XX

- Закопай мой прах в лесу, ладно? – Роджер улыбался, глядя на склонившуюся над ним Алесю.

- Чушь. – бросила она, промывая раны друга, всё на том же месте, где он и упал.

- Ну закопай... - хрипел он. Глаза у него блестели, радуясь, что на пороге иного мира видят друга.

- Роджер, не разговаривай. Ты сильный... - неуверенно приговаривала она, меняясь в лице. – Ты... Ты... выживешь... - Алеся поняла, что правда осталась за Роджером.

- Тебе привет от Фила... - прошептал художник и закрыл глаза.

Девушка погладила друга по щеке и, медленно склонившись над его лицом, поцеловала в горячий лоб. Беспечная улыбка застыла на его губах.

По локоть в крови она вышла во двор и махнула кому-то рукой. У калитки появился Эзоп, взлохмачаный и тревожный. По выражению лица Алеси, он осознал – всё кончено. Оказалось, что после того, как Роджер поделился своими опасениями с подругой, она в свою очередь передала их бывшему бармену, случайно встретив его на улице, когда спешила сюда. Эзоп пообещал подоспеть по нужному адресу вместе с Ромашкой..

Ромашка мокла на дорожке, пока Иззи и Алеся переносили двоих своих друзей в крытую повозку. Наверняка уже кто-то из соседних домов да и вызвал полицию. И наверняка, они разберутся в ситуации, когда приедут на место. Не теряя ни минуты, они умчались прочь от злосчастного места, оставив одно из тел в доме на диване. Останки Виктории с пробитым черепом мирно покоились на подушках, перекрашивая их в тон платья.

Алеся тряслась в повозке вместе с двумя мертвецами. Она смотрела на них и просто не знала, как жить дальше. Вспомнив о Фавсте в баре, она поняла – шуму будет много, а после, решила посоветоваться у деда Эзопа.

- Как считаешь, куда ехать?... - единственная слеза задержалась на её подбородке. – Что делать?

- В первую очередь – заедем к вам в бар. – твердо сказал он, погоняя лошадь. – Посетителей – вон. Тут, скажем, дело особое. Или... - Иззи задумался. – Или через задний двор и сразу в подсобку.

- Согласна. – Алеся вновь скрылась за занавеской.

Всю дорогу они лежали перед ней. Улыбающийся Роджер и Фил с лицом, полным решительности. Она наклонилась и закрыла тому глаза, потому что гроза уже прекратилась и не стоит ему смотреть на мир, когда уже не видит. Девушка понимала, что Роджер и не думал винить её, но всё равно чувствовала ледяные иглы внутри. Алеся считала себя виноватой в том, что не успела вовремя. Ненависть к Виктории поутихла и она, поглаживая лохматую голову Роджера, думала о предстоящем разговоре с Фавстой.

Когда они ввалились через черный ход в подсобку, то сразу же уложили тела в аудитории. Роджер покоился теперь на мольберте, а Фила возгрузили на тахту. Алеся, проходя мимо зеркала, на миг остановилась. Жуткая картина стала перед ней: по колено в засохшей грязи серые клетчатые брюки и руки – в кровище, как будто это она, самолично, прикончила друзей. Она, не раздумывая, шагнула к рукомойнику, стараясь не смотреть в проем аудитории.

Дверь распахнулась и в зал влетела Фавста. Её трясло и слёзы лились в два ручья. Эзоп уже ввел её в курс дела. Алеся вздохнула и, не подавая виду, продолжила своё дело, пока Фавста громко рыдала, подбегая то к одному, то к другому телу.

Покончив с умыванием, она вышла из подсобки, встретив на себе осуждающий взгляд Фавсты.

- Как... Как это произошло? Почему? Почему ты не остановила их? – совладать с собой она не могла.

- Это их выбор. Я не в праве. – спокойно, казалось холодно, произнесла Алеся.

- Да как ты... Да как ты можешь такое говорить! – возмутилась та, поднимаясь с пола. – Ты же знала, на что они идут.

- Не знала.

- Ну, догадывалась! – разозлилась Фавста.

- Так и есть. – подтвердила Алеся . – Но я не имею права приказывать своим друзьям, или удерживать их. Свою жизнь они должны прожить сами. – голос её заметно задрожал, но она продолжила. – Я могу только пойти за ними.

- Я убью себя, обещаю! – прорычала Фавста.

- Это твоя жизнь. – отозвалась Алеся. – Даже в глупых решениях, я не смею указывать.

Фавста металась из стороны в сторону, как лев в клетке. В голове у неё гудело.

- Как ты можешь так спокойно говорить, когда перед тобой лежат двое лучших друзей и оба – мертвы?!

- Своё я уже переиграла. – размеренно произнесла Алеся. – Истерикой им не помочь. – она присела на краешек стола и добавила. – Роджер завещал свой прах лесу. Пойдешь со мной, выполнить его последнюю просьбу? – девушка перевела взгляд на открытое окно. – Думаю, он не обидится, если Фил будет рядом...

Фавста утерла слёзы и согласилась, но ей не довелось дожить до дня погребения. Она таки исполосовала себе вены перед самой поездкой, так что пришлось выполнить и её последнюю волю, завещанную в записке: «После крематория, хочу в камин к Роджеру. А вместе с собой заберу свой портрет».