4.

—————————————

Скайли стояла, прислонившись к промасленной стальной балке ангара. Прошло три дня с той проклятой ночи, превратившихся в непрекращающийся кошмар. Дэн все еще сидел в отделе — копы крутили его по полной, подозревая как прямого соучастника в берлинской кровавой серии Георга. Для поливалки из управления все выглядело очевидно: старые напарники, общий гараж, укрывательство федерального преступника. А сам Дэн, чертыхаясь в допросной, до сих пор не мог переварить, что его напарник — серийный маньяк.

Сама Скайли была на грани безумия. Ей категорически нельзя было светиться у участка — ориентировки на нее висели по всему городу. Она была далеко не святой: за её плечами тянулся жирный шлейф из угнанных авто premium-класса, наглых уличных ограблений и мелкой торговли «товаром», который она сбывала через ночные клубы. Но сейчас весь её криминальный опыт казался ничем перед нависшей угрозой.

В ушах до сих пор стоял треск трухлявых балок и тяжелый всплеск воды. Скайли была уверена, что отправила Билла Каулитца на дно реки. И если его брат — этот хладнокровный лейтенант Том Каулитц, о котором по улицам ползли жуткие слухи, — прознает, кто именно сбросил его кровь в пучину... Дэна не просто не выпустят. Их обоих сотрут в порошок.

——————
Том перевелся в Мюнхенский отдел совсем недавно. В лицо Скайли он не знал — слышал только обрывки от местных оперативников, что у Сильвера есть пронырливая «сестренка», замешанная в угнанных тачках и сбыте дряни. Но этот парень копал жестоко и въедливо.
———————

Скайли судорожно сжала в кармане ключи. Сегодня она пришла к остаткам «банды Дэна» — местным уличным гонщикам и механикам. Она молила их о помощи. Просила отвлечь копов, устроить побег — хоть что-то! Но уличная верность испарилась, как только в дело вмешались Интерпол и спецназ Каулитца.

— Вы просто трусливые твари... — выдохнула Скайли, глядя, как последний из друзей Дэна торопливо уезжает, оставляя ее в звенящей тишине пустующего ангара.

Она осталась одна. В полумраке, среди ржавых подъемников. Как вытащить брата, если ты в розыске, а улица повернулась спиной?

Вдруг из глубокой тени раздался легкий, едва слышный шаг. Мягкий, кошачий нажим.

Скайли не успела даже обернуться. Холодное, тяжелое вороненное железо с силой уткнулось ей прямо в висок, больно прижав голову к металлической балке. Свежий порез на щеке зажгло от жесткого давления ствола.

— Соскучилась, милая? — прошипел над самым ухом до тошноты знакомый, бархатный голос.

Сердце Скайли остановилось. Билл. Он был жив. Помятый, с глубоким рваным порезом через весь лоб, но... абсолютно живой. Его карие глаза горели лихорадочным, безумным огнем. Ноздри жадно втягивали воздух, а пальцы, сжимавшие рукоять пистолета, мелкой дрожью ходили ходуном.

— Ты... — голос Скайли сорвался на сип. — Ты ж на дне...

— Мечтай больше, — Билл оскалился, острием ствола надавив на ее висок еще сильнее. — Я вылез из этой гребаной реки. А теперь давай к делу. Где мои деньги или товар? У тебя ровно три секунды, пока я не пущу тебе пулю в твой красивый лоб.

Она видела, как дергается жилка у него на шее. Зрачки расширены на весь глаз, на лбу — липкий испарина, руки слегка пошатывает. Ломка. Свежая, жесткая, первая стадия. Он остался без дозы, пока отлеживался в камышах.
И в этот момент внутри Скайли что-то переключилось. Страх рассыпался в прах.

Перед ней стоял обычный обдолбанный преступник, который смертельно боится быть пойманным.

Скайли медленно подняла подбородок и уставилась прямо в его мутные карие глаза. На ее губах расплылась ядовитая ухмылка.

— А твой братец Том — офицер полиции... — выделила она каждое слово, не мигая. — Почему же ты никогда не хвастался таким родственничком, а, Билл?

Билл заметно замешкался. Ствол в его руке на долю секунды дернулся. На его лице проскочила тень дикого замешательства, но он быстро попытался вернуть прежнюю угрозу.
— Ты бредишь, девка...

— Да нет, Билл, — с нажимом перебила его Скайли, сделав полшага вперед и практически уперевшись грудью в его пистолет. — Твой точный клон сейчас перерывает весь Мюнхен. Oн носит жетон, бронежилет и командует спецназом. И я более чем уверена, что твой правильный братец-коп понятия не имеет, каким дерьмом ты зарабатываешь себе на жизнь.

