22 Глава

Подготовка заняла три дня, хотя Карло изначально был уверен, что справится за один. Он не собирался устраивать на яхте Сирены показное представление с сотнями цветов, музыкантами и официантами, но даже простой вечер требовал внимания к мелочам. Нужно было выбрать маршрут, проверить прогноз, подготовить ужин, договориться с работниками и при этом не дать Сирене узнать, что именно он задумал.

Последнее оказалось самым сложным.

Связь между ними не позволяла Карло полностью скрыть волнение. Стоило ему представить кольцо на её пальце или услышать мысленный ответ, которого он боялся, как Сирена внимательно смотрела на него, словно пыталась понять причину изменившегося сердцебиения. Она сдержала обещание и не задавала прямых вопросов, но её любопытство становилось почти осязаемым.

Утром назначенного дня Карло приехал в марину раньше Сирены. На тёмно-синей яхте уже находились Марко и Маттео. Первый контролировал доставку ужина, второй проверял систему безопасности и отключал внутренние камеры.

— Внешние оставляю. Корма, нос и оба борта будут под наблюдением. Внутри каюты и на основной палубе запись отключена, — сказал Маттео, глядя в планшет.

— Сигнал останется?

— Да. Если что-то случится, я получу уведомление. Но смотреть за вами никто не будет.

Марко прошёл мимо с небольшим деревянным ящиком.

— Я бы всё равно отказался. После прошлой главы ваших отношений мне нужны дополнительные выплаты за моральный ущерб.

Карло повернул голову.

— Какой ещё ущерб?

— Не хочу знать, что произошло в квартире, но Маттео пришлось менять датчик возле спальни.

— Он сгорел из-за скачка напряжения, — заметил Маттео.

— Именно. Совершенно обычный скачок напряжения, после которого половина системы решила, что наступил конец света.

Карло посмотрел на него.

— Ты работаешь на меня.

— Поэтому я подтвердил официальную версию.

Марко поставил ящик возле стола и открыл крышку. Внутри находились бутылка вина, вода и несколько контейнеров с едой.

— Если с предложением не получится, хотя бы поужинаете.

— Очень обнадёживает.

— Я просто напоминаю, что у вечера есть запасной смысл.

Карло проверил внутренний карман пиджака. Бархатный футляр оставался на месте. За последние три дня он делал это так часто, что движение стало почти бессознательным.

Марко заметил.

— Ты собираешься стереть ткань раньше, чем достанешь кольцо.

— Я проверяю, что оно не выпало.

— Оно находится в закрытом кармане.

— Я знаю.

— Карло Альбицци боится сделать предложение женщине, с которой уже связал душу и продолжительность жизни. Если она откажется, это будет самая странная история расставания, которую я слышал, — Марко покачал головой.

Карло бросил на него тяжёлый взгляд.

— Ты закончил?

— Нет. Но мне нужно встретиться с Джулией, поэтому продолжу завтра.

При упоминании её имени выражение Марко едва заметно изменилось. Карло мог бы использовать это против него, но не стал.

— Спасибо за помощь.

— Ты только что поблагодарил меня добровольно?

— Уходи, пока я не передумал.

Марко спустился с яхты, всё ещё улыбаясь. Маттео закончил настройку и протянул Карло планшет.

— Внутренние камеры отключены. На экране только маршрут и внешние датчики. Если понадобится помощь, нажмёшь сюда.

— Не понадобится.

— Я знаю. Но кнопка всё равно есть.

Карло принял планшет.

— Как система Карины?

— Работает.

— Ответа не было?

— Нет.

Маттео произнёс это ровно, но взгляд на секунду скользнул к закрытому причалу.

— Сирена сегодня снова отправит сигнал?

— Уже отправила утром.

— Понятно.

Карло положил ладонь ему на плечо.

— Она вернётся, если захочет.

— Мне Сирена говорит то же самое.

— Потому что это правда.

Маттео кивнул и направился к трапу. Перед тем как уйти, остановился и посмотрел на палубу. Тёплые фонари были закреплены вдоль борта мягкими ремнями, не повредившими покрытие. На корме стоял небольшой стол, а возле него были два кресла. Никаких изменений в конструкцию яхты не вносили. Всё можно было убрать за несколько минут, вернув судну прежний вид.

