сталкивать нас лбами до тех пор, пока ей не наскучит.

— Я предупреждал, лисичка, а ты снова влезла в неприятности, — шепчу я ей на ухо, кладя руки на стройную талию.

Ария разворачивается ко мне с испуганным выражением и издаёт нервный вздох. На её лице читается животный страх и удивление. Время между нами замирает, пока я любуюсь её пухлыми губами и карими глазами. Она хлопает ресницами и теребит пальцами край свитера, снова смотря на двух парней, скрывающихся за капюшонами.

— Послушай, парень, — начинает один из них, но я не даю ему договорить, притягивая к себе и ударяя в челюсть.

Мужчина отшатывается и падает на мокрый асфальт, не удержавшись за стену из-за силы удара. Недолго думая, я бью второго. Он замахивается, но не успевает ударить, потому что я оказываюсь быстрее. Парень ложится рядом со своим другом и стонет, крича что-то про то, что я сломал ему нос.

Ария за моей спиной вскрикивает и быстро хватает за руку, пытаясь увести из переулка. Нервно бормочет, что мужчины сейчас встанут, но я не реагирую на неё. Какое-то время стою над двумя телами и ухожу только тогда, когда Ария начинает тянуть меня за плечо со всей силы, что у неё есть.

— Массимо, пошли, — запинаясь, произносит она. — Они сейчас встанут.

— Боишься?

— Нет, конечно. Я положу их с одной правой, просто маникюр не хочется портить, — Ария закатывает глаза и ведёт меня к двери, из которой я вышел.

Мы заходим в здание через задний вход и закрываем за собой дверь. Я прошу одного из организаторов не впускать тех двух парней и веду Арию в безопасное место, где она не создаст ещё больше лишних проблем. Была бы моя воля, я бы запер её где-нибудь до конца боя.

— Не нашла ничего лучше, чем шататься по переулкам? — раздражённо спрашиваю я, ведя её через толпу.

— Тебе-то что?

Вместо ответа я молча сжимаю челюсть. Лучше промолчать, чем спорить с ней и её упёртым характером. Что бы она ни сделала — она будет права.

— Посидишь здесь, — я завожу Арию в небольшой кабинет дяди Луки и усаживаю на кожаный диванчик. — Тебя позовут, когда бой начнётся.

— Я не хочу здесь сидеть.

— Я тоже много чего не хочу.

— Да неужели? — она щурится. — Я пришла сюда с Маттиа. Сейчас я его найду, и мы будем вместе.

Я отворачиваюсь и громко дышу через нос, не желая устраивать новый скандал.

— Маттиа сейчас будет со мной.

— Тогда я буду с вами.

— Нет, ты посидишь здесь.

Ария резко садится на диван и складывает руки на груди. Демонстративно отворачивается в сторону, намекая, что диалог окончен, и я могу проваливать. Предполагаю, это последний раз, когда мы с ней разговариваем.

Не зная, что ещё сказать, я выхожу из кабинета и на всякий случай закрываю его на один оборот. Отдаю ключи одному из знакомых парней, предупреждая, чтобы он открыл дверь, когда я выйду на ринг. Он кивает и уходит, а я направляюсь к Маттиа, ждущему меня в небольшой раздевалке.

Когда я вхожу внутрь, он встречает меня рукопожатием и подбадривающим девизом. Спустя пару минут к нам присоединяется Фабиано, говорящий, что поставит на меня одну из своих машин. Если выиграю, он отдаст любую, какую я захочу.

Подхожу к своему шкафчику и начинаю переодеваться в спортивные шорты. Бинтую руки и параллельно слушаю наставления тренера. Сегодняшний противник — монстр. Число его побед двукратно превосходит количество моих, но он и старше, и дольше в боях.

Ставки ставят бешеные, так что моя победа принесёт хорошую сумму и мне, и клубу, и игрокам на ставках. Кайл тысячу раз напоминает о мелких нюансах и слабостях Рикки, двадцатидевятилетнего чудовища боёв без правил.

Когда тренер уходит, я выдыхаю и делаю небольшую разминку. Тянусь к шкафчику и достаю оттуда бутылку с водой.

