глава 5. судьба свела на снова..

Прошёл целый месяц с того дня, как Полина ступила на казанский перрон. Месяц, который перевернул её жизнь. Она и сама не заметила, как перестала считать дни до возвращения в Питер. Питер остался где-то далеко, в прошлом, вместе с серым небом и вечной сыростью. А здесь, в Казани, она чувствовала себя по-настоящему живой.

Каждое утро начиналось с солнечного света, пробивающегося сквозь старые занавески. Каждый вечер заканчивался разговорами с братом - долгими, тёплыми, такими, каких ей не хватало все эти шесть лет. Она поняла, что больше не хочет уезжать. Здесь был её дом. Здесь был её брат. Здесь она была нужна.

Майские дни ласкали теплом. Город расцвёл зеленью, на клумбах распускались первые цветы, люди улыбались чаще, и даже старые серые дома казались нарядными. Полина гуляла по знакомым дворам, заходила в те же магазины, что и в детстве, и чувствовала, как внутри неё прорастают корни. Она больше не была гостьей. Она возвращалась.

Но жизнь - штука непредсказуемая. Она любит тихо подкрадываться сзади и хлопать по плечу, когда ты меньше всего этого ждёшь.

В то утро Полина проснулась около девяти. За окном уже шумел город: где-то сигналили машины, играли дети, разговаривали соседи. В квартире было тихо. Она потянулась, зевнула и выскользнула из-под одеяла. Надела тапочки и бесшумно прошла в комнату Дани. Дверь была приоткрыта.

Он спал, раскинувшись на кровати, и даже во сне лицо его казалось напряжённым. Чёрные волосы разметались по подушке, рука свесилась с кровати. Полина задержалась на пороге и долго смотрела на него. В этот момент он не был грозным дворовым пацаном, не был членом группировки, о котором шептались соседи. Он был просто мальчишкой, тем самым Данькой, который когда-то учил её кататься на велосипеде и прятал от мамы разбитые коленки.

Она улыбнулась своим мыслям и тихонько прикрыла дверь.

На кухне она решила сделать сюрприз - приготовить завтрак. Достала яйца, овощи, нарезала помидоры, взбила омлет. Пока он шипел на сковороде, она заварила крепкий чай и разложила бутерброды с колбасой. Аромат разнёсся по всей квартире, и через несколько минут на пороге кухни появился взлохмаченный Даня.

- Ого, - сказал он, почёсывая затылок. - Это что за праздник?

- Доброе утро, соня, - усмехнулась Полина. - Садись, пока не остыло.

Даня сел за стол, с аппетитом набросился на омлет и съел всё до последней крошки. Полина смотрела на него с теплотой, потягивая чай. Она чувствовала себя счастливой. Настолько счастливой, что даже не думала о том, что день может принести что-то плохое.

День тянулся медленно. Они посидели на лавочке во дворе, потом зашли в магазин за продуктами. Вечером Даня сказал, что они поедут в «Снежинку» - хотелось отдохнуть, поболтать с ребятами, просто побыть в своей компании.

- Собирайся, - сказал он. - К семи будем там.

Полина надела любимый светлый свитер, джинсы, заплела косу. Она уже привыкла к этим вечерним посиделкам, к этим людям, которые поначалу казались ей чужими, а теперь стали почти друзьями. В кафе всегда было шумно, весело, пахло кофе и сигаретами, звучала музыка. Девушки обсуждали свои дела, парни играли в карты или спорили о футболе.

Они приехали около семи. В «Снежинке» уже было полно народу. Все хлопали Полину по плечу, улыбались, Она села за круглый столик с девушками, и разговор пошёл сам собой - о моде, о музыке, о фильмах. Время летело незаметно.

Но в какой-то момент из внутренней комнаты вышел Жёлтый. Вадим выглядел серьёзным, даже мрачным. Он поднял руку, и шум в кафе мгновенно стих. Все повернулись к нему.

- Сегодня, - сказал он громко, - разборки с «Универсамом». Они нарушили закон улицы - зашли на нашу территорию и наследили. Завтра мы этого не допустим. Через час собираемся на пустыре за старым заводом. Все, кто с нами, будьте готовы.

Он оглядел собравшихся суровым взглядом, развернулся и ушёл обратно в комнату.

По залу прокатился гул. Пацаны начали переговариваться, кто-то встал и поправил куртку, кто-то достал сигареты. Даня застыл на своём месте. Полина видела, как напряглись его плечи, как сжались кулаки под столом.

Он подошёл к ней, взял за руку и сказал тихо, но твёрдо:

- Поль, я отвезу тебя домой. Ты не должна это видеть. Это не твои проблемы, слышишь? Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась. Если с тобой что-то случится, я не переживу.