— Красиво, — сказал Маттео.

— Только не рассказывай Сирене.

— Она поймёт, что мы помогали.

— Но не должна знать подробностей до вечера.

— Тогда тебе лучше уехать. Через двадцать минут она будет в марине.

Карло ещё раз осмотрел яхту и спустился на причал. Он чувствовал Сирену через связь: она действительно приближалась к марине, спокойная и любопытная. Чем меньше оставалось времени, тем труднее становилось удерживать собственное волнение.

Весь день он старался заниматься работой, но несколько раз перечитывал один и тот же отчёт, подписал документ не в том месте и позвонил Марко, забыв, зачем набрал номер.

К шести вечера Карло признал, что продолжать бессмысленно, и вернулся домой. Сирена ждала его в гостиной. Она сидела возле окна, положив босые ноги на край кресла, и читала книгу. На ней были тёмные брюки, лёгкая белая рубашка и тонкая цепочка на шее. Волосы оставались распущенными, закрывая спину почти до талии.

Карло остановился в дверях.

— Ты готова?

Сирена закрыла книгу.

— Ты не сказал, к чему готовиться.

— К вечеру в море.

— Тогда да.

Она поднялась и подошла ближе. Карло чувствовал, как её взгляд изучает лицо, одежду и положение рук.

— Ты снова надел важную рубашку, — заметила Сирена.

— Другую.

— Но тоже важную.

— У меня нет неважных рубашек.

— Есть. В одной ты ремонтировал кран.

— Это был несчастный случай.

Сирена коснулась пальцами его груди. Через связь к ней немедленно передалось напряжение, которое Карло весь день пытался удерживать.

— Ты боишься сильнее, чем утром.

— Немного.

— Всё ещё не опасность?

— Нет.

— Тогда я готова.

Карло наклонился и поцеловал её в висок. Он хотел сказать, что она красивая, но понимал: если начнёт сейчас, может выдать всё ещё до выхода из квартиры.

По дороге в марину Сирена несколько раз пыталась угадать, что он подготовил. Сначала предположила новый маршрут, затем ужин, после — ночное плавание. Карло подтверждал только то, что они действительно выйдут в море на её яхте.

— Ты управлял ею без меня? — спросила она.

— Нет.

— Поднимался на борт?

— С твоего разрешения.

— Я разрешила подготовить вечер, а не трогать оборудование.

— Оборудование никто не трогал.

— Маттео был там.

Карло посмотрел на неё.

— Откуда ты знаешь?

— Он не пришёл проверять сигнал после обеда. Значит, занимался чем-то другим.

— Иногда ты пугаешь меня.

— Не меняй тему.

— Маттео проверил безопасность. Марко помог с ужином. Ничего на яхте не изменено.

Сирена удовлетворённо кивнула.

— Хорошо.

— Ты собиралась проводить расследование?

— Уже провела.

— И что выяснила?

— Ты несколько раз говорил с Марко, дважды встречался с Маттео без меня и попросил работников не подходить к дальнему причалу после пяти вечера.

Карло крепче сжал руль.

— Ты обещала не проверять.

— Я не проверяла. Люди громко разговаривают.

— Напомни мне поставить звукоизоляцию во всей марине.

— Тогда я буду слушать сердцебиение.

— Это нечестно.

— Я никогда не говорила, что будет честно.

Когда они подъехали, солнце уже опускалось к горизонту. Марина постепенно затихала. Большинство работников закончили смену, владельцы небольших судов разошлись, а на воде остались длинные золотистые дорожки.

Тёмно-синяя яхта Сирены стояла у отдельного причала. Фонари пока не горели, и с берега изменения почти не были заметны. Только поднявшись на палубу, Сирена увидела подготовленный стол, мягкие светильники и сложенные возле кресел пледы.

Она медленно прошла вдоль борта. Проверила крепления фонарей, коснулась ткани на столе и заглянула в сторону панели управления.

— Маттео ничего не менял, — напомнил Карло.