— Валери вернулась в город, — беззаботно бросает Маттиа, когда наш разговор затихает.

Я не оборачиваюсь, но замираю с бутылкой в руках. Сердце пропускает удар, а в горле появляется ком, который я пытаюсь сглотнуть. Он застревает, и я словно задыхаюсь, теряя весь кислород.

— И что?

— Ничего. Просто подумал, тебе стоит знать.

Не думаю, что стоит.

— Откуда ты знаешь, что Валери в Бостоне? — Фабиано вальяжно раскидывается на стуле и выгибает бровь, озадаченно смотря на кузена.

Маттиа пожимает плечами так, будто эта новость значит не больше, чем прогноз погоды. Для него это слова, которым он не придаёт значения, а для меня как удар под дых.

— Она выложила фото из Аэропорта.

— Зачем ей приезжать обратно в Бостон? — я прочищаю горло, не оборачиваясь к братьям, иначе они прочтут всё на моём лице.

— Может, к родителям. Она же одна улетала в Германию.

Но должна была со мной.

— Её не было порядком двух с половиной лет, — продолжает Маттиа.

— Блудная сука вернулась к истокам, — Фабиано ухмыляется и поправляет манжеты рубашки.

Я сжимаю бутылку до побеления костяшек, чтобы не сорваться и не превратить их лица в грёбаную кровавую мешанину. Они оба действуют мне на нервы и меня рвёт от того, что каждое слово из их уст — правда. То, что я не хотел бы признавать, но делаю это с горечью на языке.

Как бы я ни пытался образумить себя и понять, что нам с Валери не по пути, каждый раз заканчивался очередным срывом: алкоголь, девушки и драки. Пока она спокойно гуляла по Берлину, я делал всё, чтобы не превратиться в подобие человека, которое изо дня в день уничтожает себя и всё живое.

Я разворачиваюсь к братьям с каменным лицом и выпиваю почти половину бутылки. Из-за неожиданной новости и агрессии, разлившейся внутри меня, я чувствую невыносимую жажду. Температура тела зашкаливает, и я вытираю капельки пота, образовавшиеся на лбу.

— Бой скоро начнётся, — Кайл высовывается из двери и кивком зовёт меня на ринг.

Фабиано и Маттиа желают удачи и уходят чуть раньше. Я остаюсь один и грубо сжимаю волосы на затылке, поднимая голову к потолку. Закрываю глаза и считаю про себя до десяти, чтобы успокоиться и настроиться на нужный лад. Наконец расслабляюсь и ловлю долгожданный дзен, не давая волю эмоциям.

Под крики толпы я иду к рингу, глядя в пол. Челюсть сводит от напряжения, а каждый шаг отдаётся в висках. Слышу скрежет собственных зубов и поднимаюсь к сопернику, чьё исписанное татуировками лицо обещает мне кровавую бойню.

Рикки похож на наглого ублюдка, и мне плевать, что он пережил смерть родителей, сгоревших в запертом сарае, нищету и голод, который преследовал его до тех пор, пока он не пошёл в бои без правил, где нашёл своё призвание и начал ломать лица. Его самодовольное выражение и зубы, покрытые бриллиантами, вызывают во мне новую бурю агрессии, которую я собираюсь выпустить, потому что не могу больше сдерживаться.

Рефери поднимается на ринг и объявляет наши имена. Толпа ревёт, поддерживая и меня, и Рикки, появившегося в Бостоне впервые. Он собрал неплохую группу поддержки, но она явно уступает моей. Хотя бы потому, что я отчётливо слышу ор Маттиа и прыгающей рядом с ним Арии, которая, похоже, уже напилась.

Бой начинается, и мы встаём по разные стороны ринга. Прежде чем наступать на соперника, я смотрю на его тактику и уже потом выбираю свою. Быть хамелеоном — значит подстроиться под любого человека и под любую ситуацию. А я делаю это лучше, чем что-либо. Это и приносит мне победы даже над теми, кто знает моё ведение боя от и до.