Она окинула его цепким взглядом, задерживаясь на его трясущихся пальцах.
— У тебя уже первая стадия ломки, чувак. Ты еле на ногах держишься. Если Том найдет тебя в таком виде — тебе конец. Если я сдам тебя ему сама — тебе тем более конец. Так что я предлагаю сделку.

Билл медленно, со скрипом зубов, опустил дуло пистолета. Он сделал шаг назад, скрестил руки на груди, пытаясь скрыть тремор в локтях:
— Говори. Только быстро. Пока я не передумал.

— Всё просто, — Скайли сделала шаг ближе. — Ты помогаешь мне вытащить Дэна из камер предварительного заключения. У тебя явно есть связи или выход на тех, кто может вскрыть блок. Ты достаешь моего брата... а я держу язык за зубами и не рассказываю твоему святому лейтенанту Тому, чем занимается его любимый близнец в ночном Мюнхене.

Билл хрипло засмеялся, проведя ладонью по окровавленному лбу:
— Вытащить его из главного управления Мюнхена? Ты с ума сошла?
Том — повернутый на инструкциях параноик. Oн перевелся сюда из Берлина совсем недавно и строит из себя идеального копа. И главное — он свято уверен, что его любимый братишка Билл прямо сейчас мирно сидит в другом городе и занимается легальным бизнесом! Oн понятия не имеет о моей настоящей жизни! Если Том узнает, что я в Мюнхене, да еще и в таком виде — он закроет меня на всю жизнь.

Билл тяжело выдохнул, пересиливая подступающую тошноту:
— Дэна заперли в цокольном блоке «Б» как соучастника Георга — там бункерные двери и изолированная вентиляция. Прямой штурм — это смерть. Но у копов в цоколе установлена старая автоматическая система пожаротушения. Если пустить в вентиляцию газ или имитировать задымление высокого уровня, автоматика переведет замки камер в режим аварийной эвакуации. На три минуты.

Дежурные будут обязаны вручную выводить заключенных на закрытую парковку во дворе. Именно там мы его и перехватим.

— Но Том копает под Дэна ночи напролет, — сообразила Скайли. — Если он окажется на парковке — побег сорвется.

— Именно, — подтвердил Билл.

— Я отвлеку его, — без колебаний произнесла Скайли. — Том ищет меня из-за суеты на гонках и подозрений в угонах. Oн видел мои ориентировки, но в лицо толком не знает. Я угнала тачку, у меня есть пара стволов и связи. Я заставлю его и весь дежурный наряд рвануть за мной по центру Мюнхена. Я дам вам эти три минуты. А ты в это время вскроешь конвойный бокс, заберешь Дэна и ждешь меня в точке сбора.

Билл помолчал, смерив ее взглядом:
— А ты не так проста, уггонщица. Ладно. Мне нужно полчаса, чтобы достать дозу у одного барыги — иначе я просто отключусь.
Встречаемся у полигона. Не опоздаешь — твой брат выйдет на свободу. Опоздаешь... что ж, я найду способ исчезнуть один.

— Только попробуй, Каулитц, — тихо сказала Скайли. — Я найду твоего брата-копа и лично выложу ему всю правду про его «ангелочка».

———————-

Тем временем в кабинете лейтенанта полиции Тома Каулитца стоял полумрак. Oн не спал больше тридцати часов. Для него это дело было принципиальным: закрепиться в Мюнхенском отделе, доказать, что Дэн Сильвер — прямой соучастник серийника Георга, и поймать его сестру-угонщицу.

Том был идеальным копом с безупречной репутацией. Дома, в другом городе, у него остался брат-близнец Билл — утонченный парень, о котором Том всегда отзывался с теплотой, считая его полностью далеким от криминального мира.

В кабинет без стука вошел молодой сержант:
— Лейтенант Каулитц, эта девчонка, Скайли... за ней тянется целый хвост: угоны, торговля дрянью на ночных трассах, незаконные гонки. Она на грани отчаяния. Эксперты считают, что она может попытаться вытащить Дэна.
Том медленно открыл глаза. В их глубине горел сухой огонь:
— Она уголовница, сержант, и пойдет на всё. Объявите дежурной группе: если она появится в радиусе трех кварталов — сразу блокировать. Сильвера никому не отдавать, он проходит как соучастник берлинских убийств.
— Понял, лейтенант! — сержант кивнул и вышел.

————————-

Ночь окончательно накрыла Мюнхен.
Дождевые тучи затянули небо.
Скайли сидела за рулем только что угнанной ею заряженной «Audi». На соседнем сиденье лежали ключи-декодеры и пистолет. Телефон коротко вибрировал — пришло сообщение от Билла:

«Я на позиции у заднего двора. Жду твоей провокации. У тебя 180 секунд, девка. Не сдохни».

Скайли глубоко вздохнула. Она выжала газ и с оглушительным ревом мотора направила угнанную тачку прямо к центральным воротам Мюнхенского управления полиции, готовая устроить копам настоящий ад.