XIX

В половине шестого Фил припарковал машину на площадке. Улочки оказались узковаты для транспорта и он продолжил путь пешком. Шикарные дома-особняки красовались почти на каждом шагу, разбавляя красивые и модные коттеджи всех архитектурных стилей. Если рассматривать каждый дом по-отдельности – само совершенство, но утыканная ими улица превращалась в сплошной безвкусный застроечный китч.

Жители, шествующие на встречу Филу, надменно глядели на него, выделяя своё превосходство. Некоторые, приветствуя, кивали, в знак уважения его особе, как бы указывая, что он не спроста посетил их городок, ведь для этого нужно быть достаточно респектабельным и состоятельным человеком.

Добравшись к дому по адресу, указанному на конверте, Фил сперва подумал, что вышла какая-то ошибка и он решил проверить номера на соседних домах. Адрес оказался правильным. После, он спросил у одной дамы, которая медленно семенила, придерживая на поводке маленькую собачку – шпица. Женщина подтвердила, что адрес верен, но у этого дома нет постоянного владельца.

- Дом снимали разные люди. Я уж и не упомню, кто там жил и кто проживает теперь. – ответила она и томно прикрыв глаза, поспешила продолжить свою прогулку.

Дом выглядел заброшенным, но за калиткой, во дворике, всё переменилось. Два больших и массивных дерева росли перед самим фасадом и попросту загораживали собой весь вид. Старинный коттедж с задернутыми шторами потопал в тишине, но вдруг одна из гардин шевельнулась и мелькнул огонек света изнутри. «И всё-таки, действительно, как-то это стрёмно всё...» - подумал Фил, ступая на первую ступеньку крыльца.

Надавив на вычурный звонок, Фил услышал стремительные шаги и быстрый щелчок замка. Его приветствовала среднего роста женщина в кроваво-багровом вечернем платье и в широкополой шляпе, из-за которой нельзя было рассмотреть её лица.

- Добрый вечер миссис... - начал Фил и запнулся.

- Мисс Конст. – поправила она необычайно высоким голосом, почти детским. – Добрый вечер, Филипп Джонсон. – акцентировав голос на имени Фила, девушка открыла дверь шире и впустила гостя. – Проходите. Папа сейчас спустится.

Присев на старинный диван в гостиной, Фил осмотрелся вокруг. Комната поражала своей красотой и изяществом. Элементы интерьера строго соответствовали определенному стилю. Его внимание привлек индийский ковер на стене, поверх которого красовался оригинальный дробовик Браунинга. Вдруг, за окном треснула ветка и что-то промелькнуло вблизи дома. Пока хозяйка хлопотала на кухне, Фил встал и выглянул в окно, осторожно отбросив штору, но ничего подозрительного не заметил. Только солнце ушло за плотные тучи и гроза наступала на городок. Ему стало не по себе, что-то его внутри передернуло и скрутило в животе. Предчувствие некой скрытой угрозы затаилось неподалёку, но предмет своего беспокойства Фил так пока и не опознал.

На столе начали появляться всевозможные яства: от фруктов, до ростбифа. Девушка суетилась, накрывая стол на три особы, пока Фил задумчиво всматривался в сумеречную улицу за стеклом.

- Присаживайтесь, а я сбегаю наверх. – пригласила дама и быстренько стала подниматься на второй этаж.

- Спасибо. – поблагодарил Фил и с удобством разместился на диване, рассматривая убранство стола.

Он прислушался к движениям над потолком, но кроме шаркающих шагов более ничего не услыхал. Девушка вернулась, но одна.

- Простите, но отец сейчас занят своими разработками и сборкой идей для вас. Вы не торопитесь? – спросила она, не поднимая шляпы.

- О нет. Что вы. Тем более...гроза... - Фил указал за окно и внимательно осмотрел хозяйку. – Вам не мешает эта шляпа?... спросил он и осекся. – Впрочем, чего это я...

- Присаживайтесь, начнем без него. – нарушив натянутое молчание, повелительно сказала девушка.

Они присели и принялись за еду. На вид еда была великолепной, но на вкус... После первого куска мяса Фила передернуло и он пару раз кашлянул. И чтобы не огорчать хозяйку, подложил себе салата, который тоже не блистал особыми вкусовыми качествами. Всё было грубо и небрежно... как. «Как слова в письме» - подумал Фил и взглянул на уплетающую второй свинной ростбиф, девушку.

- А это вы написали письмо? – спросил Фил. – То есть, под диктовку отца, верно?

Дама ответила не сразу, как будто придумывая ответ:

- Конечно, мы с ним всегда так работаем. Доверие. – она проглотила ложку грибного салата. – А ещё у меня почерк красивый. – добавила хозяйка и хихикнула.

