10.

——————————-

Ночь на трассе до Франкфурта превратилась в звенящую, натянутую до предела струну.
Том гнал перехватчик на пределе возможностей. За окнами сплошной полосой сматывалась сырая темнота, а салон «Audi» провонял гаарью, бензином и металлическим запахом свежей крови.

Дэн сидел на переднем сиденье, тяжело дыша. Кровь из рассеченной брови запеклась на щеке, но он даже не вытирал ее. Он то и дело поворачивался назад, где на сиденье лежала Скайли. Ее дыхание было едва слышным.

— Что ты сделаешь с нами? — смотря на сестру, устало произнес Дэн.

В салоне снова зависла тяжелая, густая тишина, нарушаемая только ревом мотора. Том молчал несколько длинных секунд, крепче сжимая руль.
— Пусть выживет сначала, — неожиданно прорезал пронзающую тишину Том. Голос звучал сухо и отстраненно, без лишних эмоций.

Дэн ничего не ответил. Он просто отвернулся к боковому стеклу и сжал кулаки так, что посинели костяшки.

Перехватчик на скорости вскочил на территорию клиники, затормозив прямо у входа в приемный покой.

Том первым выскочил из машины, и аккуратно взял Скайли на руки и зашел в больницу распахивая тяжелые двери.

— Срочно врача! — прорычал он, с ходу привлекая внимание дежурной смены.
Медики среагировали моментально. Через пару секунд на пандус уже выкатывали койку.

Том бережно переложил бессознательное тело Скайли на жесткие матрасы, и санитары тут же повезли ее вглубь коридора.

Из-за стойки быстро вышла молодая медсестра с планшетом в руках, блокируя путь.

— Так, стоять! Кто это? Что произошло? — быстро заговорила она, глядя на Тома и окровавленного Дэна, который шатался, заходя следом.

— Авария на трассе, — коротко отрезал Том, вытаскивая из куртки удостоверение и показывая его на секунду. — Работайте. Нам нужен ведущий врач.

Медсестра тут же повернулась к Дэну, оценивая его рассеченную бровь и пропитанный кровью бинт на предплечье.

— Вы родственник? Как ее имя? Сколько ей лет?

— Скайли Эванс... — горло Дэна пересохло, он едва сглотнул. — . Девятнадцать лет.

— Аллергии? Документы при себе? — медсестра быстро щелкала ручкой, записывая данные.

— Документов нет! — выкрикнул Дэн, потеряв остатки контроля. — Какая разница, блять?! Заберите ее в операционную! Она умирает!

— Остынь Дэн.— Том силой прижал его плечом к стене, заставляя заткнуться.

Медсестра бегло взглянула на них обоих, черкнула что-то на листке и крикнула в коридор.

— Вторую палату в реанимации готовьте! Срочно!

Дверь перед ними захлопнулась. Скайли укатили.

Дэн бессильно сполз по белой кафельной стене, садясь прямо на пол и закрывая лицо грязными руками. Его колотило не от холода, а от осознания того, что он сам довел все до этой точки.

Том остался стоять напротив. Инспектор достал из кармана пачку, вытащил сигарету, но так и не зажег ее, просто удерживая в пальцах.

—————-

В этот же момент у служебного входа на заднем дворе клиники замер старый, помятый «Volkswagen».

Билл вылез из машины, тяжело прислонившись к холодному металлу. Ему было хреново ,ломка выворачивала суставы, а во рту стоял стойкий привкус железа. Но он заставил себя идти. Натянув капюшон по самые глаза, он прошмыгнул через технический коридор и поднялся к приемному отделению.

Билл замер в тени за углом, скрытый высокой декоративной пальмой и глухими дверями.
Отсюда ему прекрасно было видно всё: яркий свет люминесцентных ламп, красное табло над операционной, стоящего у стены Тома и Дэна, сидевшего на полу в абсолютном отчаянии.
Билл смотрел на Дэна, и в его глазах вспыхнула тяжелая, темная злость.

«Ну что, Сильвер...» — молча проговорил Билл, опираясь плечом о стену, чтобы не упасть от слабости. — «Доигрался?»