— Я вижу.

— Тебе нравится?

Сирена повернулась к нему.

— Ты боялся, что не понравится?

— Среди прочего.

Она подошла ближе и поправила ворот его рубашки.

— Мне нравится.

Напряжение внутри Карло стало немного слабее.

— Выведешь нас из марины? — спросил он.

— Это моя яхта.

— Именно поэтому спрашиваю.

Сирена заняла место у штурвала. Карло снял швартовы, проверил, что причал свободен, и поднялся рядом. Двигатель заработал тихо, тёмно-синий корпус медленно отошёл от берега.

Сирена уверенно провела яхту между рядами судов. Несколько месяцев назад она могла управлять только простыми лодками, ориентируясь на ветер, течение и движение воды. Теперь знала приборы, понимала сигналы и безошибочно чувствовала глубину. Карло обучил её основам, но очень быстро перестал подсказывать. Море говорило с ней лучше любых экранов.

За пределами марины она увеличила скорость. Ветер подхватил волосы, белая рубашка прижалась к телу, а на губах появилась едва заметная улыбка. Карло стоял рядом, придерживаясь за спинку кресла, и смотрел не на путь, а на неё.

— Куда плывём? — спросила Сирена.

— В тихую бухту севернее города.

— Я знаю одну.

— Тогда выбирай.

Сирена изменила курс. Карло не возразил. Он подготовил примерный маршрут, но предложение должно было состояться не в точке, выбранной на карте, а там, где она сама захочет остановиться.

Катания постепенно отдалялась. Городской шум исчез, уступая плеску воды о корпус и ровному гулу двигателя. Над горизонтом темнела Этна, а небо меняло цвет от золотого к розовому и глубокому синему.

Через сорок минут Сирена направила яхту к бухте, скрытой между тёмными скалами. Здесь море было спокойнее, а берег защищал от ветра. Других судов поблизости не оказалось.

Она заглушила двигатель и помогла Карло опустить якорь. Несколько секунд они стояли у борта, слушая, как цепь уходит под воду.

— Подходит? — спросила Сирена.

Карло оглядел бухту. Солнце касалось горизонта, окрашивая воду в тёплую медь. Скалы защищали их от чужих взглядов, но вдали оставалась видна тонкая линия Катании.

— Лучше, чем место, которое выбрал я.

— Значит, я снова победила.

— Мы не соревновались.

— Ты так думаешь.

Карло включил фонари. По краям палубы зажглись тёплые огни, отражаясь в тёмно-синем корпусе и воде. Сирена наблюдала за ними с любопытством. Людям требовалось создавать свет даже там, где закат уже сделал всё необходимое.

Они сели за стол. Марко выбрал блюда, которые Сирена успела полюбить: морепродукты, свежие овощи, сыр, хлеб и лёгкий десерт с лимоном. Карло открыл вино, но налил немного. Он хотел сохранить ясность мыслей, хотя сомневался, что алкоголь способен усилить волнение сильнее, чем связь с Сиреной.

Первые несколько минут они говорили о марине, работе и новой привычке Маттео проверять гидрофон по ночам. Сирена рассказывала о сигнале, отправленном утром, но Карло замечал: часть её внимания постоянно оставалась направленной на него.

Она ждала.

Когда солнце окончательно скрылось, Сирена отложила вилку.

— Ты собираешься весь вечер говорить о работе?

— Я пытался дождаться подходящего момента.

— Как понять, что он подошёл?

— Не знаю.

— Тогда можно решить, что сейчас.

Карло посмотрел на неё и понял, что больше откладывать действительно бессмысленно.

— Сначала я должен кое-что объяснить.

Сирена выпрямилась. Через связь он почувствовал мгновенную настороженность.

— Это не опасность, — сразу сказал Карло.

— Ты часто повторяешь это перед чем-то важным.

— Потому что ты каждый раз готовишься защищаться.

— Привычка.

— Я знаю.

Он достал из кармана сложенные бумаги и положил на стол. Футляр с кольцом оставался при нём.

Сирена посмотрела на документы, но не коснулась.

— Что это?

— Информация от юриста.

— О чём?

