глава20.правда и обещание

Полина вернулась в Казань после двух долгих недель в Питере. Она сидела на переднем сиденье машины, смотрела на знакомые улицы и чувствовала, как внутри разливается тепло. Город встретил её весенним солнцем, звоном трамваев и запахом цветущих лип. Она была дома. И самое главное — рядом с ней сидел Никита, а сзади — Даня. Её семья. Её опора.

Когда они подъехали к их с Никитой дому, Даня помог вытащить чемодан, обнял сестру и сказал:

— Отдыхай, Полюшка. Завтра увидимся. Я заеду к вам вечером, посидим, поговорим.

— Спасибо, Дань, — ответила она, чмокнув брата в щёку. — Ты лучший.

Он уехал, а она вошла в знакомую квартиру. Всё было по-прежнему: её цветы на подоконнике, его вещи на стуле, их общая фотография на стене. Она улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается спокойствие. Наконец-то она дома. Наконец-то с ним.

Никита занёс чемодан, поставил в прихожей и обнял её сзади, уткнувшись носом в её волосы.

— Я так скучал, — прошептал он. — Ты даже не представляешь.

— Представляю, — ответила она, поворачиваясь к нему. — Я тоже. Каждый день. Каждую минуту.

Она потянулась к нему, чтобы поцеловать, но он вдруг отстранился, кашлянул и сказал:

— Пойду чайник поставлю. Ты, наверное, с дороги хочешь чаю?

Полина удивилась, но списала это на усталость. Они же ехали почти сутки, он вёл машину, ему нужно отдохнуть.

Она прошла в комнату, разобрала вещи, переоделась. Когда она вышла на кухню, Никита уже сидел за столом с двумя кружками горячего чая. Он улыбнулся ей, но улыбка была какой-то напряжённой.

Она села напротив, взяла кружку и сказала:

— Никит, я так скучала по тебе. Хочу обнять тебя, прижаться. Можно?

Он кивнул, и она подошла, обняла его. Он обнял в ответ, но его руки были какими-то осторожными, почти невесомыми. Она почувствовала, как он чуть напрягся, когда она прижалась сильнее, и на его лице мелькнула едва заметная гримаса боли.

— Тебе плохо? — встревожилась она. — Устал?

— Немного, — ответил он. — Дорога была долгой. Давай сегодня просто отдохнём, хорошо?

Она кивнула, хотя внутри закралась тревога. Что-то было не так. Он был рядом, но казался далёким. Он улыбался, но в глазах пряталась боль.

Вечер прошёл в молчании. Они смотрели телевизор, но Полина не могла сосредоточиться. Она видела, как Никита то и дело отводит взгляд, как он сидит на другом конце дивана, не пытаясь придвинуться ближе. Это было странно — раньше он всегда тянулся к ней, не мог прожить и минуты без прикосновения.

Она решила не давить. Может быть, он правда устал. Она легла спать раньше, а он сказал, что ещё посидит на кухне.

На следующий день всё повторилось. Он был нежным, но отстранённым. Он целовал её в лоб, когда она просыпалась, но когда она пыталась прильнуть к нему, он осторожно отстранялся. Он готовил завтрак, убирал посуду, делал вид, что всё нормально. Но Полина видела — он избегает её.

Она не выдержала на третий день. Она подошла к нему, когда он стоял у плиты, и обняла его сзади, положив голову на плечо.

— Никита, я хочу тебя, — прошептала она. — Я так соскучилась. Давай проведём этот день вместе. Только мы.

Он замер, потом осторожно высвободился из её рук.

— Поль, давай не сегодня, — сказал он, не оборачиваясь. — Я устал.

Она нахмурилась.

— Ты всё время устал. Ты избегаешь меня. Что происходит? Ты перестал меня любить?

Он обернулся, и в его глазах мелькнула паника.

— Что ты такое говоришь? Конечно, я люблю тебя! Просто… я не могу сейчас.

— Не можешь что? — спросила она, чувствуя, как в груди закипает злость. — Обнять меня? Поцеловать? Быть со мной? Я не понимаю, Никита! Мы не виделись две недели! Я скучала по тебе до боли, а ты ведёшь себя так, будто я тебе мешаю!

Она развернулась и ушла в комнату, хлопнув дверью. Она села на кровать и сжала кулаки, пытаясь сдержать слёзы. Внутри всё кипело от обиды и непонимания. Она любила его, но его холодность ранила.

Через несколько минут дверь открылась. Он вошёл, подошёл к ней и сел рядом.

— Поль, — сказал он тихо. — Я должен тебе кое-что рассказать.

Она подняла на него мокрые глаза.

— Я не хочу больше слушать оправдания. Скажи правду.

Он взял её руки в свои, посмотрел в глаза и выдохнул:

— Я ранен. Меня пырнули ножом на разборках с «Тяп-ляп». Я не хотел тебе говорить, чтобы не пугать. Но я не могу быть с тобой близко, потому что мне больно. И я боялся, что ты увидишь и начнёшь переживать.

Она застыла. Её глаза расширились, дыхание перехватило.

— Что? — прошептала она. — Ты ранен? И скрывал это от меня? Целых три дня?!