————————-

Пикалка кардиомонитора нарезала тишину палаты интенсивной терапии на ровные, тягучие отрезки. Аппарат искусственной вентиляции легких работал с негромким, влажным шипением. В воздухе стоял густой замес из запахов озона, хлорки и спирта.

Скайли лежала на узкой койке, почти утопая в стерильной белизне простыней. На её бледном лице выделялись только темные круги под глазами да прозрачная кислородная маска.
Том сидел на жестком стуле у окна, скрестив руки на груди.

Ему всегда казалось, что у него нет времени на глупости вроде разглядывания чужих лиц, но сейчас взгляд сам собой зацепился за тонкие черты Скайли. В ней не было жесткости, к которой он привык на улицах и в отделениях.

Она выглядела до того хрупкой, что, казалось, от любого резкого звука могла просто рассыпаться. На секунду в голове инспектора проскочила совершенно несвойственная ему мысль о том, насколько она красива даже в этом беспомощном состоянии.

Шелчок. Дэн на соседнем диванчике дернулся и открыл глаза.

Том тут же вскинулся, испуганно выпрямляя спину  не оттого, что Дэн проснулся, а от дикой мысли, что тот мог заметить его долгий, слишком личный взгляд на свою младшую сестру. За доли секунды лицо инспектора снова превратилось в непроницаемую каменную маску.

— Вставай, Сильвер, — произнес Том тихо, но так, что голос отскочил от стерильно белых стен. — Тебе тоже надо к врачу. Бровь зашить, плечо перевязать.

— Нет, я в порядке, — прохрипел Дэн, растирая затекшую шею и прогоняя остатки сна.

— Я не прошу, я приказываю, — в тоне инспектора прорезался привычный стальной металл, хотя взгляд оставался уставшим. —Ты мне нужен живым и вменяемым. Когда она очнется, ты будешь сидеть на допросе, а не гнить от инфекции в этом коридоре.

Дэн лишь коротко фыркнул, тяжело поднялся и, слегка пошатываясь от усталости и боли в теле, побрел в коридор искать дежурную медсестру.

Дверь за ним закрылась. Том остался в палате один. Вдруг во внутреннем кармане куртки глухо завибрировал телефон. На экране высветилось имя, Коул Салливан. Генерал.

Инспектор несколько секунд просто смотрел на мигающий дисплей, собираясь с мыслями и выстраивая рапорт, после чего нажал на клавишу ответа и приложил трубку к уху.

Из динамика тут же вырвались недвусмысленные, ритмичные женские стоны и отрывистое дыхание.

Том на мгновение замер, почувствовав, как к шее приливает неловкая жара. Он откашлялся и громко, перебивая пикантные звуки, чеканно произнес.
— Алло. Да, шеф.
Стоны на том конце провода мгновенно пресеклись, сменившись шорохом ткани и покашливанием.

— Так... Том. Что там у тебя? Поймал беглецов? — голосом, в котором сквозила крайняя неловкость, произнес генерал, искренне надеясь, что подчиненный ничего не понял.

— Задержал, — холодно и профессионально отчеканил Том, сделав вид, будто ничего не слышал. — Девушка в тяжелом состоянии, сейчас в реанимации. Парень тоже со мной. Я привезу их, как только девчонку выпишут или разрешат транспортировку.

— Хорошо. Только не задерживайся, — уже привычным грубым, повелительным тоном приказал Салливан и сразу бросил трубку.

———————-

Минут через тридцать дверь палаты плавно отворилась. Первой вошла молодая медсестра. Белый медицинский халат был подгнан точно по фигуре и сидел на ней настолько нескромно облегающе, что откровенно нарушал все больничные дресс-коды. Том инстинктивно оглядел её с ног до головы оценивающим взглядом.

Следом за ней угрюмо понурив голову зашел Дэн, на которого Том даже не обратил внимания.

Медсестра достала из шкафчика металлический лоток с антисептиками, бинтами и изогнутой иглой.