— О том, как человек без документов может получить официальную личность.

Её взгляд изменился.

— Для меня?

— Да.

— Ты уже что-то подал?

— Нет. Я только выяснил возможные варианты. Ничего не начнётся без твоего согласия.

Сирена взяла верхний лист. Юридические формулировки давались ей сложнее обычного текста. Она читала медленно, задерживаясь на отдельных словах.

— Здесь написано об установлении личности через суд.

— Возможно, до суда не дойдёт. Но юрист обязан учитывать такой вариант.

— Потребуются обследования?

— Только обычное подтверждение возраста и состояния здоровья. Никаких образцов крови или тканей без твоего разрешения. Маттео проверит всех, кто получит доступ к делу, и создаст отдельное хранилище для документов.

— Они будут задавать вопросы о моих родителях.

— Да.

— Я не знаю ответов.

— Так и скажешь.

Сирена подняла голову.

— Люди не любят, когда у вопроса нет ответа.

— Им придётся принять это.

— А если не примут?

— Будем искать другой законный путь.

Она снова посмотрела на бумаги. Пальцы сильнее сжали край страницы.

— Почему ты решил заняться этим сейчас?

Карло не стал отвечать сразу. Он хотел подобрать правильные слова, но рядом с Сиреной любые заготовленные фразы звучали хуже правды.

— Потому что официально тебя не существует. У тебя есть дом, яхта, люди, которые считают тебя семьёй, но для государства ты остаёшься никем. Если со мной что-нибудь случится, тебе придётся доказывать право находиться в нашей квартире, получать информацию и принимать решения. Я не хочу, чтобы какой-нибудь чиновник однажды сказал, что ты мне посторонняя.

— Я могу заставить его изменить мнение.

— Именно поэтому мне нужен законный способ.

На губах Сирены появилась слабая улыбка, но напряжение не исчезло.

— Ты хочешь создать мне прошлое?

— Нет.

— В документах придётся указать место рождения, родителей и возраст.

— Мы не станем придумывать ложь. Тебе не нужно вымышленное прошлое, чтобы заслужить настоящее.

Сирена замерла. Карло почувствовал, как внутри неё отозвались эти слова. Всю жизнь люди требовали объяснений: откуда она появилась, кто её создал, чем являлось её тело, почему голос обладал силой. Вентури пытался превратить отсутствие ответов в возможность написать собственную историю на её коже.

Карло не хотел заполнять пустые места выдумкой. Он предлагал оставить их пустыми и начать с момента, когда она сама получила право выбирать.

— Если я соглашусь, что изменится? — спросила Сирена.

— У тебя появятся документы, дата рождения, которую определят приблизительно, и возможность официально распоряжаться своей жизнью.

— У меня и сейчас есть такая возможность.

— Для меня — да. Для закона — нет.

— А для чего тебе это нужно?

Карло медленно выдохнул.

— Потому что я хочу жениться на тебе.

Сирена не пошевелилась. Даже море вокруг яхты казалось неподвижным. Через связь Карло почувствовал её удивление — чистое, сильное и настолько неожиданное, что на несколько секунд оно вытеснило всё остальное.

— Жениться, — повторила она.

— Да.

— Ты хочешь заключить со мной человеческий брачный договор?

— Если назвать это так, звучит не очень романтично.

— Но это он.

— Формально — да.

Сирена положила бумаги на стол.

— Наши жизни уже связаны. Я чувствую твоё сердце, даже когда тебя нет рядом. Ты получил часть моей жизни, а я отказалась от бесконечной молодости. Что может добавить человеческий договор?

Карло ожидал этот вопрос.

— Для нашей связи — ничего. Она не станет сильнее из-за подписи. Но люди не видят того, что чувствуем мы. Они понимают обещания, произнесённые вслух, имена в документах и кольцо на руке.

— Тебе нужно, чтобы они знали, что я принадлежу тебе?

— Нет.

Ответ прозвучал твёрдо. Карло протянул руку через стол и накрыл её пальцы.