Полина подняла на него глаза. Она видела его страх, скрытый за показной строгостью. Она видела, что он боится за неё больше, чем за себя.

- Дань, - ответила она так же тихо, но в голосе звенела сталь. - Я никуда не поеду. Я хочу быть рядом с тобой. Если что-то случится, я должна знать. Я должна быть здесь.

- Упёртая, как отец, - выдохнул Даня, закатывая глаза. Но в них мелькнула тёплая искра. - Ладно. Будешь сидеть в машине. Ни звука, ни движения. Даже если там начнётся ад, ты не высовываешься. Поняла?

- Поняла, - она обняла его, и он на секунду прижал её к себе, будто пытаясь защитить от всего мира.

Через час они уже были на пустыре за старым заводом. Место было глухое, со всех сторон окружённое гаражами и ржавыми контейнерами. В свете фар стояло несколько машин. Люди выходили из них, группами собирались по обе стороны. Воздух звенел от напряжения, как натянутая струна.

Из одной машины вышел высокий мужчина в спортивном костюме «Адидас» - . Его люди стояли за ним стеной. Из другой - Вадим Жёлтый. Он был спокоен, но глаза горели холодным огнём.

Они сошлись в центре пустыря. Начались переговоры - резкие, злые. Слышались обвинения и угрозы. Слова летели быстрее пуль. Потом Адидас замахнулся, и кулак врезался в лицо Жёлтого. Глухой удар разнёсся в тишине.

И всё смешалось.

Началась драка. Люди сцепились в клубок, слышались крики, маты, звуки ударов. Кто-то упал, кто-то вскочил и снова кинулся в бой. Даня уже был среди них - Полина видела его кожаный пиджак, его яростное лицо. Он дрался за своих, за братство, за территорию.

Полина сидела в машине и смотрела в окно. Сердце колотилось где-то в горле. Каждый раз, когда она видела, как Даня падает или пропадает из виду, ей хотелось выбежать, закричать, остановить это всё. Но она помнила его наказ. Она сжимала ручку двери, до боли в пальцах, но не открывала.

А потом всё пошло не по плану.

Дверь с её стороны резко распахнулась. Полина ахнула и обернулась. Перед ней стоял высокий крепкий парень - кудрявые волосы, злое лицо, мощные руки. Он не сказал ни слова, просто схватил её за плечо, зажал рот ладонью и рванул на себя. Она попыталась вырваться, ударить его, но он был намного сильнее. Одним движением он вытащил её из машины и поволок к другой - тёмной, с затемнёнными стёклами.

Она кричала, пиналась, но он зашвырнул её на заднее сиденье и сам сел за руль.

- Сидеть тихо! - рявкнул он, и в голосе было столько угрозы, что она замерла. - Дёрнешься - хуже будет.

Машина рванула с места. Полина лежала на заднем сиденье, пытаясь отдышаться. Мысли метались в голове: кто это? Зачем? Куда её везут? Что с Даней? Он хватится её, но будет занят дракой. Она осталась совсем одна.

Ехали недолго - минут десять, не больше. Машина остановилась у старого заброшенного здания, похожего на бывший склад. Стены облупились, окна забиты досками. Кудрявый вытащил её из салона и поволок внутрь. Лестница вела вниз, в подвал. Там было сыро, пахло плесенью и затхлостью.

Он завёл её в маленькую комнатку без окон, где стоял только стул и стол. Дёрнул за руку, усадил на стул и быстро связал запястья за спиной грубой верёвкой.

- Сиди здесь, - буркнул он и вышел, захлопнув за собой дверь.

Полина осталась одна. В темноте. В тишине. Только где-то сверху капала вода, и слышались приглушённые голоса. Она пыталась дышать ровно, чтобы не паниковать. Она думала о брате. Он найдёт её? Он вообще знает, что её увезли?

Минуты тянулись бесконечно. Она пыталась распутать верёвку, но кудрявый затянул узлы крепко - не сдвинешь.

Вдруг за дверью послышались шаги и голоса. Один из них она узнала - тот самый кудрявый.

- Кощей, мы девчонку домбытовских взяли, - говорил он кому-то. - Пусть теперь побегают за ней. Сидит в каморке, не убежит.

Потом другой голос, более низкий и спокойный:

- Домбытовских? Это чья именно?

- Данила. Его сестра, говорят. Приехала из Питера недавно.

Наступила пауза. А потом дверь в комнату открылась, и свет ударил в глаза.

Полина зажмурилась, а когда проморгалась, увидела его. Того самого парня. С тёмными волосами, статной фигурой, внимательными глазами. Никита.

Он вошёл, остановился в дверях и удивлённо присвистнул. Потом приблизился к ней, присел на корточки и заглянул в лицо.