— Дэн Сильвер, сядьте, пожалуйста, на кресло у окна, — произнесла она неожиданно бархатным, слегка хрипловатым голосом.
Дэн без лишних возражений опустился в мягкое кожаное кресло и небрежно раздвинул ноги, откидывая голову на подголовник. Медсестра наклонилась над ним, чтобы обработать рассеченную бровь.

Том, сидевший напротив, тоже не скучал. Со своего места ему открывался более чем приятный вид, ультракороткий халат девушки при наклоне обольстительно приподнимался, оголяя точеные бедра. Том не стал отводить глаз, откровенно и с полнейшим спокойствием наслаждаясь картиной.

Закончив обработку и закрепив пластырь на лице Дэна, девушка поднялась. Заметив на себе прямой, жгучий взгляд инспектора, она едва заметно улыбнулась, подцокнула каблучками и вышла в коридор, обдав помещение легким шлейфом сладких духов. Дэн, потерев обработанную бровь, снова вышел следом за ней ему нужно было оформить пару бумаг на посту.

В это же время на другом конце города старый «Volkswagen» припарковался у разбитого тротуара.

Часы на приборной панели показывали «3:57».
Это был самый отбросный район Франкфурта. Место, где густой туман смешивался с дымом из подвалов, а за любой неверный шаг в подворотне можно было расплатиться жизнью.

Но Биллу было плевать. Ломка выкручивала суставы так, словно кости дробили молотом, а по коже бегали миллионы ледяных игл.

Он выбрался из машины и шатающейся походкой пошел по знакомым дворам. Во внутреннем кармане лежал плотный конверт с наличкой, которые он сорвал на нелегальных гонках перед той самой катастрофой.

Через десять минут в темном переулке состоялась быстрая сделка. Знакомый барыга без лишних слов протянул Биллу пару чеков с порошком в обмен на хрустящие купюры.
Вернувшись в салон машины, Билл дрожащими руками приготовил дозу. Игла вошла в вену. Уже через тридцать секунд дикая боль отступила, уступая место волне теплого, оглушающего кайфа. Зрение прояснилось, а в голове снова выстроился четкий, хоть и безумный план.
Обдолбанный, чувствуя себя абсолютно всемогущим, Билл ударил по газу и погнал обратно к клинике.
Оставив машину в слепой зоне для камер у служебного входа, Билл проник в корпус через пожарную лестницу. Найти палату Скайли не составило труда.
В коридоре было тихо. Потянув ручку, Билл увидел, что палата свободна от охраны — Дэн где-то ходил, а Тома видно не было. Билл шагнул внутрь, натягивая капюшон.
Он подошел к койке и уставился на спящую Скайли. Девушка казалась невесомой. Билл наклонился, намереваясь нежно подхватить её на руки и вынести через запасный выход. Но отравленный наркотиком мозг подвел: ноги подкосились, он тяжеловато навалился на край койки, задев стойку капельницы. Металл громко звякнул.

В этот же момент из коридора донеслись быстрые шаги и женский смех.
Билла словно прошило током. Собрав остатки реакции, он рванул вглубь палаты и скользнул за матовую дверь совмещенной уборной, оставив щель в пару миллиметров.
Дверь палаты распахнулась. Вошли Том и та медсестра.

Девушка сразу повернула ключ в замке, щелкнув засовом, и озорно посмотрела на инспектора. У нее в руках не было никаких медикаментов. Она медленно подступила к Тому, грациозным движением расстегивая верхнюю пуговицу своего короткого халата.

Том слегка отвел корпус назад и опёрся поясницей о широкий подоконник, игриво и с легкой ухмылкой наблюдая за ее движениями.

— Ну... не здесь же, — негромко произнес Том, понизив голос и мельком бросив взгляд на крепко спящую под аппаратами Скайли.

— Она под сильным седативным, красавчик. Ничего не услышит, — прошептала медсестра, подступая вплотную и упираясь ладонями в его грудь.

Её пальцы ловко скользнули к застежке его куртки, расстегивая молнию и проникая под плотную ткань рубашки. Том коротко выдохнул, окончательно отбрасывая сомнения.

