Генерал Лу взошёл на престол

Пошло два года. Император Гу Вэньян погиб и мир возвращался к привычной жизни. Разрушенную столицу отстраивали заново, а людям больше было нечего бояться.

Из окон дворца Лу Танфэй наблюдал, как торговец на улице громко зазывает покупателей. Конечно, того столпотворения, что было в прежние времена уже не удастся увидеть, но когда-нибудь всё станет так же, как было раньше.

После смерти Гу Вэньяна, императором стал Лу Танфэй. Долгих споров по этому поводу не было – много лет он возглавлял сопротивление и, как все считали, собственноручно убил Гу Вэньяна. Не было никого более подходящего на эту роль.

-господин Чжан, - сказал Лу Танфэй, отхлебнув чай,

-не стоит ли нам поддержать обычных торговцев и купцов?

Господин Чжан, Чжан Хэ, был сыном генерала Чжана, одного из самых прославленных военачальников Вэй. В прошлом Гу Вэньян убил генерала Чжана, а его сын, забрав младшего брата, покинул поместье, присоединившись к сопротивлению.

-Действительно, эти два года нам было не до торговли, но жизнь налаживается – ответил Чжан Хэ, - я займусь этим делом.

Обсудив ещё несколько дел, Лу Танфэй направился к себе в кабинет. Работы всегда было много. Она помогала ему отвлечься от тяжёлых мыслей.

До ночи Лу Танфэй провёл за бумагами. На улице уже стояла кромешная тьма, а его клонило ко сну. Дворец нельзя было назвать тихим местом, но сейчас не спали, наверное, только он и несколько стражников, охранявших дворец.

Взяв последнее прошение в стопке, Лу Танфэй принялся читать его. Один градоначальник сообщал о недостатке риса. Проблема дефицита было не нова. Дело в том, что крестьян на землях Вэй почти не осталось. Они не могли противостоять Гу Вэньяну. Лу Танфэй уже распорядился о доставке риса из соседнего государства и коротко написал об этом градоначальнику.

Внезапно послышалось шаги. Дверь в кабинет открылась и в проёме появился солдат. Поприветствовав его, он он сказал:

-Ваше величество, только что поступило сообщение от генерала Цзяна, просили срочно передать вам.

-положи на стол – ответил Лу Танфэй.

Сделав это, солдат вышел. Лу Танфэй вскрыл конверт с сообщением и принялся читать его. Сам по себе факт того, что генерал Цзян направил сообщение во дворец уже заставлял задуматься. Если же это всё же случилось, произошло действительно что-то серьёзное.

Он сообщал о возросшей активности демонов. Северо-восточные земли Вэй, где располагался его гарнизон, всегда были неспокойны, но в последнее время армия, терпя большие потери, вынуждена была отступать. Генерал закончил своё письмо словами: «словно мы вновь сражается против Гу Вэньяна».

Рука Лу Танфэя дёрнулась. Он отложил письмо и попытался успокоить, бушующие, словно море в шторм мысли. Одно только имя Гу Вэньяна заставлял его потерять над собой контроль. Он помнил битвы в которых им приходилось сражаться с полчищами демонов, восставших мертвецов и людей, сознание которых император починил себе, а сам он летал над своим войском, управляя, им, и не одна стрела не могла достичь его. Бесчисленное количество раз пройдя сквозь это, Лу Танфэй наконец вошёл во дворец. Но Гу Вэньян умер…прямо на его глазах. Прошло уже семь лет с тех пор, как он восстал против Гу Вэньяна, два года со дня его смерти, но Лу Танфэй всё не отпустил его. Всё эти два года он искал ответы на вопросы, которые не смог задать во время их последней встречи.

Лу Танфэй вновь взял в руки письмо. У него было отличное самообладание. Действительно, ни на поле боя, ни в государственных делах не было ситуации, которая бы заставила его потерять ясность ума. И сейчас…он тоже не может позволить чувствам взять над собой верх.

Как и просил генерал, Лу Танфэй выписал приказ отправить войска на северо-восток и эвакуировать жителей в безопасные земли. Всё это заставляло чувствовать нового правителя беспокойство, ведь рядом находилось государство Чжоу, много лет назад оказавшееся у власти демонов сюэгуев, питающихся духовной энергией людей. Им был мало интересен остальной мир, казалось, эти существа не имеют никаких стремлений, но кому известно, какие мысли ими руководят?