— Я не хочу владеть тобой, Сирена. Не хочу запирать рядом с собой или делать частью имущества. Я хочу, чтобы ты стала моей женой только в том случае, если сама этого захочешь. И я хочу стать твоим мужем — человеком, который официально выбрал тебя перед своей семьёй и всем человеческим миром.

Она внимательно смотрела на него.

— Зачем делать это перед другими, если мы уже знаем?

— Потому что я устал скрывать самое важное в своей жизни. Ты не тайна, которой я стыжусь. Не временная женщина в моём доме и не существо, существование которого нужно отрицать. Я не могу рассказать людям, кем ты являешься на самом деле, но могу сказать, кем ты являешься для меня.

— Кем?

— Моей семьёй.

Тепло связи усилилось. Сирена опустила взгляд на их соединённые руки.

— Я не знаю, как быть женой.

— Я тоже никогда не был мужем.

— Это не ответ.

— Нам не придётся становиться другими людьми. Мы уже живём вместе, принимаем решения и делим одну жизнь. Брак не должен изменить тебя.

— Тогда зачем он нужен?

Карло улыбнулся.

— Люди любят давать имена тому, что боятся потерять.

— Если дать чему-то имя, оно не перестанет исчезать.

— Нет. Но обещание помогает помнить, что мы решили его беречь.

Сирена посмотрела на море. Сумерки полностью опустились на бухту, и вода казалась почти чёрной. В глубине двигались слабые течения, понятные ей лучше человеческих церемоний.

— Карина помнит имя, которое дала ей мать. Это единственное, что осталось у неё от семьи. А я не знаю даже этого, — произнесла она.

— Сирена — твоё имя, — Карло сжал её пальцы.

— Так называют всех существ моего вида.

— Для меня так зовут только тебя.

Она повернулась к нему.

— А если я возьму твою фамилию?

— Только если захочешь.

— Я стану частью вашей семьи?

— Ты уже стала. Фамилия ничего не решает.

— Но Лючия будет считать меня Альбицци?

— Лючия считала тебя семьёй ещё до того, как я сам перестал бояться этого слова.

Сирена заметила лёгкое движение его руки возле внутреннего кармана. Теперь она поняла, что Карло прятал там не телефон и не документы.

— Что у тебя в кармане?

Он посмотрел на неё.

— Теперь можно спрашивать.

Карло поднялся из-за стола. Сердце билось так сильно, что Сирена слышала его без связи. Он обошёл стол, остановился перед ней и достал тёмно-синий бархатный футляр.

Сирена перевела взгляд с коробочки на его лицо.

Затем Карло опустился на одно колено.

Она нахмурилась.

— Почему ты встал так неудобно?

Карло не удержался от короткого смеха. Всё напряжение последних дней на мгновение стало легче.

— Потому что люди решили, что самые важные вопросы нужно задавать именно так.

— У тебя недавно был повреждён бок.

— Уже зажил.

— Колено тоже может заболеть.

— Рыбка, позволь мне закончить.

Сирена замолчала, хотя в её глазах осталось беспокойство за его положение.

Карло открыл футляр.

Внутри лежало старинное кольцо из светлого металла с овальным голубым сапфиром. По обе стороны от центрального камня находились два небольших прозрачных камня. Тёплый свет фонарей отражался в гранях, заставляя сапфир вспыхивать тем же глубоким голубым цветом, что и глаза Сирены.

Она перестала смотреть на колено Карло.

— Это кольцо Лючии, его подарил ей мой дед. Она носила его почти шестьдесят лет и сохранила для нашей семьи, — сказал он.

Сирена не коснулась украшения.

— Почему она отдала его мне?

— Потому что считает тебя частью семьи. Но ты не обязана принимать кольцо только из-за этого. Если оно тебе не нравится или ты не хочешь носить чужую вещь, мы выберем другое.

— Оно принадлежало ей шестьдесят лет.

— Почти.

— В нём осталась её энергия.

Карло не мог почувствовать то, что ощущала Сирена, но понял смысл.

— Это плохо?

— Нет. Она тёплая.

Сирена протянула руку и коснулась сапфира кончиком пальца. На гладкой поверхности камня отразился голубой свет её глаз.