Рикки агрессивный и намерен выиграть. Быстро передвигается по рингу, ведёт себя подобно кобре и подзывает к себе двумя руками, нахально улыбаяясь. Я одариваю его той же ухмылкой и скольжу вниз, когда он подходит ближе и замахивается.

Он действует импульсивно, полагаясь на свои мышцы, скорость и силу удара. Рикки привык действовать быстро и незамедлительно, отправляя в нокаут спустя несколько минут первого раунда. Я стою дольше, чем его соперники, потому что проиграть на собственном ринге — позор.

— Давай, малыш, — хохочет Рикки. — Подойди ко мне. Я не сделаю больно.

Я снова ухмыляюсь и уворачиваюсь от удара. Соперник падает на канаты и рычит. Разворачивается ко мне с диким оскалом и злится ещё сильнее, когда я довольно хмыкаю и дразню его.

Спустя пару минут игры в кошки-мышки я наступаю на Рикки подобно цунами. Пока он думает, с какой стороны подступиться и как правильно нанести удар, я ударяю его в челюсть, хватаю за волосы и наклоняю вниз, заезжая коленом по носу.

Вот в чём плюс боёв без правил. Делай всё, что хочешь. Именно так я и поступаю. Пока соперник приходит в себя, а кровь сочится по его губам и подбородку, я наношу серию ударов по его торсу. Он сгибается и харкается кровью мне под ноги, от чего я брезгливо отшатываюсь, громко смеяясь.

Рикки поднимается с пола и наносит мне ещё несколько ударов в голову, тем самым раззадоривая ещё сильнее.

Мне, блять, нужна кровь.
Больше крови.
Ещё.
Ещё.
Ещё.

Я даю Рикки возможности бить меня по лицу. Моя голова раскачивается из стороны в сторону, в зависимости от траектории его удара, а когда мне наскучивает, я сбиваю его с ног одним ударом в колено и сажусь сверху.

Бью, бью и бью. Он закрывает лицо руками, а я, рыча, начинаю бить его своей головой, чтобы почувствовать хоть что-то. Внутренние демоны рвутся наружу, и я даю им завладеть мной. Слышу крики соперника и зверею ещё сильнее, теряя остатки контроля и срывая с себя маску спокойного и расчётливого парня.

Для меня это больше, чем бой. Я делаю всё возможное, чтобы потратить свои силы до нуля и получить удовольствие. Сижу верхом на Рикки и одной рукой держу его за волосы, а второй давлю в глаза. Он орёт, как свинья, а я не могу остановиться, потому что с каждой секундой меня разрывает изнутри всё сильнее.

Крики толпы затихают, и в этот самый момент, когда мир вокруг перестаёт существовать, я поднимаю окровавленное лицо наверх и ловлю знакомый взгляд голубых глаз, которые лучше бы никогда не встречал.

Меня прошибает током, я теряюсь в пространстве и перестаю существовать как физическая оболочка. Скольжу по её чертам и холодному выражению лица. Она ни капли не изменилась. С такими же пустыми глазами и тёмными, почти чёрными волосами, которые постоянно выпрямляла, тратя на это девяносто процентов времени.

Мне кажется, это наваждение. Неправда, которую я хочу принять за галлюцинацию или морок. Но Валери действительно стоит посреди толпы и смотрит на меня не моргая, пока я глотаю кровь, текущую в рот из разбитой брови.

Мне не стоило смотреть на неё. Не стоило вспоминать те моменты, когда я был по уши влюблён и единственное, чего я хотел — это быть с ней. Потому что Валери снова растоптала меня и мои чувства, загнав в пучину тьмы и постоянного хаоса.

Неожиданный удар приходится мне в висок. Я качаюсь в сторону и падаю мешком из костей на окровавленный мат. В голове раздаётся резкий щелчок, и я отрубаюсь, попадая в темноту, которая заполняется болезненными воспоминаниями.

   Следующая глава после 20 звёздочек 🖤
   Спойлеры, арты и видео по книге в моём тгк: LIA MORTE | исповедь Морте. Всех жду. Ссылка: https://t.me/blosshell