С делами было покончено. Лу Танфэй покинул кабинет. Он вышел из дворца. Снаружи никого не было. Лу Танфэй направился к неприметному зданию, стоящему недалеко от дворца. Он уже не помнил, для чего оно было построено и не знал, как его использовал Гу Вэньян. Немного обнажив меч, Лу Танфэй коснулся пальцем острого лезвия. Поднёс окровавленный палец к двери, он коснулся им центра защитной печати. Дверь отворилась, Лу Танфэй вошёл внутрь. Далее следовала лестница, ведущая под землю. Лу Танфэй спустился вниз. Здесь было значительно теплее чем снаружи и это тоже оставалось загадкой для Лу Танфэя.

Лу Танфэй спустился в просторный зал. Тут же вспыхнули свечи и внутри стало светло, как днём. В центре был нефритовый стол.

На нём покоилось тело умершего императора, Гу Вэньяна.

Лу Танфэй подошёл ближе. В его сердце разгоралась тоска, тысячи несказанных слов хотели вырваться на волю, но какой смысл что-то говорить мертвецу? Лу Танфэй положил руку на его грудь, слегка коснувшись обнаженного участка бледной кожи. Она была такой холодной. Всё тело Гу Вэньяна покрывало раны, повсюду на одежде были кровавые пятна. Как ему хотелось верить, что это просто раны, тяжёлые, но не смертельные, что через месяц Гу Вэньян вновь поднимется с постели и всё будет как раньше.

Но Гу Вэньян уже давно был мёртв, его тело было пронзено десятками шипов демонического древа, а душа была сильно повреждена. Уже ничто не заставит его пробудиться.

-Гу Вэньян… - сквозь зубы сказал Лу Танфэй.

-Лучше бы мы и дальше были врагами…

Осознав свои слова, он, тиснул руку на одежде Гу Вэньяна. Какой ещё конец должен был ждать императора? Слишком тяжелы были его преступления, чтобы просто простить их.

Но  все эти годы Лу Танфэю не давала покоя одна мысль – что толкнуло Гу Вэньяна на убийства людей? Почему некогда любящий свой народ принц, став императором, пролил реки крови в собственной стране? Он не доверял ни чиновникам, ни слугам, даже тем, кто был с ним с самого детства. Гу Вэньян во всех видел предателей. И отчасти это было правдой – многие родв отдалились от императора, но и это было вызвано его действиями. Гу Вэньян одного за другим казнил чиновников и слуг, бросал их в тюрьму. С другой стороны была армия, к которой император испытывал огромную неприязнь. Ему казалось, что именно там зреют революционные идеи и десятки генералов не избежали гнева Гу Вэньяна. Он хотел избавиться от армии и полностью уничтожил её в сражениях и вместе с этим научился призывать демонов из другого мира, которые отныне стали его новым войском. Даже простой народ, который так любил он раньше, теперь оказался его врагом.

Сражаясь с ним, Лу Танфэй думал, что тёмный путь стал причиной его сумасшествия, но даже он не был способен помутнить рассудок. Было ли это чьим-то злым планом? Нельзя было полностью отбросить это нелепое предположение, но кому может быть выгодно разрушение мира? Никто не получил от этого ни малейшей пользы.

Было ещё кое-что. Сила Гу Вэньяна намного превышала даже способности сильнейшего из Пяти правителей тёмных заклинателей – Шу Байчжаня. Этого человека вполне можно было охарактеризовать выражением «в ста сражениях – сто побед». Он был непревзойдённым воином, даже среди верхушки тёмных заклинателей, куда имели право попасть лишь сильнейшие, Шу Байчжань отличался поразительной силой. В своей жизни он знал только одно поражение – от Гу Вэньяна. Было невозможно практикуя тёмный путь всего два года победить сильнейшего из Пяти правителей. Практически не было сомнений – Гу Вэньян практиковал что-то ещё, кроме тёмного пути, но все поиски Лу Танфэя ничего не дали – не существовало настолько сильных техник совершенствования.

Это ли послужило причиной его сумасшествия? Но всё это началось немногим после того, как Гу Вэньян взошел на престол, тогда он ещё не освоил и тёмных техник. Лу Танфэй всегда был рядом. Он видел всё, что делал Гу Вэньян.

В попытках найти ответы на свои вопросы он каждый день приходил сюда, чтобы восстановить душу Гу Вэньяна. Сейчас он положил руки на его грудь и закрыл глаза, погрузиышись в чужие духовные меридианы.

Ужасные раны души, которые будет трудно исцелить.

Но Лу Танфэй не мог отступить.

Он хотел поговорить с Гу Вэньяном в последний раз, даже если это будут всего лишь вопросы к его душе.