Карло позволил ей рассмотреть кольцо, а затем произнёс слова, которые мысленно повторял десятки раз. Сейчас они прозвучали проще, чем он планировал, но честнее всех заготовленных речей.

— Сирена, я выбрал тебя раньше, чем понял, насколько сильно изменится моя жизнь. Выбрал снова, когда нашёл тебя в лаборатории, и ещё раз, когда согласился связать наши жизни. Теперь я хочу сделать это способом, который существует среди людей. Ты согласишься стать моей женой?

Сирена смотрела на него, не отвечая. Через связь Карло чувствовал движение её эмоций: удивление, нежность, страх, радость и что-то более глубокое, чему он не мог подобрать название.

Молчание продолжалось всего несколько секунд, но ему показалось длиннее всего времени, проведённого в лаборатории.

— Если я откажусь, что изменится? — спросила Сирена.

Карло заставил себя не отводить взгляд.

— Ничего. Я буду любить тебя, жить с тобой и каждое утро спорить из-за шкафа. Ты не обязана соглашаться, чтобы доказать мне свои чувства.

— А если соглашусь?

— Тогда однажды, когда закон признает твои документы, мы поженимся.

— Со свадьбой?

— Если захочешь.

— С большим количеством людей?

— Только если захочешь.

— Мне придётся надеть белое платье?

— Не обязательно.

— Марко будет шутить?

— К сожалению, это неизбежно.

Сирена посмотрела на кольцо.

— А фамилия?

— Ты можешь остаться Сиреной.

— Просто Сиреной?

— Да.

— А если захочу стать Альбицци?

Уголки губ Карло дрогнули.

— Тогда станешь Сиреной Альбицци.

Она произнесла имя медленно, словно пробовала его звучание:

— Сирена Альбицци.

— Тебе не нравится?

— Пока не знаю.

— У тебя будет время привыкнуть.

— Signora Альбицци?

— Именно.

— Звучит так, будто мне семьдесят лет и я собираюсь отчитывать работников марины.

Карло рассмеялся, всё ещё стоя на одном колене.

— Моя мать носит это обращение и иногда действительно отчитывает работников.

— Твою мать зовут Элена Романо-Альбицци.

— Ты запомнила.

— Лючия рассказывала.

— Скоро познакомитесь лично.

Сирена стала серьёзнее.

— Она знает обо мне?

— Знает, что я живу с женщиной. Правду о твоей природе родители пока не знают.

— И ты всё равно хочешь сделать меня женой?

— Одно не зависит от другого.

— Они могут не принять.

— Это их право. Но выбор остаётся моим.

— И моим, — поправила Сирена.

— И твоим.

Она снова посмотрела на кольцо, затем на море и далёкие огни Катании. Раньше любое обещание остаться рядом казалось ей угрозой свободе. Люди пытались удерживать то, чего боялись лишиться: запирали двери, ставили камеры, строили резервуары и называли владение защитой.

Карло сидел перед ней на одном колене и предлагал связь, из которой она могла отказаться. Он не требовал благодарности за спасение, не использовал уже существующее соединение душ и не пытался решить её будущее без согласия. Даже документы, способные сделать Сирену человеком в глазах закона, оставались лишь собранной информацией, а не свершившимся решением.

Он не просил её отказаться от моря. Он предлагал берег, к которому она сможет возвращаться.

— Я не знаю, какой буду через сто лет, — тихо сказала Сирена.

— Я тоже.

— Возможно, человеческая жизнь мне надоест.

— Тогда будем чаще выходить в море.

— Я могу захотеть уплыть далеко.

— Я буду ждать. Или отправлюсь с тобой, если позовёшь.

— А если мы поссоримся?

— Ты займёшь весь шкаф, а я буду спать на яхте.

— На моей яхте?

— Тогда в офисе.

Сирена улыбнулась, но в глазах появилась влага.

— Ты уверен, что хочешь прожить со мной несколько человеческих жизней?

— Я уже согласился.

— Тогда почему так боялся этого вопроса?

— Потому что твой выбор нельзя считать заранее известным.

Она провела ладонью по его щеке.

— Это правильный ответ.

Карло накрыл её руку своей.