— Я не хотел, чтобы ты волновалась, — сказал он виновато. — Ты только приехала, я хотел, чтобы ты отдохнула…

— Отдохнула?! — она вскочила. — Ты чуть не погиб, а я должна отдыхать?! Никита, как ты мог?!

Она отвернулась, закрывая лицо руками. Слёзы хлынули потоком, она не могла их сдержать. Она плакала от боли, от обиды, от страха. Он мог умереть. Он мог оставить её одну.

— Покажи, — сказала она, повернувшись к нему. — Покажи мне рану.

Он нехотя снял рубашку. На боку белела тугая повязка, слегка пропитанная кровью. Полина подошла, опустилась на колени и осторожно коснулась края бинта.

— Боже мой, — прошептала она. — Как ты вообще мог скрывать это? Тебе нужно в больницу!

— Всё хорошо, — сказал он. — Меня зашили, перевязали. Врач сказал, что я поправлюсь.

Она подняла на него глаза, полные слёз и гнева.

— Ты мог умереть! — закричала она. — Ты не имеешь права так рисковать! Ты обещал мне! А сам пошёл на разборки и чуть не погиб!

— Я должен был решить эту проблему, — сказал он. — Если бы я не пошёл, они бы охотились на меня. И на тебя. Я не мог допустить, чтобы ты пострадала.

— Но ты мог найти другой выход! — кричала она. — Ты мог поговорить с ними, заплатить, что угодно! Но не лезть под нож!

— Я думал, что смогу договориться, — ответил он. — Но они не хотели слушать. Им нужна была моя кровь.

Она замолчала, глядя на него. В его глазах была усталость и боль. Она поняла, что он действительно хотел защитить её. И что он сам испугался.

— Никита, — сказала она тихо. — Я больше не позволю тебе рисковать. Ты слышишь? Если с тобой что-то случится, я не переживу. Я лучше уеду, чем буду хоронить тебя. Так что или ты обещаешь мне быть осторожным, или я уйду.

— Поль, — сказал он, пытаясь улыбнуться. — Не надо угроз.

— Это не угроза, — твёрдо сказала она. — Это условие. Я люблю тебя, но я не хочу видеть тебя мёртвым. Обещай мне, что будешь беречь себя.

Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом притянул её к себе и поцеловал в лоб.

— Обещаю, — сказал он. — Ради тебя я сделаю всё.

Она обняла его, чувствуя, как напряжение уходит. Но внутри неё всё ещё оставалась тревога.

Прошло несколько дней. Полина ухаживала за Никитой, меняла повязки, готовила ему полезную еду и следила, чтобы он не перетруждался. Он пошёл на поправку быстро — молодая кровь, сильный организм. И с каждым днём он всё меньше походил на раненого воина и всё больше — на того самого нежного и заботливого парня, которого она полюбила.

Они снова стали близки, снова могли обниматься и целоваться без боли. И Полина чувствовала, как её сердце наполняется счастьем.

В один из вечеров, когда они сидели на балконе и смотрели на закат, Никита вдруг сказал:

— Поль, я хочу тебя кое-куда отвезти. Это будет сюрприз.

Она удивилась, но согласилась. Он посадил её в машину, выехал за город и остановился у старого заброшенного парка, который когда-то был излюбленным местом влюблённых. Деревья стояли в зелёной дымке, в воздухе пахло цветами и травой, а в центре парка виднелась старая беседка, увитая плющом.

— Что это за место? — спросила она, выходя из машины.

— Когда-то я часто сюда приходил, — ответил он. — Мечтал, что однажды приведу сюда свою любимую. И вот ты здесь.

Она улыбнулась, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он взял её за руку, провёл к беседке и повернул к себе лицом.

— Я знаю, что у нас было много трудностей, — сказал он. — Знаю, что впереди ещё будут испытания. Но я хочу, чтобы ты знала: я люблю тебя. Больше жизни. И я хочу, чтобы мы были вместе всегда.

Он достал из кармана маленькую бархатную коробочку и открыл её. Внутри лежало изящное золотое кольцо с небольшим бриллиантом, который искрился в свете заходящего солнца.

— Выходи за меня, — сказал он, глядя ей в глаза. — Стань моей женой. Моей семьёй. Я обещаю защищать тебя, беречь и любить до конца своих дней.

Полина смотрела на кольцо, на его глаза, и слёзы текли по её щекам. Она не могла говорить, она просто кивнула, чувствуя, как внутри поднимается волна счастья.

— Да, — прошептала она. — Да, конечно, да!

Он надел кольцо ей на палец, и оно село идеально, будто было создано специально для неё. Она обняла его, и в этом объятии было всё: боль прошлого, надежда настоящего и обещание будущего.

Они стояли в старой беседке, и закат окрашивал небо в розовый и золотой, как будто сама природа благословляла их любовь.

— Я никогда не думала, что буду так счастлива, — сказала она.

— А я никогда не думал, что найду такую девушку, — ответил он. — Но я нашёл. И я не отпущу тебя. Никогда.

Она поцеловала его, и в тот момент весь мир исчез. Были только они двое, этот парк, это кольцо и их любовь. Настоящая, сильная, несмотря ни на что.

Но Полина знала — жизнь никогда не бывает простой. И впереди их ждут новые испытания. Но теперь они были вместе, и это было главное. Они пройдут через всё. Вместе.

1516 слов