По стеклу застучали капли, всё сильнее и интенсивнее, прогремел гром. И вновь какая-то приникшая тень пронеслась мимо окна. Фил занервничал: «Почему так долго не спускается Вальд? И что это за привычка у его дочери носить шляпу в доме?»

- Слушайте. – произнесла вдруг девушка, покончив с ужином. – А вы верите в любовь с первого взгляда?

Фил вздрогнул и сконфуженно покосился на неё.

- Вы понимаете, я влюбилась в парня с первого взгляда, но он меня отбросил от себя и опозорил. – грустно проговорила она с нотками глубокой злости. – Чувствую себя использованной. – она подняла голову и из-под полей шляпы выглянул подбородок и кукольные губки.

- Нет, я не верю. – выдохнул Фил и перевел взгляд на лестницу, в надежде, что мистер Конст спустится прямо сейчас и вызволит из неприятного разговора.

- Это так печально. – не унималась она. – Всё так не правильно. – девушка поднялась со своего кресла и скованно, будто играла какую-то роль, присела на диван, соприкасаясь плечом с Филом. – Я хотела жить любовью, а он...

- Мисс... - запротестовал Фил, когда она провела ладонью по его руке и крепко сжала запястье. – Что вы делаете? Ведь я не для этого здесь!

Девушка отдернула руку и сердито произнесла:

- Все вы одинаковые. Все мужики – козлы!

Филу показалось, что ему послышалось. Он не мог понять, правда ли это слова прелестной девушки с тонким голоском. Он отпрянул от неё и пересел на другой конец дивана. Потом ему стало совестно, что так грубо подмял чувства хозяйки и Фил на миг остыл.

- Не берите в голову, просто у меня в жизни разные случаи бывали. Я теперь просто не желаю распыляться и пытаюсь быть осмотрительным. – заключил он и погладил девушку по спине. – Не обижайтесь.

- Поздно. – тихо прохрипело из-под шляпы.

- Что вы говорите? – не расслышал Фил и склонился над ней.

- Я сказала – поздно!!! – закричала она и сорвала с себя шляпу, швырнув её под стол. Мягкий приятный голос пропал без следа. – Достаточно слышно, Филипп Джонсон?!

Они одновременно вскочили на ноги. Филипп – от неожиданности, удивления и страха, и девушка – от ярости и предвкушения своего превосходства.

- Ты в своём уме?! – прокричал Фил. – Как ты это, черт подери!... Что? Какого? – он уже не контролировал свои эмоции, ведь перед ним стояла Виктория, собственной персоной. – Ты сумасшедшая! Тебе бы следовало лечь лечиться! Ты больная!

Виктория только смотрела на Фила и озлобленно скалила зубы. Лицо её исказилось в страшной гримасе. Она ждала момент, как тигрица перед прыжком.

- Зачем? Зачем тебе это нужно? – орал Фил. – Зачем ты преследуешь меня, дура?!

- Вот ты и попался. – только и произнесла она, вынимая из-за пояса кухонный нож для мяса.

Фила охватил ужас, а за окном вновь зашуршало и чавкающие шаги пронеслись мимо. Стекло заливало струями воды. «Ненавистная погода» - промелькнуло у него в голове – «Мерзкий дождь». Не о чем другом он думать не мог, кроме погоды и безумной Виктории.

Чавканье на улице усилилось, прекратившись глухим ударом о ступени. Виктория насторожилась и обернулась к входной двери, которую кто-то старался вынести вон. Пользуясь моментом, Фил подскочил к девушке и одним ловким махом руки выбил оружие. Виктория взвизгнула и обхватила ушибленное правое запястье, согнувшись пополам от боли и гнева. В этот миг, ветхая деревянная дверь сорвалась с петель и рухнула в прихожей. Залитая дождем, в отблеске молний, фигура, с секунду замерла на пороге и огромным лютым зверем парировала в дом. Пришедший крикнул, но его голос заглушил гром, пронизав и Фила и Викторию мелкой дрожью. Они оба не понимали природу дикого чудища, которое ворвалось в гостиную и, тяжело дыша, вновь прорычало:

- Это зашло слишком далеко! Виктория, опомнись! – голос его хрипел, но слова выражали готовность помочь. – Виктория!

- Что ты здесь забыл? – злобно прошипела она, не сводя глаз с пораженного Фила.

Ночной пришелец вышел на свет и, осмотрев стол, сказал, с тенью улыбки:

- Хех. А стол то на троих накрыт...

Фил и Виктория вместе перевели взгляды на стол и убедились в правдивости сказанных слов. Фил узнал гостя и прикрыв рот рукой, прыснул коротким смешком.