Он перехватил девушку за бедра, ощущая через тонкую ткань халата тепло ее кожи, и единым движением приподнял, усаживая на широкий подоконник.

Халат медсестры соскользнул с ее плеч на прохладный пластик. Девушка стонала прямо ему в губы, обхватывая его талию ногами и впиваясь ногтями в плечи инспектора. Том действовал грубовато, на опережение, сбрасывая скопившееся за ночь дикое напряжение, крови и недавней опасности адреналин в крови требовал выхода.
Том грубо рывком сдвинул ее ноги и кинул в сторону ее кружевное белье, не теряя больше ни секунды.

Он резко и глубоко вошел в нее, заставив девушку выгнуть спину и вскрикнуть от неожиданной полноты ощущений. Ее пальцы еще сильнее впились в его спину через рубашку. Том накрыл ее губы поцелуем, глуша громкие стоны, и начал двигаться быстро, жестко и безжалостно, в такт своим  ритмичным толчкам. Девушка стонала ему прямо в рот, судорожно сжимая его бедра ногами, а он только наращивал темп, погружаясь в нее до самого предела с каждым движением.

Палата наполнилась ритмичным скрипом подоконника, тяжелым, сдавленным дыханием и отрывистыми стонами, которые то и дело тонули в ровном писке кардиомонитора. Медсестра запрокидывала голову назад, уткнувшись затылком в закрытое жалюзи стекло, пока Том сжимал её бедра, полностью отдаваясь вспыхнувшей страсти и забыв обо всем вокруг.

За дверью уборной Билл стоял не дыша, до хруста сжав челюсти. Наркотический кайф смешивался с дикой яростью, его брат творил хрен пойми что прямо в шаге от чуть ли не умирающей Скайли. Биллу приходилось буквально давить в себе рычание, чтобы не выскочить и не разрядить в Тома весь магазин.

Минут через пятнадцать всё было кончено.
Медсестра, тяжело дыша, быстро привела себя в порядок, застегнула халат и поправила растрепавшиеся волосы.

— Я вернусь позже, инспектор... — шепнула она, чмокнув его в щеку.

Том застегнул ремень, поправил кобуру и ответил голосом который не давал шанса на повторный раз.
— Посмотрим, иди.

Медсестра повернула ключ, открыла дверь и вышла. Том задержался на секунду, бросил быстрый взгляд на Скайли и тоже вышел в коридор, прикрыв за собой дверь. Его шаги начали удаляться по гулкому кафелю.

Билл выскочил из уборной мгновенно. Время пошло на секунды.
— Так, куколка, пора валить... — прошипел он.

Он понимал, что не донесет её на руках, наркотик вымывал силы, да и нести тело через всю больницу слишком приметно. Билл быстро огляделся, сдернул фиксаторы с колес больничной катастрофы-койки, на которой лежала Скайли, и осторожно отсоединил основной монитор, оставив только портативный баллон с кислородом и капельницу, закрепив их на раме.

Сняв койку с тормозов, Билл толкнул её к двери. Выглянув в коридор и убедившись, что Том ушел в сторону поста направо, Билл покатил каталку влево к грузовому лифту для перевозки лежачих больных.

Дверь лифта закрылась прямо перед носом проходившего вдали санитара. Кабина плавно пошла вниз, на цокольный этаж.
Выкатив каталку на техническую рампу заднего двора, Билл подогнал свой помятый «Volkswagen» вплотную к платформе.

Переволочь бессознательное тело Скайли на заднее сиденье авто потребовало от него адских усилий. Он уложил её, накрыл своей курткой и аккуратно перенес портативный кислородный баллон.

В этот момент на цокольном этаже прозвенел зуммер тревоги.

Том вернулся в палату, не нашел ни Скайли, ни койки, и мгновенно поднял на ноги всю дежурную смену.

— Проклятье! — рыкнул Билл, прыгая за руль.
Двигатель старого «Фольксвагена» взревел, выплевывая сизый дым. Машина сорвалась с места, выбивая искры из асфальта.

—————————————-