Глава третья

Аспен

После обеда у меня назначена важная встреча, но я не спешу на неё. Вместо того чтобы подняться в офис на лифте, я выбираю лестницу, чтобы продлить минуты спокойствия. Я знаю, что как только я войду в конференц-зал, где собрались все, кто меня ненавидит и презирает, они с радостью начнут обрушивать на меня все свои недовольства.

Это началось ещё с детства, когда мой отчим женился на моей матери. По её словам, он женился на ней чисто случайно. Отец отчима ждал внуков, не подозревая, что его сын бесплоден. Отчим тщательно скрывал это и обещал своему отцу, что скоро создаст семью. Но этого так и не произошло. Когда на отчима начали все давить, он увидел мою маму, иммигрировавшую из США в Италию с младенцем на руках, то есть со мной, и забрал её к себе. Отчиму было легко всех убедить, что я его сын, так как я был ещё совсем маленьким. Однако, из-за моей отличительной особенности, никто ему не поверил. Отличительной особенностью являются мои светлые волосы и серые глаза. Это делает меня не похожим на других итальянских мужчин в целом. Друзья отчима всегда высмеивали его за то, что моя мама якобы нагуляла меня от другого. Кстати, так оно и было. Родственники отчима всегда упрекали меня и называли нахлебником.

Единственными, кто принял меня как своего, была семья Карло Бруно. Пока отчим не обращал на меня внимания, а мама была занята тем, что тратила деньги на его карте, скупая торговые центры, Карло и Хелен забирали меня к себе. Я мог даже остаться у них на ночь, и родители бы не заметили моего отсутствия. В общем, я к этому привык. И даже когда отчим умер, а родная мать свалила неизвестно куда, я не удивился.

Сейчас, когда я стал взрослым мужчиной, на работе меня донимают коллеги и подчинённые, а также конкуренты и родственники отчима, которые недовольны тем, что он переписал всё своё имущество и бизнес на меня. Я был мягко говоря удивлён, когда он это сделал, ведь у него много племянников и братьев, на которых он мог переписать всё это. Но он отдал всё мне.

Поднявшись в офис, я направляюсь к двери зала, привлекая внимание секретарши.

— Мистер Риччи, все уже собрались, — сказала Виола, хлопая своими накладными ресницами.

— Спасибо, Виола, — отвечаю я, натянуто улыбаясь.

Если бы я прошел мимо, не обращая на неё внимания, она бы начала сплетничать о том, что я гей, или о том, что у меня не встал, когда я собирался заняться с ней сексом. Спойлер: ничего из этого не правда.

Я берусь за дверную ручку и, сделав глубокий вдох, открываю дверь и вхожу. Все замолкают и смотрят на меня. Я игнорирую их высокомерные взгляды и ухмылки и иду к своему месту.

— Опаздываете, начальник, — говорит Калисто с нахальной улыбкой.

Калисто Грассо настоящая головная боль. Иногда у меня складывается впечатление, что ему просто нечего делать в офисе, и он от скуки оскорбляет своего босса за его спиной и распространяет сплетни, как какая-то девчонка. Калисто унаследовал от своего отца неприязнь ко мне и теперь пытается контролировать всех и настраивать моих сотрудников против меня.

Я бы с удовольствием уволил его и всех его сторонников, но тогда некому будет работать, и мой бизнес понесёт убытки. Конечно, я не хочу этого, поэтому мне просто приходится терпеть их детские выходки.

— Давайте сразу перейдём к делу, — говорю я.

— Как скажете, — отвечает Калисто, открывая свою папку с документами.

Он начинает информировать всех о новых сделках и заказах.

Все внимательно слушают, записывают в свои блокноты и кивают. Хорошо, что они понимают, что мой бизнес кормит их семьи, и серьёзно относятся к своей работе.

Пока все увлечены беседой, я думаю о Хоуп.

Я почти не помню, как она выглядела в подростковом возрасте. Я редко видел её тогда. Однако, когда я посетил её сегодня, я смог внимательно рассмотреть её и пришел к выводу, что она прекрасна. Она идеальна, и она моя, пусть даже и неофициально. Это не имеет значения. Она была моей ещё с соской во рту. Не знаю, почему меня так тянуло к ней. Мне всегда хотелось заботиться о ней и защищать. Даже когда её братьям-близнецам купили игровую приставку, я не пошёл играть с ними, а остался с Хоуп, раскрашивая её раскраски с принцессами. Думаю, тогда дядя Карло понял, что я рыцарь на белом коне для его маленькой принцессы.

Сейчас я жалею, что уделял работе слишком много времени и упустил возможность проводить больше времени с Хоуп. Я должен был быть рядом с ней всегда, независимо от жизненных обстоятельств.

Наконец, совещание закончилось. Я первым покидаю зал и спешу к лифту, но Виола останавливает меня.

— Мистер Риччи, вы уже уходите? — спрашивает девушка своим писклявым голосом.

— У меня важная встреча, — отмахиваюсь я от неё.

Я нажимаю на кнопку лифта и слышу позади себя цоканье каблуков Виолы. Я чувствую раздражение и сжимаю руки в кулаки.

— Мистер Риччи, — зовёт меня девушка.

— У меня нет времени, Виола.

— Но у меня целая стопка документов. Что мне с ними делать? — спрашивает она.

— Подготовь мне их к завтрашнему утру, — говорю я, нажимая на кнопку первого этажа.