- Даже в такой ситуации, находишь повод для шутки, Родж. – проговорил он, рассматривая своего друга с головы до ног, поражаясь.

Роджер выглядел так, будто не пропустил ни одной лужи, по пути сюда, причем грязи на лице у него было больше, чем на ботинках.

- Роджер? – переспросила Виктория и её глаза налило яростью. – Роджер! – воскликнула она, оборачиваясь. – Как дела?

- Да так, помаленьку... - ответил Роджер, как будто это была задушевная беседа, а не покушение. – А ты?

Эти два слова вновь разгорячили девушку. Она тяжело шагнула навстречу художнику. Тот взглядом указал Филу в сторону отлетевшего ножа. Потом, с доброй улыбкой, почти любовно, посмотрел на Викторию и развел руки в стороны, приглашая в объятья. Жест абсолютно сбил её с толку. Она остановилась и в замешательстве поглядела на Роджера, но сразу перевела взгляд куда-то, над его правым плечом.

Задержка помогла Филу успешно выудить нож из-под нижней ступеньки винтовой лестницы, но, сообразив, наконец, что происходит, Виктория толкнула Роджера в грудь и резко отскочив, очутилась у противоположной стены, под настенным ковром. Не теряя времени, она схватила Браунинг и, направив в сторону Роджера, выстрелила. Под силой отдачи при выстреле, Викторию бросило в стену, а художник, ухватившись за раздробленное колено закивал, бросившемуся к нему на помощь, Филу, указывая на второй этаж.

- Давай, быстро! – рявкнул он, размазывая кровь по грязной штанине.

Тут опомнилась Виктория и, пару раз выстрелив вслед ускользающему Филу, оскалилась на Роджера. Но понимая, что в таком состоянии он далеко не побежит, она махнула рукой и помчалась по лестнице. Роджер же, перебарывая боль, последовал за ней, так быстро, как только мог. «Да, Алеся. Зря я посвятил тебя в это. Но где же ты?» - шептал он, преодолевая ступени, – «Нет...Черт. Нет, наверное, лучше тебе переждать, пока она всех перестреляет. Или нет. В любом случае, твоё появление нагонит ещё больше ярости. Черт, хороший дробовик».

Прозвучал выстрел и Роджер замер на предпоследней ступеньке. Внутри у него всё перевернулось и он вытянул шею, чтобы увидеть что стряслось. Викторию снова отбросило, она лежала на кровати. А Фил.... С ножом в руке он держался за раму окна и стоял на подоконнике, но было ещё кое-что. Тонкая багровая, как платье Виктории, змейка ползла из его сердца по васильковой рубашке на пол. Его взгляд поймал взгляд Роджера и печальная улыбка раскаяния застыла у него на губах. Тело Фила обмякло и безжизненно кануло в сумерки и занавес дождя.

Художник с трудом, но не чувствуя боли, повалился грудью на пол, подтягиваясь обеими руками. Он уже успел подняться на ноги, когда обиженная убийца опомнилась и подошла к окну, дабы взглянуть на дело рук своих. Ещё с большим гневом она поглядела на Роджера, не ожидая его тут увидеть.

- Вечно ты суёшь нос в чужие дела! – крикнула Виктория, сорвав голос.

Роджер на этот раз молчал и ярость горела в его глазах. Он выпрямился и расправил плечи, смело встречая свою смерть, как её встретил Фил. Роджер конечно мог бы сейчас ринуться вперёд и разорвать эту суку на куски, но понимал, что попросту не успеет, дробь опередит его в прыжке, словно кобра.

На первом этаже зашуршали чьи-то шаги. Виктория, попятившись к окну, перезарядила ружье. Роджер стоял неподвижно, самой прекрасной из целей. Просвистел выстрел и художник упал на пол, схватившись на левый бок, взвыв от боли и огорчаясь меткости Виктории.

Девушку отбросило в последний раз и она кувыркнулась за окно, мешком свалившись вниз. Раздался предсмертный её визг и тишину нарушали лишь шаги на лестнице и шум дождя. Роджер попытался встать, но это было тяжелее, чем хотелось. Темная лужа под ним разрасталась и капала на лестницу, когда перед его замутненными глазами возникли другие глаза, большие и черные.

- Родж? – удивилась Алеся. – Прости, думала тебя уже среди живых не числят.

- Фил... - прохрипел Роджер. – Выгляни в окно. Что...

Алеся метнулась к окну и сквозь сумерки, на фоне белого песка, рассмотрела два безжизненных тела. Виктория лежала на боку и из виска у неё что-то торчало, поблёскивая при молниях. Фил, раскинув руки и ноги, возвышался на самой вершине песочной горы, окрашивая рыхлое своё ложе в черный. Глаза его были раскрыты – он последний раз созерцал ненавистную грозу.