- Ну, здравствуй, красавица, - сказал он с лёгкой улыбкой. - Я же говорил - судьба нас сведёт. Вот и свела.

Полина смотрела на него, не веря своим глазам. Из всех людей, которые могли её похитить, - именно он. Тот самый незнакомец с серой «Ауди».

- Ты... - выдохнула она. - Зачем я вам?

- Это не моя идея, - он начал быстро развязывать верёвку на её запястьях. - Мои парни перестарались. Не знали, кто ты.

В этот момент в дверях показался кудрявый. Он был явно недоволен.

- Кощей, ты чего? - спросил он с вызовом. - Она враг, мы можем требовать за неё что угодно!

Никита выпрямился и обернулся к нему. Его голос стал жёстким, стальным:

- Я сказал - отпустить. Ты меня слышал? Она не в теме. Отпускаем.

Кудрявый хотел возразить, но встретил взгляд Никиты и сглотнул. Он был старшим, и перечить ему не стоило.

- Ладно, - буркнул кудрявый и скрылся за дверью.

Никита помог Полине встать, поправил её растрёпанную косу и сказал почти мягко:

- Я отвезу тебя домой. Давай, идём.

Они вышли из подвала, сели в ту же машину. Никита завёл двигатель, и они двинулись по ночным улицам. В салоне было тихо. Полина смотрела в окно на проплывающие фонари и не знала, что сказать.

- Почему ты меня отпустил? - спросила она наконец. - Ты же из «Универсама». Я сестра твоего врага.

Никита покосился на неё, усмехнулся:

- Не всё так просто. У нас и так с домбытовцами серьёзные разборки. А тут ещё ты. Я не хочу, чтобы из-за каких-то игр пострадал человек, который вообще ни при чём. Так что радуйся, красавица. Считай, что тебе повезло.

Они остановились у её подъезда. Минуту сидели молча. Полина чувствовала, как он смотрит на неё, и внутри всё переворачивалось.

- Спасибо, - сказала она тихо, открывая дверь.

- Бывай, - ответил он. И добавил, чуть склонив голову: - Ещё увидимся.

Она вышла, захлопнула дверь и пошла к подъезду, не оглядываясь. Но сердце колотилось от странного волнения.

Дома её ждал Даня. Он сидел на диване в зале, весь побитый - разбитая губа, синяк под глазом, руки в ссадинах. Он нервно курил, и пепел осыпался на пол. Когда Полина вошла, он вскочил, как ужаленный. В его глазах смешались страх, ярость и облегчение.

- Полина! - он кинулся к ней, сжал в объятиях так крепко, что она почти задохнулась. - Где ты была?! Я обыскался, я думал... я думал, что тебя убили, что я тебя потерял...

Он дрожал. Полина чувствовала, как его плечи трясутся. Она обняла его в ответ и зашептала:

- Тише, Дань. Я здесь. Всё хорошо. Меня отпустили.

Она рассказала ему всё - про кудрявого, про подвал, про Никиту. Когда она упомянула его имя, Даня нахмурился.

- Кощей? - переспросил он. - Это же правая рука Адидаса. Он из «Универсама». Зачем он тебя отпустил? Это же враг, Поль. Ты понимаешь? Они наши враги.

- Он сказал, что не хочет впутывать меня, - ответила она, уклоняясь от прямого взгляда.

Даня долго смотрел на неё, потом вздохнул и снова обнял:

- Прости меня. Прости, что втянул тебя в это. Ты права - я не должен был оставлять тебя одну.

- Я сама захотела остаться, - ответила она. - Не вини себя.

Они посидели ещё немного, обнявшись, как в детстве. Потом Даня отправил её отдыхать, а сам остался на кухне - ещё долго слышно было, как он ходит туда-сюда и курит.

Полина лежала в своей комнате и смотрела в потолок. Время перевалило за полночь. Она перебирала в голове события этого дня: драку, похищение, страх, а потом - его появление. Никиту. Кощея. Врага. И всё же он отпустил её. Он смотрел на неё так, что внутри всё замирало.

Она знала, что это неправильно. Что он опасен. Что он по ту сторону баррикад. Но в глубине души она поймала себя на мысли, что хочет увидеть его снова. Хоть раз. Хотя бы издалека.

С этими мыслями она уснула, не зная, что её жизнь уже никогда не будет прежней. Что завтрашний день принесёт новые встречи, новые выборы и, возможно, новые опасности.

А где-то в ночной Казани, в другой части города, Никита сидел в своей машине и смотрел на звёзды, думая о той самой девушке с колючим взглядом, которая умудрилась заставить его забыть о всех законах улицы.

2003 слова