В этот момент Виола задаёт мне ещё один вопрос, но я не хочу тратить время на пустые разговоры и просто нажимаю на кнопку закрытия дверей лифта. Я облегченно вздыхаю, когда двери лифта закрываются.

Я думаю, она специально медлила меня, чтобы соблазнить своими силиконовыми формами. Она часто так делает, например, когда приносит мне кофе или документы на подпись, становясь так, чтобы моя голова была на уровне её груди. К слову, она меня не возбуждают, совсем.

Покинув офис, я еду домой, чтобы принять душ и переодеться. Мне уже не терпится увидеть Хоуп.

— Инес! — зову я домработницу.

Женщина выходит из кухни, вытирая, видимо, мокрые руки о свой передник.

— Вы что-то хотели, мистер Риччи? — спрашивает она.

— Да. Подготовь мне костюм.

Инес кивает и направляется в сторону гардеробной. Поскольку у меня ещё много времени, я неспеша поднимаюсь в свой кабинет.

Я сажусь за рабочий стол, ослабляя свой чёрный галстук, и начинаю проверять электронную почту на компьютере. Дома мне гораздо удобнее работать, чем в офисе. Дома тихо и спокойно, а в офисе шумно и нервно. Возможно, мне стоит рассмотреть возможность работать дистанционно.

После того, как я ответил на все письма и забронировал столик на вечер в ресторане, я иду в спальню, а затем в ванную комнату. Я провожу там около двадцати минут. К тому времени, когда я заканчиваю, я выхожу с полотенцем на бёдрах и замечаю выглаженный костюм, лежащий на кровати.

Я надеваю чёрные трусы-боксеры, носки и костюм. Затем я начищаю до блеска туфли и обуваю их. Таким образом, я готов к выходу.

Ещё нет семи, но я всё равно сажусь в машину и еду в дом Бруно.

По дороге я думаю о нас с Хоуп. Раньше я никогда не задумывался о том, чтобы любить её как девушку. Я всегда относился к ней как к младшей сестре. Но я уверен, что смогу полюбить её. Я заботился о ней и защищал её, когда она была маленькой. Это и есть любовь.

Я паркуюсь во дворе дяди и иду в дом. С порога меня встречает Хелен.

— Мой мальчик, — ласково зовёт меня тётя, целуя меня в щёку и заключая в объятия.

— Здравствуйте, Хелен, — говорю я.

— Мне сказали, что ты приезжал днём, пока я была в городе.

— Да, мне нужно было поговорить с Хоуп. Карло у себя?

— Да, он разговаривает по телефону, — отвечает женщина извиняющимся тоном. — Мне поторопить Хоуп?

— Не нужно, я подожду.

— Хорошо, тогда проходи в гостиную, там девочки.

— Привет, дьяволицы, — говорю я, садясь напротив них на диван.

Сёстры одновременно поднимают головы.

— О, Аспен, привет, — говорит Ребекка.

— Ведёшь Хоуп в ресторан? — спрашивает Камилла с ухмылкой.

— Да. Она вам сказала?

Девушки переглядываются и прыскают от смеха. Я хмурюсь, не понимая, что я такого смешного сказал.

— Хоуп? Не смеши нас. Из неё ничего не вытянешь. Мы от мамы узнали, — объясняет Камила.

— Подожди, в ресторан? — спрашивает Ребекка у Камиллы.

Близняшки переглядываются. Я не понимаю, что происходит, но чувствую, что что-то не так.

— Что? — спрашиваю я, и сёстры вздрагивают и поворачиваются ко мне.

— Ничего, просто если бы ты не оставлял свою драгоценную Хоуп, то знал бы, что она не любит ходить в рестораны, — отвечает мне Ребекка с дерзостью.

— Почему она не любит ходить в рестораны? — спрашиваю я, чувствуя себя немного неловко.

Ребекка театрально закатывает глаза и ударяет ладонью себя по лбу.

— В общем... — девушка прерывается, переводя взгляд с меня на кого-то за моей спиной.

Я оборачиваюсь и вижу Хоуп, которая спускается по лестнице. У меня перехватывает дыхание от её вида. И я говорю не только о её чёрном вечернем платье с вырезом вдоль бедра или декольте. Я имею в виду её фигуру. Она идеальна. Как Хоуп могла скрывать её под мешковатыми толстовками и штанами? Грех скрывать эти пышные бёдра, тонкую талию и упругую грудь, которая аппетитно покачивается, когда Хоуп идёт.

Чёрт, наверное, неправильно думать о ней в таком ключе, когда она буквально выросла на моих руках. Но я не могу выразить иначе, как она прекрасна.

— Дыши, Аспен, — смеётся Камилла.

Хоуп смущена моим взглядом. Она подходит ко мне, держа свою сумочку от Версаче на уровне своего живота.

— Ты выглядишь потрясающе, — говорю я так, чтобы слышала только Хоуп.

Она смущённо улыбается и опускает голову. Но я поднимаю её за подбородок и целую в уголок губ. Хоуп выглядит немного растерянной, когда я отстраняюсь.

— Всё хорошо? — спрашиваю я, заправляя волнистый локон её шоколадных волос за ухо.

— Да. Ты долго меня ждал?

— Нет, — отвечаю я. — Ну что, поехали?

Девушка кивает, и мы выходим на улицу, где нас ждёт моя машина.