— Но ты всё ещё не ответила.

Сирена позволила ему подождать ещё несколько секунд. Не из желания мучить, а потому что хотела осознать решение полностью. Связь между ними уже соединяла сердца и продолжительность жизни, но сейчас выбор действительно принадлежал только ей.

— Да, Карло. Я согласна стать твоей женой, — наконец произнесла она.

Он закрыл глаза и выдохнул так, словно всё это время не позволял себе нормально дышать. Связь наполнилась облегчением и такой сильной радостью, что Сирена почувствовала её внутри собственного тела.

Карло достал кольцо из футляра.

— Дашь руку?

— Ты уже спрашиваешь после того, как получил согласие?

— Я учусь.

Сирена протянула левую руку. Карло осторожно надел кольцо. Оно оказалось немного свободным, но удержалось у основания пальца.

— Нужно будет уменьшить, — сказал он.

Сирена подняла руку к свету. Голубой сапфир сиял на фоне её бледной кожи. На мгновение глаза вспыхнули тем же цветом, и граница между камнем и отражением стала почти незаметной.

— Не нужно, я могу изменить палец, — сказала она.

Карло посмотрел на неё.

— Конечно. Почему я не подумал, что размер кольца для тебя не проблема?

Сирена позволила коже едва заметно измениться. Кольцо плотнее обхватило палец.

— Теперь подходит.

Карло поднялся. Она сразу обняла его за шею и прижалась губами к его губам. Поцелуй получился не осторожным и не торжественным. В нём смешались облегчение последних недель, обещание будущего и радость от того, что теперь им больше не приходилось прятать выбор даже друг от друга.

Карло обхватил её за талию и приподнял над палубой. Сирена рассмеялась ему в губы, а затем снова поцеловала. Тёплые фонари отражались в воде, яхта мягко покачивалась, и связь между ними отзывалась единым спокойным ритмом.

Когда Карло поставил её на ноги, Сирена снова посмотрела на кольцо.

— Значит, теперь мы помолвлены.

— Да.

— Но ещё не женаты.

— Нет.

— Потому что у меня нет документов.

— В том числе.

— И ты не подал заявление без меня.

— Не подал.

— Хорошо. Я соглашусь поговорить с юристом, но Маттео сначала проверит его.

— Уже проверил.

Сирена приподняла бровь.

— Ты сказал, что ничего не начнётся без моего согласия.

— Проверка юриста не касается твоих документов.

— Ты всегда находишь способ сделать всё заранее.

— Поэтому я хорошо управляю мариной.

— Марко тоже так считает?

— Нет. Но он неправ.

Сирена подошла к краю палубы. Вода в бухте была тёмной и спокойной. Она ощущала её глубину, движение течений и прохладу, скрытую под нагретой за день поверхностью.

Карло заметил выражение её лица.

— О чём думаешь?

— Хочу в воду.

— Сейчас?

— Мы находимся в море.

— Мы не закончили ужин.

— Ты ел достаточно.

Сирена начала расстёгивать белую рубашку. Под ней оказался тёмный купальник.

Карло посмотрел на неё с подозрением.

— Ты заранее планировала плавать.

— Мы вышли на моей яхте в море. Было бы странно не планировать.

Она сняла брюки и аккуратно сложила одежду на кресле. Затем подошла к Карло и протянула руку к карману его пиджака.

— Телефон.

— Что?

— Отдай телефон, часы и всё, что не должно намокнуть.

— Ты собираешься столкнуть меня?

— Если понадобится.

Карло передал ей телефон и снял часы. Сирена положила вещи на стол, подальше от края.

— Обувь тоже, — сказала она.

— Я могу остаться на яхте.

— Не можешь.

— Почему?

— Я только что согласилась стать твоей женой. Теперь ты должен отпраздновать это правильно.

— Прыжком в холодное море?

— Вода тёплая.

— Для тебя любая вода тёплая.

Сирена подошла ближе и положила руки ему на грудь.

— Ты боишься?

Карло узнал собственный вопрос и усмехнулся.

— Немного.

— Это не опасность.

Он снял пиджак, рубашку и обувь. Сирена дождалась, пока Карло сложит вещи, затем взяла его за руку.

— Готов?

— Нет.

— Хорошо.

Она прыгнула первой, увлекая его за собой.

Вода сомкнулась над ними. Сирена отпустила руку Карло только на мгновение, позволяя телу измениться. По ногам прошла тёмно-синяя чешуя, они соединились и вытянулись, превращаясь в сильный хвост. Волосы поднялись вокруг лица, между пальцами появились перепонки, а глаза вспыхнули голубым светом.

Карло вынырнул, резко вдохнул и убрал мокрые волосы со лба.

— Ты сказала, что вода тёплая.

Сирена появилась рядом.

— Она тёплая.

— Ты не считаешься.

Она обвила хвост вокруг его ног, удерживая на поверхности, и положила руки ему на плечи.

— Теперь лучше?

— Намного.

Карло посмотрел на её лицо. Впервые он увидел Сирену на улице: с человеческими ногами, без чешуи и хвоста, внешне почти неотличимую от обычной женщины. Тогда он ещё не знал, кем она являлась и насколько сильно изменит его жизнь. Теперь Сирена удерживала его в море сильным тёмно-синим хвостом, между её пальцами виднелись перепонки, а голубые глаза светились в темноте. На её руке сияло семейное кольцо Альбицци, и их сердца были связаны одной жизнью.

Он коснулся сапфира.

— Не потеряешь?

— Нет.

— Это морская вода и старое кольцо.

— Оно моё. Море не заберёт.

Ответ прозвучал с такой уверенностью, что Карло перестал беспокоиться.

Сирена поцеловала его. Хвост удерживал их рядом с тёмно-синим корпусом яхты, вода мягко поднимала и опускала тела. Голубое сияние её глаз отражалось на лице Карло, а над бухтой постепенно появлялись первые звёзды.

— Скажи ещё раз, — попросил он.

— Что?

— Свой ответ.

Сирена провела перепончатыми пальцами по его затылку.

— Я согласна стать твоей женой.

— Ещё.

— Ты слишком требовательный.

— Я ждал несколько дней.

— Это недолго.

— Для меня — очень.

Она улыбнулась.

— Я буду твоей женой, Карло.

Он притянул её ближе.

— Если захочешь — моей. Но прежде всего своей.

Сирена замерла, а затем коснулась лбом его лба. В этих словах заключалось всё, чего она раньше не понимала о любви. Карло не просил её раствориться в его фамилии, отказаться от моря или стать удобнее для человеческого мира. Он хотел быть рядом с ней, не отнимая права принадлежать самой себе.

— Тогда и ты останешься своим, — сказала она.

— Боюсь, уже поздно. Ты заняла не только шкаф.

— Я предупреждала.

Они ещё долго оставались в воде. Сирена несколько раз ныряла, возвращалась к Карло и поддерживала его, когда прохлада начала проникать под кожу. Потом помогла подняться на яхту и подала полотенце.

Карло укутал её первой, хотя Сирена не мёрзла. Она села возле него на палубе, положила голову ему на плечо и снова подняла руку к свету фонарей. Голубой сапфир сиял спокойно и глубоко, словно в нём сохранилась частица моря.

За их спинами оставалась тёмная вода. Вдалеке мерцали огни Катании — города, в котором Сирена впервые решила не исчезать. Впереди находились знакомство с родителями Карло, документы, возможная свадьба и сотни лет, о которых ни один из них пока не умел думать всерьёз.

Но в тот вечер будущему не требовалось быть понятным до конца. Карло накрыл её руку своей, переплетая пальцы так, чтобы кольцо оставалось между ними.

— О чём думаешь, signora Альбицци?

Сирена приподняла голову.

— Мы ещё не женаты.

— Я тренируюсь.

— Звучит непривычно.

— Тебе не нравится?

Она посмотрела на яхту, принадлежавшую ей, на море и на мужчину, который предложил разделить с ней человеческое имя, не потребовав отказаться от собственной природы.

— Мне понадобится время, — ответила Сирена.

— У нас его много.

Она снова положила голову ему на плечо, но теперь это не пугало.